"Сказание о Ёсицунэ", главы двадцать третья и двадцать четвёртая
Часть четвёртая. Война, победа и разлад с братом
Разбор предыдущих глав – по метке «Гикэйки»
Глава 23. О том, как встретились Ёритомо и Ёсицунэ
Отряд Ёсицунэ догоняет войско восставших и становится лагерем неподалёку, поднимает белые знамёна Минамото. Ёритомо присылает гонца узнать, кто это такие, и Ёсицунэ сам выезжает и называет себя. Его с почтением провожают к Ёритомо – и братья наконец-то знакомятся. Ёритомо произносит длинную речь, упирая на то, что по-настоящему надеяться на своих соратников он не может – ведь среди них нет его родичей. Он приводит пример из прошлого – как в отчаянную пору отступления Хатиман-Таро: Ёсииэ взмолился богу Хатиману и на помощь примчался младший брат Ёсииэ. По словам Ёритомо, Ёсииэ тогда «воздал он богам священные дары “нуса”, распростёрся в благоговейном поклоне в сторону государевой столицы и взмолился: “Обрати на меня взор свой, Великий бодхисатва Хатиман! Да пребудет твоё заступничество за нас беспременным! Сохрани нам жизнь нашу в нынешней беде и дай исполниться нашим заветным помыслам!”» 南無八幡大菩薩と御覚えを改めず、今度の寿命を助けて、本意を遂げさせて給べ Наму Хатиман Дайбосацу то миобоэ-о аратамэдзу, кондо-но дзюмё:-о тасукэтэ, хонъи-о тогэсасэтэ табэ. Стругацкий даёт примечание про нуса: «вотивные приношения божествам: из бумаги, конопли, ткани». «Обрати на меня взор свой» – перевод-пояснение для наму; «заступничество» – поясняющий перевод для миобоэ, «память/помыслы» божества (о нас). «В нынешней беде» дополнение, в старояпонском – «в этот раз помоги продлить наши жизни»; хонъи снова «заветные помыслы».
В слезах Ёритомо подводит итог: так и мы с тобой теперь всегда будем вместе, «пока не смоем позора с имени наших предков и не успокоим их гневные души» 先との恥を清め、亡魂の憤りを休めんとは思召されずや, Сэн-то но хадзи-о киёмэ, бо:кон-но икидоори-о ясумэн-то ва обосимэсарэдзуя; вот здесь действительно «души умерших», бо:кон. Плачут и Ёсицунэ, и сидящие там же соратники Ёритомо. Ёсицунэ говорит: «Жизнь свою я посвятил отцу, а себя самого предаю отныне вам и потому готов вам повиноваться и из воли вашей не выйду» 命をば故頭殿に参らせ、身をば君に参らする上は、如何仰せに従ひ参らせでは候ふべき, Иноти-оба ко Ко:нодоно-но-ни маирасэ, ми-оба кими-ни маирасуру уэ ва, икага овасэ-ни ситагаи маирасэдэва со:ро:убэки; отца Ёсицунэ называет по должности, «покойным государевым конюшим». «Посвятил» и «предаю» – маирасу, одно и то же слово: «жизнь», иноти, наш герой посвящает отцу, а «себя / своё тело», ми, – брату. «Сверх этого», у эва, он будет «следовать», ситагау, за всем, что велит Ёритомо.
Повествователь заключает: «Вот как случилось, что в поход против дома Тайра главным военачальником Камакурский Правитель [Ёритомо] послал своего младшего брата Ёсицунэ»
Глава 24. О том, как Ёсицунэ ходил походом против Тайра
В этой главе повествователь очень коротко перечисляет победы Ёсицунэ в войне против Тайра; Стругацкий в предисловии дает очень яркие картины этих сражений. Ёсицунэ уже получил чиновный пятый ранг и условную должность «судьи» 判官, хо:ган, был принят и пригосударевом дворе, и при дворе государя-монаха. Только после этого он направляется в Камакуру к Ёритомо, своему брату и господину, везя с собой ценного пленника, Тайра-но Мунэмори – сына Киёмори (сам Киёмори уже умер). Просто так его с отрядом в Камакуру не пускают, он ждёт у Косигоэ, одного из горных проходов (минуя эти проходы, пройти сушей в ставку Ёритомо никак не возможно: она с трёх сторон окружена горами, а четвёртой выходит к морю).
В Камакуре между тем некий Кадзивара клевещет на Ёсицунэ. В разговоре с Ёритомо он передает будто бы слышанные им самим слова Ёсицунэ: «После разгрома дома Тайра все земли на запад от Заставы будут принадлежать мне. Хоть и говорится, что-де не бывать двум солнцам на небе и не бывать двум владыкам на земле, а всё же будут у нас два сёгуна!». Подвиги Ёсицунэ как полководца Кадзивара признаёт – и напоминает читателям, как было дело при Итинотани, при Ясиме, при Данноуре, – но настаивает, что наш герой слишком любим в войсках. «Конечно, сроки ваши определены счастливой кармой, и никто тут ничего изменить не может» 御一期の御程は君の御果報なれば、さり共と存じ候, гоитиго-но миходо ва кими-но гокахо: нарэба, саритомо-то дзондзи со:ро:– заключает Кадзивара, и всё же советует поостеречься. «Счастливая» здесь добавлено, видимо, затем, чтобы речь звучала более льстиво (в этом месте почтительных 御, го/ми, больше, чем в среднем по тексту).
Ёритомо склонен прислушаться к словам своего приближённого и велит, чтобы Кадзивара повторил свои обвинения при Ёсицунэ: «Мы поставим его против Кадзивары и послушаем, что он ответит». Ёритомо собирается устроить問答, мондо:, чаще это слово обозначает «диалог», «вопросы и ответы», здесь же – допрос в присутствии правителя.
Сподвижники Ёритомо толкуют меж собой, что Кадзивара наговаривает на Ёсицунэ из личной неприязни. Открыто обвинить Ёсицунэ Кадзивара не решается, а пишет вместо этого «клятвенное письмо» 起請文, кисё:мон, «…в котором поклялся перед богами и буддами, что ни в чём не солгал» – встроенное примечание переводчика. Ёритомо велит доставить Мунэмори в Камакуру, а самому Ёсицунэ оставаться у Косигоэ.
Ёсицунэ снова думает о своих целях: «Заветным желанием моим было смыть позор с имени наших предков и успокоить их гневные души (亡魂, бо:кон), но старался я также, сколько мог, угодить и брату моему Ёритомо. Ожидал я верной награды, но не удостоился даже встречи с ним, и вся моя преданность ему ныне ничего не значит» 先祖の恥を清め、亡魂の憤りを休め奉る事は本意なれども、随分二位殿の気色に相適ひ奉
Ёритомо меж тем призывает своих сторонников и велит напасть на Ёсицунэ. Один отказывается, оправдываясь тем, что Ёсицунэ взял в жёны его дочь; другой, Хатакэяма Сигэтада, прямолушно отвечает, что Ёсицунэ не карать надо, а наградить и послать наместником в столицу. Хатакэяма припоминает господину клятву Хатимана: «За свою страну прежде иных стран, за своих людей прежде иных людей» 他の国よりも我が国、他の人よりも我が人をこそ守らん, такая клятва встречается в преданиях о Хатимане.
Ёритомо в раздумьях, а Ёсицунэ пишет несколько «“клятвенных писем” c заверениями в чистоте помыслов» 野心なき旨数通の起請文, ясин наки мунэ суцу:-но кисё:мон, – писем, где говорится, что Ёсицунэ не имеет «амбиций», «притязаний (на власть)» 野心, ясин. Ответа нет, и Ёсицунэ пишет послание в ставку Ёритомо.
«Послание из Косигоэ» заслуживает того, чтобы обсудить его отдельно.
Разбор предыдущих глав – по метке «Гикэйки»
Глава 23. О том, как встретились Ёритомо и Ёсицунэ
Отряд Ёсицунэ догоняет войско восставших и становится лагерем неподалёку, поднимает белые знамёна Минамото. Ёритомо присылает гонца узнать, кто это такие, и Ёсицунэ сам выезжает и называет себя. Его с почтением провожают к Ёритомо – и братья наконец-то знакомятся. Ёритомо произносит длинную речь, упирая на то, что по-настоящему надеяться на своих соратников он не может – ведь среди них нет его родичей. Он приводит пример из прошлого – как в отчаянную пору отступления Хатиман-Таро: Ёсииэ взмолился богу Хатиману и на помощь примчался младший брат Ёсииэ. По словам Ёритомо, Ёсииэ тогда «воздал он богам священные дары “нуса”, распростёрся в благоговейном поклоне в сторону государевой столицы и взмолился: “Обрати на меня взор свой, Великий бодхисатва Хатиман! Да пребудет твоё заступничество за нас беспременным! Сохрани нам жизнь нашу в нынешней беде и дай исполниться нашим заветным помыслам!”» 南無八幡大菩薩と御覚えを改めず、今度の寿命を助けて、本意を遂げさせて給べ Наму Хатиман Дайбосацу то миобоэ-о аратамэдзу, кондо-но дзюмё:-о тасукэтэ, хонъи-о тогэсасэтэ табэ. Стругацкий даёт примечание про нуса: «вотивные приношения божествам: из бумаги, конопли, ткани». «Обрати на меня взор свой» – перевод-пояснение для наму; «заступничество» – поясняющий перевод для миобоэ, «память/помыслы» божества (о нас). «В нынешней беде» дополнение, в старояпонском – «в этот раз помоги продлить наши жизни»; хонъи снова «заветные помыслы».
В слезах Ёритомо подводит итог: так и мы с тобой теперь всегда будем вместе, «пока не смоем позора с имени наших предков и не успокоим их гневные души» 先との恥を清め、亡魂の憤りを休めんとは思召されずや, Сэн-то но хадзи-о киёмэ, бо:кон-но икидоори-о ясумэн-то ва обосимэсарэдзуя; вот здесь действительно «души умерших», бо:кон. Плачут и Ёсицунэ, и сидящие там же соратники Ёритомо. Ёсицунэ говорит: «Жизнь свою я посвятил отцу, а себя самого предаю отныне вам и потому готов вам повиноваться и из воли вашей не выйду» 命をば故頭殿に参らせ、身をば君に参らする上は、如何仰せに従ひ参らせでは候ふべき, Иноти-оба ко Ко:нодоно-но-ни маирасэ, ми-оба кими-ни маирасуру уэ ва, икага овасэ-ни ситагаи маирасэдэва со:ро:убэки; отца Ёсицунэ называет по должности, «покойным государевым конюшим». «Посвятил» и «предаю» – маирасу, одно и то же слово: «жизнь», иноти, наш герой посвящает отцу, а «себя / своё тело», ми, – брату. «Сверх этого», у эва, он будет «следовать», ситагау, за всем, что велит Ёритомо.
Повествователь заключает: «Вот как случилось, что в поход против дома Тайра главным военачальником Камакурский Правитель [Ёритомо] послал своего младшего брата Ёсицунэ»
Глава 24. О том, как Ёсицунэ ходил походом против Тайра
В этой главе повествователь очень коротко перечисляет победы Ёсицунэ в войне против Тайра; Стругацкий в предисловии дает очень яркие картины этих сражений. Ёсицунэ уже получил чиновный пятый ранг и условную должность «судьи» 判官, хо:ган, был принят и пригосударевом дворе, и при дворе государя-монаха. Только после этого он направляется в Камакуру к Ёритомо, своему брату и господину, везя с собой ценного пленника, Тайра-но Мунэмори – сына Киёмори (сам Киёмори уже умер). Просто так его с отрядом в Камакуру не пускают, он ждёт у Косигоэ, одного из горных проходов (минуя эти проходы, пройти сушей в ставку Ёритомо никак не возможно: она с трёх сторон окружена горами, а четвёртой выходит к морю).
В Камакуре между тем некий Кадзивара клевещет на Ёсицунэ. В разговоре с Ёритомо он передает будто бы слышанные им самим слова Ёсицунэ: «После разгрома дома Тайра все земли на запад от Заставы будут принадлежать мне. Хоть и говорится, что-де не бывать двум солнцам на небе и не бывать двум владыкам на земле, а всё же будут у нас два сёгуна!». Подвиги Ёсицунэ как полководца Кадзивара признаёт – и напоминает читателям, как было дело при Итинотани, при Ясиме, при Данноуре, – но настаивает, что наш герой слишком любим в войсках. «Конечно, сроки ваши определены счастливой кармой, и никто тут ничего изменить не может» 御一期の御程は君の御果報なれば、さり共と存じ候, гоитиго-но миходо ва кими-но гокахо: нарэба, саритомо-то дзондзи со:ро:– заключает Кадзивара, и всё же советует поостеречься. «Счастливая» здесь добавлено, видимо, затем, чтобы речь звучала более льстиво (в этом месте почтительных 御, го/ми, больше, чем в среднем по тексту).
Ёритомо склонен прислушаться к словам своего приближённого и велит, чтобы Кадзивара повторил свои обвинения при Ёсицунэ: «Мы поставим его против Кадзивары и послушаем, что он ответит». Ёритомо собирается устроить問答, мондо:, чаще это слово обозначает «диалог», «вопросы и ответы», здесь же – допрос в присутствии правителя.
Сподвижники Ёритомо толкуют меж собой, что Кадзивара наговаривает на Ёсицунэ из личной неприязни. Открыто обвинить Ёсицунэ Кадзивара не решается, а пишет вместо этого «клятвенное письмо» 起請文, кисё:мон, «…в котором поклялся перед богами и буддами, что ни в чём не солгал» – встроенное примечание переводчика. Ёритомо велит доставить Мунэмори в Камакуру, а самому Ёсицунэ оставаться у Косигоэ.
Ёсицунэ снова думает о своих целях: «Заветным желанием моим было смыть позор с имени наших предков и успокоить их гневные души (亡魂, бо:кон), но старался я также, сколько мог, угодить и брату моему Ёритомо. Ожидал я верной награды, но не удостоился даже встречи с ним, и вся моя преданность ему ныне ничего не значит» 先祖の恥を清め、亡魂の憤りを休め奉る事は本意なれども、随分二位殿の気色に相適ひ奉
Ёритомо меж тем призывает своих сторонников и велит напасть на Ёсицунэ. Один отказывается, оправдываясь тем, что Ёсицунэ взял в жёны его дочь; другой, Хатакэяма Сигэтада, прямолушно отвечает, что Ёсицунэ не карать надо, а наградить и послать наместником в столицу. Хатакэяма припоминает господину клятву Хатимана: «За свою страну прежде иных стран, за своих людей прежде иных людей» 他の国よりも我が国、他の人よりも我が人をこそ守らん, такая клятва встречается в преданиях о Хатимане.
Ёритомо в раздумьях, а Ёсицунэ пишет несколько «“клятвенных писем” c заверениями в чистоте помыслов» 野心なき旨数通の起請文, ясин наки мунэ суцу:-но кисё:мон, – писем, где говорится, что Ёсицунэ не имеет «амбиций», «притязаний (на власть)» 野心, ясин. Ответа нет, и Ёсицунэ пишет послание в ставку Ёритомо.
«Послание из Косигоэ» заслуживает того, чтобы обсудить его отдельно.