matsea

Комментарии не от друзей скринятся. Если я кого-то из приличных людей забыла добавить в друзья — дайте знать, сразу же с радостью добавлю. У меня ожидания от собеседников вообще-то очень мягкие. Но иметь дело с прорвавшейся канализационной трубой я все же не хочу. 

Я не раскрываю комменты, которые начинаются словами «автор нагло врет» или как-то аналогично, к примеру «аффтар ни..уя не шарит» или «авторка пи..дит». Такие комменты я сразу удаляю, а автора баню — чтоб два раза не вставать. 

Кроме того, в последнее время я баню всех, кого считаю кремлеботами — я довольно хорошо научилась эту мразь различать, как мне кажется. Раньше я с этой плесенью иногда развекалась, но нынче время военное — так что это неправильно — развозить манную кашу по белой тарелке с откровенной сволочью.

При всем при том, когда вы не бот — и постите у меня какую-то инфу, в том числе и в виде простыни - я этому очень радуюсь. Мне это интересно и нравится. Поэтому, если вам хочется сказать, что автор нагло врет и привести инфу в протверждение сему — пожалуйста сделайте это! Но только замените первую строчку «автор нагло врет» на что-нибудь более нейтральное. Например: «Вообще-то это неверно, потому что...» или «Это противоречит Вики». Я с удовольствием раскрою, и мы сможем на эту тему цивилизованно потрындеть. 

Так общаются лэди и джентльмены. К которым мы с вами без сомнения относимся.  

Пришлось мне тут повзаимодействовать с ИИ и с айтишниками по одному и тому же вопросу — и сравнить их возможности — типа — кто лучше. Ответ — оба вместе — типа кооперация.

Айтишник меня сходу послал во много разных мест, включая документацию и онлайн встречу. Это я все привыкаю к нынешнему поколению айтишников. 

Ну, потому что человек я очень пожилой — и можно даже сказать старый — так что когда я начинала работать, айти только зарождалось. Соответственно, айтишниками становились граждане из самых разных областей, которым нравились компы, софт — и собственная незаменимость. Это были очень живые товарищи, которым интересно было разбираться во всем новом — а также взаимодействовать с пользователями. Поколение это ушло на пенсию или в начальство — к великому моему сожалению. Новое поколение пришло в айти, потому что считается, что там можно иметь бабло без особого напряжения. Правильно считается. Поэтому нынешний айтишник при виде юзера соображает, куда бы этого юзера послать — желательно чтобы юзер оттуда никогда уже не вернулся.

Нет, 9 мая по центру Москвы ничего не прилетит. Ключевые слова — по центру Москвы.

Из всех дырок и во все дырки Украина посылает сигнал — бойтесь и дрожите. И в подкрепление своих слов даже пуляет дроном в какое-то здание в центре мск.  Кремль честно исполняет инструкцию — и стягивает к мск все ПВО.

Их и так-то не густо, этих ПВО. Пермь горит черным дымом регулярно, Туапсе горит черным дымом регулярно — все прочие попадания никто уже особо не отслеживает. А Кремлю вообще не до того — им надо провести парад. Так что все — в Москву в Москву.

Парад проведут. А в это время украинские дроны изуродуют регионы как бог черепаху. Кроме Туапсе и Перми, там явно пристеливаются к Крыму — причем чего-то уже влетело в мост — причем у моста немного звенели опоры — но сдюжили. Подозреваю, что опоры проверяются на прочность. Сдюжат ли они в день победы — это уже реально интересно.

Сижу дома с недомигренью, пялюсь с горя в фб. А фб мне показывает сплошной фильм ужасов. Из Туапсе.

Во первых, нефть горит — как бы это выразиться — интенсивно. Такой здоровенный черный огненный столб. Во вторых, этих столбов там — уже сколько собственно? Бьют по нефти уже несколько дней подряд — для разнообразия сегодня еще и по газу. Неплохо граждане встречают первомай.

Вперемежку с горящей нефтью видики от граждан об их жизни. Граждане пытаются отмыть от нефти кошку. Отмыть руки уже не пытаются — забили. У кого-то собака не выходит уже три дня из будки — и я, кстати, ее понимаю. Кто-то бурно рыдает в экран — и объясняет, что просто хотела жить с ребенком у моря. 

Отдельно впечатляет пляж. На пляже через равные промежутки стоят щелястые пластиковые контейнеры. К каждому контейнеру приставлено по гражданину с лопатой. Это лопатой каждый гражданин переносит нефть с гальки у прибоя в контейнер. Технология эта кажется очень неоптимальной, поскольку во первых нефть стекает с лопаты, во вторых контейнеры весьма хлипкие — и вряд ли они эту самую нефть удержат. Такое впечатление, что граждане это понимают еще лучше меня — и соответственно, двигаются очень медленно.

Это я мюзикл школьный посмотрела. Надо сказать, прекрасное шоу — детки были полны энтузиазма, пели великолепно, постановка очень качественная — представляю, сколько труда и души вложил туда ихний учитель пения. Лучший друг Алекса — вообще звезда — и собственно он собирается дальше заниматься вокалом — абсолютно правильно. Когда этот парень пел песню Мориса о его погибших друзьях — я там почти рыдала. Парень хочет петь на Бродвэе — не знаю уж, доберется ли — но талант там сильный. Мне даже стало совестно, что я на рождественские каникулы нанимала его за собакой нашей смотреть — такой талант, а я к нему с собакой. С другой стороны, он остался вполне доволен работой — а псина — его компанией. 

Заодно повспоминала роман Гюго — я его классе в шестом читала. Тогда мне все бы только про любовь. А теперь я совсем по другому на сюжеты книжек смотрю. Собственно, роман, конечно же, вообще не про любрвь — и даже не про добродетель. Роман про социальный лифт. Кстати, название на русский переведено странно — les miserables — это не обязательно отверженные — а скорее те, кому не повезло.

Ну, и идея о том, что чувак из простого сословия, сын крестянина, да еще прошедший через каторгу — т.е. вообще вот дно — может стать весьма добродетельным буржуа — получше многих — эта идея во Франции середины 19го века прошла на ура — и Робеспьер и Бонапарт хорошо для этого поработали. Во Франции Маргариты Наваррской такая идея не прошла бы.

Нет, уши на этот раз не пострадали. Оно и понятно. Принимая во внимание все детали этого интересного политического события, я просто вообще не вижу ни одного сценария, при котором это может не быть постановкой. Тут только мелкие вопросы — пошел ли стрелок играть в эту игру сознательно — или это псих, которого использовали. Нет, я не любитель конспирологии. Просто если что-то выгладит как утка и крякает как утка — так это утка и есть.

Утка очень чахлая. Всплеска рейтинга не наблюдается. Никто особо не впечатлен — и даже у МАГи волосы дыбом не встают. Нет, эта история не отвлечет от бездарно спланированной, бестолковой и ненужной военной компании, которая болтается теперь вокруг Персидского залива без руля и без ветрил — мне приятнее употребить этот поэтический образ, не вспоминая про прорубь и белтающуюся в ней субстанцию. И от бензина, выросшего в цене на тридцать процентов эта история тоже не отвлечет.

Я думала, эти приемчики сохранят для осенних выборов — но видимо уже начинают упражняться. То ли еще будет. Но вообще, я начинаю замечать, что всему есть предел — включая дурость народную. И это вселяет надежду.

Ленин или австрийский штаб?

Надо сказать, у нас тут в Барнсе с Нобелем появилась тьма тьмущая книжек по истории Украины. А нынче теплая красивая весна. Весна не имеет прямого отношения к Украине — но имеет к моим посиделкам в книжном. Потому что книжный у нас рядышком с лесным велосипедным парком — а после катания по тропам вдоль речки — латте с книжками — это самое то. 

В общем, целая полка. Истории Польши нету, все Балканы в одной книжке, вся Германия в одной книжке — а история Укоаины представлена во всех обложках, шрифтах и форматах. Ну и как не заглянуть.

В общем, 16й век. Начинаются терки между Литвой и Польшей в составе Речи Посполитой. К слову, Ручь Посполитая — это здоровенная такая была империя, причем демократическая. Одна из самых сильных в Европе — да еще и с сеймом — и очень ограниченной властью короля. В общем, такие средневековые соединенные Штаты.

Ну и вот, в этом превеликом государстве начинает немного возникать Литва — она хочет себе побольше свобод. Мотив, причем, идеологический — Литва под влиянием реформации становится сильно протестанской, а Польша сильно католическая. И Литве предоставляется некоторая автономия.

С начала войны — пардон, я не буду употреблять слово из трех букв — у меня тут побывало немало соотечественников под лозунгом — а нам все равно, а нам все равно, не боимся мы волка и сову. Вот я давно никого из них не слышала — так мне на самом-то деле интересно — там еще кто-нибудь в живых остался. 

Помнится — когда обстреливали Белгород было все равно, и когда Беркович посадили было все равно, и на сотни тысяч своих убитых было все равно, и на нефть на пляже в Анапе было все равно. Я так поняла, что вот про блокировку интернета стало уже не все равно — пробило. А нефтяной дождик над Туапсе — это тоже все равно — или уже нет.   

Я помню как появились самые первые компы в конце 60х... и не надо мне говорить, что я ничего такого помнить не могу, поскольку пешком под стол ходила. Да, я ходила пешком под стол — и сидела там под столом — рисоваля бяку-заколяку на перфокартах. Которые приносил в избытке мой папа с своем рваном портфеле. 

Как я теперь понимаю, папа у себя в теоротделе ленинградского физтеха стал кем-то вроде штрейхбрехера — он был одним из первых физиков, начавших активно использовать комп. Хотя вообще-то он был профи в классической математике, комп не любил — а любил он писать длинные уравнения ручкой и на бумаге. Желательно на пляже. Желательно вместе с коллегой. 

Вот домустим пляж в Озерках — там народ играет в карты и в волейбол, водой брызнается, дупака валяет, закусывает, детей из воды зовет — и посреди всего этого великолепия валяются два молодых чувака на подстилке — с книжками, ручками и стопкой бумаги исписанной с двух сторон — и произносят загадочные слова — дэ е по де тэ. Нет, это не мат. 

Вот это была жизнь. А тут изволь ездить в итститут с колодами перфокарт в рваном портфеле. Однако папа сразу же в это дело включится, увидев там возможности — хотя, повторюсь — комп он никогда не любил.

Большинство его коллег отнеслось к компу с перзрением — типа это не настоящая творческая физика — а так - ручку крутить. И ничего — писали дальше свои уравнения. Собственно, папа их тоже продолжал писать.