Воздушно-морской бой у Донгхоя. Часть 1

Здесь поговорим от таком совершенно, на первый взгляд, несвязанном с генеральной темой моего блога военном событии, как воздушно-морской бой у Донгхоя, 19.04.1972. Вьетнамская война, самолеты ВВС ДРВ против кораблей ВМФ США.

Сразу поясню, почему проявляю интерес к данному сюжету. Во-первых, как к первому и единственному случаю боевого применение корабельного ЗРК «Терьер». А боевое применение, как известно, является основным мерилом эффективности оружия. Во-вторых, интересовали возможные поучительные пересечения с событиями Фолклендской войны. А еще удивил и расстроил дефицит толковой информации. Ладно, будем пробовать разбираться сами. Хотя сразу хочу оговорить: Вьетнамская война — не моя тема; звиняйте, если что не так.

В монографии Д.К. Кузнецова «"Талос", "Терьер", "Тартар". Первые морские зенитно-ракетные комплексы» (МK № 3.2020) содержатся следующие сведения:
«В апреле 1972 года группа американских кораблей вела артиллерийский обстрел побережья Северного Вьетнама. Один из таких обстрелов проводился 19 апреля. Вьетнамцы вели ответный огонь, в результате которого (от близких разрывов) на крейсере "Оклахома Сити" была повреждена краска и перебита связная радиоантенна. Вскоре после подавления береговых вьетнамских орудий корабли были атакованы парой истребителей МиГ-17. По утверждению некоторых источников, крейсер "Стеррет" [так в оригинале] ракетой "Терьер" сбил один из МиГов. Другие источники говорят, что этого не было. Второй МиГ смог прорваться и сбросить бомбы. В эсминец "Хигби" попал стабилизатор от разорвавшейся вблизи бомбы [sic!] и ранил несколько человек. Затем, в наступивших сумерках, последовала атака торпедных катеров. Один из них был потоплен, а остальные — отогнаны. По утверждению командира крейсера "Стеррет", ему еще раз удалось сбить не идентифицированную воздушную цель, возможно — противокорабельную ракету П-15. А может быть, это была не П-15, а тот самый торпедный катер? Ответ мы не узнаем никогда. Данный боевой эпизод получил название "Битва у Дун Хои" [sic!] — по названию поселка, напротив которого происходили эти события»[1].

Некоторые дополнительные подробности можно почерпнуть у Александра Розина в статье «Советские моряки в оказании интернациональной помощи Вьетнаму...» (ложкой дёгтя являются чудовищные транскрипции названий и имен), ну а наиболее обстоятельно в популярной литературе авиационная составляющая боя описана в выпуске Osprey Combat Aircraft 025 «MiG-17 and MiG-19 Units of the Vietnam War» за авторством Иштвана Топерцера. В итоге же пришлось перелопатить примерно три десятка публикаций на английском и вьетнамском языках.

Следует отметить, что сведения, приводимые противоборствующими сторонами, значительно различаются. Американские моряки считали, что авианалет осуществлялся тремя или четырьмя самолетами МиГ. В современных публикациях их количество, скорректировано до двух. По завершении боя фрегат УРО «Стеретт» записал на свой счет уничтожение двух северовьетнамских торпедных катеров, двух самолетов и противокорабельной ракеты П-15, однако официально ему был засчитан только один сбитый МиГ-17. Вьетнамцы, со своей стороны, утверждают, что оба их самолета невредимыми вернулись на аэродром, и, таким образом, воздушно-надводный бой закончился целиком «в одни ворота» — повреждением эсминца «Хигби». Что касается последующей надводной части боя, то она вообще не подтверждается вьетнамскими данными.

Теперь обо всем подробно и  по порядку.

Отправной точкой в этой истории можно считать начатое еще в конце 1968 года строительство северовьетнамцами вспомогательного аэродрома рядом с деревней Кхе Гат, северо-западнее города Донгхой. Эта задача была поручена 28-му инженерному батальону ВВС ДРВ. Кроме того, сотни местных добровольцев активно помогали военным строителям производить дренажные работы, устанавливать маскировочные сети, а также доставлять землю и провиант на строительную площадку. Работы производились в обстановке большой секретности и велись только в темное время суток. Специализированная техника была разобрана в Ханое, доставлена на место по частям, а затем собрана заново, а в течение дня пряталась в укрытиях. Грунтовая взлетно-посадочная полоса длиною 1800 м пролегла в лощине между грядами холмов, что делало ее невидимой с моря. После почти семи месяцев напряженных трудов аэродром Кхе Гат был готов к использованию и временно законсервирован и тщательно замаскирован. Американская разведка, несмотря на регулярные полеты разведывательных самолетов OV-10, не смогла его обнаружить.

Военный конфликт, между тем, продолжался. Советский Союз может гордиться, что оказывал братскую помощь народу Северного Вьетнама в противостоянии американской агрессии. Но оказывал он ее странным образом: массово поставлял оборонительные вооружения (зенитные ракетные комплексы, истребители, радиолокационные станции), а вот с морскими наступательными (противокорабельные ракеты и истребители-бомбардировщики) как-то совсем не спешил. Очевидно, существовала некая «красная линия» в отношениях с Соединенными Штатами, которую после Карибского кризиса советское руководство боялось переступать. Поэтому американским кораблям северовьетнамцы могли противопоставить только торпедные катера и береговую артиллерию.

В этих обстоятельствах в конце 1971 года была предпринята попытка порешать проблему собственными силами: оснастить бомбовым вооружением истребители МиГ-17Ф. Как позже вспоминал руководивший этими работами авиаинженер Чыонг Кхань Чау (Trương Khánh Châu, выпускник академии им. Жуковского, впоследствии генерал-лейтенант): «Когда командование решило использовать истребители МиГ-17Ф для нанесения ударов по кораблям ВМФ США, мы смогли модернизировать самолеты для подвески бомб массой до 250 кг, хотя МиГ-17Ф никогда не предназначался для использования в качестве бомбардировщика. Мы сами изготовили и установили пилоны для их подвески, провели электропроводку бомбосбрасывателей; для сокращения длины пробега в основании вертикального оперения был смонтирован контейнер тормозного парашюта. На переоборудование в бомбардировщики двух истребителей МиГ-17Ф понадобилось три месяца». Что касается самих авиабомб, то это были обычные фугасные боеприпасы калибра 250 кг [2], по-видимому, китайского производства, с вывинченным на минимум винтом крыльчатки механизма дальнего взведения взрывателя.

Одновременно осуществлялась подготовка летчиков. Здесь на помощь пришла братская социалистическая Куба. Их обучал кубинский военный советник, известный как «капитан Эрнесто». Его учениками стали десять летчиков из 923-го истребительного полка. Тренировки проходили в течение двух месяцев на военном аэродроме Кьен Ан близ Хайфона и в районе о. Лонгчау в северной части Тонкинского залива. Полковник Ле Хай в своих мемуарах «Воспоминания летчика-истребителя» сообщает: «Товарищ Луу Хюй Чао, заместитель командира полка, отправился на небольшой остров и непосредственно руководил учебными полетами над морем. После периода обучения, к марту 1972 года, в 923-м полку было шесть пилотов, владеющих навыками полетов на сверхмалых высотах и бомбометания».

Освоенный способ бомбометания вьетнамцы называли «скользящим». Фактически, это было адаптированное для реактивной авиации топмачтовое бомбометание времен Второй мировой войны. Самолет ложился на боевой курс, перпендикулярный курсу цели, и летел на высоте 50 м, разогнавшись до 800 км/ч. Сброс бомб осуществлялся с дистанции 750 м, после чего самолет-носитель резко взмывал вверх, чтобы уберечься от осколков. Расстояние до цели бомба преодолевала в несколько отскоков от поверхности воды. Нанесению группового удара капитан Эрнесто своих новых вьетнамских друзей научить, по-видимому, не успел, поэтому выход в атаку производился самолетами поодиночке. Также товарищ Эрнесто, вероятно, слабо разбирался в характеристиках американских радиолокационных средств, и не подсказал, что район атаки лучше покидать на бреющем полете, чтобы находиться в слепой зоне вражеских РЛС.

Весной 1972 года начался новый виток военных действий во Вьетнаме. Соединенные Штаты прервали Парижские мирные переговоры из-за недоговороспособности руководства Северного Вьетнама. Тогда вьетконговцы развернули стратегическое наступление в Южном Вьетнаме (операция «Нгуен Хюэ»), угрожая Сайгону. Американцы, свою очередь, спешно направили Тонкинский залив четыре авианосные ударные группы из состава 7-го флота, возобновив нанесение авиаударов по целям на территории ДРВ и обстрелы побережья, позже приступив к его морской блокаде.

Одним из откликов командования ВВС ДРВ на усиление активности вражеского флота в Тонкинском заливе стала подготовка противокорабельного удара. 12 апреля группа из трех пилотов — Ле Суан Ди, Нгуен Ван Бай «Б»[3] и Нгуен Ван Лук — была отобрана для выполнения этого задания и отправилась на аэродром Кхе Гат вместе с группой инженерно-технического состава. 18 апреля летчики Ле Хонг Диеп и Ту Де из 923-го полка скрытно перегнали туда два МиГ-17Ф с военной авиабазы Кеп с промежуточными посадками на аэродромах Зялам и Винь. Осуществление целеуказания возлагалось на береговую РЛС 403-й радиолокационной роты. Со своей позиции в устье реки Нятле (район Донгхоя) она отслеживала перемещения американских кораблей вблизи побережья. Там же располагался командный пункт ВВС, с которого зам. командира полка Луу Хюй Чао должен был вести боевое управление самолетами. На самом аэродроме Гат распоряжались комиссар Хоанг Дык Лок и зам. командира полка Као Тхань Тинь. Общее руководство осуществлял заместитель командующего ВВС Нгуен Фук Трач.

Добиться полной секретности развертывания сил вьетнамцам все-таки не удалось. Переброска самолетов попала в поле зрения американской разведки. На следующий день пара истребителей «Фантом» ВВС США была выслана для того, чтобы перехватить их и уничтожить. Американские истребители скрытно патрулировали над провинцией Куангбинь на малой высоте в режиме радиомолчания.

Действовавшая в Тонкинском заливе корабельная ударная группа TU 77.1.2 в составе легкого крейсера УРО «Оклахома Сити» (USS Oklahoma City, CLG 5), эсминцев «Ллойд Томас» (USS Lloyd Thomas, DD 764) и «Хигби» (USS Higbee, DD 806), оба типа «Гиринг», имела задачу произвести обстрел вьетнамского побережья в районе Донгхоя. К ней присоединился фрегат УРО «Стеретт» (USS Sterett, DLG 31), на который возлагалось обеспечение зональной ПВО. Это был один из девяти построенных в 1962–1967 гг. кораблей типа «Белкнап», которые до 1975 года классифицировались как ракетные фрегаты, затем — как ракетные крейсера.

Утром 19 апреля над провинцией Куангбинь и прилежащей акваторией Тонкинского залива стоял сильный туман, препятствовавший выполнению боевых задач. К середине дня он рассеялся над сушей, однако над водой стелилась сизая дымка, ограничивавшая дальность визуального обнаружения морских и низколетящих воздушных целей. Состояние море было спокойным, ветер — слабым.

В 15:00 [4] американская огневая группа приступила к обстрелу побережья с дистанции около 50 кбт. Три корабля двигались в кильватерной колонне, возглавляемой крейсером «Оклахома Сити», длинными галсами с NNW на SSO и обратно. Для корректировки артогня с борта фрегата «Стеретт» в 15:24 был поднят вертолет SH-2D. Сам фрегат маневрировал самостоятельно, держась мористей. Он перемещался короткими галсами на малом ходу примерно в 12 морских милях от побережья. Экипаж корабля находился в боевой готовности III (эквивалент нашей БГ № 2).

Первой отпор врагу дала вьетнамская береговая артиллерия, и надо сказать, ее огонь оказался довольно точным. Вскоре с борта крейсера «Оклахома Сити» сообщили о получении осколочных повреждений и выходе из строя антенны РЛС ОВЦ. Жертв на борту, однако, не было. Крейсер продолжил выполнение боевой задачи. В ряде публикаций связывают случившееся с близким разрывом авиабомбы. На самом деле урон крейсеру был нанесен артогнем с берега, как и большинство боевых повреждений, полученных кораблями ВМФ США в той войне. Около 16:00 корабли завершили первый огневой галс и легли на курс NNW.

Затем свое слово сказали летчики. С фрегата «Стеретт» было зафиксировано нахождение в воздухе четырех самолетов противника, действовавших двумя парами. По вьетнамским данным, участвовала одна пара МиГ-17Ф, ведущий Ле Суан Ди, ведомый Нгуен Ван Бай «Б».

У А. Розина и в ряде вьетнамских публикаций с некоторыми вариациями приводится свидетельство летчика Нгуена Ван Бая «Б», легшее в основу вьетнамского «канонического» описания:

«Утром мой командир, Ле Суан Ди, и я заняли места в кабинах МиГ-17, будучи готовыми к атаке. В 09:30 расчет РЛС 403-й радиолокационной роты засек четыре корабля в 40 км от [устья реки] Лихоа и три корабли в 80 км от Куа Сот. Стоял туман, поэтому мы не могли взлететь. К полудню расчет РЛС проинформировал о том, что корабли ушли на юг, однако две единицы остались на прежнем месте. К 15:00 четыре корабля приблизились к берегу в районе Лихоа на дальность 15 км, еще два корабля находились в семи километрах от Куангтрача, еще три — в 18 км от Лихоа. Новую группу морских целей обнаружили в 16:00 в 16 км от [устья реки] Нятле.
В 16:05 мы получили приказ на взлет. Наши МиГ-17 под руководством инженера Чыонг Кхань Чау были специально подготовлены к выполнению бомбометания. После взлета мы взяли курс на высоту 280, расположенную в десяти километрах от берега. После пролета высоты мы развернулись вправо. Пролетая над Лихоа, мы увидели дымки кораблей, видимо, они обстреливали побережье».

Отметим, что несмотря на наличие у вьетнамцев береговой РЛС, пара МиГов фактически действовала методом «свободной охоты», осуществляя поиск вражеских кораблей от устья реки Гиань и далее в юго-восточном направлении. Они летели над холмами вдоль берега, где корабельным РЛС было сложнее их обнаружить, на скорости 600 км/ч и высоте 200 м. В 16:13 ведущий Ле Суан Ди доложил на КП, что наблюдает противника на удалении 10–12 км. Он отчетливо видел два кильватерных следа. Американцы шли курсом SSO. С земли ответили: «Атаковать!» Следуя приказу, Ди устремился на врага. Его ведомый вел воздушное наблюдение на случай появления вражеских истребителей, а затем продолжил самостоятельно поиск морских целей.

«Над морем, — продолжает рассказ Нгуен Ван Бай «Б», — командир повернул влево, в направлении эсминца «Хигби», увеличив скорость 800 км/ч. Когда до цели оставалось 750 м, Ди сбросил бомбы. Обе 250-кг бомбы попали в эсминец. Ле Суан Ди доложил на КП о поражении цели, в 16:18 его МиГ-17 уже приземлился на аэродроме Гат. Посадочная скорость была слишком велика — самолет выкатился за пределы полосы. К счастью, ни летчик, ни МиГ не пострадали.
Пока Ди атаковал «свой» эсминец, я обнаружил два корабля северо-восточнее устья реки Динь. Они находились так близко, что у меня не оставалось времени точно построить заход в точку сброса бомб, я проскочил их. Атаковать пришлось со второго захода. Сброс бомб я осуществил в 750 м от кораблей. Ле Суан Ди запросил меня по радио: «Порядок?» Я ответил: «Не видел». На самом деле, я был уверен, что промахнулся. Я совершил посадку в 16:22. На море хорошо был виден столб черного дыма высотой 30 м, в дыму проблескивали языки пламени».

Фактически в эсминец «Хигби» (коммандер Р.Р. Зуилкоски) попала одна авиабомба. Нанесенные ею повреждения оказались достаточно серьезными. Бомба пробила палубу возле кормовой 127-мм артиллерийской установки и взорвалась в подбашенном отделении. По американским данным, это произошло в 16:10 (17:10 по Сайгонскому времени). (Как мы видим, помимо часовой разницы c SST американский хронометраж в данном эпизоде на несколько минут отстает от вьетнамского.) В чем кораблю, можно сказать, повезло: незадолго до того у одного из орудий произошел затяжной выстрел, и вся орудийная прислуга, кроме четырех человек, была временно эвакуирована из башни, благодаря чему при попадании бомбы удалось избежать серьезных жертв. Четверо моряков получили ранения, возникший пожар и взрывы боеприпасов привели к уничтожению артиллерийской установки. Было также повреждено рулевое устройство. На некоторое время эсминец потерял ход (из-за прерывания подачи топлива из кормовых танков). Поврежденный корабль отправился на ремонт сначала в Дананг, а затем в Субик-Бей.

Полковник Ле Хай описывает: «Со временем огонь на эсминце разгорался. Оглянувшись назад, он [Нгуен Ван Бай] увидел, как пылает вражеский корабль и светится вражеская ракета. Она была запущена и взорвалась на высоте около 200 метров, недалеко от горящего корабля. Через несколько минут два F-4 стали кружить над районом, где только что был атакован корабль. Нгуен Ван Бай благополучно приземлился примерно через две минуты после первого самолета. Вылет длился от взлета до посадки второго самолета всего 17 минут».

Ле Суан Ди по возвращении доложил, что атаковал вражеский крейсер, однако скоро из американских СМИ стало известно, что повреждения получил эсминец «Хигби». На основании донесений летчиков был сделан вывод, что Ди атаковал группу из двух эсминцев, а Бай — крейсер «Оклахома Сити», следовавший с сопровождении еще одного эсминца. На самом деле, как выше отмечалось, три корабля действовали в едином строю. По американским данным, единственным, кого бомбили северовьетнамские самолеты, был эсминец «Хигби». Как сообщил, коммандер Рональд Зуилкоски в интервью New York Times (публикация 21.04.1972): «истребители МиГ за два захода сбросили четыре бомбы; три из них упали в ста ярдах от корабля, а четвертая попала между стволами двух пятидюймовых орудий в кормовой части». Другим несоответствием является то, что на вьетнамской схеме атакованные корабли идут курсом SSO, тогда как фактически они уже совершили разворот и держали курс NNW, и неясно, каким образом Бай мог встретиться с ними южнее места первой атаки Ди. И, наконец, остается неочевидным, кто из пилотов нанес повреждения эсминцу. Во «вьетнете» на этот счет, кстати, тоже встречаются версии, отличающееся от «канонической».

В целом же оставляет сильно желать лучшего источниковая база. Можно достаточно определенно сказать, что никто из писавших по теме авторов не работал с документами, ограничившись использованием публикаций в прессе и личных свидетельств участников. Много вопросов вызывает рассказ Нгуена Ван Бай «Б», легший в основу вьетнамской «канонической» версии. Сам летчик погиб в воздушном бою 6 мая 1972 г., поэтому не мог написать послевоенных мемуаров. Однако на боевое донесение его рассказ также не похож. Уже хотя бы потому, что в нем фигурирует название американского эсминца. Возможно, это некая газетная публикация, составленная по горячим следам военным корреспондентом. К сожалению, мы слишком хорошо знаем, как и насколько достоверно делались такие вещи, особенно в странах соцлагеря. Так что, не удивлюсь, например, если фактически в авиаударе участвовало три, а не два МиГ-17, и один из них сбит. До тех пор, пока не появятся в доступе архивные документы, ни в чем нельзя быть уверенным. Хотя тогда становится непонятно, зачем было вьетнамской пропаганде замалчивать потерю самолета и летчика вместо того, чтобы сделать из него национального героя. К этому следует добавить, что в Соединенных Штатах произошедшее 19 апреля 1972 г. у Донгхоя сразу было засекречено, дабы избежать публичных обсуждений. Надо полагать, результат боя посчитали неблестящим. В связи со всем этим достоверно реконструировать данные события при нынешнем объеме и качестве сведений едва ли возможно. Американское и вьетнамское описания плохо соотносятся с друг с другом, оставляя слишком большое поле для домыслов. Со стопроцентной уверенностью можно сказать лишь, что американские корабли вели бой с реальными северовьетнамскими МиГ-17, а не ложными целями, как это было во второй, надводной, части боя, и американский эсминец получил боевые повреждения.

Впрочем, по одному из интересовавших меня пунктов есть ясность: в рассматриваемом эпизоде было успешно реализовано топмачтовое бомбометание, адаптированное для реактивных самолетов, причем, судя по всему, без тех проблем с несрабатыванием взрывателей авиабомб, с которыми в 1982 году столкнулись аргентинцы. Вот бы им иметь такого же кубинского инструктора Эрнесто!

Если сравнивать между собой вьетнамскую и аргентинскую реализацию маловысотного бомбометания, то усматривается ряд отличий. Во-первых, вьетнамцы производили бомбометание с большей дистанции, которую бомба преодолевала в несколько отскоков от воды. Тем самым достигалось штатное вывинчивания винта крыльчатки предохранителя. Аргентинцы для увеличения времени полета бомбы пытались использовать тормозное устройство парашютного типа. При этом нарушалось естественное «скольжение» боеприпаса по воде. Бомба уходила под воду уже после первого отскока. Либо «шаманили» с предохранителями. В результате проблема срабатывания взрывателя остро стояла до конца войны. Во-вторых, в ВВС Аргентины считалось оптимальным атаковать корабли с носовых или кормовых курсовых углов, чтобы в случае перелета бомба могла поразить цель по всей длине палубы. В ВВС ДРВ наоборот требовалось от пилотов сбрасывать бомбы на траверзных курсовых углах цели, поскольку считалось, что иначе значительно потерявшая энергию за несколько отскоков бомба может отрикошетировать от борта корабля вместо того, чтобы войти в него. И, наконец, в-третьих, вьетнамцы выходили из атаки слишком высоко вместо того, чтобы пикировать к поверхности моря и покидать район атаки на бреющем полете, как делали аргентинские летчики. Это давало противнику возможность сбивать МиГи на отходе. Занятно также, что в результате американского «тихушничества» применение аргентинцами маловысотного бомбометания десять лет спустя явилось полной неожиданностью для ВМФ Великобритании. Хотя в общем аспекте еще более нелепым предстает то, что обе высокоразвитые натовские державы, чья боевая авиация отрабатывала прорыв ПВО варшавского блока на сверхмалых высотах, оказались совершенно не готовы столкнуться с чем-то подобным со стороны их противников из числа стран третьего мира.

Примечания

1. Автору цитируемой монографии было, очевидно, невдомек, что Донгхой (Đồng Hới) — это достаточно крупный город, транспортный узел и порт в устье реки Нятле, ставший еще в начале XIX века административным и военным центром провинции Куангбинь.
2. В американских описаниях часто ошибочно фигурируют «250-фунтовые» бомбы либо бомбы БетАБ-250.
3. В ВВС ДРВ было два полных тезки с именем «Нгуен Ван Бай». Их называли Бай «А» и Бай «Б». Из-за этого в публикациях иногда возникает путаница. Нгуен Ван Бай «А» (1936–2019) — ас-истребитель, сбивший семь американских самолетов. Нгуен Ван Бай «Б», участвовавший в описываемых событиях, родился в 1943 году и погиб 6 мая 1972 г.
4. Здесь и далее приводится местное поясное время GMT+7, используемое вооруженными силами Северного Вьетнама. Их противник координировал действия по Сайгонскому времени (Saigon Standard Time (SST), GMT+8), использовавшемуся в Южном Вьетнаме и опережавшему поясное на один час. Соответственно, на американских кораблях часы в этот момент показывали 16:00.

Окончание тут.