Так утешаюсь и я, воскрешая в себе те светоносные древние страны, где некогда ступала и моя нога, те благословенные дни, когда на полудне стояло солнце моей жизни, когда, в цвете сил и надежд, рука об руку с той, кому бог судил быть моей спутницей..."

В знак веры в жизнь вечную, в воскресение из мертвых, клали на Востоке в древности Розу Иерихона в гроба, в могилы.

Странно, что назвали розой да еще Розой Иерихона этот клубок сухих, колючих стеблей, подобный нашему перекати-поле, эту пустынную жесткую поросль, встречающуюся только в каменистых песках ниже Мертвого моря, в безлюдных синайских предгориях. Но есть предание, что назвал ее так сам преподобный Савва, избравший для своей обители страшную долину Огненную, нагую мертвую теснину в пустыне Иудейской. Символ воскресения, данный ему в виде дикого волчца, он украсил наиболее сладчайшим из ведомых ему земных сравнений.

Ибо он, этот волчец, воистину чудесен. Сорванный и унесенный странником за тысячи верст от своей родины, он годы может лежать сухим, серым, мертвым. Но, будучи положен в воду, тотчас начинает распускаться, давать мелкие листочки и розовый цвет. И бедное человеческое сердце радуется, утешается: нет в мире смерти, нет гибели тому, что было, чем жил когда-то! Нет разлук и потерь, доколе жива моя душа, моя Любовь, Память!

Так утешаюсь и я, воскрешая в себе те светоносные древние страны, где некогда ступала и моя нога, те благословенные дни, когда на полудне стояло солнце моей жизни, когда, в цвете сил и надежд, рука об руку с той, кому бог судил быть моей спутницей до гроба, совершал я свое первое дальнее странствие, брачное путешествие, бывшее вместе с тем и паломничеством во святую землю господа нашего Иисуса Христа. В великом покое вековой тишины и забвения лежали перед нами ее Палестины — долы Галилеи, холмы иудейские, соль и жупел Пятиградия. Но была весна, и на всех путях наших весело и мирно цвели всё те же анемоны и маки, что цвели и при Рахили, красовались те же лилии полевые и пели те же птицы небесные, блаженной беззаботности которых учила евангельская притча...

Роза Иерихона. В живую воду сердца, в чистую влагу любви, печали и нежности погружаю я корни и стебли моего прошлого — и вот опять, опять дивно прозябает мой заветный злак. Отдались, неотвратимый час, когда иссякнет эта влага, оскудеет и иссохнет сердце — и уже навеки покроет прах забвения Розу моего Иерихона.



 Проходит молодость, зрелость, этот рассказ я почему-то не перечитываю, но помню.

И вот, роясь в поисках интересных растений, я нахожу странную картинку с названием "Роза Иерихона". И это  волшебное растение можно за копейки купить и получить по почте.
 Приходит оно именно сегодня, в день рождения моего мужа, и я понимаю, что смогу сделать ему ещё один сюрприз-
 показать ему и детям чудо Воскрешения.
 Когда все садятся за стол, я наливаю в вазочку воды и объявляю, что сейчас будет чудо. Малышня с недоверием смотрит на грязный комок травы с засохшими мёртвыми веточками.



 Но я-то совершенно уверена, что чудо свершится. Настолько увлекаюсь мгновенно происходящими переменами, что начало преображения забываю снимать. Веточки едва заметно шевелятся и начинают медленно раскрываться, превращая бесформенный комок в колючего ёжика, а в центре, пока ещё бурые, появляются подобия листочков.



Потом процесс замедляется. Детство всегда быстротечно, а зрелость приходит неспешно.



Такая наша роза сейчас. Как пишут, окончательно она раскроется к утру. Но ждать у меня нет сил - хочется поделиться.
Утром непременно сфотографирую и покажу.
 Переписывать все предания и обычаи, связанные с этим чудом природы, я не вижу смысла - кто заинтересуется, легко найдёт сам.
 А пока... пока хочется верить в жизнь вечную.
   Такой она стала к утру.