Говорят, что у меня нет права судить или наказывать. Должен ли я из этого ложного умозаключения, чья коварность мне известна, сделать вывод, что у меня нет даже права видеть и что мне запрещено поднять руку на поджигателя, который, уверенный в моем братском бездействии, поджигает мину, способную уничтожить целый город?