smapse

Добрый день!

Мы — компания Smapse, и мы лучше всех знаем, как организовать ваше обучение за границей.

Мы работаем со школьниками: подбираем страну, город и школу, организуем выезд в лагерь на каникулах — хоть на солнечной Мальте, хоть в старинной Европе, хоть в модном Майами или Лондоне.

К нам обращаются и студенты: мы сможем перевести вас в зарубежный вуз (подобрав оптимальный университет, программу и язык обучения), поможем подать документы в магистратуру или на повышение квалификации.

Мы работаем со взрослыми профессионалами: курсы английского и других языков, подготовка к экзаменам, бизнес-курсы, иммиграция, MBA — все детали мы знаем в тонкостях, которые расскажем и вам.

А еще мы интересуемся актуальными новостями, особенно из мира науки и путешествий, любим задавать необычные вопросы и находить на них ответы! Которыми и делимся с вами в этом журнале.

Для РКН № 5416746701

Еще 10-15 лет назад образовательная траектория казалась нам всем почти незыблемой, как гранитная стена: девятый класс, затем два года томительного ожидания в старшей школе и, наконец, финальный прыжок в университет. Колледжи в этой схеме долгое время играли роль утешительного приза для тех, кто «не потянул» физику или литературу. Однако сегодня эта стройная конструкция на ваших глазах рушится: все больше подростков после девятого класса выбирают колледжи, и тенденция эта стала настолько заметной, что игнорировать ее на уровне государственной статистики больше невозможно.

Согласно свежим исследованиям, проведенным центром социального проектирования «Платформа» и Институтом развития профессионального образования, главным фактором такого выбора все чаще становится... страх. Если быть точнее, прагматичное нежелание тратить лучшие годы юности на алтарь ЕГЭ. Почти половина школьников признаются честно: они не хотят проходить через это испытание, предпочитают обходной путь.

ЕГЭ как психологический барьер

Для современного подростка ЕГЭ — это психологический триллер с элементами драмы. Подготовка к нему требует от неокрепшей психики колоссальной концентрации, жизни в режиме «школа–репетитор–сон», груза ответственности, который не всегда по плечу и взрослому. Для части школьников сама перспектива 3-4 решающих часов в аудитории под камерами становится фактором, который полностью перечеркивает желание идти в десятый класс.

Весна в путешествиях — это время для тех, кто не любит лобовых столкновений с толпами туристов. В марте и апреле природа только начинает возвращать краски, а отельеры еще не выставили счета с летними наценками.

Разговоры о том, что система поступления по олимпиадам окончательно «перегрелась», ведутся в академических кругах уже не первый год. Число школьников, которые рассчитывают на зачисление без вступительных испытаний (БВИ), растет в геометрической прогрессии, в то время как количество бюджетных кресел в лекционных залах топовых университетов остается величиной практически неизменной. В 2026 году на этот явный дисбаланс вузы ответили резким и местами болезненным пересмотром правил игры.

Зачистка списков

В январе ведущие университеты страны опубликовали обновленные регламенты приема, и для многих старшеклассников они стали как холодный душ. Ключевой тренд 2026 года — это масштабное сокращение перечней олимпиад, которые дают право на то самое заветное БВИ. Посмотрите на цифры — и масштаб перемен станет очевиден: в МФТИ, например, в нынешней кампании будут учитывать всего 35 олимпиад вместо привычных 50. Не отстает в своем стремлении к элитарности и Бауманка, где на сверхпопулярных IT-направлениях число соревнований, открывающих двери без экзаменов, сократили более чем в два раза. Причина такой жесткости прозрачна: в прошлом году наплыв олимпиадников здесь был настолько велик, что бюджетные места заканчивались раньше, чем очередь из желающих их занять.

Если о поступлении в по-настоящему сильный университет вы задумываетесь задолго до последнего звонка, то стратегия ваша неизбежно меняется. Вместо хаотичных попыток «усилить портфолио» грамотами за конкурс поделок из шишек появляется более прагматичный вопрос: где найти ту среду, которая сама, как мощный экзоскелет, будет работать на ваш результат?

Лицеи и гимназии при ведущих вузах — это как раз те самые «теплицы» для будущих нобелевских лауреатов и архитекторов цифровых миров. Здесь университетский ритм жизни начинается еще до получения паспорта, задачи не имеют однозначных ответов, а погружение в науку происходит без всяких скидок на юный возраст. Конкурс туда — как в космонавты, нагрузка — как на марафоне, зато на выходе вы получаете не просто аттестат, а фактически пропуск в высшую лигу.

СУНЦ МГУ, школа имени Колмогорова

Поступить сюда в 10–11 классы — это пройти через горнило. Профили здесь суровые: математика, физика, информатика, химия, биология. Программа строится не вокруг подготовки к тестам (хотя и с ними проблем не будет), а вокруг системного олимпиадного движения. Занятия часто ведут профессора МГУ, поэтому формат обучения напоминает университетский: много самостоятельной работы, разбор нестандартных задач, над которыми можно ломать голову неделями, и реальные исследовательские проекты.

В конце января в парламентских коридорах вновь заговорили о семейном образовании. Поводом для очередной волны беспокойства стал стремительный рост числа детей, которые решили, что школьный звонок — это не для них. По мнению части депутатов, действующий порядок перехода на «вольные хлеба» стал слишком мягким, почти курортным, и требует немедленного, почти хирургического вмешательства. Предлагается усилить контроль, добавить бюрократических фильтров и, по сути, превратить право выбора в сложный квест с элементами допроса.

Цифры против системы

Если верить федеральным сводкам, за последний год количество «семейников» подскочило почти на 17% — это около 14 тысяч новых адептов домашнего обучения. В общей сложности вне традиционных стен с мелом и доской сейчас грызут гранит науки более 99 тысяч детей. Казалось бы — капля в море в масштабах страны, но для системы это тревожный знак. Авторы новой инициативы бьют в колокола, выдвигая стандартный набор претензий, звучат аргументы о якобы слабых результатах аттестаций у домашних школьников и — классика жанра — о рисках «недостаточной социализации». Отдельно пугают общественность «серыми зонами»: мол, ребенок формально числится на семейном, а фактически предоставлен самому себе и соцсетям, выпадая из системного процесса.

Что же нам предлагают в качестве «лечения»?

• Создание межведомственной комиссии (еще больше чиновников!), которая будет разрешать или запрещать вам учить ребенка дома,

Поступление в иностранный университет в последние годы окружено плотным облаком тревожных ожиданий. Многим кажется, что геополитика окончательно захлопнула все двери, международные экзамены стали мифическим зверем, который в России не обитает, а студенческие визы превратились в недосягаемый артефакт. Однако университетская система по своей природе очень инерционна: она продолжает работать по понятным и прозрачным правилам, где решают не заголовки новостей, а ваши документы, академические результаты и грамотно выстроенная стратегия.

Миф 1. Российский аттестат — это «волчий билет» за границей

Главный страх абитуриентов — что их школьные годы в России не будут засчитаны. На деле же базовый документ для поступления на бакалавриат — ваш аттестат — по-прежнему признается практически во всем мире. Чтобы использовать его за рубежом, требуется всего лишь апостиль: эта процедура, действующая в рамках Гаагской конвенции 1961 года, официально подтверждает легитимность вашего образования, и после этого никаких формальных препятствий для подачи документов нет.

Однако учитывать стоит различия в системах: в России мы учимся 11 лет, в то время как во многих странах Европы и Азии стандарт — 12 лет, поэтому часто предлагают абитуриентам дополнительный подготовительный год — Foundation или pre-university year. Это отличный мостик, который помогает адаптироваться к новой академической среде, а не метод унижения российских школьников.

С приходом весны перед автолюбителями во весь рост встаёт насущный вопрос: когда менять зимнюю резину на летнюю. Одни ориентируются на календарь, другие — на температуру за бортом и состояние ледяного покрова на дорогах, ну а третьи просто ждут, пока у шиномонтажей исчезнут очереди. Но если открыть правила дорожного движения и технический регламент, выясняется любопытная вещь: в России вообще нет точной даты весенней замены шин! Зато есть другие требования — и штрафы за их нарушение…

Закон суров, но это закон

Правила использования шин закреплены в техническом регламенте Таможенного союза «О безопасности колесных транспортных средств». Для легковых автомобилей установлены следующие требования:

Зимние шины должны использоваться в декабре, январе и феврале — это минимальный обязательный период. При этом шипованные шины запрещены летом — в июне, июле и августе, с наступлением календарного лета такие шины необходимо снять.

И… Всё. Из этого следует важная деталь: федеральной даты весенней замены шин в России нет. Переобуваться можно и в марте, и в апреле — главное, чтобы автомобиль соответствовал требованиям сезона.

Есть и другие правила эксплуатации.

• Так, если используются шипованные шины, они должны быть установлены на всех колёсах автомобиля, ставить шипы только на одну ось запрещено.
• Нельзя устанавливать на одну ось разные типы шин — например, зимнюю и летнюю.

В Саудовской Аравии у верблюдов появились собственные паспорта! Новость звучит почти анекдотично, пока не вспоминаешь, какое место эти животные занимают в жизни королевства.

Пушкинские Горы давно перестали быть лишь пунктом в школьной программе и маршрутом «по местам поэта» — сегодня это пространство, где классика разговаривает с современностью на равных, а культурный опыт складывается не только из экскурсии по усадьбе, но и из запаха хвои, вкуса яблочного пирога, гулкого рева водяной мельницы.

Сюда едут не за формальным знакомством с биографией, а за попыткой почувствовать ландшафт, который формировал поэта. И если смотреть на эти места без музейной пыли, легко представить, что многое из происходящего здесь сегодня понравилось бы и самому Пушкину!

Михайловское без мифов

Воображение часто рисует усадьбы XIX века как дворцы с бесконечными анфиладами, высокими потолками и десятками комнат… Однако реальность была куда прозаичнее: за исключением императорских резиденций, в России почти никто не жил в роскоши, требующей круглогодичного отопления огромных пространств. Долгая зима диктовала практичность: большие дома отапливать трудно и дорого, поэтому помещичьи имения строили компактными и функциональными.

Дом Пушкина в Михайловском выглядит скромно даже по меркам своего времени, и в этом кроется важная подсказка для современного посетителя. Главное здесь — не стены, а пространство вокруг: холмы, поляны, аллеи, перелески, то есть та самая природная среда, в которой поэт, находясь в ссылке, искал утешение и вдохновение. Он тосковал, но именно прогулки по окрестностям превращали тоску в строки, которые сегодня знают наизусть.