Игорь Тимофеев

Познакомьтесь с Пи Джей О'Рурком, корреспондентом журнала Rolling Stone в Белом доме и перевоплощенным, хотя и более приземленным Уиллом Роджерсом.

О'Рурк считает, что давать правительству деньги и власть — это то же самое, что давать подросткам виски и ключи от машины; что немного правительства и немного удачи необходимы в жизни, но только дурак доверяет им обоим; что тайна правительства не в том, как работает Вашингтон, а в том, как заставить его остановиться; что каждое правительство — это парламент шлюх, но — и что это за «но » — в такой демократии, как наша, шлюхами являемся мы сами.

Или возьмем утверждение автора, что он первый, последний и всегда консерватор. Как так? Ну, говорит он, консерватизм опирается на личную ответственность и личную свободу. Это идеология индивида, им и для индивида. Видите ли, консерватор берет своих собратьев по одному. Современный либерал, с другой стороны, играет на публику. Но толпа, говорит

О'Рурк, вторя Маккею, Ле Бону и Ортеге-и-Гассету, «шумные, неразумные и нетерпеливые. Они могут растоптать вас легче, чем один человек».

Или как насчет теории этого иконоборца, что Бог — республиканец, а Санта-Клаус — демократ? Бог, объясняет О'Рурк, — суровый парень, скорее патриархальный, чем отеческий. Бог требует от людей строгой ответственности за их поступки. Бог сложен. Он требователен. Он несентиментальен, и поэтому «очень трудно попасть в небесный загородный клуб Бога».

Это даже хуже, чем вы думали It's even worse than you thought

11. Демократия — это не мудрость толпы.

Когда случайная группа людей должна угадать, сколько шариков содержится в конкретной банке, оказывается, что среднее значение всех оценок очень близко к фактическому числу. Это явление называется Мудростью толпы.

Многие думают, что демократия использует ту же магическую мудрость, но, к сожалению, это не так. Вопреки примеру с банкой, люди в демократии не разделяют одну и ту же цель. У них часто противоположные цели и желания. Люди в основном голосуют в своих собственных интересах, которые часто сильно отличаются от интересов всех остальных. Один человек хочет пойти налево, другой хочет пойти направо. Это не значит, что разумное и правильное направление — прямо вперед, усредняющее оба желания

.

12. Демократия — трагедия общин

Община — это общий луг, на котором фермеры могут пасти свой скот. Проблема в том, что каждый фермер хочет добавить своих коров на общую землю, чтобы максимизировать свою выгоду. В результате луг вскоре становится перевыпасаемым.

Демократия работает похожим образом. В демократии каждый старается положить свои личные цели и расходы на коллективный счет. Это как пойти на ужин с сотней человек и заранее договориться разделить окончательный счет поровну. Это означает, что заказ десерта за 10 долларов добавит всего 10 центов к индивидуальным расходам. Таким образом, у каждого есть сильный стимул заказать гораздо больше, чем он обычно делает.

1. Краткосрочность заложена в демократию

Избранные политики находятся у власти всего несколько лет. Поэтому они знают, что если они перерасходуют, взимают слишком много налогов, печатают или занимают еще больше денег, то сами испытывают временные выгоды. Но их преемники, которые могут быть даже их политическими оппонентами, страдают от долгосрочных недостатков. К сожалению, их преемники также склонны откладывать решение проблемы на потом.

Поэтому политики ведут себя как беспечные арендаторы, а не как ответственные хозяева. Наши демократические правители разрушили экономику, растратили нашу свободу, пренебрегли нашей безопасностью, продали нашу автономию, раздули валюту, ослабили наши границы и разрушили государственные финансы. Очевидно, что им все равно или они не способны действовать ответственно. Они заметают проблемы под ковер, принижают их, откупаются от них дополнительными расходами или реагируют еще большими законами и постановлениями.

2. Демократия не является политически нейтральной.

Можно было бы подумать, что демократия может пойти в любом направлении: влево, вправо, либерально, социалистической или консервативной. Но демократия по сути коллективистская. Это идея, что в основном все может быть (и все чаще) решено коллективно, и что результат этого процесса обязателен для каждого человека, включая тех, кто был против.

Мой тезис прост. Если у нас есть свобода вероисповедания, которая в свою очередь вытекает из свободы объединений, то почему у нас нет также свободы политических объединений?

 Почему у нас нет также свободы политики?Конституция США гласит: «Конгресс не должен издавать ни одного закона, относящегося к установлению религии или запрещающего свободное исповедание ее…» Томас Джефферсон решительно поддерживал свободу вероисповедания. Свобода вероисповедания — американский идеал. Почему бы не сделать свободу политики также идеалом?

Свобода вероисповедания в Америке не идеальна. Есть проблемы с освобождением от налогов, слова и инкорпорации. Но я думаю, мы можем согласиться, что в этой стране в очень высокой степени свобода вероисповедания. Однако у нас нет свободы политики.

Если у нас есть свобода вероисповедания, почему у нас не должно быть свободы политики? Если мужчина или женщина могут свободно выбирать религию или не исповедовать никакой религии, почему мужчина или женщина не могут свободно выбирать, в какой политической системе участвовать или не выбирать никакой политической системы?

Человек может войти в церковь, и он может выйти из церкви. Он может сделать это, не покидая страну, в которой он родился. Входя в церковь, он свободно выбирает, с кем общаться. Он свободно выбирает свой способ поклонения. Свобода вероисповедания является следствием свободы объединений.

Должно ли у Америки быть национальное правительство?

Нет, не национальное правительство , каким мы его знаем . Не в нынешней обязательной форме. Не правительство, которое имеет полномочия тиранить тех американцев, которые не хотят быть тираном.

У британцев в 1700-х годах были вербовочные бригады, которые обыскивали таверны и забирали людей на военные корабли. Война 1812 года между США и Великобританией велась отчасти из-за вербовки британцами американцев, которых заставляли работать на британских кораблях. Подобным же образом каждого из нас заставляют служить федеральному правительству. Нас заставляют платить его налоги и подчиняться его постановлениям. Почему кто-то из нас должен заставляться вступать в правительственные соглашения?

Мы не можем отказаться от обязательных государственных программ и мероприятий, таких как социальное обеспечение и Medicare. Мы не можем отказаться от коллективного выбора, сделанного национальным правительством для 300 миллионов американцев, например, пойти на войну в Ирак и Афганистан. Каждый из нас не может добровольно выйти из-под своего правительства. Почему это плохо? Это плохо, потому что нас заставляют поддерживать и делать то, что мы считаем неправильным и ненадлежащим, и это ВРЕДИТ нам.

Луис : Дуг, давайте отвлечемся от бед нашего усталого мира. Многие читатели продолжают спрашивать больше информации о филах, хотя мы уже несколько раз касались этой темы, так что давайте рассмотрим ее подробнее. Что такое филы и почему они важны?

Doug : Хорошо, хорошо, phyle — это группа людей, которая сама себя определяет с помощью тех ценностей, которые они разделяют. phyle не ограничена расой, языком или географией — или, что самое важное, границами на картах или другими подобными выдумками — хотя это могло бы быть так, если бы ее члены решили быть такими ограниченными. Слово phyle было придумано писателем-фантастом Нилом Стивенсоном в его шедевре « Алмазный век ». Оно происходит от греческого φυλή, что означает «племя» или «клан». Но было бы не менее уместно, если бы их называли philes, происходящим от греческого слова philia , что означает «любовь» — тот же корень в слове «философия». Основная идея заключается в том, что человек — социальное животное, и мы, как правило, предпочитаем бежать с другими, которые похожи на нас — или которые любят то же, что и мы. Рыбак рыбака видит издалека, в любом случае.

Когда страна работает достаточно хорошо — когда в школах преподают алгебру, а не предписанные государством Приемлемые ценности, когда полиция немногочисленна и вежлива, когда правительство находится вдали от цивилизации, занимается своими делами и работает больше на благо страны, чем на мародеров и особые интересы, тогда присягать ей на верность не глупо. Десятилетия назад Америка была такой страной, несовершенной, как и все страны, но достаточно хорошей, чтобы ее лелеять.

Когда начинается упадок, и правительство становится деспотичным, самодовольным и безжалостным, но некомпетентным, когда процветает официальный шпионаж, когда коррупция набирает силу, а институты гниют, настало время отстраниться. Верность стране — это выбор, а не обязанность. В другие времена люди любили семью, друзей, общую порядочность, племя, полк или церковь вместо страны. В эпоху национального краха это мудро.

Плодотворное поле размежевания можно назвать внутренней экспатриацией — признание того, что жизнь в стране делает вас резидентом, а не подписчиком. Одно дело быть лояльным правительству, которое лояльно к вам, и совсем другое — продолжать эту лояльность, когда маршируют коричневые рубашки, а правительство отвергает все, во что вы верите. Хотя эта фраза стала невыносимо претенциозной, можно считать себя гражданином мира, а не Рейха.

Какая страна самая маленькая в мире? Монако? Нет. Мальта? Слишком большая. Даже Ватикан с населением всего 770 человек по сравнению с ней огромен.

Он называется Силенд, его основателем и правителем был Пэдди Рой Бейтс, выдающийся человек, скончавшийся на этой неделе в возрасте 91 года. Он был первым пиратским радистом и принцем Силенда, крошечной баржи в шести милях от восточного побережья Великобритании, за пределами территориальных вод Соединенного Королевства.

Из созданной им самим страны Бейтс вел трансляции на Радио Эссекса в 1965 и 1966 годах, транслируя рок-музыку в то время, когда BBC осуждала ее, и в целом показывая миру, как общаться, выходя за рамки дозволенного законом.

Мы говорим о серьезном первопроходце, человеке, который показал путь к сегодняшнему Интернету. В те дни для того, чтобы сделать то, что он сделал, требовались настоящая смелость и дальновидность. Он фактически отделился от национального государства, чтобы основать свое собственное, как способ гарантировать свою свободу слова и внести вклад в жизнь своего времени.

У его новой нации была конституция, флаг, национальный гимн, и он вел бойкий бизнес по выдаче паспортов (судя по всему, было выдано 150 000 паспортов!). Девиз нации: E Mare Libertas . Из моря — свобода. Будучи самопровозглашенным принцем, он был однажды арестован британскими судами, но суды закрыли дело, потому что его баржа находилась за пределами территории Великобритании. Он добился свободы путем серьезных испытаний и усилий.

Готовясь к Дню голосования (в США), ознакомьтесь с этой идеей одного из самых крутых бельгийских мыслителей, о котором вы, вероятно, никогда не читали. Это из 1860 года — за год до начала Гражданской войны в США:

Почему я ценю и выбираю Панархию

Я ценю панархию не потому, что это идеальная система. Идеальной системы не существует; однако лучшая система — это та, которая функционирует и саморегулируется, что, как я считаю, и делает панархия.
Мне также кажется, что панархия — это реальность человеческого выбора и взаимодействия.
Насколько я могу судить, мир, в котором мы живем, не предпочитает и не поощряет «моно» ситуации. Фактически, среды обитания одного вида — это обычно отчаянные, последние попытки природы выжить в бесплодной ситуации. Меру способности человечества к процветанию можно соотнести с изобилием вариантов и ресурсов, доступных людям.

Управление — это концепция, и, как и большинство уникальных человеческих идей, существует только в нашем интеллекте. Другие человеческие концепции, такие как религия и страхование, также существуют только в наших ментальных мирах. Человеческие (только) концепции принимаются как существующие, что подтверждается человеческим участием и зданиями, созданными во имя этих концепций. Здания, посвященные религиозным и определенным деловым практикам, населенные людьми, чьи усилия направлены на достижение этой цели, воспринимаются как демонстрация жизнеспособности представленной концепции.