К истории испанского языка
Читая дружественный журнал, задался вдруг вопросом: известно, что испанцы читают "j" как "х"; а с каких пор они его так читают? Покопавшись там и сям (каюсь: в основном в английской и испанской Википедии), нарыл какой-то ответ. Чтобы не забылся и не потерялся, запощу тут.
Возьмём за образец слова mujer "женщина", paja "солома" и ijada "бок", которые в современном испанском читаются как "мухэр", "паха" и "ихада" и, согласно этимологическим словарям, восходят к латинскому mulier "женщина", palea "солома" и ilia "внутренности".
Видно, что современное "х" стоит на месте латинского "л" (точнее, li и le, стоящих перед гласной) - но как получилось такое превращение?
Процесс был многоступенчатым.
На самом первом этапе, ещё вероятно в народной латыни, сочетания -li-, -le- перед гласной превратились в звук /ʎ/ (для русского уха звучит примерно как "льй").
Тем самым mulier-, palea, ilia дали что-то типа "мульер", "палья", "илья".
Затронул этот процесс предков едва ли не всех современных романских языков. Многие на этом и остановились:
формы с /ʎ/ типа "мульер" сохранились в португальском (mulher, palha, ilharga) и близком к нему галисийском (muller, palla, illarga), региональном языке на с-з Испании;
в арагонском (muller) - помните Фердинанда Арагонского и Изабеллу Кастильскую, которые браком объединили свои королевства в одну державу? так вот в каждом из этих королевств был свой идиом; кастильский язык развился в современный испанский, а арагонский зачах, и теперь на нем говорит небольшое число людей на самом севере Испании;
в окситанском языке юга Франции (molhèr, palha) и близком к нему каталанском языке с-в Испании (muller, palla, illada);
в некоторых итальянских диалектах, включая литературный язык (moglie);
в ряде вымирающих восточно-романских языков (muljeri и т.п. у аромунов Греции, Албании и Македонии, muljęre на истророманском языке Хорватии, muľari у мегленоромов Греции)
и некоторых других.
Далее, видимо (хотя в документах это, если я правильно понимаю, не зафиксировано - Темные века как-никак) /ʎ/ перешло в /j/ ("й")
Похожий процесс происходил - независимо - и в других языках.
Так, в средневековом французском ll произносилось как "льй". Только к новому времени в говорах севера Франции стало заменяться на современное "й"; в литературном языке "простонародное" "й" закрепилось окончательно только в конце XVIII века: батальон, бульон и Вильон, нормативные в начале XVIII века, через сто лет были батайоном, буйоном и Вийоном;
в языках северной Италии: mulier превратилось в mié в ломбардском, в mujé в пьемонтском (j=й), muier в истриотском и т.д.;
в пиренейских языках: в очень близких леонском и астурийском языках на c-з. Испании в ряде диалектов используется форма muyer;
в румынском (muiere, paie)
и некоторых других.
Однако в испанском (вернее, кастильском) /j/ не задержалось. В X веке, к которому относятся самые старые тексты на кастильском наречии, на месте старого "li" мы обнаруживаем букву "j", которая обозначает уже не /j/ (эту функцию выполняет "y"), а /dʒ/ ("джь"):
муджер, паджё, иджяда.
В некоторых леоно-астурийских диалектах произошла схожая мутация: muyer превратилось в mucher (мучер)
Схожим образом неаполитанскому muglieri (через "льй") соответствует mugghieri (через особый звук /ɟ/)
Но кастильский и на этом не остановился. Примерно в XV веке происходит переход /dʒ/ "джь" в /ʒ/ "жь", и слова ijada, mujer, paja читаются теперь как "ижяда", "муж'ер", "пажя".
В течение XV-XVI (в разных диалектах с разной скоростью) происходит оглушение /ʒ/ (жь) в /ʃ/ (ш) - "ишяда", "мушер", "пашя".
Затем /ʃ/ переходит в /ç/ (звук, стоящий в немецком Ich, которое для русского уха звучит как нечто среднее между "ихь" и "ищь"), а /ç/ к XVII веку отверждается до современного /х/.
В результате получаются примерно такие цепочки
"ильяда" > "ийяда" > "иджяда" > "ижяда" > "ишяда" > "ихяда" > "ихада";
"мульер" > "муйер" > "муджер" > "муж'ер" > "мушер" > "мухер" > "мухэр";
"палья" > "пайя" > "паджя" > "пажя" > "пашя" > "пахя" > "паха".
- где первые два превращения произошли в I тысячелетии, а остальные в промежутке c XV по XVII век.
PS Что любопытно, испанский дваждынаступил на одни и те же грабли пошёл по описанному выше пути.
Дело в том, что избавившись от старого /ʎ/, кастильский не мудрствуя лукаво обзавелся новым: старые сочетания вида pl-, cl- превратились в "льй": llamar < clamar, lleno < pleno.
Но уже к началу нового времени в ряде диалектов кастильского
ll стало превращаться в "й" (llamar - йямар), а в Латинской Америке процесс пошел еще дальше, и там уже в изобилии звучит "джь" (llamar - джямар).
Более того, на берегах Ла Платы ll произносят как [ʒ] а молодые носители даже и как [ʃ], буквально повторяя путь своих предков XVI века.
Возьмём за образец слова mujer "женщина", paja "солома" и ijada "бок", которые в современном испанском читаются как "мухэр", "паха" и "ихада" и, согласно этимологическим словарям, восходят к латинскому mulier "женщина", palea "солома" и ilia "внутренности".
Видно, что современное "х" стоит на месте латинского "л" (точнее, li и le, стоящих перед гласной) - но как получилось такое превращение?
Процесс был многоступенчатым.
На самом первом этапе, ещё вероятно в народной латыни, сочетания -li-, -le- перед гласной превратились в звук /ʎ/ (для русского уха звучит примерно как "льй").
Тем самым mulier-, palea, ilia дали что-то типа "мульер", "палья", "илья".
Затронул этот процесс предков едва ли не всех современных романских языков. Многие на этом и остановились:
формы с /ʎ/ типа "мульер" сохранились в португальском (mulher, palha, ilharga) и близком к нему галисийском (muller, palla, illarga), региональном языке на с-з Испании;
в арагонском (muller) - помните Фердинанда Арагонского и Изабеллу Кастильскую, которые браком объединили свои королевства в одну державу? так вот в каждом из этих королевств был свой идиом; кастильский язык развился в современный испанский, а арагонский зачах, и теперь на нем говорит небольшое число людей на самом севере Испании;
в окситанском языке юга Франции (molhèr, palha) и близком к нему каталанском языке с-в Испании (muller, palla, illada);
в некоторых итальянских диалектах, включая литературный язык (moglie);
в ряде вымирающих восточно-романских языков (muljeri и т.п. у аромунов Греции, Албании и Македонии, muljęre на истророманском языке Хорватии, muľari у мегленоромов Греции)
и некоторых других.
Далее, видимо (хотя в документах это, если я правильно понимаю, не зафиксировано - Темные века как-никак) /ʎ/ перешло в /j/ ("й")
Похожий процесс происходил - независимо - и в других языках.
Так, в средневековом французском ll произносилось как "льй". Только к новому времени в говорах севера Франции стало заменяться на современное "й"; в литературном языке "простонародное" "й" закрепилось окончательно только в конце XVIII века: батальон, бульон и Вильон, нормативные в начале XVIII века, через сто лет были батайоном, буйоном и Вийоном;
в языках северной Италии: mulier превратилось в mié в ломбардском, в mujé в пьемонтском (j=й), muier в истриотском и т.д.;
в пиренейских языках: в очень близких леонском и астурийском языках на c-з. Испании в ряде диалектов используется форма muyer;
в румынском (muiere, paie)
и некоторых других.
Однако в испанском (вернее, кастильском) /j/ не задержалось. В X веке, к которому относятся самые старые тексты на кастильском наречии, на месте старого "li" мы обнаруживаем букву "j", которая обозначает уже не /j/ (эту функцию выполняет "y"), а /dʒ/ ("джь"):
муджер, паджё, иджяда.
В некоторых леоно-астурийских диалектах произошла схожая мутация: muyer превратилось в mucher (мучер)
Схожим образом неаполитанскому muglieri (через "льй") соответствует mugghieri (через особый звук /ɟ/)
Но кастильский и на этом не остановился. Примерно в XV веке происходит переход /dʒ/ "джь" в /ʒ/ "жь", и слова ijada, mujer, paja читаются теперь как "ижяда", "муж'ер", "пажя".
В течение XV-XVI (в разных диалектах с разной скоростью) происходит оглушение /ʒ/ (жь) в /ʃ/ (ш) - "ишяда", "мушер", "пашя".
Затем /ʃ/ переходит в /ç/ (звук, стоящий в немецком Ich, которое для русского уха звучит как нечто среднее между "ихь" и "ищь"), а /ç/ к XVII веку отверждается до современного /х/.
В результате получаются примерно такие цепочки
"ильяда" > "ийяда" > "иджяда" > "ижяда" > "ишяда" > "ихяда" > "ихада";
"мульер" > "муйер" > "муджер" > "муж'ер" > "мушер" > "мухер" > "мухэр";
"палья" > "пайя" > "паджя" > "пажя" > "пашя" > "пахя" > "паха".
- где первые два превращения произошли в I тысячелетии, а остальные в промежутке c XV по XVII век.
PS Что любопытно, испанский дважды
Дело в том, что избавившись от старого /ʎ/, кастильский не мудрствуя лукаво обзавелся новым: старые сочетания вида pl-, cl- превратились в "льй": llamar < clamar, lleno < pleno.
Но уже к началу нового времени в ряде диалектов кастильского
ll стало превращаться в "й" (llamar - йямар), а в Латинской Америке процесс пошел еще дальше, и там уже в изобилии звучит "джь" (llamar - джямар).
Более того, на берегах Ла Платы ll произносят как [ʒ] а молодые носители даже и как [ʃ], буквально повторяя путь своих предков XVI века.