О педофилах, педоборцах и парадоксах
У нынешней педоистерии есть масса побочных эффектов разной направленности, о которых немало написано разными людьми. Например, с одной стороны, постоянное жужжание детям в уши про проклятых педофилов информирует этих самых детей о возможной опасности, благодаря чему дети становятся осторожнее и с меньшей вероятностью становятся жертвами. С другой стороны - под молох попадают люди вроде того же Макарова (в данном случае я, ради разнообразия, не буду обсуждать вопросы о его виновности, а всего лишь отмечу, что срок в 13 лет за - предположительно - преступление, от которого никто не погиб, супротив двух лет условно за непредумышленное убийство - это всяко молох, даже если Макаров был бы и действительно виновен). С третьей, - совершенно непонятно, насколько много психически неуравновешенных личностей, педофилией как таковой не страдающих, - внезапно для себя узнали из газет, что неполовозрелый ребенок, оказывается, может являться сексуальным партнером, - и сделали для себя практические выводы.
Это ладно, - об этом обо всем писали уже много раз. Но есть и еще одна вещь, которая как-то не берется в расчет.
Когда мне было 14 лет, я жил с родителями в Мытищах, где и родился. У меня был день рождения. Ко мне приехала девочка, которая мне нравилась, - жила она на Соколе в Москве. Мы засиделись до времени, достаточно позднего для своего возраста, - нам очень не хотелось расходиться. Добираться ей домой надо было от Тайнинской до Ярославского, а до этой самой Тайнинской надо было от ул. Мира пилить по Пионерской, а потом ждать электрички на платформе. Было поздно и темно; мой ныне покойный отец пошел ее провожать и сажать на поезд. Вдвоем по темной и пустынной на тот момент улице с 13-летней девочкой, потому что он был взрослым мужчиной и моим отцом, а самостоятельно ее провожать в это время суток родители бы меня ни за что не отпустили.
Он ее проводил и посадил на поезд (электрички в то время были вполне безопасны); не знаю, о чем конкретно они говорили по дороге, но потом она с восторгом сказала мне, что мой отец - интереснейший и умнейший человек, и явно прониклась дополнительной симпатией ко мне по принципу "яблоко от яблони".
В моей биографии также был эпизод, когда даже совершенно незнакомый мне мужчина в военной форме сделал крюк от своего запланированного маршрута, проводив до дома и убедившись, что я туда благополучно попал, - время было позднее, а лет мне было немного.
И вот я представляю все эти ситуации, применяя их к сегодняшнему моменту. Мужчина под сорок сейчас, наверное, не рискнет сопровождать по темным аллеям к электричке 13-летнюю девочку. Да и офицер в форме вряд ли решится провожать по темным улицам юного мальчика.
Если эти дети и подростки пойдут без сопровождения взрослых в гордом одиночестве, - сильно сомневаюсь, что они станут жертвами престарелых педофилов, пускающих масляные слюни. А вот сверстнички мои на темной улице вполне себе могли насильно стянуть с нее трусы, а я - получить по морде от вполне себе сверстничной, но уже накачавшейся пива ватаги. Там были довольно веселые дворовые компании.
Фишка заключается в том, что пидарасы (в плохом смысле этого слова), занимающиеся борцунством с педофилией, - реально увеличивают риски для "защищаемых" ими детей и подростков. Просто потому, что подросток, по нынешним временам, не обратится за помощью к взрослому, а взрослый не подойдет предложить свою помощь подростку. Причем, в том числе, в том огромном количестве случаев, когда оно было бы крайне уместно.
Подростку этому педофилы вряд ли повредят, - ну, нет стольких педофилов вокруг нас, - зато вполне себе агрессивные другие подростки просто окружат шоблой в темной аллейке и начистят рожу. Это, конечно же, - лучше, с точки зрения пидарасов (в плохом смысле этого слова) занимающихся педоборчеством.
Из-за всей этой педоистерии дети и подростки не рискнут воспользоваться помощью взрослых, когда она нужна, а взрослые - не рискнут ее предложить. Надеюсь, наши славные педоборцы будут гореть в аду, - они реально своими действиями увеличивают опасность для детей и подростков. Конечно же, лучше всего, чтобы педоборцы нас покинули сами. Но ведь не дождешься же, к сожалению.
