Внутренняя музыка
На днях ставился вопрос в обсуждении: как мы мыслим? Мне про себя сложно объяснить. Частично – объектами и образами, частично – словами, частично – некой "внутренней речью", могущей принимать различный стиль, но из которой не всегда можно отдельные конкретные слова вычленить (поэтому сложно бывает формулировать мысли в письменном выражении).
Другой интересный вопрос: интересно, у всех ли людей отдельным независимым процессом мышления постоянно непрерывно прокручивается фоном музыка из услышанного ранее?
Это настолько привычно, что не реагируешь и не думаешь об этом как-то специально (можно провести аналогию с плавающими перед глазами прозрачными "точечками" и "ниточками", которые не замечаешь, если специально не сосредотачиваешь на них внимание). Иногда, правда, постукиваешь пальцами в ритм. Мелодии могут сменять друг друга в зависимости от внешних факторов или внутреннего хода размышлений, иногда неожиданным образом.
Любопытно, что эта тема как-то даже никогда не поднимается. Мне один лишь раз как-то пришло в голову обсудить с другом, он с полуслова понял и предположил, что, вероятно, такое у всех, закончивших музыкальную школу. Хотя, наверно, всё сложнее.
Отдельно хотелось бы представить, как с этим обстоит дело у композиторов, сочиняющих свои собственные мелодии. Откуда эти мелодии приходят (если только не являются результатом полностью логического конструирования по известным шаблонам), и как "пробиваются" сквозь звучащий в уме поток?
З.Ы. Иногда начинает вертеться в голове неприятная, но привязчивая мелодия. Это обыгрывалось в классическом романе "Человеке без лица" Бестера:
"– Какой самый прилипчивый мотив из тех, что вы когда-то сочинили?
– Прилипчивый?
– Вы знаете, о чем я говорю. Что-нибудь вроде этих рекламных куплетов, которые потом не выбросишь из головы.
– А-а… Мы их называем «пепси».
– Почему?
– Кто его знает. Говорят, их изобрел впервые еще несколько веков назад какой-то Пепси. Я этого товара не держу. Когда-то написала одну штучку… – Даффи скорчила гримасу. – Даже сейчас не могу вспомнить без содрогания. Такая дрянь, стоит раз услышать – привяжется не меньше чем на месяц. Меня она промучила год.
– Вы шутите.
– Честное скаутское, мистер Рич. Песенка называлась «Смотри в оба». Я ее написала для той злополучной пьесы о сумасшедшем математике, которая потом с таким треском провалилась. Они просили что-нибудь въедливое, и я уж постаралась. Публика так негодовала, что спектакль сняли со сцены и потеряли на этом целое состояние.
– Спойте мне ее.
– Я слишком хорошо к вам отношусь.
– Нет, правда, Даффи. Я умираю от любопытства.
– Вы раскаетесь.
– Я вам не верю.
– Ну ладно, свинтус, – Даффи пододвинула к себе переносную панель с клавиатурой. – Это вам расплата за ваш ледяной поцелуй.
Ее рука грациозно заскользила по панели. Комнату наполнила предельно монотонная мелодия, мучительно банальная, въедающаяся своей банальностью в мозги. Это была квинтэссенция всех мелодических клише, которые когда-либо слышал Рич. Какой бы ты мотив ни начал вспоминать, ты неизбежно соскальзывал на изъезженную дорожку этой мелодии.
И Даффи запела:
Три, два, раз…
А ну еще!
Три, четыре –
Горячо!
Ах ты, камбала,
Не вобла,
Смотри в оба!
Смотри в оба!
И когда сказал «четыре»,
Получил синяк под глаз…
Три, четыре…
Три, два, раз!
– О господи! – воскликнул Рич.
– У меня тут есть неплохие находки, – говорила Даффи, продолжая играть. – Заметили вы этот такт после слов «Смотри в оба»? Это полукаденция. После слов «три, два, раз» такт снова повторяется. Это превращает и концовку в полукаденцию, и песню можно продолжать без конца. Такт как бы гонит вас по кругу. «Ах ты, камбала, не вобла, смотри в оба! Смотри в оба!» Тррам. «Ах ты, камбала, смотри в оба! Смотри…»
– Будет вам, чертенок! – Рич вскочил, зажав уши ладонями. – Что вы со мной сделали? Сколько продлится это наваждение?
– Не меньше месяца. "
Преподносилось как способ защиты от чтения мыслей эсперами в фантастическом сеттинге :)
Правда, при действительно постоянно звучащей внутренней музыке телепату и так пришлось бы пробиваться через неё, а попсовую прилипалку можно рассматривать лишь как дополнительную пакость...
Другой интересный вопрос: интересно, у всех ли людей отдельным независимым процессом мышления постоянно непрерывно прокручивается фоном музыка из услышанного ранее?
Это настолько привычно, что не реагируешь и не думаешь об этом как-то специально (можно провести аналогию с плавающими перед глазами прозрачными "точечками" и "ниточками", которые не замечаешь, если специально не сосредотачиваешь на них внимание). Иногда, правда, постукиваешь пальцами в ритм. Мелодии могут сменять друг друга в зависимости от внешних факторов или внутреннего хода размышлений, иногда неожиданным образом.
Любопытно, что эта тема как-то даже никогда не поднимается. Мне один лишь раз как-то пришло в голову обсудить с другом, он с полуслова понял и предположил, что, вероятно, такое у всех, закончивших музыкальную школу. Хотя, наверно, всё сложнее.
Отдельно хотелось бы представить, как с этим обстоит дело у композиторов, сочиняющих свои собственные мелодии. Откуда эти мелодии приходят (если только не являются результатом полностью логического конструирования по известным шаблонам), и как "пробиваются" сквозь звучащий в уме поток?
З.Ы. Иногда начинает вертеться в голове неприятная, но привязчивая мелодия. Это обыгрывалось в классическом романе "Человеке без лица" Бестера:
"– Какой самый прилипчивый мотив из тех, что вы когда-то сочинили?
– Прилипчивый?
– Вы знаете, о чем я говорю. Что-нибудь вроде этих рекламных куплетов, которые потом не выбросишь из головы.
– А-а… Мы их называем «пепси».
– Почему?
– Кто его знает. Говорят, их изобрел впервые еще несколько веков назад какой-то Пепси. Я этого товара не держу. Когда-то написала одну штучку… – Даффи скорчила гримасу. – Даже сейчас не могу вспомнить без содрогания. Такая дрянь, стоит раз услышать – привяжется не меньше чем на месяц. Меня она промучила год.
– Вы шутите.
– Честное скаутское, мистер Рич. Песенка называлась «Смотри в оба». Я ее написала для той злополучной пьесы о сумасшедшем математике, которая потом с таким треском провалилась. Они просили что-нибудь въедливое, и я уж постаралась. Публика так негодовала, что спектакль сняли со сцены и потеряли на этом целое состояние.
– Спойте мне ее.
– Я слишком хорошо к вам отношусь.
– Нет, правда, Даффи. Я умираю от любопытства.
– Вы раскаетесь.
– Я вам не верю.
– Ну ладно, свинтус, – Даффи пододвинула к себе переносную панель с клавиатурой. – Это вам расплата за ваш ледяной поцелуй.
Ее рука грациозно заскользила по панели. Комнату наполнила предельно монотонная мелодия, мучительно банальная, въедающаяся своей банальностью в мозги. Это была квинтэссенция всех мелодических клише, которые когда-либо слышал Рич. Какой бы ты мотив ни начал вспоминать, ты неизбежно соскальзывал на изъезженную дорожку этой мелодии.
И Даффи запела:
Три, два, раз…
А ну еще!
Три, четыре –
Горячо!
Ах ты, камбала,
Не вобла,
Смотри в оба!
Смотри в оба!
И когда сказал «четыре»,
Получил синяк под глаз…
Три, четыре…
Три, два, раз!
– О господи! – воскликнул Рич.
– У меня тут есть неплохие находки, – говорила Даффи, продолжая играть. – Заметили вы этот такт после слов «Смотри в оба»? Это полукаденция. После слов «три, два, раз» такт снова повторяется. Это превращает и концовку в полукаденцию, и песню можно продолжать без конца. Такт как бы гонит вас по кругу. «Ах ты, камбала, не вобла, смотри в оба! Смотри в оба!» Тррам. «Ах ты, камбала, смотри в оба! Смотри…»
– Будет вам, чертенок! – Рич вскочил, зажав уши ладонями. – Что вы со мной сделали? Сколько продлится это наваждение?
– Не меньше месяца. "
Преподносилось как способ защиты от чтения мыслей эсперами в фантастическом сеттинге :)
Правда, при действительно постоянно звучащей внутренней музыке телепату и так пришлось бы пробиваться через неё, а попсовую прилипалку можно рассматривать лишь как дополнительную пакость...