Ракета «Экзосет» против эсминца «Глэморган» (часть 2)

В ночь на 12 июня 1982 г. сразу четыре британских корабля получили задачу произвести артиллерийский обстрел позиций аргентинских войск на Фолклендских островах. Он осуществлялся с двух направлений. С южного огневого рубежа в устье залива Фицрой эсминец «Глэморган» и фрегат «Ярмут» поддерживали огнем наступательные действия 42-го и 45-го батальонов морской пехоты, выпустив 428 осколочно-фугасных снарядов по горам Ту Систерс, Харриет и Тамблдаун; фрегат «Эвенджер» израсходовал 156 снарядов, оказывая артиллерийскую поддержку атаке 3-го батальона Парашютного полка на гору Лонгдон. Каждый из кораблей маневрировал самостоятельно. И, наконец, фрегат «Эрроу» работал по берегу с северного огневого рубежа в заливе Беркли, расстреляв 238 снарядов по горе Сэппер-Хилл, ипподрому и аэродрому Стэнли.

Продолжение статьи. Начало тут.

Эсминец УРО «Глэморган» относился к типу «Каунти», спроектированному во второй половине 1950-х и строившемуся в 1959–1970 гг. двумя сериями по четыре корабля. Постройку «Глэморгана» в 1962–1966 гг. осуществила судоверфь «Виккерс Шипбилдинг». В конструктивном отношении «Каунти» приближались к крейсерскому классу, существенно превосходя по водоизмещению современные им эсминцы, и некоторое время даже неофициально классифицировались как крейсера. Этому также способствовали их названия, унаследованные от тяжелых и броненосных крейсеров Королевского флота, и наличие просторных помещений для адмирала и его штаба, что подразумевало использование в качестве флагманских кораблей оперативных групп и отрядов.

В конструктивном плане эти корабли в 1960-х годах стали своего рода витриной достижений британского кораблестроения. При их проектировании и постройке был реализован целый ряд технических новаций. Эсминцы типа «Каунти» получили комбинированную ГЭУ — паровые и газовые турбины. Помимо основного ЗРК «Си Слаг» средней дальности на их вооружении имелся «второй ракетный калибр» — ЗРК «Си Кэт» ближнего радиуса действия с двумя побортно расположенными четырехконтейнерными пусковыми установками.

По-британски оригинальной являлась компоновка ЗУР «Си Слаг», со стартовой ступенью из четырех твердотопливных ускорителей, закрепленных вокруг корпуса ракеты в ее носовой части, и пусковая установка, в которой ракеты не крепились на направляющих, а лежали внутри решетчатого каркаса. Повышенное внимание было уделено защите от воздействия ядерного оружия. В частности, боевой информационный центр перенесен из надстройки внутрь корпуса корабля, на третью палубу, и превращен в центральный командный пункт. С находившейся на пять палуб выше ходовой рубкой его соединял командирский лифт. Из тех же соображений боезапас ЗРК «Си Слаг» хранился в разобранном виде в специальном погребе, расположенном в центральной части корпуса корабля. Оттуда при необходимости ракеты на специальных тележках перемещались по длинному коридору, разделенному на несколько секций усиленными переборками, в секцию предстартовой подготовки и далее, после сборки и проверки, в корму, где находились остальные элементы зенитного ракетного комплекса. Сама пусковая установка размещалась на палубе юта, а готовый к применению боезапас — в рядом расположенном ракетном погребе, откуда ракеты подавались на пусковую установку. Управление огнем осуществлялось РЛС Тип 901, имевшей дальность действия до 75 км. Максимальная дальность поражения ракетами «Си Слаг» в варианте Mk.2 ограничивалась 32 км. Британцы козыряли небывалой для того времени точностью своего ЗРК — 0,92, но фактически комплекс мог сбивать только маломаневренные дозвуковые цели на большой высоте.

Весьма внушительно выглядела артиллерия главного калибра, состоявшая из двух двухорудийных артустановок Mk.6 калибра 114 мм, установленных линейно-возвышенно в носовой части. Орудия имели максимальную дальность стрельбы 19 км. Скорострельность в при автоматическом заряжании достигала 24 выстрелов в минуту, однако на практике из-за несовершенной конструкции досылателя орудия заряжание производилось вручную и скорострельность ограничивалось 12–14 выстрелами в минуту. Для управления артиллерийским огнем использовалась СУО MRS-3, сопряженная с РЛС Тип 903. В ходе проведенной в середине 1970-х годов модернизации орудийная башня № 2 была заменена на четыре пусковых контейнера ПКР «Экзосет» MM-38, что фактически уравняло «крейсер» по артиллерийской мощи с вдвое меньшими по водоизмещению фрегатами типа «Линдер». Малокалиберная артиллерия ограничивалась двумя одноствольными 20-мм орудиями «Эрликон», поскольку считалась безнадежно устарелым видом зенитного вооружения. Ее функции возлагались на ЗРК «Си Кэт». Для борьбы с подводными лодками предназначались два трехтрубных ТА 324 мм и вертолет «Уэссекс» HAS.3, для базирования которого в кормовой части имелись взлетно-посадочная площадка и ангар. Последний отличался необычной компоновкой: открывался не с кормового торца, а с левого борта. Решение довольно спорное, поскольку ангар получился тесным, а выкатка из него и подготовка к взлету геликоптера занимала почти час времени. Однако оно обуславливалось тем, что позади ангара располагалась РЛС Тип 901, и торцевое расположение ангарной двери было невозможно.

Британские большие эсминцы получили самое совершенное по тем временам электронное оборудование. В особенности это касалось кораблей второй серии, впервые в британском флоте оснащенных БИУС ADAWS. Правда, использовала она аналоговый компьютер и была довольно нетороплива в выработке решений. Радиолокационные средства включали РЛС ОВЦ Тип 965P, РЛС ОНЦ/ОВЦ Тип 992Q, радиовысотомер Тип 278М, РЛС УО Тип 901M, 903, 904, НРЛС Тип 1006, гидроакустические — ГАС Тип 184M и 162M, средства РЭБ — станцию РТР UA-8/9, станцию активных помех Тип 667, высокочастотный пеленгатор FH-5, комплекс пассивных помех «Корвус» и буксируемый акустический охранитель Тип 182.[6]

К 1982 году корабельная радиоэлектроника в значительной мере устарела. Также не внушали доверия зенитные ракетные комплексы 1960-х, впрочем справедливо и то, что ни один из существовавших на тот момент ЗРК не мог считаться надежным средством защиты от новейших ПКР. Вместе с тем среди кораблей-участников Фолклендского конфликта «Глэморган» и его систершип «Энтрим» выделялись тем, что они были построены в «старых традициях», основательно и надежно. Все это дополнялось образцовой организацией службы на корабле, к чему, вероятно, обязывало частое пребывание на борту носителей адмиральских звезд. Моряков эсминца дразнили, называя его «Гламурной пушкой» (Glamour Gun) или «Гламурным органом» (Glam Organ). Однако быть флагманским кораблем TG 317.8 ему довелось не слишком долго: контр-адмирал Вудворд держал флаг на «Глэморгане» с 4 по 15 апреля, после чего перебрался на авианосец «Гермес». Дальнейшее участие эсминца в военных действиях было совершенно негламурным, его «специализацией» стали обстрелы побережья.

Артобстрел 12 июня являлся для «Глэморгана» девятым по счету с начала мая. По завершении командир корабля кэптен Майкл Бэрроу имел приказ присоединиться к авианосной группе, причем сделать это до наступления рассвета. «Глэморган» и фрегат «Ярмут» покинули их огневые позиции в 03:15, оставив на линии огня фрегат «Эвенджер» (ему затем надлежало уйти в залив Сан-Карлос). Маршрут отхода эсминца был проложен по большой дуге, дабы оставаться вне пределов зоны ракетного поражения с берега. Но с авианосца «Гермес» сообщили, что за ночь район боевого маневрирования АУГ отдалился на 50 миль к востоку. Чтобы поспеть затемно, следовало поспешить, и вот тут кэптен Бэрроу решил немного срезать путь. В результате «Глэморган» вышел из радиолокационной тени мыса Сиал и в 03:30 попал в поле зрения аргентинского радара. Занятно, что на корабле как раз в это время был объявлен отбой боевой тревоги и переход в БГ № 2. Дескать, если противник до сих пор себя никак не проявил, то остаток ночи должен пройти тем более спокойно. «Тогда мне показалось,— комментирует Вудворд,— что на кораблях расслабились в самое неподходящее время. “Глэморган”, спешивший вернуться еще до рассвета, пересек рубеж досягаемости ракет “Экзосет” и за это поплатился».

В 03:35 эсминец находился в 17 морских милях SSW Порт-Стэнли, идя курсом 150° со скоростью 26 узлов. В этот момент от оператора РЛС Тип 992Q поступил доклад об установлении радиолокационного контакта: цель воздушная, малоразмерная, пеленг 15°, дистанция 12 морских миль. Первоначально ее посчитали артиллерийским снарядом, каковых в предыдущих эпизодах прилетало с берега большое множество. Поскольку точность ответного аргентинского артогня обычно была крайне низка из-за неумения сухопутных артиллеристов стрелять по движущимся морским целям, на него не обращали особого внимания. Станция РТР предательски молчала, не фиксируя угрожающих радиолокационных излучений. Возможно, была неисправна либо так сказалась ее моральная устарелость. Неверной классификации цели способствовало также то, что пеленг на нее был определен на радаре с ошибкой, как будто она пересекала мыс Сиал, тогда как ПКР должна была бы пролететь восточнее него. Первые сомнения возникли, когда «снаряд» превысил пределы дальности стрельбы аргентинских 155-мм гаубиц L33, но то, что это противокорабельная ракета, полностью осознали лишь после того, как она стала видна невооруженным глазом в виде угрожающего огненного пятна на фоне темного неба. О возникшей на центральном командном пункте и ходовом мостике корабля растерянности, красноречиво свидетельствует тот факт, что как и в случае с «Шеффилдом», не была объявлена боевая тревога.

Производить постановку пассивных радиолокационных помех посредством отстрела из 76-мм ПУ «Корвус» турбореактивных снарядов с дипольными отражателями (Chaff D) по курсу ПКР было уже поздно. Устаревшая станция РЭБ Тип 667, предназначавшаяся для постановки маскирующих активных помех обзорным РЛС кораблей и самолетов противника, не была способна дезориентировать ГСН современных ПКР и не использовалась. Также молчала носовая 114-мм артустановка — цель находилась вне зоны обстрела. Меры защиты свелись к отвороту на курс 180° и пуску ЗУР «Си Кэт» с дистанции 1800 м. По своим характеристикам это оружие слабо подходило для сбивания ПКР и, естественно, последовал промах, однако, как утверждали наблюдатели, взрыв подорванной дистанционным взрывателем БЧ зенитной ракеты немного отклонил от курса «Экзосет», первоначально нацелившийся попасть кораблю в район ватерлинии.

В 03:37 противокорабельная ракета, покрыв расстояние до цели в 33 километра, поразила «Глэморган» в кормовую часть. Угол встречи ракеты с целью составлял примерно 150° левого борта. Попадание пришлось в вертолетную палубу. Поскольку в этот момент корабль продолжал совершать циркуляцию на правый борт, то был накренен в левую сторону. Задев оперением край палубы, ракета пропахала ее на десяток метров, оставляя за собой рваную борозду, и взорвалась у ангара, проломив его складную дверь и разрушив рядом расположенную пусковую установку ЗРК «Си Кэт». На месте взрыва в палубе образовалась пробоина величиной 2,5 м × 1,5 м, через которую горящее ракетное топливо попало вниз, вызвав сильный пожар на камбузе. Еще одна дыра меньшего размера с паутиной трещин была пробита взрывной волной в палубе камбуза. Но этим не закончилось. Несколько мгновений спустя последовал мощный взрыв горючего и боеприпасов на полностью снаряженном вертолете «Уэссекс»[7], стоявшем в ангаре, превративший все внутри в груду искореженного обгорелого металла, а заодно снесший за борт остатки ангарной двери и пусковой установки «Си Кэт». Пламя взметнулось на тридцать метров в высоту. Яркое зарево было видно с разных точек архипелага, от Гуз-Грина до мыса Пембрук. Еще одно возгорание возникло ниже в машинном отделении, куда пламя проникло через вентиляционную шахту. Его удалось быстро ликвидировать посредством паротушения. А вот борьба с огнем на камбузе и, особенно, в ангаре потребовала больших усилий. Чтобы справиться с пожарами, потребовалось около четырех часов. Попутно возникла другая проблема — нарастающий крен из-за скопления аварийных масс воды при тушении пожаров, максимально достигший величины 12°, а потом еще долго остававшийся на уровне 8°, несмотря предпринимаемые действия по спрямлению судна.

Потери экипажа составили 13 убитых, в т.ч. шестеро на камбузе и семеро в ангаре, и 21 — с ранениями и ожогами различной степени тяжести. Один из раненых позже скончался. Оценивая действия личного состава, следует отметить, что неосторожность командира корабля, решившего укоротить маршрут отхода, и первоначальная промашка расчета ЦКП, упустившего момент постановки ЛЦ, теперь компенсировались четкими и слаженными действиями в борьбе за живучесть, которая продолжалась почти всю первую половину дня, пока «Глэморган» отходил в южном, а затем восточном направлении. Что обнадеживало, основные элементы ГЭУ оставались практически невредимыми, хотя задымление отсеков заставило остановить работу газотурбинных двигателей. При получении ракетного попадания корабль сохранил ход 10 узлов, а уже час спустя мог идти на 18 узлах.

В 05:42 «Глэморган» послал донесение, что следует вместе с «Эвенджером» и «Ярмутом», чтобы занять место в боевом ордере АУГ; и практически справился с пожарами, остаются лишь отдельные очаги возгорания. Хотя имелся вариант уйти к Фицрою и там встать на якорь под прикрытием береговых ЗРК «Рапира» и воздушного патруля истребителей, кэптен Бэрроу решил возвращаться к авианосной группе. В 07:30 он доложил Вудворду, что «пожары в ангаре и камбузе потушены, паровая установка работает на полную мощность, однако газовые турбины требуют тщательной проверки перед запуском; все средства обнаружения, кроме станции РТР, связь, 4,5-дюймовая артиллерия и система ПЛО исправны». На самом деле в этом присутствовала немалая доля бравады, поскольку боеспособность корабля была весьма условной. Осмотревший эсминец коммандер Родни Паддак из кораблестроительной службы ВМС оценил повреждения как «самые серьезные из всех полученных боевыми кораблями оперативной группы, кроме тех, которые затонули». Как он прокомментировал: «Урок “Глэморгана” заключается в быстром тушении пожара, большом количестве воды и удаче. Если бы при повороте корабля кромка палубы не задержала ракету, взрыв и пожар были бы внутренними, погреб боезапаса ЗРК “Си Слаг” вполне мог быть пробит, и последствия оказались бы катастрофическими». Кроме выгоревшего ангара, продырявленных палуб, уничтоженного вертолета и ПУ ЗРК «Си Кэт», в списке понесенного урона значились обесточенный пост управления огнем и пусковая установка ЗУР «Си Кэт» правого борта, вышедшие из строя торпедный аппарат левого борта и часть радиооборудования. Зенитный ракетный комплекс «Си Слаг», у которого из-за выгорания кабелей отказала РЛС управления огнем, а погреб готового боезапаса был затоплен при автоматическом срабатывании системы пожаротушения, также бездействовал.

Хотя кэптен Бэрроу заверил, что с артиллерией ГК и поисковыми РЛС ОВЦ/ОНЦ все в порядке, равно как и с моральным духом команды, и «Глэморган» готов и дальше выполнять боевые задачи, корабль явно требовал вмешательства судоремонтников, поэтому сразу был отправлен в зону TRALA, благо, плавучая мастерская «Стена Сиспред» как раз заканчивала ремонт фрегата «Плимут», пострадавшего от бомб 8 июня, и могла принять следующего «пациента». Фактически на этом участие в войне для «Глэморгана» закончилось, 21 июня по выполнении неотложного ремонта он вместе с «Плимутом» убыл в Великобританию.

Одним из погибших на борту эсминца был помощник командира лейтенант Дэвид Тинкер. Впоследствии широкую известность приобрела изданная его отцом Хью Тинкером книга «Послание с Фолклендов. Жизнь и доблестная смерть лейтенанта Дэвида Тинкера» — сборник довоенных стихов и проникнутых антивоенным духом писем из Южной Атлантики, в которых Дэвид Тинкер делился своими мыслями о нелепости происходящего, критиковал решения правительства, флотские порядки и действия командования. Сэнди Вудворд отозвался: «По существу эта очень популярная книга является гимном против войны во всех ее проявлениях, своего рода загробным криком молодого человека, осознавшего всю ее пагубность. С каждым письмом у него росла уверенность в бессмысленности вооруженного конфликта… Тинкер писал о «военном фиаско», «политическом позоре» и размышлял, «неужели он странный, если выступает против всех этих убийств, которые происходят под нашим флагом». Он даже упомянул о расходе топлива на «Глэморгане» с момента похода к острову Пеббл 14 мая... 33 000 галлонов, шесть ярдов на галлон, по его оценке. Тем не менее голос Тинкера нельзя игнорировать. Он представляет точку зрения, далекую от моей, но это была обоснованная и хорошо сформулированная точка зрения. Действительно, некоторые из его утверждений, например, о том, что британское правительство планировало «оставить острова полностью беззащитными, а их жителей без британского гражданства», были крайне неприятными. Вы можете спросить, что делал такой парень на войне, на вертолетной палубе 6000-тонного британского эсминца? Хороший вопрос. Правда заключается в том, что Дэвид Тинкер был т.н. «добровольным отставником», человеком, который подал рапорт о увольнении из Королевского ВМФ. Он написал свой рапорт незадолго до Фолклендской войны. Но он был не из тех, кто пытается уволиться, столкнувшись с перспективой идти на войну. Думаю, он искренне считал, что служба в вооруженных силах Ее Величества не для него и, будучи уже несколько лет женатым, хотел вести более спокойную жизнь на берегу. В этом нет ничего плохого».

Боевое использование аргентинцами ракетного комплекса ITB на Мальвинах исчерпывалось единственным результативным пуском. На следующую ночь не удалось развернуть пусковую установку на позиции из-за поломки автокрана, а дальше были хаос последнего дня обороны и капитуляция воинского гарнизона Пуэрто-Архентино. Слишком поздно ракетчики прибыли на острова. Капитан 2 ранга Перес намеревался взорвать вверенную ему матчасть, но контр-адмирал Э.А. Отеро, командовавший аргентинскими ВМС на Мальвинах, сказал, что не следует этого делать: «Пусть они видят наши достижения, с помощью которых мы повредили один из их кораблей». Пусковая установка досталась британцам в качестве трофея.

Неоднозначным является вопрос, насколько весомым был вклад ракетного комплекса «Беррета» в защиту гарнизона Мальвин от обстрелов с моря. С аргентинской стороны распространены утверждения, что после повреждения «Глэморгана» «ни один другой британский корабль больше не приближался к берегу». Как пишет об этом сам Перес: «На следующие сутки ночью англичане не появились перед Пуэрто-Архентино, и, конечно же, не было морской канонады». На самом деле ночью 13 и 14 июня снаряды корабельной артиллерии с не менее оглушительным грохотом рвались в расположении аргентинских войск, и капитан-инженер 2 ранга должен был об этом знать, если, конечно, не спал сном Наполеона после Ватерлоо. Однако обстрел британские корабли вели с безопасной северной позиции в заливе Беркли, где размещенные в Порт-Стэнли «Экзосеты» их не могли достать. Отказ от использования южного огневого рубежа обуславливался двумя обстоятельствами. Во-первых, поскольку радиометристы «Глэморгана» наблюдали ракету по пеленгу 15–20°, т.е. с ошибкой, фактическое значение пеленга было больше, это привело к неверному выводу, что ракета запущена с горы Сэппер-Хилл, находившейся юго-западнее Порт-Стэнли, а не предполагаемой позиции в районе мыса Хукерс или аэропорта, что распространяло зону поражения ПКР «Экзосет» и на устье залива Фицрой. Во-вторых, британцам не было известно, что аргентинский ракетный комплекс больше не заступал на боевое дежурство и им ничего не угрожало.

В ночь на 13 июня для огневой поддержки сухопутных сил адмирал Вудворд направил фрегаты «Эктив», «Эрроу», «Эмбускейд» и «Ярмут». Двум последним вскоре пришлось повернуть назад из-за выявившихся технических неполадок. В течение ночи «Эктив» выпустил 83 снаряда калибра 114 мм, из них 25 осветительных, «Эрроу» — 103 снаряда. Следующей ночью, с 13 на 14 июня, фрегат «Эвенджер» при стрельбе по берегу израсходовал 156 снарядов (в ходе этой вылазки корабль потерял лопасть винта), «Эмбускейд» — 228 снарядов, «Ярмут» — 244. Как следует из комментария Вудворда в журнале боевых действий TG 317.8, гораздо более серьезной проблемой, ограничивавшей осуществление артиллерийской поддержки, было сильно ухудшевшееся за время напряженной морской кампании техническое состояние кораблей. Впрочем, чаще всего об успехе капитана 2 ранга Переса и его ракетной установки пишут как об ярком, но не оказавшем существенного влияния на исход боевых действий событии, тем более, что до их завершения оставалось всего два дня.

С другой стороны, фактор наличия ракет «Экзосет» на островах с начала июня, несомненно, стеснял боевое маневрирование британских кораблей при стрельбе по берегу, заставив их отказаться от ранее использовавшейся удобной огневой позиции южнее мыса Пембрук. Если бы ракетный комплекс «Беррета» встал на боевое дежурство месяцем раньше, когда британцы еще не позволяли себе подходить близко к побережью островов и не могли использовать огневые позиции в заливе Беркли и устье залива Фицрой, это позволило бы создать серьезную угрозу и затруднить осуществление бомбардировок.

Насколько вообще был опасны запускаемые с берега «Экзосеты» для британских кораблей? Более опасны, чем противокорабельные ракеты воздушного базирования. При отражении атаки самолетов-ракетоносцев корабельная станция РТР перво-наперво засекает излучение БРЛ «Агава», что является предварительным тревожным звонком, чтобы приступить к постановке пассивных помех. В случае с ракетой берегового базирования корабельные средства обнаружения имеют дело только с ней самой. Радиолокационная головка самонаведения ПКР начинает излучать на сравнительно небольшом расстоянии от корабля, поэтому времени на раскачку у расчета ЦКП остается намного меньше.

Для военных специалистов разных стран поражение эсминца «Глэморган» ракетой «Экзосет» берегового базирования дало пишу для глубоких размышлений и выводов. Многим это открыло глаза на возможность использования противокорабельных ракет с берега. Британцы, воспользовавшись аргентинским опытом, вскоре обзавелись собственным береговым ракетным комплексом «Экскалибур» (меч короля Артура), использовавшимся для защиты Гибралтара. Так что у аргентинцев, если это может хоть как-то скрасить военное поражение, имеются основания утверждать, что легендарный Экскалибур был выкован в Аргентине. Создатели «Экзосета» французы, в свою очередь, разработали и впоследствии широко предлагали на экспорт комплекс MCDS [8] на автомобильном шасси, включавший передвижную РЛС обнаружения и целеуказания, станцию управления огнем и две пусковых установки ПКР «Экзосет» MM-40. Аналогичные береговые батареи ПКР «Гарпун» появились у США и их сателлитов.

В Советском Союзе, где береговые ракетные комплексы не были в диковинку данный эпизод рассматривали в первую очередь в аспекте радиоэлектронной борьбы, при этом, как правило, основываясь на ложных данных, подчерпнутых из недостоверных источников, — о якобы выпущенных по эсминцу четырех ракетах. В частности, в книге А.И. Палия «Радиоэлектронная борьба» (М.: Воениздат, 1989) это приводится как пример использования уводящих ложных целей для срыва автосопровождения цели ГСН ПКР: «Из четырех ракет «Экзосет», запущенных по эсминцу с наземной ПУ, три были отведены от корабля пассивными помехами и только одна попала в кормовую надстройку, но корабль остался на плаву». Аналогичные сведения содержатся в целом ряде других отечественных публикаций. Из них следовал вывод, что эффективность действия ЛЦ составляет порядка 75%. На самом деле все обстояло несколько иначе, по принципу «все или ничего»: если облако ЛЦ поставлено своевременно и правильно, то количество попавших в корабль ПКР будет стремиться к нулю, а если момент постановки выстреливаемых помех был упущен, то ракеты поразят цель. Впрочем, заключение, которое делалось из неверного посыла, — о необходимости дальнейшего совершенствования средств РЭБ, способов и приемов их применения — являлось правильным, т.к. не за горами было распространение противокорабельных ракет с РЛ ГСН с селекцией пассивных ложных объектов.

Примечания

6. Состав радиоэлектронного вооружения приводится для кораблей второй серии типа «Каунти».

7. На эсминце базировался вертолет «Уэссекс» HAS.3 № XM837 из состава 737-й маэ ВМФ Великобритании.

8. Аббревиатура от Mobile Coastal Defence System (мобильный комплекс береговой обороны).