О расправе над семьей Романовых в ночь на 17 июля 1918 года многие привычно говорят: “Это,конечно, преступление». Одни добавляют «но», другие не добавляют.
Не нравится мне эта формулировка. Ну вот категорически. Думаю, не только мне. Событие, произошедшее в Екатеринбурге, по форме и не только по форме подпадает под понятие Злодеяние. А в чем разница между Преступлением и Злодеянием?
Полного тождества нет. Племя людоедов съедает побежденных врагов. Это Злодеяние, с нашей точки зрения. Но мы же не считаем, что их надо судить. Их следует цивилизовать, полагаем мы.
Преступление – всегда отступление от нормы, в том числе людоедской. Даже в условиях коллективного злодеяния, именуемого войной, выделяется категория поступков, которые квалифицируются как «военные преступления». Побежденного врага часто судят. Злодеяния совершали оба противника, а преступником признают одного.
Злодеяние в иных ситуациях – норма! Для племени людоедов – традиция, для представителей цивилизованных народов – провал в варварство.
В самых справедливых войнах ее участники, спасители Отечества, совершают поступки, о которых они потом не рассказывают детям, от воспоминаний о которых они вскрикивают по ночам. Они страдают. Но совесть у них не болит в привычном смысле. Они совершили эти поступки, находясь в определенном состоянии. У них выбора не было. Кто не совершил этих поступков – погиб. Многие, вспоминая о вынужденных злодеяниях, идут в церковь замаливать грехи, но преступниками они себя не считают.
В иных экстремальных ситуациях человек не может не совершить злодеяния! Допустим – воин, задача которого – не допустить злодеяний в отношении тех, кого он защищает. В романе Толстого князь Андрей и Пьер спорят перед Бородинским боем. Князь Андрей говорит примерно: «Я бы вообще не брал пленных! Война – это не рыцарский поединок, а преступление. Если бы все эти гессенцы и вестфальцы знали, что в России их будут автоматически убивать, они бы сто раз подумали, прежде чем идти сюда за компанию с Наполеоном». Цивилизованный князь Андрей призывает к террору! К злодеяниям, в том числе по отношению, может быть, к полувоенным людям - фуражирам, квартирьерам, каптенармусам. И считает это правильным – в данной конкретной ситуации.
Стихи Симонова «сколько раз увидишь его, столько раз его и убей» - то же самое. Если дорог тебе твой дом, ты вправе совершать все что угодно в отношении захватчика. Любое злодеяние в отношении него оправдано. В период Отечественной войны это не преступление, а доблесть. Потом – другой разговор.
Возвращаемся к исходной точке. Те, кто в Екатеринбурге расправлялся с Романовыми, преступниками себя не считали. Экс-царя они расстреляли как «кровопийцу» и чтобы не достался врагам, остальных убрали как свидетелей. Злодейство в чистом виде – кровь в жилах останавливается, когда читаешь. Но Преступление ли? Заметим, личные драгоценности погибших не были украдены (насколько помню), их спрятали в тайник, а потом отдали государству.
Другое Злодейство имело место рядом, в Алапаевске, где дальних родственников Николая расстреляли и сбросили в шахту. Когда белые извлекли тела, их поразило: убийцы не тронули драгоценностей жертв! Белые сами были ошеломлены силой ненависти, которую испытывали исполнители злодейского акта, их убежденности в справедливости (а может быть, в необходимости) совершаемого деяния. Вот пища для психоанализа!
Исторических деятелей вообще с большой осторожностью следует называть преступниками. Записал явного или кажущегося злодея в преступники – значит, избавил себя от необходимости глубоко изучать мотивы его поступков. При внимательном рассмотрении может оказаться, что злодейским было все то время, и деятель от современников мало чем отличался. Таков суд победителей: быстрее записать врага в преступники (хорошо еще бы запретить пересматривать это решение), чтобы от него в народной памяти только это и осталось: «Преступник». Легче и для себя безопаснее: копаясь в прошлом, потомки могут обнаружить, что ты, победитель, был в сто раз хуже.
Со злодеями сложно. Злодейство – это провал (часто коллективный) в варварство. Здесь надо причинно-следственные связи изучать, в психологии копаться. Мало кому это по силам. В начале XX века весь мир провалился в людоедство. Бельгийцы в начале войны обалдели: вчера немцы пили у них пиво, а сегодня они грозят их убивать за нарушение комендантского часа. Террор, концлагеря, контрибуции, заложничество etc. – все это сделалось нормой в мировую войну. В сутки 16-17 июля 1918 года в Европе в результате массового злодейства от пуль, снарядов, мин, тифа, испанки, голода, отравляющих газов погибли, наверное, тысячи людей. На этом фоне событие в Екатеринбурге – маленькое злодейство, которое тогда не заметили. Да и было бы странно, если бы Большие злодеи, по чьей вине гибнут миллионы, осудили маленьких (по тем меркам) уральских злодеев. Это позже произойдет, когда людоедство 1914-1918 годов начнет забываться, и мир перейдет к любимому занятию – пропаганде.
Убедили меня Бондарчук-Парвус, Хабенский-Троцкий-Колчак и Миронов-Ленин. Большевики были агентами иностранных разведок, шестерками Ротшильдов и Рокфеллеров. Зря я и на Старикова тянул. Против фактов, а также могучего дарования перечисленных мастеров культуры, не попрешь. Живо представляю, как все происходило.
Первый разговор у Ленина состоялся, конечно, с немцем Людендорфом на конспиративной квартире, в Швейцарии еще.
Людендорф: «Вы поняли, Ленин, что надо сделать, как приедете в Россию»?
Ленин: «На память не жалуюсь. Штыки в землю, мир без аннексий и контрибуций. Опубликуем секретные протоколы. Позже посла вашего убьем, хе-хе».
Людендорф мрачнеет: «Этого мало. Как вы невнимательны, агент. Непременно – фабрики рабочим, землю - крестьянам. И возьмитесь за ликвидацию неграмотности. Тоже ваша беспризорность очень нас беспокоит. Мы вам выделяем своего лучшего агента, он поляк. Пусть создаст эту…ВЧК. Кстати, заодно не даст вашим графам и князьям вывезти ценности к нам за рубеж. Мы его проинструктируем. Пройдет по особнякам, сейфы поищет. Они там картин, золота понапрятали на вывоз немерено. Нам чужого не надо, свое ставить негде».
Ленин: «Многовато выходит за пломбированный-то вагон, а? Про неграмотность и беспризорность не было базару. Еще прикажете бесплатную медицину вводить. Добавить бы».
Людендорф взглядом дает понять, что условия теперь диктует он. Ленин суетливо (не передумали бы пломбированный вагон давать) прячет внушительный список и мелкой походкой удаляется. «Губа не дура у этого империалиста, - думает он. – Нам бы только займов нахватать, детишек в сорбонны отправить, а этот сколько всего надиктовал!»
Потом пришлось Ленину и других хозяев обойти. Каждый лез к нему со своим. Американцы и японцы требовали вышвырнуть их с Дальнего Востока. Англичане утомились сосать нефть в Закавказье и вывозить руды с российского Северо-Запада. Ротшильды с Рокфеллерами, ядовито улыбаясь, советовали не возвращать им долги. Вообще все кредиторы умоляли большевиков кинуть их на деньги. Наглее прочих вели себя французы. Записывая их задания, Ленин горбился, кряхтел и чесал лысину. В какой-то момент он хотел вообще отказаться от командировки в Россию. Вообразите: лягушатники обязали большевиков разгромить армию Колчака, вернуть золотой запас, присоединить Украину, отбить агрессию Польши, а когда Гражданская почти закончится (Ленин изумленно: «Неужели еще не все?» - Ему: «Вы записывайте, вопросы здесь мы задаем»), агентам иностранных разведок придется выполнить маленькое, но ответственное поручение. Покидая неблагодарную Россию, предупредили Ленина, ее благодетели постараются оставить в ее заднице занозу, а именно – предателя Врангеля в Крыму. «Вы должны выбить эту гниду, нашего наймита, с полуострова, - сухо сказали Ленину. – Забирайте Крым себе. Он нам без надобности. Вот наше маленькое, но ответственное поручение».
Так и увяз коготок у продажных большевиков. Аппетиты у англичан-французов и Ротшильдов-Рокфеллеров росли и росли. Пришлось их агентам оборонные отрасли создавать, атомной бомбой обзаводиться, лететь в космос. Гагарина в космос, между прочим, Ротшильды отправили – жалко им было своего американца посылать. Странно, что Стариков до такого не допер. Но у него есть время исправиться.
Главное, ни слова конспирологии. Выше приведены только факты! Поток убедительнейших фактов продажности Ленина, Троцкого и компании. Выполнили они все задания своих хозяев, отработали пломбированный вагон. По плодам познаешь древо. Давайте нам больше бондарчуков-парвусов, мироновых-лениных и хабенских-троцких. Мы будем верить, что именно эти клоуны потрясли когда-то мир.
Пока о театрах. Но это касается вообще высоких духовных сфер.
В годы позднего СССР я приехал жить и работать в сибирский городок Усть-Илимск, Не простой - город трех ударных строек, около 100 тысяч жителей. Из Москвы туда можно было добраться, в основном, только самолетом, поверх зеленого моря тайги.
Что меня, москвича, удивило: из Усть-Илимска не выводились деятели столичной культуры! Почти каждые выходные кто-то приезжал. И не абы кто: актеры хороших столичных театров, цирки шапито, поэты и эстрадники. Кобзон (отдам ему должное) из Приангарья не вылезал, Евтушенко прописался в Братске. Пахмутова и Добронравов написали песню про У-И. О деятелях культуры из Иркутска и не говорю. На культуру в У-И работали читальные залы, ДК, школы. А летом приезжали интернациональные стройотряды - чехи. немцы, кубинцы, которые тесно общались с местным народом. На берегу Усть-Илимского моря стоял шикарный яхт-клуб, расписанный замечательным художником Валерием Лауром.
Никакого отрыва от центра в этом городке, заброшенном в тайгу, не чувствовалось. Напротив. С Окуджавой, например, я познакомился именно в Сибири, а не в Москве.
Почему ездили по провинции деятели культуры? Потому что за это они получали госпремии, звания, загранкомандировки, пластинки и прочие блага. Они их зарабатывали, принося благо людям. И это была, в целом, правильная политика.
Теперь объясните мне: что такое нынешние дотации столичным (по преимуществу) театрам? За что они, руководимые мультимиллионерами, получают бешеные деньги? Может быть, театр Райкина прославился детскими елками для инвалидов и малообеспеченных? Или этим знамениты театры Табакова, декларирующего десятки миллионов дохода? Кто-то из осчастливленных служителей Мельпомены махнул с благотворительными концертами в Донецк, где их коллеги служат музам бесплатно под бомбами? Нет, прожирают средства налогоплательщиков и ноют, что власть их обижает.
Помогать театрам (о них речь) следует единственным способом: давать им возможность зарабатывать на полезных государству акциях. Заплати театру за эту акцию впятеро больше затрат, и пусть он на вырученные деньги ставит “Дядю Ваню”. А дотировать постановки, давать средства по надуманным критериям (вроде заполняемости залов, что означает помощь самым богатым) - это означает расписываться в отсутствии всякой культурной политики. Нет ее, государственной культурной политики! Миллионы, полученные за красивые глаза, неизвестно на что, “мастера искусства” сразу бегут обналичивать. Этим они и занимаются. Самые наглые попадаются, менее наглые дают за них поручительства перед судом.
Озерцо в нашем парке. На берегу восковые фигуры рыбаков. Хорошо сделаны, как живые...Ветер колышет удочки...
- У тебя хоть клевало? – вдруг оживает одна фигура.
- Нет, - шевелится другая.
Снова тишина. У рыбаков снаряжение, будто они удят на Дону. Озерцо размерами с вытянутое футбольное поле, в узком месте оно стянуто мостиком; глубина в нем – кажется, лебеди ходят по дну пешком. Есть место, где вода по грудь, это наша Марианская впадина.
О чем думают эти восковые фигуры на берегу лужи во время многочасового ужения? Во всяком случае, не о подготовке к войне. Уже хорошо.
Я бы назначал руководителями государств рыбаков. Представляю картину: два мужика и баба на берегу нашего озерца. Баба говорит соседу:
- У тебя хоть клевало, Дональд?
- Хера лысого, - ворчит первый мужик.
- А у него и спросим. Херр Владимир! У тебя клевало? – не унимается баба.
- Бывали лучше времена, Ангела,- отвечает второй мужик, вытаскивая пятого за утро тайменя.
С места поклевки по дну в разные стороны расползаются аквалангисты...
Меня не покидает ощущение, что наше военное могущество - это разводка. Неоткуда ему взяться. Соображения следующие.
1. ВПК не может возглавлять человек, который часами сидит в твитере и постит глупые под@@бки пиндосам. Берия в твитерах бы не сидел.
2. Когда-то я окончил МИФИ (“ядерный колледж”). Никто из моих однокашников в ВПК не работает. Самого умного, упорного и работоспособного недавно уволили из самолетостроения за ненадобностью. Где эти, черт возьми, мега кластеры оборонки?!
3. Сильный ВПК может базироваться только на выстроенной системе образования, мощной промышленности, ресурсной базе. Предъявите это. В атомном проекте Курчатова-Берии-Судоплатова “физика-химия” была лишь небольшой частью. Лаврентий Палыч карту мира смотрел, где есть нужные нам месторождения, и как эту карту надо подрихтовать.
Короче. не верю, не понимаю, удивляюсь. Остается предположить, что по Нусре по-прежнему пуляют штуковины дядюшки Джо, Лаврентия Палыча и Леонида Ильича. Невесть откуда берущиеся С-500, -800 - это подмарафеченные советские “С”, я бы назвал их “С-1917”, плюс импортные аксессуары едва ли последнего поколения. Вроде новых таблеток по тысяче рэ за штуку, рекламируемых по ТВ, созданных на основе советского копеечного парацетамола.
Конкурентноспособным (на века) у нас остается одно оружие: способность отправить Америку на дно морское. Оружие-оберег (как бы не всего мира), созданное бесами, христопродавцами, разрушителями - большевиками. В его наличие верю.
С1. Бизнесмен Тр-в дал денег Вороненкову, чтобы тот через “Единую Россию” пробил контракт на поставки продуктов на Крайний Север; Вороненков взял, но не сделал.
Тут уголовная статья чуть не в каждом слове. Кинутый Тр-в не “бизнесмен”, а коррупционер. Какого черта ЕР пробивает коммерческие контракты? С Вороненковым - понятно, развел лоха.
С2. Честный Клинцевич, узнав о кидке, посоветовал Тр-ву написать заяву на Вороненкова, а деньги (60 тыс. долл.) честно внести в кассу ЕР, что и было сделано (в итоге контракт Тр-в получил).
Тут уголовщина (и аморальность) еще гуще. С кого слупит Тр-в 60 тыс. баксов, данные ЕдРу? С населения Крайнего Севера. Это оно проспонсировало ЕдРо. Честный Клинцевич, конечно, взял свой процент с партийного взноса (налоги заплатил? или бессребренник он?). Коррупционер Тр-в к ответственности не привлекался. Поставщик продуктов на Север определяется не по критерию, кто дешевле и четче поставляет, а по критерию, кто занес. Вороненкова не посадили тогда не потому, что депутат (он им не был еще), а потому, что навозную кучу побоялись ворошить.
Смерть изящно вырезала Вороненкова из этого криминального коллажа. Его обсуждают отдельно. Слушайте и возмущайтесь.
“Сегодня мы не просто передаем власть от одной администрации другой. Мы забираем власть у горстки чиновников и олигархов и возвращаем ее тебе, народ!
Очень долго небольшая группа в столице наслаждалась всеми бонусами, а люди платили за это цену. Москва расцветала, но не делилась с народом своим богатством. Процветали политики, но рабочие места сокращались и заводы закрывались. Высшие классы защищали себя, а не граждан нашей страны. Их победы не были вашими победами. Их триумфы не были вашими триумфами. Пока они праздновали здесь, в столице, вам мало что было праздновать – всем семьям, страдающим по всей стране. ( Collapse )
Я только что запостил рассказ Садальского об Игоре Афанасьевиче Клименкове (не Клеменкове). Я близко знал И.А., легендарного мальчика-пажа из "Золушки", в последнюю пору его жизни. Мы познакомились при интересных обстоятельствах в 1988 и регулярно общались примерно до 2000 года. Как-нибудь расскажу то, что мало кто знает. Если интересно. Постараюсь не затягивать.
В последние лет двадцать мое отношение к Солженицыну неуклонно меняется к худшему. Осталось ли что-нибудь от прежнего почтения? Осталось.
В Литературном институте моя дипломная работа была посвящена спору Сахарова и Солженицына 1969-1973 годов. Ее оценили на «отлично» ультра-патриот Владимир Гусев и ультра-либерал Мариэтта Чудакова.
Русские писатели, бывало, договаривались до чудовищных вещей. Глубоко любившие Россию люди наносили ей оскорбления. Но Александр Исаевич тут всех переплюнул.( Collapse )
Журналистов советского времени, особенно районщиков и областников, очень допекали шизофреники. Редакции тогда были проходным двором. Как весна – так начинается. Я помню одну из первых встреч с таким. Убили Индиру Ганди. И вот ближайшей весной заявляется ходок и проносит поэму! Он описывает свои встречи с Индирой. Дело, замечу, было на Крайнем Севере, в Усть-Илимске. Спрашиваю: «А где вы с ней встречались?» - «На БАМе». Что ж, она почти наверняка приезжала на БАМ. И на все вопросы у него находятся ответы. Просто так дядьку не пошлешь, не те были времена. Уходя, он заметил, что с Фиделем на БАМе тоже встречался…(не дожил, конечно, старичок, а то бы сейчас осчастливил). ( Collapse )
Бабушка продает мне малину на выходе из метро “Алтуфьево”, тревожно озираясь. Давно знаю ее в лицо. Они, бабушки, то сидят рядком перед остановкой со своим товаром, то исчезают.
С Улюкаевым постепенно проясняется. Кто-то намекнул, кто-то проговорился. Нам, кому до дна помойки добираться необязательно, может хватить. ( Collapse )
Вся подноготная вскроется не скоро, но сказки можно отсечь уже сейчас.
Когда крупная компания с кем-то конфликтует, то ее ССБ (собственная служба безопасности) обычно и собирает все компроматериалы. Официальные органы их только легализуют. Т.е., допустим, органы, выделяют для операции людей с корочками, а технику, транспорт, свидетелей и прочее обеспечивают заказчики-буратины. По результатам все заслуги за раскрытие резонансного преступления припишут себе силовики, а компания останется в тени, ей достаточно других дивидендов.
Таким образом, утверждение, что «ФСБ год разрабатывала министра У-ева.» - скорее всего чепуха.( Collapse )
