Когда редакция делится ровно пополам на предмет вывешивать или не вывешивать, мы читаем текст вслух нашей уборщице Грише Взахлёбовой и, если та хотя бы криво улыбнулась, вывешиваем, так что есть у нас ответственный за выпуск, вот и вешайте всех чертей на него. Гриша Взахлебова начисто лишена чувства смеха, но у нее повышенное чувство опасности, отсюда кривая усмешка, которая означает: на сей раз не заметут. Последний раз нас замели на прошлой неделе, когда мы флаг на балконе выставили в честь очередной Усть-Луги. Наша база – в квартале Ленрыба, а остальная Усть-Луга у нас за окном, через речку как на ладошке, три раза по два дня сияет на всю стенку, можно свет не включать. Перед очередным сиянием мы написали стишок про Усть-Лугу с очаровательной рифмой услуга и, когда пришли, нас уже кот языком слизал, одна Гриша осталась, она немая, её допрашивай не допрашивай – никакой реакции, даже справка есть, типа Швейка, официальная, с печатью, что немая, отличная отмазка, но не вечная, мы это понимаем и ищем ей замену на всякий случай, да где вторую немую сыщешь с такой кривой и прозорливой улыбкой? Органы вбегают, чтобы всем по 10 лет строгого режима, их встречает Гриша Взахлебова с пылесосом Мурзиком, справкой и бумажным компьютером на столе. А мы уже летим на скутере сквозь Финский залив. Да, это наша редакция передала координаты, да, это мы написали их прямым текстом в фельетоне про то, как Собчак морковку ест, а это, если подумать, вовсе не морковка, и прочую похабщину. Но, во-первых, у нас остров свободы языка посреди океана путинской диктатуры, ничего святого, мы и Путина можем на кол посадить – чисто текстуально, не то что Сабчак с морковкой, а во-вторых, это не координаты нефтозаливного хаба, а наши собственные, редакторские, мы тут живём. Вбегают, маски на мордах, автоматы горячие от стрекотни, а Гриша Взахлебова стоит в халатике и все бедро наружу, тут у них пыл и пропадает, тем более что справка. Конечно, надоело работать как на вулкане, вечно срываться с места, но от-вет-ствен-ность! Ответственность зовет и никаких запретов на нашу продукцию быть не может, даже чисто физиологических, это когда персонажи морковку едят не ртом, кричат на колу частушки, а номер про Путина с Мизулиной на одном тесанном снаряде особенно удался. Gpt ругался матом: ни в коем случае не вывешивайте, это сразу четыре статьи, перестаньте нарушать нормы пристойности и призывать к насилию, да только Гриша Взахлебова косо улыбнулась и текст пошел в мир, как Капитал Карла Маркса. Пусть нас читают только 56 человек, это вдвое больше, чем у полковника Панфилова, можем две Москвы взять. Короче, Усть-Луга должна догореть дотла, а пылесосу Мурзику мы вообще поставим памятник.
Шарли Эбдо текст прочли и наложили резолюцию: En exclusivité! Не смеем подвести комрадов.