Наступление мещанского болота, поглотившего со временем СССР, очень хорошо прослеживается на примере братьев Стругацких.
В 60-е годы А и Бэ были идеальными выразителями духа времени. Общество рвалось к коммунизму - фантасты его описывали (вслед за Ефремовым - но, согласитесь, более ярко и интересно, чем он). И героями Стругацких были люди будущего - творцы, для которых высшее наслаждение состояло в свободном творческом труде. Понедельник для них потому-то и начинался в субботу, что воскресенье было пустой тратой времени, не приносящей никакой радости.
Мутировали братья вместе со всей страной - в 70-е годы, которые были началом длящейся по сей день "эпохи Пугачевой". И "Чародеи", снятые в 1982 году, стали самой наглядной иллюстрацией этой мутации.
Считается, что фильм поставлен по "Понедельнику", и, что особенно характерно, сценарий написали сами А и Бэ. Но какой контраст! На смену творцам пришли мещане, полностью поглощенные своими мелкими страстишками. Практически весь фильм сводится к любовным интригам в духе мексиканского сериала (чтобы не сказать - "Дома-2"). Это - именно то, на что героям "Понедельника" было жалко тратить даже воскресенье.
Пугачевщина прет изо всех щелей. От исходного произведения осталось разве что место действия - "волшебный" институт. Но здесь волшебство стало лишь фоном. Оно нужно только для "оживляжа" - зрителю интереснее смотреть на любовные хитросплетения, если их участники - волшебники.
И страна приняла такой фильм - благословленное самими Стругацкими надругательство над духом 60-х. Она омещанилась до предела, и потому была обречена.