:
Иногда жизнь подбрасывает людей, словно выдернутых из другой эпохи или другой страны, вообще откуда-то из параллельного мира. В большом хозяйственно-строительном магазине на кассе сидит девочка лет 19-20 - полная копия Лидии Владимировны Вертинской, просто ослепительная девочка - глаз не отвести. "Вот так и поверишь в переселение душ" - как говорил Шерлок Холмс. Вряд ли девочка что-то слышала о Вертинских, но принадлежность свою к другой эпохе ощущает - одета несовременно, блузка старомодная, круглый воротничок, прическа тоже явно не по моде двадцать первого века - подсказал кто-то или сама догадалась? Говорит тихо, вежливо, речь грамотная, - ну просто вчерашняя гимназистка. Пока она оформляла мне доставку, я смотрела на нее и думала, что мы все-таки живем в очень неромантическую эпоху. Новая Лидия Владимировна - вот она, пожалуйста, а где новый Александр Николаевич? В театрах и филармонии выступает, в основном, какая-то позорная попса, там вряд ли может появиться новый Вертинский. И вряд ли он придет в ее магазин покупать обои или шуруповерт, а даже если бы и пришел, то это был бы совсем неподходящий формат, согласитесь. Ему положено блистать и обольщать, ей - благоговеть и очаровывать, а если он сначала будет катить тележку к кассе, а потом выслушивать ее объяснения о том, что доставка осуществляется с 7 до 23, то блистать в такой ситуации так же трудно, как и очаровывать.
Хотя какие-то романтические проблески есть. В Лазареву субботу по многолетней традиции ездила убираться на кладбище, и через окно автобуса видела славную парочку лет шестнадцати - эти тоже не из нынешней жизни, а откуда-то из середины прошлого века. Мальчик ждал девочку, она пришла, они не обнялись и не поцеловались, сдержанно поздоровались, кивнув головой, но оба просияли при этом так, что затмили на минуту апрельское солнце. После этого он тут же повел ее к киоску с мороженым. Последнее, что я видела - она изучала витрину, а он стоял рядом, по-рыцарски готовый оплатить любой ее каприз. И это все было словно из какого-то трогательного советского фильма времен детства моих родителей.
Хотя какие-то романтические проблески есть. В Лазареву субботу по многолетней традиции ездила убираться на кладбище, и через окно автобуса видела славную парочку лет шестнадцати - эти тоже не из нынешней жизни, а откуда-то из середины прошлого века. Мальчик ждал девочку, она пришла, они не обнялись и не поцеловались, сдержанно поздоровались, кивнув головой, но оба просияли при этом так, что затмили на минуту апрельское солнце. После этого он тут же повел ее к киоску с мороженым. Последнее, что я видела - она изучала витрину, а он стоял рядом, по-рыцарски готовый оплатить любой ее каприз. И это все было словно из какого-то трогательного советского фильма времен детства моих родителей.