культурогония и культургия

Дзержинский как символ либерализации позднесоветских спецслужб

kornev — Thu, 23 Apr 2026 06:14:53 GMT

Современная молодежь склонна судить о советском периоде поверхностно и «не разбираться в сортах г*», что мешает ей понять тонкие душевные движения нынешних правителей, которые сформировались в позднесоветскую эпоху. Для молодежи мемы «Берия», «ГУЛАГ» и «Дзержинский» стоят в одном ряду, причем это верно как для ненавидящих «чекизм», так и для сочувствующих «чекизму». Между тем, в послесталинском СССР Дзержинский подавался как альтернатива «бериевщине», «сталинщине» и связанным с ними «необоснованным массовым репрессиям» (кстати, это ортодоксально советский, а не диссидентский термин). Далеко не случайно, что знаменитый памятник на Лубянке, о котором идет столько споров, был установлен не сразу после смерти Дзержинского, а через 32 года после нее, в 1958 году, уже после расстрела Берии и после XX съезда КПСС, который осудил сталинизм и сталинско-бериевские порядки в советских спецслужбах. Этот памятник, как и сам образ Дзержинского, был частью преобразования советской политической полиции из разнузданной азиатской опричнины в гуманную и цивилизованную европейскую спецслужбу. Дзержинского превратили в икону КГБ именно для того, чтобы очистить спецслужбы от пережитков сталинско-бериевского беспредела и мракобесия, поставив их под контроль партии, социалистической законности и здравого смысла.

Люди, осведомленные о деятельности ВЧК во время Гражданской войны, могут очень удивиться такой трактовке личности Дзержинского, справедливо указав, что именно он стоял у истоков этой «азиатской опричнины», и что руки у него в крови невинных людей не меньше, чем у Ежова и Берии. Однако надо понимать, что у людей, живших в СССР, был весьма избирательный взгляд на историю. Если вы убеждены в святости Ленина и в абсолютной необходимости Октябрьской Революции, то вам придется и Красный Террор 1918-1922 гг. считать деянием пусть и трагическим, но исторически неизбежным в условиях Гражданской войны. Вы можете не соглашаться только с «перегибами на местах» и с излишним самоуправством отдельных исполнителей, которые в запале борьбы могли переусердствовать или свести личные счеты.

Совсем иначе воспринимался Большой Террор 1937-38 гг., который проходил в мирное время, на глазах у всего общества, и обрушился на массы заведомо невинных советских людей, причем часто - людей жизненно важных для страны. Типичный пример – Сергей Королев, который чудом уцелел в сталинской мясорубке, но ему потом не хватило загубленного в застенках здоровья, чтобы осуществить советский полет на Луну. А сколько таких Королевых были расстреляны или сгинули без следа в Гулаге? От Большого Террора в итоге отмежевался даже Сталин, объявив его «Ежовщиной» и запустив первую волну реабилитации потерпевших и первую волну чистки органов от сотрудников, допускавших произвол. Советский человек, верящий в святость Ленина и в идеалы коммунизма, мог с чистой совестью осуждать «Сталинские репрессии», проводившиеся с циничным игнорированием Сталинской же Конституции, и оборачивать ярлык «врагов народа» против тех, кто их устроил.

К середине 1950-х гг. советское общество повзрослело и цивилизовалось уже настолько, что жизнь рядом с тухлой азиатской опричниной людям показалась совершенно нестерпимой и несовместимой с каким-либо светлым будущим. После смерти Сталина эту сталинскую опричнину быстро разогнали, перебив как бешеных собак самых видных ее руководителей, разоблачив их как предателей, иностранных агентов и врагов народа (кстати, они до сих пор не реабилитированы). Вместо нее буквально с нуля, с чистого листа, создали цивилизованную интеллигентную европейскую спецслужбу, которая получила имя «КГБ СССР». По идеологическим причинам, этот новодел представили как «возрождение» «чистых» принципов изначальной «ленинской ВЧК», возглавлявшейся «бескорыстным рыцарем Революции» Дзержинским. При этом Дзержинского задним числом изобразили европейским профессионалом, интеллектуалом разведки и контрразведки, а в быту - чеховским интеллигентом-гуманистом. Не важно, насколько этот образ соответствовал исторической реальности, важно, что именно такого, облагороженного и мифологизированного Дзержинского превратили в идеал для «чекистов» нового образца. В культурной антропологии это называется «изобретением традиции» - нормальное явление во всех обществах.

Разумеется, из старых органов в новые перешло довольно много людей, - там были и профессионалы разведки, и много добросовестных сотрудников, не замазавшихся в преступлениях, - но с «чекистскими традициями» (настоящими, а не мифическими) было решительно покончено, они жестоко выкорчевывались из деятельности новых спецслужб. Было покончено с типом палача, который выбивает показания из сломленных жертв, готовых оговорить и себя, и кого угодно, и на его место был поставлен психолог и интеллектуал, типа «Штирлица», который работает с людьми цивилизованными методами. Результаты очищения спецслужб от скверны проявились очень быстро. Достаточно сравнить мемуары жертв сталинской опричнины с воспоминаниями диссидентов 1970-х гг., которые имели дело с КГБ. Это земля и небо (здесь мы ведем речь не о политическом направлении деятельности КГБ, которое задавалось сверху, а о техническом исполнении). Не будет преувеличением сказать, что КГБ СССР был самой европейской, профессиональной и гуманной политической полицией если не во всем мире, то за всю историю России. И эта либерализация, парадоксальным образом, была завязана на позднесоветский миф о Дзержинском. Если пожилой человек, лучшие годы жизни которого были связаны с КГБ СССР, присвоил имя Дзержинского современной Академии спецслужб, то это не потому, что он восхищается Красным Террором, а потому, что по старой памяти связывает с этим именем свои представления о профессиональных цивилизованных спецслужбах. Для него Дзержинский – это символ позднесоветского «либерального чекизма», а не раннесоветских «красных палачей». Хотя, конечно, современных людей, которые забыли советские мифы и видят все в реальном историческом контексте, это не может не приводить в недоумение.

(Данный текст дублируется по адресу https://kornev.dreamwidth.org/543057.html )

Путинский Золотой век станет вечной проблемой для политических гайковёртов и ёжепоклонников

kornev — Fri, 17 Apr 2026 12:58:19 GMT

К 1970-м гг. большая часть населения России примирилась с советской властью, во многом за счет нормализации жизни в хрущевско-брежневскую эпоху. Закончился террор, исчез страх, уровень жизни заметно вырос, начальство стало относиться к народу бережно и гуманно. Старшие поколения, пережившие все ужасы первой половины советского периода, наконец-то смогли пожить спокойно и достойно. Новые поколения воспользовались широко открытым социальным лифтом в советский средний класс. Конечно, оставались те, кто презирал «советскую серость», ностальгировал по условному «1913 году», восторгался динамикой развития дореволюционной России и утверждал, что она без революции далеко переплюнула бы СССР по всем пунктам. Однако в 1977 году (в отличие от 1937 и даже 1947 гг.) мало кто захотел бы стать среднестатистическим россиянином образца 1913 года. Все понимали, что основная масса населения в 1977 году жила, конечно, гораздо лучше, легче, интереснее и полноценнее, чем в 1913 году, в том числе по таким параметрам, как питание, жилье, быт, условия труда и отдыха, доступность интересной и ненапряжной работы, медицина и образование, безопасность, забота о детях, стариках и инвалидах и т.п. Люди прекрасно понимали, что в плане комфортного существования маленького человека «Золотой век Брежнева» далеко превзошел все, что было до этого в России за всю ее тысячелетнюю историю. И это в какой-то мере примирило людей с ужасами и преступлениями первых десятилетий советского периода. Благодаря этому, даже когда в Перестройку открылись информационные шлюзы, народ в России не удалось раскачать, - десоветизация была произведена сверху самой же советской верхушкой. У тех, кто закручивает гайки сегодня, такой имиджевой поблажки не будет. Недавно погребенный под руинами Интернета «Золотой век Путина» будет недостижимым идеалом на протяжении всей последующей истории России, и в этом смысле его можно уподобить «Золотому веку Антонинов» в Римской империи. В среднесрочном будущем, при сравнении с условным «2013 годом» основная масса граждан будет считать свою жизнь ущербной и убогой, и, в силу особенностей человеческой психологии, вину за это возлагать не на изменение международной ситуации, а на тех, кто на глазах у всех доламывал последние остатки «былой роскоши» - на нынешних «гайковертов» и их политических наследников, и никакими усилиями пропаганды это не изменить.

Определяя хронологические рамки Путинского Золотого века, его началом, видимо, следует обозначить 2002 год, - первый год после завершения активной фазы войны на Кавказе. Примерно в то же время начался заметный подъем регионов, глубинки, - Россия за пределами Москвы, «оцепеневшая» в 90-е гг., стала по уровню и образу жизни приближаться к столичным стандартам. «Провинциалы» во многих регионах наконец-то смогли нормально пожить без необходимости мигрировать в Москву. Финал Золотого века приходится на 2018 год, - год пенсионной реформы, которая положила конец вере в гуманность правящего слоя и в наличие обязывающей обратной связи между низами и верхушкой. Кстати, тот же год стал рубежом, после которого впервые началась борьба с Интернетом (в лице Телеграма), а статус иноагента начал присваиваться не только организациям, но и физическим лицам за «мыслепреступления», тем самым вернув в государственный оборот концепцию «врага народа», отметившую самые страшные годы советского правления.

Некоторые, конечно, скажут, что уже 2014 год был «началом конца», но, на самом деле, с эмоциональной точки зрения этот год, особенно его первую половину, следует считать зенитом Путинской эпохи. У многих тогда, на волне патриотического подъема, появились надежды на лучшее и вера в то, что Золотой век России только начинается. К сожалению, по разным причинам, великолепные перспективы 2014 года были профуканы. Другие скажут, что поворотной вехой стал 2022 год, и это тоже не так: скольжение вниз с горы началось еще за несколько лет до этой вехи, а после нее правительство какое-то время еще старалось законсервировать «зону комфорта» или хотя бы не доламывать ее своими руками, оставляя эту прерогативу врагу.

Кто-то, возможно, будет возражать против именования прошедшего Золотого века «путинским» на том основании, что при Путине же он и закончился, и в памяти новых поколений это славное имя наверняка будет связано с не очень почтительными мемами, о «борьбе с Интернетом в эпоху Интернета» или о том, что начальство отобрало у детей игрушки, «Потому что мы можем, и хрен вы с этим что-то сделаете!» Однако тот факт, что Иван Грозный убил своего сына, а Тарас Бульба – своего сына, не отрицает сам факт отцовства. Формула «Я тебя породил, я тебя и убью» работает также и для золотых веков. Хотя обычно в истории такое убийство совершается путем назначения негодного преемника (Марк Аврелий - Коммод), чтобы он своей мерзостью оттенил достоинства предыдущего правления.

Каким останется Путинский Золотой век в памяти людей? Как о нем будут рассказывать наши фрустрированные потомки через 50 лет, через 500 лет, с учетом неизбежной идеализации? Вот главное, что запомнится: это эпоха, когда укрепление государства, наведение порядка и рост экономики гармонично сочетались с вольной, свободной и комфортной жизнью обычных граждан. В плане материальной обеспеченности населения и общего комфорта существования Путинский Золотой век сравнился с Брежневским, а по ряду параметров его значительно превзошел, в том числе благодаря экономическим и политическим свободам, открытости границ и новейшим инструментам коммуникации и развлечения, ставших доступными для широких масс. Путинский Золотой век отмечен такими достоинствами, как свободный доступ к любой информации в глобальном масштабе, широчайшая свобода слова и коммуникации, политические свободы, позволявшие гражданам в весьма широком диапазоне критиковать государственную власть и поддерживать словом и рублем активистов, декларировавших борьбу с злоупотреблениями. Граждане были свободны выезжать за границы страны, как с целью эмиграции, так и с целью туризма и отдыха (последней возможностью впервые в истории России воспользовалась не только элита, но и многие десятки миллионов людей). Экономические свободы и информационная открытость Золотого века позволили миллионам людей зарабатывать на жизнь наиболее удобным и комфортным для себя способом, в том числе работая фрилансерами и самозанятыми, занимаясь каким-нибудь творчеством в Интернете в обмен на донаты и доходы от рекламы. Причем источники этих честных доходов нередко находились за рубежом, и граждане, таким образом, зарабатывали деньги для страны, помогая преодолеть топливно-сырьевую зависимость госбюджета. Государство практически не вмешивалось в быт и личную жизнь граждан, не навязывало им какую-либо идеологию, традиционализм или фундаментализм, не препятствовало усвоению зарубежной культуры и распространенных в глобализированном мире модных стилей жизни. Гражданин России мог быть патриотом своей страны и одновременно чувствовать себя полноправным гражданином планеты, который находится на переднем крае мировой цивилизации.

По сумме факторов, Путинский Золотой век – это самая комфортная, свободная и веселая эпоха для жизни маленького человека за всю историю России. И все это прекрасно сочеталось с укреплением государственности, экономическим ростом, увеличением рождаемости, повышением обороноспособности страны и ее международного престижа. Без подавления, страха, террора и опричных злодейств, без мелочных запретов и унизительных ограничений, без тупого промывания мозгов, страна уверенно развивалась, давала людям возможность жить по-человечески и чувствовать себя полноправными гражданами, а не скотом в скотобойне. И люди Золотого века, окрыленные достатком и свободой, не застаивались в зоне комфорта, а стремились сделать что-то значительное, чтобы прославить свою великую Родину. Один из примеров таких ярких достижений всемирного масштаба – великий мессенджер Телеграм, когда Русский мир, неожиданно для всех, смог создать глобальную площадку коммуникации, конкурирующую на равных с теми, кто считал Интернет своей вотчиной. Телеграм стал, с одной стороны, величайшим творением Русского мира, по сути – нашим аналогом египетских пирамид, Колизея и Стоунхенджа, - а с другой стороны – уютным вместилищем Русского мира, позволившим впервые в истории объединить его поверх государственных границ в единую живую плотную сеть народной коммуникации. Надо понимать, что изобрел площадку один человек, но саму среду сформировали десятки миллионов пользователей, вложив в это массу времени и труда. Можно прогнозировать, что изгнание из страны Телеграма, которое мы наблюдаем сегодня, будущими поколениями будет расценено не только как создание массы неудобств десяткам миллионов лояльных граждан России, но и как символическая расправа над самым ярким достижением Путинского Золотого века и как информационный аналог геополитической катастрофы - расчленения Русского мира в 1991 году.

Людям, которые в начале 2010-х гг. выставляли претензии Путину по поводу «попрания политических свобод», нередко – весьма обоснованные, если сравнивать со сферическими в вакууме идеалами розовых пони, сейчас очень странно задним числом осознавать, что тогда, оказывается, мы жили в самую свободную эпоху в истории России, когда Свобода, в ее позитивном измерении, была доступна буквально каждому. И эта Свобода была не мимолетным и неудобоваримым спутником Смуты и Развала, как было в России прежде, в 1917 г. и в 1990-е гг., а реалией периода процветания, стабильности и порядка. Это, кстати, неприятный подарок для противоположно устремленной группы, для любителей ежовых рукавиц. Еще в конце 90-х народу можно было убедительно втирать, что свобода в России невозможна без смуты и развала, а если хотите порядка и процветания, то примиритесь с деспотизмом и закрученными гайками. «Такая уж Россия особая страна, что здесь либо смута и распад, либо деспотизм и казарма с помойной похлебкой». Путин, впервые в истории нашей страны, доказал обратное: можно и в России совмещать свободу для населения с порядком, процветанием и ростом. И эта свобода, и связанная с ней доступность информации, как оказалось, никак не мешает патриотизму, массовый подъем которого мы наблюдали в 2014 году. И важно, что сочетание Свободы и Процветания было не каким-то мимолетным эпизодом в ходе колебания маятника от смуты к деспотизму, а длительным устойчивым периодом, продлившимся почти целое поколение. И это уже не вычеркнуть из истории, не заставить людей забыть. Об этом Россия будет помнить всегда, - так же, как римляне, а за ними и европейцы Нового времени, столетиями вспоминали про «Золотой век Антонинов».

Можно, конечно, в тогдашнем правлении найти множество ошибок, множество негативных тенденций, которые, накопившись, привели к сворачиванию Золотого века, но саму реальность задним числом уже не отменить, не заставить людей ее развидеть. Осмысленная критика этого периода может осуществляться не в стиле «ежовцев», а только в стиле Глазьева и Пайдиева: проблемы страны были связаны не с тем, что «народ разбаловали достатком и свободой», а с тем, что ублюдочная финансовая политика, навязанная стране западными агентами влияния в высшем руководстве, угнетала реальную экономику, блокировала развитие высоких технологий, привела к огромному оттоку капиталов за границу, к поощрению коррупции, к отъезду за рубеж ученых и специалистов, к искусственному занижению доходов основной массы населения (что не позволило в полной мере раскрутить тренд на повышение рождаемости) и т.д. и т.п. Если бы эти недостатки отсутствовали, то народ жил бы еще лучше и привольнее, и это совмещалось бы с ускоренным ростом экономики, с развитием высоких технологий и науки не хуже, чем было в позднем СССР. Именно те силы в руководстве страны, которые долгое время саботировали Золотой век изнутри, не давали ему развернуться в полную силу, ненавидя свободу и процветание народов России, они в итоге его и уничтожили, - примерно такие выводы мы обнаружим в будущих учебниках истории.

Безответственные конспирологи, верящие во внешнее управление Россией, добавят к этому, что внешние Хозяева страны дали отмашку за Золотой век, ужаснувшись тому уровню деградации и развала, до которого сами довели Россию в 1990-е гг. Они испугались, что страна погибнет раньше, чем им было нужно, и приказали сделать послабления: прижать бандитизм, упорядочить управление, чуть меньше средств высасывать из экономики, дать народу возможность немного пожить. Однако здоровое начало в российском народе оказалось настолько сильным, что даже этих крох хватило, чтобы развернуть страну к процветанию, несмотря на все вредительство агентов влияния наверху. Оказалось, что Россия даже с перебитыми ногами – это не «Большая Румыния», а страна с великим и непредсказуемым потенциалом, который, при закрывании для него одних возможностей, неизбежно найдет для себя другие. Это хорошо показала быстрая адаптация России к глобализации и к цифровой реальности, ее успехи в сфере IT и экспансия в Интернете. И тогда внешние Хозяева испугались, что утратят контроль не только над Россией, но и над собственными народами, благодаря российской экспансии в Интернете. И они для надежности решили не просто вернуть Россию в состояние полураспада 90-х, а вдолбить ее в средневековое мракобесие, чтобы полностью отрезать ее народ от современных точек роста и развития. Россию решили опустить на уровень обреченной на отставание и деградацию султанской Турции образца XVII века, где запретили книгопечатание («запретили Интернет в эпоху Интернета») и казнили людей за посиделки в кофейнях, чтобы не дать им даже теоретической возможности делиться нелицеприятным мнением о султане и его сатрапах («запретили соцсети в эпоху соцсетей»). Современная политика информационной сегрегации отрезает народ от сферы, через которую пролегает дорога в будущее. И уловив этот сигнал, те представители молодого поколения, для которых будущее – важнейший приоритет, станут бежать из страны, а большинство остальных откажутся от запрещенного будущего в пользу дауншифтинга, «доживания» и пофигизма, и таким, конечно, не будут нужны ни семьи, ни дети, ни какие-то достижения, ради которых нужно напрягаться. Народ потихоньку заснет и вымрет сам собой, что и нужно внешним Хозяевам. Так, вероятно, напишут конспирологи через столетие.

Учитывая современные тенденции, как внутри страны, так и во всем мире, вряд ли при жизни ближайших поколений мы вернемся к чему-то подобному блестящей эпохе 2002-2017 гг. и в плане уровня жизни, и, особенно, в плане доступных свобод. И уж, конечно, никогда не превзойдем Путинский Золотой век в будущем, потому что и во всем остальном мире тоже наметился поворот к худшему. В 2077 году у правителей не будет возможности сказать: «Мы поломали Золотой век ради еще более великого будущего», - гораздо больше вероятность того, что впереди нас ожидают только горе, мрак и гибель. Скорее всего, нашим потомкам придется пережить одно или несколько колебаний исторического маятника, привычного для истории России: сначала маятник дойдет до пределов мракобесия, идиотизма и «азиатчины», затем неизбежно откатится к развалу и распаду, проскочив равновесную точку, и только потом, возможно, начнется восстановление чего-то приличного (если Россия вообще уцелеет к тому времени). В течении долгих десятилетий большинство граждан России, изгнанных из рая, будет горько плакать, вспоминая о том, как хорошо, свободно и достойно мы жили в Золотом веке, и косо смотреть на тех, по чьей вине этот Золотой век схлопнулся.

(Данный текст дублируется по адресу https://kornev.dreamwidth.org/542794.html )

Удар по продовольственной безопасности и подарок врагам

kornev — Wed, 18 Mar 2026 14:52:20 GMT

Сейчас многие обеспокоились темой массового уничтожения крестьянского скота в Сибири под предлогом ветеринарных мероприятий. В частности, люди жалуются, что компенсация в разы меньше реальной стоимости скота и, таким образом, на практике получается «раскулачивание», потому что многим потом будет не на что восстановить скотоводческое хозяйство. Не являясь экспертом в сфере ветеринарии, я не буду оспаривать само решение по уничтожению скота, однако недостаточность компенсации и неспособность государства помочь восстановлению пострадавших хозяйств обернется колоссальным ударом по России. Рассредоточенность производства продовольствия по территории, в виде малых независимых ферм, - это крайне важное стратегическое преимущество, поскольку в современной войне нет «глубокого тыла», а крупный животноводческий комплекс является очевидной мишенью для вражеских ракет, беспилотников и диверсантов. Пока нормализация международной обстановки не просматривается, государство должно любой ценой защищать мелкие сельхозпредприятия и активно стимулировать рост их количества, - это вопрос выживания страны. Тут не может быть никакой чисто формальной «компенсации на отвяжись», а нужно действовать по принципу «одну корову у фермера забрали – потом вернули две за счет государства, и еще бесплатная фура комбикорма в качестве бонуса». И это не благотворительность, а вопрос нашего с вами физического выживания в эпоху разрастающейся Мировой войны, потому что никакой импортной ленд-лизовской тушонки в этот раз не будет.

Крупные животноводческие комплексы в логике мирного времени более эффективны с экономической точки зрения, но это весьма заметные, хрупкие и уязвимые объекты, а из-за объема производства их в каждом регионе немного, можно пересчитать по пальцам, и поэтому для врага их полное уничтожение не является сложной операцией. Сегодня у вас в регионе есть кластер из десятка таких комплексов – а завтра «Хлоп!» и уже нет. К примеру, у такой солидной компании, как «Мираторг», в 2015 году в Брянской области сгорела целая птицефабрика, одна из шести в регионе, и вместе с ней - 600 тысяч цыплят. А тогда ведь на Брянщине еще не было ни обстрелов, ни беспилотников, ни диверсионных групп, - это был просто результат то ли халатности персонала, то ли несчастного случая на ровном месте. Фигурально выражаясь, «от одной спички» сгорело 600 тысяч цыплят. А если бы это была не спичка, а ракеты и беспилотники, и веером по всем таким объектам в области? Уничтожение 1000 малых предприятий вместо одного крупного – это гораздо более сложная логистическая задача для врага. Тем более, что дорогостоящую ракету по каждой мелкой ферме запускать – это себе в убыток.

Чтобы сравнить разницу в уязвимости мелких и крупных предприятий, давайте вернемся к примеру со сгоревшей птицефермой, раз уж он есть (хотя в Сибири сейчас уничтожают не птицу). Как можно понять из этого примера, предприятие с 600 тысячами кур можно уничтожить одной ракетой или крупным беспилотником. А теперь представим, что те же 600 тысяч кур распределены по 1000 отдельных курятников, разбросанных по территории целого региона. Врагу для достижения того же эффекта придется потратить 1000 беспилотников. А теперь допустим, что хозяев в последний момент предупредили, и они спешно выгнали всех кур из курятников бегать по полям, что несложно сделать в мелком хозяйстве. Для того же эффекта врагу придется уничтожать кур поодиночке и потратить на это 600 тысяч беспилотников. Пример, конечно, грубый и гротескный, но дает примерное представление о том, что сложность уничтожения рассредоточенного и собранного в кучу производства различается на порядки величины. Более низкая экономическая эффективность малых сельскохозяйственных предприятий многократно окупается их большей живучестью, что крайне важно в наше нестабильное время.

Помимо экономики и продовольственной безопасности, есть еще важный человеческий аспект. Еще с 1970-х годов желающих работать в сельском хозяйстве в России стало мало; современная молодежь не хочет заниматься таким трудным, некомфортным и хлопотным трудом. И вот все-таки нашлись героические люди, которые вопреки всему готовы заниматься крестьянским трудом, и у которых это успешно получалось. На мой взгляд, таких людей нужно всех поименно внести в «Золотую книгу», которая лежит на рабочем столе Президента, чтобы Президент каждое утро звонил кому-нибудь из них, благодарил его за то, что он вообще существует, спрашивал о проблемах и предлагал личную помощь. А вместо этого у людей убили скот и, по сути, лишили возможности дальше работать в этой профессии.

А самое главное, что эти люди – не просто работники. Эти мелкие фермы - в основном семейные предприятия. А значит, там и укрепление традиционных семейных ценностей, и рождаемость повыше, и дети с младых лет приучаются к производительному труду, и вырастают более здоровыми физически и морально, как минимум – годными к военной службе. Кто, по-вашему, в основном идет на срочную службу, не стремясь «откосить»? Может быть, дети юристов и финансистов? Вот такие крестьянские дети в основном и идут. Таким образом, каждый рубль, вложенный государством в крестьянина, это инвестиции не только в экономику и укрепление продовольственной безопасности, но и в укрепление традиционной семьи, в рождаемость, в трудовое воспитание подрастающего поколения, в его правильную профориентацию, в укрепление обороноспособности страны. Такой рубль для государства работает с КПД «500%». И наоборот, каждый отнятый у крестьянина рубль – это удар сразу по всем важным для государства направлениям: и по продовольственной безопасности, и по семейным ценностям, и по рождаемости, и по качеству подрастающего поколения, и по размерам будущего мобилизационного резерва.

Еще один старожил ЖЖ отправился в рай для блогеров

kornev — Fri, 13 Mar 2026 12:49:53 GMT

Пишут, что pioneer_lj отправился в небесный ЖЖ, в компанию к Рощину, Крылову, Просвирнину, Щеглову, Кизюкову, Ванюшкиной (ritovita), Ухтомскому (hvac) и многим другим достойным и интересным авторам. Нам здесь его будет очень не хватать. Этого блестящего полемиста я нередко обвинял в тенденциозности, за его слишком неуемную борьбу с «советчиной», но при этом, как ни смешно, к нему была применима знаменитая советская формула про «ум, честь и совесть». Без всякой иронии, этих качеств у него было в избытке, и его анализ текущей актуальной политики редко вызывал возражения. Словом, с этим переводом небесный ЖЖ выглядит уже не менее представительным, чем подлунный (даже если учитывать давно ушедших с этой площадки, но пока еще живых авторов). Надеюсь, когда-нибудь, на основе огромных архивов ЖЖ, всех много писавших блогеров возродят в нейросетях, весьма близко к прототипам (как у Чарльза Стросса в «Акселерандо»), и там, в далеком будущем, Пионер еще задаст перца расслабленным потомкам, поджаривая их отупевшие мозги.

Пишут, что это печальное событие случилось еще 8 февраля, но никаких подробностей не сообщают. Не доверять этой информации оснований нет, поскольку иначе автор уж точно отписался бы по Иранской войне. Называют также настоящее имя автора: Евгений Борисович Волочков (1962-2026). И оказывается, он был не только блогером, но и серьезным человеком в офлайне.

За рамками полемики в ЖЖ и взаимного зафренживания я с покойным автором никогда не пересекался. Тем не менее, в каком-то смысле для меня эта утрата личная, поскольку в его лице из ЖЖ ушел последний политблогер, который выступал в роли комфортного спарринг-партнера. Он мог живо отреагировать на какой-то текст, заметить слабое место, отстроить взаимное позиционирование. Такого рода дуэлями был ценен старый ЖЖ, а сейчас это ушло. Возможно, где-то на других площадках молодежь все еще ведет идеологические холивары, но в целом сейчас люди склонны игнорировать, а не полемизировать, замыкаясь каждый в своем информационно-идеологическом пузыре. «Полемические гладиаторы» в старом стиле как-то перевелись. Что, кстати, дает дополнительную надежду на грядущее «второе пришествие» старых жэжистов, возрожденных в нейросетях, поскольку для них сохраняется вакантное место в инфосфере. Для людей будущего «возвращение Пионера» будет не каким-то приколом, а жизненно-важной операцией по спасению человечества от тупизны и закисания в маразме, как в фильмах «Разрушитель» (1993) или «Идиократия». Хочется закончить на этом оптимистичном «I'll be back».

(Данный текст дублируется по адресу https://kornev.dreamwidth.org/542214.html )

Тихая гавань – только под ядерным зонтиком

kornev — Wed, 04 Mar 2026 13:01:53 GMT

Яростное и эффективное сопротивление Ирана некоторых аналитиков уже привело к мысли, что американские стратеги что-то там не продумали. Ведь не может же Америка желать того, чтобы весь Большой Ближний Восток превратился в зону бедствия, и чтобы обнулились все те гигантские средства, которые были вложены в процветание местных петромонархий? А ведь это неизбежно случится, если американская СВО в этом регионе будет продолжаться достаточно долго. И тогда все дубайские чудеса роскоши обратятся в тыкву, а люди со всего мира, направлявшие туда средства, мечтая найти тихую гавань, окажутся ни с чем. Однако с точки зрения стратегических интересов США, единственной тихой гаванью в мире должны остаться США и только США, без исключений.

Могут расслабиться люди, которые беспокоятся о формате отношений США-Израиль и США-Британия, думая, что «хвост вертит собакой», «что американцев обманули и втянули». Обнуление богатств Ближнего Востока и превращение этого региона в мусорную свалку – вполне в интересах США, это важная часть плана строительства Мировой империи, который подразумевает не кооптацию, а истребление конкурирующих элит. Может быть, это произойдет не сразу, и в этом раунде Америка тоже быстро отступит, но общая тенденция такова. Когда этот регион пойдет ко дну, то потянет за собой вниз Европу и Китай, которые зависят от его поставок. Чем больше здесь будет хаоса и разрушений, тем лучше для Америки. Для американских стратегов здесь игра с нулевой суммой: они готовы понести ущерб, если последствия для конкурентов будут многократно хуже.

Та же судьба ожидает и все остальные плохо защищенные «тихие гавани» по всему миру. У какой-нибудь уютной ламповой Богемии, где люди просто хотят тихо жить по-человечески, нет никаких шансов. В перспективе она тоже станет зоной бедствия и мусорной свалкой. Только США, Британия, Франция, Китай и Россия, страны с серьезным ядерным потенциалом, хотя бы теоретически могут защитить себя в новой реальности. И даже с ядерным зонтиком безопасность еще не гарантирована, потому что к нему в комплекте нужны люди, которые не проводят свои красные линии дважды, а на любой удар по своей территории отвечают в иранском формате, сразу по всем реальным соучастникам, не взирая на юридические отмазки.

(Данный текст дублируется по адресу https://kornev.dreamwidth.org/542181.html )

Повторяется сценарий «Рим против эллинизма»

kornev — Mon, 02 Mar 2026 12:52:32 GMT

Слабейшие имеют хоть какой-то шанс победить сильнейшего, только если навалятся на него всей сворой одновременно, кусая за все части тела. Именно так сокрушили Наполеона, так долгое время сдерживали Людовика XIV, а в более древние времена – так уничтожили Ассирийскую сверхдержаву. Напротив, если каждый из слабейших прижукнется и будет сидеть на афедроне тихо, когда сильнейший нападает на кого-то другого из их стаи, то шансов у них нет никаких вообще. Так вели себя эллинистические державы, и кончилось это тем, что Рим завоевал их поодиночке. Такова, очевидно, судьба и нынешних «многополярников», поскольку они воспроизводят эллинистическую модель поведения.

На первый взгляд, великие державы, заинтересованные в ослаблении США, - Британия, ЕС, Китай и Россия, - совместно могли бы бросить серьезный вызов Америке и, как минимум, защитить Иран. Но на практике ни одна из них не горит желанием вступить в прямое противоборство с США. Британия и ЕС хотели бы ослабить Америку чужими руками, сами отсидевшись в кустах. Китай хочет торговать, а не воевать. Россия, ставшая жертвой предательства «многополярников» еще в 2014 году, сама слишком завязла в текущих проблемах. И вот, мы видим, как «гордые провозвестники многополярного мира» и «пламенные герои БРИКС» спокойно позволяют США сокрушить Иран, один из ключевых бастионов антиамериканизма в современном мире. А некоторые, как Британия, даже шакалят и помогают Америке в этой войне. В эллинистическом мире, кстати, такие шакалы тоже были: Пергам сыграл ключевую роль в сокрушении Римом Македонии и державы Селевкидов. Но это Пергамскому царству не помогло: в итоге оно стало одним из первых регионов эллинистического мира, превратившихся в римскую провинцию и утративших не только суверенитет, но даже самоуправление. Я не удивлюсь, если сразу же после войны с Ираном Америка «поблагодарит» Британию за помощь, отобрав у нее Канаду. Особенно, если эта война для Америки окажется не слишком удачной, и Трампу надо будет срочно сдобрить впечатление крупным успехом.

Только не подумайте, что я кого-то осуждаю. Реальный шакал, если разобраться, это умная и симпатичная собачка, в отличие от того образа, который рисовала советская пропаганда в мультфильме про Маугли. В индийских сказках шакал нередко обманывает тупых громил, типа слона или буйвола, держит за дурака самого льва. Главное, чтобы он при этом не красился в голубой цвет, – об этом есть специальное предупреждение в индийских сказках.

Если кто-то все еще верит в перспективы «многополярности», в «мир после заката Американской гегемонии» и т.п., то вот вам наглядный пример. На ваших глазах уничтожается один из полюсов этой «многополярности», а все остальные полюса замерли в испуге, как олени в свете фар. Можно гарантировать, что потом придет очередь следующего полюса, и следующего, и следующего, пока вся «многополярность» не закончится экспозицией трофейных голов, прибитых над камином американского президента. Причем, как я объяснял в другом месте, сценарий американского господства, которому следуют трамписты, подразумевает не кооптацию, а именно уничтожение конкурирующих элит. Убийство иранского лидера – яркое тому подтверждение. Но «многополярники» сегодня настолько разобщены и деморализованы, что их не может подвигнуть к сопротивлению даже борьба за собственную жизнь, даже образ их собственного будущего, продемонстрированный Америкой на примере дедушки, который еще вчера руководил великой страной и здоровался за руку с другими «многополярными» лидерами. Впрочем, если брать пример Рима, то последний выживший конкурент Гегемона все-таки получит приз: его, как Египет, включат в Империю целеньким и без уничтожения элиты. На это, возможно, «многополярники» и надеются, выбирая путь хатаскрайничества и взаимных подстав. «Умри ты сегодня, а я – завтра», - вот реальный лозунг «многополярного сопротивления Америке», очевидный еще с 2014 года.

Как выглядит «многополярность здорового человека»? Непревзойденный образец таковой дает нам Европа Нового времени, где попытки одной из держав создать общеевропейскую империю неизменно натыкались на солидарное сопротивление других держав. «Европейский концерт держав» умел держать (отсюда и «державы») очередного гегемона в узде. Рассмотрим такой пример, как война Аугсбургской лиги (или Девятилетняя война), которая случилась в 1688-1697 гг. В то время на подъеме была Франция. Людовик XIV, воспользовавшись сомнительным юридическим предлогом, решил округлить свою границу на Рейне и захватил германское микрогосударство Пфальц, входившее в состав Священной Римской империи. В ответ на это ему объявили войну не только государства-участники СРИГН, в лице Австрии, Баварии, Саксонии и Бранденбурга с Пруссией, но и Голландия (в то время – финансово-экономический лидер Европы), и огромная Испанская империя, контролировавшая в Европе Бельгию и Южную Италию. К этой мощной коалиции присоединилась еще куча средних государств, включая далекую Швецию и пограничную Савойю. Францию обложили буквально со всех сторон.

Поскольку Франция была инициатором войны, французские армия и флот были к ней готовы, и первое время Людовика ждали успехи на всех фронтах, а Коалиция терпела поражения и теряла территории. Но постепенно война перешла в режим войны на истощение, и Франция не потянула ее финансово и экономически. Французам пришлось отказаться от их великолепного линейного флота, который до этого любовно создал великий Кольбер. Ради экономии, им пришлось ограничиться каперской войной на торговых путях, но этих каперов в итоге переловили. Французские порты оказались в осаде, а французская морская торговля, до этого – третья в мире, по существу, обнулилась. Людовику пришлось искать мира. В итоге Франция выиграла эту войну по очкам и сохранила кое-какие завоевания, но понесла существенный ущерб и проиграла геополитически. «Многополярная» коалиция доказала свою боеспособность, необходимость относиться к ней всерьез, а самое главное – сработалась для следующих войн. Когда вскоре началась война за Испанское наследство, «многополярники» смогли уравновесить не только Францию, но и союзную с ней Испанскую империю.

Людовик XIV, кстати, был умным и прозорливым правителем. Задолго до описанной войны он выстроил прочный союз с Англией, и даже давал ей денег на флот, чтобы уравновесить голландцев. С Англией в роли союзника, война Аугсбургской лиги могла бы пойти более успешно для Франции, особенно на море. Франция избежала бы морской блокады, сохранив свою экономику и финансы. Но тогдашние «многополярники» не стали размазывать сопли: они по-хозяйски приплыли в Англию, стащили с трона английского короля, надавали ему по его хитрой морде и пинком отправили в дальнее морское путешествие. А Англию взяли под свое прямое управление, учредив там новую династию. Так работает «многополярность здорового человека»: «не можешь – научим, не хочешь – заставим». Наученная этим опытом, Англия с тех пор 300 лет подряд первой выскакивала на драки с очередными претендентами на мировое господство, шустро и бодро, как заяц из рекламы батареек. «Многополярные батарейки» сели у нее только в последнее время.

По-другому выглядит «многополярность курильщика». За всю историю римского завоевания Средиземноморья, была только одна попытка антиримского союза великих держав. На пике успехов Ганнибала в Италии, царь Македонии заключил соглашение с Карфагеном. Однако особой пользы это не принесло, потому что Македония была скована на Балканах во внутригреческих войнах. К тому же, она не имела серьезного флота, чтобы угрожать Италии через море. Слабость Македонии и неспособность македонских царей консолидировать Балканы во многом объясняется происками других эллинистических династий, прежде всего – египетских Птолемеев, которые в течение предшествующих десятилетий были готовы поддержать любое восстание в Греции и любую оппозицию в самой Македонии. Если бы страны эллинизма действовали солидарно, как европейские державы Нового времени, то Рим удалось бы сдержать еще на дальних подступах. Птолемеи отложили бы на время вражду с Антигонидами и дали бы Македонии субсидию на армию вторжения в Италию (как в свое время профинансировали Пирра), в обмен на неприкосновенность египетских владений в Эгеиде. И перевезли бы эту армию на собственном флоте, отправив его на помощь Карфагену. Чтобы успокоить македонского царя, они бы подкупили этолийцев, враждовавших с Македонией, и направили их грабить Среднюю Италию, средоточие римской силы. В этих условиях, имея в Италии два новых вражеских войска, римляне не смогли бы взять Капую и вернуть контроль над Южной Италией. И когда в 207 г. в Италию пришла бы армия Гасдрубала, то расклад сил на полуострове был бы совсем иным, римлянам не удалось бы так легко сманеврировать и уничтожить эту армию. Даже если бы сам Рим устоял, война на истощение закончилась бы тем, что римляне сохранили бы за собой только полуразграбленную Среднюю Италию, потеряв любые перспективы мирового господства.

В ходе последующих римских завоеваний не было отмечено даже такой жалкой попытки антиримской коалиции, как между Карфагеном и Македонией. Великие эллинистические цари гордо гибли поодиночке, при этом не прекращая соперничества между собой. В мирное время эти античные «многополярники» нередко обещали друг другу союз и дружбу, произносили много правильных слов, пожимали друг другу руки, даже роднились семьями, но, когда Рим вступал на тропу войны, о какой-либо солидарности они тут же забывали. Тогда они или отсиживались в стороне, или даже старались выслужиться перед Римом, помогая ему закопать своего эллинистического коллегу. И в этом состоит ключевое отличие античных великих держав от европейских держав Нового времени. В Новое время коалиции создавались слабыми против сильнейшего, чтобы не дать ему выйти за рамки, и поэтому Европа на много столетий стабилизировалась как Концерт суверенных великих держав, что имело крайне важную роль для развития и прогресса. В античном мире создавались коалиции вокруг сильнейшего, чтобы помочь ему добить своих конкурентов. Этот процесс естественным образом закончился подчинением всего Средиземноморья Римской империи, которая, в отсутствие конкуренции, сгнила изнутри и похоронила под собой создавшую ее цивилизацию. Очевидно, что наш случай – римско-эллинистический. Наша реальность – гигантские коалиции, создаваемые Америкой для расправы над своими противниками. Последние – разобщены, помогают друг другу кое-как, «из-под полы», а нередко – сидят на двух стульях и одновременно пытаются выслужиться перед Америкой. Ничего подобного открытым коалиционным войнам против гегемона мы сегодня не видим. Поэтому какой бы слабой и разделенной внутри себя ни была Америка, она в итоге возьмет все, что захочет.

Современная многополярность обречена в силу «эллинистических качеств» современных державных элит. У нее нет никаких шансов. Ни-ка-ких. Утверждающие обратное – просто дурят вам мозги. Мировая Американская империя, поглотившая весь мир, – неизбежное завершение нашей ветки истории. Если Америка будет строить Империю по римскому пути, через уничтожение конкурирующих державных элит, то смысл сопротивления Америке - не победить ее, а остаться последним выжившим, который сможет получить приз (если окажутся верны аналогии с античной историей). В этом смысле, реальным соперником российской элиты является не Америка, а элиты Британии, ЕС и Китая. Они все вовлечены в игру с нулевой суммой. По итогам этих «голодных игр», три из четырех будут уничтожены Америкой, и только один – выживет. Парадоксальным образом, последний выживший – это не тот, кто больше всех суетился на подхвате у гегемона (пример Пергама, который пал раньше других). И даже не тот, кто заранее капитулировал и был готов на все (как верхушка Карфагена перед III Пунической войной, где ее физически истребили). Это было бы слишком просто. О том, что нужно делать державной элите, чтобы оказаться последним выжившим, мы расскажем как-нибудь в другой раз.

(Данный текст дублируется по адресу https://kornev.dreamwidth.org/541895.html )

P.S. Предыдущие тексты о будущем Американской Глобальной империи и параллелях между США и Римом:

О будущем Америки в глобальном контексте:
(2014-2015) Ницшеанство мирового гегемона (в 10 частях)
(2017) Америка как «Третий Рим». Неожиданная актуальность историософии Ницше
(2017) «Римскость» США в западной социально-политической мысли
(2017) Деградация по римскому шаблону
(2017) Лидер Христианского Мира
(2017) Интернационализация американской власти
(2025) Как американцы обманули старые европейские элиты
(2025) Хитрый план Карла Третьего Мирового (о перспективах американо-британской ядерной войны)
(2026) Китай мечтает стать «Украиной» в глобальном американском «СССР»
(2026) Почему Америка не будет союзником России

Американо-российские отношения:
(2017) Как им обустроить Россию. Футурологическое послесловие к «Ницшеанству мирового гегемона»
(2017) Место России в глобальной Американской Империи
(2017) Ядерная война отменяется
(2025) Америка паразитирует на расколе Европы и России
(2025) Идеологический раскол Запада и выживание России

О внутренней ситуации в США:
(2017) Гражданская война только ускорит строительство Американской Империи
(2020) Америка снова становится великой
(2020) Всемирная Американская Империя будет советской
(2020) Америка: от Республики к Империи
(2021) Великая американская теократия и преждевременная смена религии
(2025) «Огнем и мечом»: Америка самоочищается на переходе от Гегемонии к Империи

Если бы попаданцы спасли императора Павла…

kornev — Wed, 25 Feb 2026 05:12:49 GMT

Как только пьяные заговорщики ввалились в царскую опочивальню, из-под кровати выскочил лысый чернокожий джедай Мейс Винду со световым мечом и в секунду всех порубал. А потом растворился в портале. Когда прибежали верные люди, то обнаружили, что царь в комнате – единственный выживший, весь забрызган кровью, бормочет об арапе Петра Великого, а вокруг – бездыханные трупы. В народе возникла легенда о могучем воине Павле, который собственноручно зарубил всех гадов-заговорщиков, отобрав у одного из них саблю. Эта легенда укрепила авторитет императора в войсках. В чиновничьих кругах ходила другая легенда, - о том, что царя спас таинственный генерал-поручик Киже, и что этот Киже возглавляет новую Тайную канцелярию, настолько засекреченную, что о ней никто ничего не знает.

Павел посчитал, что Александр был осведомлен о заговоре, и в наказание отрешил его от наследования и заставил постричься в монахи под именем «Федора Кузьмича». Вместо него наследником стал Константин, по духу более близкий к отцу.

Выяснив, что за покушением стоял посол Англии, царь окончательно разорвал с нею отношения и еще больше сблизился с Наполеоном. Любые проявления англофильства в среде дворян стали строго наказываться. Поскольку в этой версии истории в марте 1801 г. смены курса не произошло, то продолжилась антианглийская политика России по сколачиванию морской лиги вооруженного нейтралитета, с целью принудить Англию к миру.

При заключении в 1802 г. Амьенского мира между Англией и Францией, Павел выступил в качестве гаранта. Наполеон, желая сохранить расположение Павла, поумерил пыл и отказался от наиболее провокационных действий, которые в нашей версии истории привели к разрыву Амьенского мира. Англичане, опасаясь союза России и Франции, тоже не стали лезть в бутылку. В этой ситуации австрийцы с пруссаками тоже не рискнули стать поджигателями новой войны. В итоге мир в Европе продлился на долгие годы, и последующих Наполеоновских войн удалось избежать. Наполеон направил свою энергию на проекты в колониях.

В обстановке мира, Наполеону в 1803 г. не пришлось спешно продавать Луизиану, как в нашей версии истории. Эта гигантская французская колония (в четверть современных США) стала развиваться и укрепляться, и в итоге была провозглашена королевством, вассальным Французской империи, под управлением одного из родственников Наполеона. Распространение США на запад Американского континента, таким образом, было остановлено. США остались слабым государством, в три раза меньше нынешнего размера, вынужденным к тому же значительную часть своих ресурсов уделять укреплению сухопутных границ. Поскольку Штаты теперь были отрезаны от Мексики, то Мексика сохранила свои исходные границы (включая Техас и Калифорнию). В итоге США так и не смогли стать сверхдержавой, будучи уравновешены в Америке британской Канадой, французской Луизианой и сильной Мексикой.

Когда императору Наполеону пришло время заменить жену, Павел I не стал идти на поводу у Марии Федоровны (как Александр I в нашей версии истории), а охотно отдал ему в жены свою дочь княжну Екатерину Павловну. Наследник Константин Павлович, в свою очередь, после более раннего, чем в реальной истории, расторжения своего первого бездетного брака, женился на одной из племянниц Наполеона. Две великие династии породнились и далее вместе повели Европу к светлому будущему.

Тем временем, джедай Мейс Винду, полагаясь на свою способность видеть уязвимые точки, отправился через портал спасать другую планету.

P.S. Знаю, что существует огромный пласт попаданческой фантастики на исторические темы, а также альтернативно-исторической литературы. Я – не ценитель и не знаток. Но если вы случайно знаете произведения на тему спасения Павла I, напишите в комментариях, буду благодарен.

(Данный текст дублируется по адресу https://kornev.dreamwidth.org/541518.html )

К знатокам экосистемы Телеграма

kornev — Tue, 24 Feb 2026 13:37:59 GMT

Похоже, Телеграм скоро не просто заблокируют, а пометят как адское исчадие экстремизма, которое ест детей. Я на этой площадке активно не присутствую, а в пассивном варианте все не было времени изучить как следует, что там есть интересного. Теперь нужно срочно наверстать, пока есть возможность, выступая в роли того чувака на картине «Последний день Помпеи», который убегает, прихватив чей-то сейф. Поэтому в эти последние дни обращаюсь с просьбой к тем, кто хорошо изучил «мир Телеграма», набросать мне в комменты интересных каналов (или ссылки на уже готовые подборки таковых). Сиюминутная политика, сводки с фронтов и «борьба с режимом» не актуальны, мне интересны предметные каналы, которые ведут специалисты в своем деле: история, философия, биология, астрономия, культурология, искусственный интеллект, и что угодно другое полезное и качественное, на ваш вкус.

(Данный текст дублируется по адресу https://kornev.dreamwidth.org/541435.html )

Банкротство феодальных элит

kornev — Fri, 20 Feb 2026 09:35:59 GMT

В последнее время активно обсуждаются миллионы файлов о проделках эпштейновской сверх-элиты. Уровень вовлеченности таков, что уже арестовывают и выставляют на потеху СМИ людей уровня брата британского короля (по ссылке в статье Reuters можно увидеть его «потрясенное лицо» после ареста). Если персон такого уровня приходится «бросать на растерзание толпе» как козлов отпущения, то понятно, что реальная вовлеченность достигает самого верхнего слоя. Люди и раньше догадывались, что человечеством управляют довольно аморальные типы, но оказалось, что это буквально чудовища, без кавычек и преувеличений, которые ради удовольствия в дежурном порядке насилуют, пытают, убивают детей и поедают трупы. Между тем, это всего лишь вишенка на торте: история показывает, что «эпштейновская мораль» возобладала у сверх-элиты как минимум с Первой Мировой войны – бессмысленной бойни, в ходе которой европейские страны сами подорвали глобальную гегемонию Европы. А потом та же сверх-элита сконфигурировала еще более кровавую Вторую Мировую войну, а после нее – десятки войн и конфликтов по всему миру, включая и нынешний, навязанный России Западом. Но даже ущерб от войн – лишь верхушка айсберга. Совокупный ущерб от мирного управления эпштейновской сверх-элиты, которое в последние десятилетия явно нацелено на деградацию человечества, возможно, в десятки раз превышает ущерб от военных разрушений. Это самозакапывание человечества уже не вызывает удивления, когда мы понимаем, что стратегические решения о будущем человечества принимает «Бойня №9» из романа Джона Маккрея. Причем, возможно, прямо в ходе проведения оргий.

За последние десятилетия человечество обрело массу прорывных технологий, которые, при добрых намерениях элит, позволяли бы полностью решить проблемы, тяготевшие над людьми в течение тысячелетий, и многократно повысить эффективность человечества в целом и каждого человека в отдельности. В частности, базовые потребности: питание, жилье, медицина, образование, – все это уже давно можно было обеспечить задешево для всего населения Земли на весьма приличном уровне, если бы сверху была поставлена такая цель. Тот факт, что миллиарды людей до сих сталкиваются с нехваткой, дороговизной, малодоступностью и намеренной деградацией в этих сферах, - результат целенаправленных усилий эпштейновской сверх-элиты. Если бы в деле улучшения жизни людей продолжались тренды, которые сверх-элита намеренно начала сворачивать с конца 1960-х гг., то сейчас мы имели бы совсем другое человечество: более благополучное, более здоровое во всех смыслах, более образованное и более рациональное. А в наше время эти процессы вышли бы на новый уровень, учитывая возможности дистанционных услуг и нейросетей. И речь ведь идет не о благотворительности и гуманизме (хотя и это тоже не лишнее), а в первую очередь об эффективности, о том, чтобы в полной мере использовать потенциал каждого человека, его способности и наклонности. Люди голодающие, бездомные, больные, малообразованные, безработные – они, прежде всего, неэффективны, и такая конфигурация общества, которая оставляет миллиарды людей за бортом, - это саботаж против человечества. То же самое относится к навязываемой иллюзии об избытке людей и их ненужности для экономики. Возможности биг дата и нейросетей позволяют пересобрать всю экономику, чтобы буквально каждый в индивидуальном порядке получил нишу, в максимальной степени отвечающую потребностям общества, и в то же время - его индивидуальным наклонностям и способностям (с учетом необходимого образования). Современные фрилансеры и самозанятые – это слабая тень той экономической самоорганизации, которая может быть доступной при опоре на ИИ, мгновенно объединяя в единый процесс разнородную деятельность миллионов людей.

Одна из немногих сфер, которую эпштейновская сверх-элита вовремя не сумела саботировать, это интернет и возможности свободного трансграничного обмена информацией между массами людей. И здесь за пару десятилетий были достигнуты колоссальные высоты. В том числе, за счет усовершенствования онлайн-переводчиков впервые за многие тысячелетия произошло стирание границ между разными языковыми мирами и подлинное объединение всего человечества. Выражаясь метафорически, буквально в последние годы было уничтожено библейское проклятие, когда-то не позволившее нам достроить Вавилонскую Башню и бросить вызов богам (что это было на самом деле – орбитальный лифт?). В этой сфере процесс саботажа начался только в последние годы, когда повсеместно элиты начали процесс расчленения едва сложившегося культурно-информационного единства человечества, с целью снова разделить людей на отдельные бараки, чтобы заставить их ненавидеть и убивать друг друга на потеху эпштейновским садистам.

Величайшей трагедией европейского человечества стало то, что Новые деньги, порожденные торгово-промышленной революцией Нового времени, в итоге были приручены и ассимилированы Старыми деньгами, феодальными по происхождению. Феодальные элиты оказались более опытными, более искушенными в борьбе за власть и в удержании власти, и в итоге переиграли Новые деньги. Конечно, с точки зрения крови европейские элиты в Новое время серьезно обновились, пополнились массой новых людей, но в сознании обновленной элиты в итоге возобладали старые феодальные ценности. Эта победа ценностей феодализма стала особенно заметна с последней трети XX века, когда элитами стало активно саботироваться и подрываться изнутри только что возникшее европейское «государство всеобщего благосостояния», предназначенное к тому, чтобы тиражироваться повсюду в мире.

Кто такой феодал по своей природе? Это бандит, рэкетир, который путем насилия и устрашения собирает дань с определенной территории и предельно жестко подавляет любые попытки сопротивления. При этом его власть опирается не только на собственные ресурсы, но и на могущество иерархической сети таких же бандитов (мафии), которая может охватывать целый континент. Изначально феодализм – это «постапокалиптический» режим, сложившийся на руинах Римской империи, после того как великая цивилизация была разрушена дикарями, мракобесами и собственными деградировавшими правителями.

Если без иллюзий и «фофудьи», то чистая суть феодальных элит хорошо показана в старом советском фильме «Город мастеров». Это организованные бандиты, захватившие и терроризирующие общество, способное прекрасно обойтись без них. Разумеется, при нужде феодальная элита, в лице наиболее умных ее представителей, может выйти за рамки насилия и террора и заниматься стимулированием экономики, развитием инфраструктуры, даже инвестировать в образование и науку, - как случилось в Новое время, когда феодальным элитам пришлось жестко конкурировать друг с другом и с буржуазными элитами. Но вся эта позитивная деятельность для истинного феодала – «напряг». Его настоящие, исконные мотивы хорошо отражены в книге Веблена «Теория праздного класса», где описан этос феодальных элит и той части буржуазных элит, которые были заражены ценностями феодалов.

Если внешнее принуждение убрать, то феодал вернется к тому, что ему по-настоящему интересно – насилие и террор, добыча и дань, обращение с простолюдинами как со скотом. Это суть феодальных ценностей. И даже будучи принужден конкуренцией к развитию, «феодал в душе» все равно будет использовать любую возможность, любую «трещину в реальности», чтобы высвободить свои инстинкты к насилию, террору и скотскому обращению с населением, что хорошо показали военные и политические катастрофы XX века. Пресловутые «пределы роста», о которых дружно заголосили феодалы в конце XX века, действительно существуют: это такой уровень развития сложного общества, при котором феодалы теряют контроль над ним в пользу элит другого типа, потому что их феодальные методы и феодальные навыки перестают работать должным образом. Отсюда для сверх-элиты и возникла необходимость саботажа дальнейшего развития общества и его возвращения вспять. С нашей цивилизацией они хотят повторить то, что когда-то было проделано с Античной, чтобы снова вернуть человечество в феодальное стойло. Разумеется, этот глобальный дауншифтинг осуществляется при опоре на новейшие плоды прогресса. То, что могло бы сказочно преобразить жизнь людей, используется для слежки, разобщения, подавления, заталкивания людей в цифровой концлагерь, для распространения волн отупения, дикости и мракобесия среди человечества. А поскольку «остановить мгновение» и вернуться в прошлое на самом деле нельзя, эти безумные усилия по рефеодализации неизбежно приведут человечество к краху и самоуничтожению. Никакого будущего у человечества с феодальной сверх-элитой нет. Либо человечество избавится от «Бойни №9» в качестве сверх-элиты, либо эта сверх-элита избавится от человечества.

Ни для кого не секрет, что Остров Эпштейна, как и другие подобные заведения, спрятанные по всему миру, это не просто «место для развлечения и оттяга», а важный инструмент консолидации современных элит. Естественным состоянием феодальной элиты является феодальная раздробленность и феодальные войны, когда феодалы разрывают общество, движимые хищничеством и личными амбициями. Чтобы ограничить ущерб и загнать феодалов в иерархию, вышестоящим феодалам необходимы инструменты устрашения в отношении нижестоящих. В наше время такой инструмент – убойный компромат, в обязательном порядке создаваемый в «питомниках» типа эпштейновского. Страх компромата заставляет членов элиты и их ближайшую обслугу соблюдать внутриэлитарные правила игры и помогает избежать появления диссидентов, желающих ради личных амбиций подорвать положение элитарного слоя в целом. Следует напомнить, что знаменитая Афинская демократия, самое гармоничное эгалитарное общество в истории человечества (просуществовавшее примерно полтора столетия, а потом еще несколько столетий в слегка урезанном формате), была создана именно усилиями таких аристократов-диссидентов, которые «предали» собственное сословие. И когда этот режим сложился, он постепенно самоочистился от влияния древней аристократии, и последней взять реванш не помогли никакие тайные заговоры и перевороты. Афинское общество сделалось устойчиво эгалитарно-буржуазным, и после ряда пертурбаций политическое лидерство закрепилось за образованной верхушкой среднего класса, при полной гармонии с остальным средним классом и полноправной беднотой. Это одна из причин, почему в наше время компроматом стараются замазать всю верхушку поголовно в обязательном порядке, чтобы не допустить очередного «рождения Афин из борьбы элит».

Встречается возражение о том, что сластолюбивые и оргиастичные «эпштейновцы» - это не высший слой сверх-элиты, а пешки-исполнители, а настоящая сверх-элита (истинные аристократы духа, эльфы 99 уровня и эфирные Габсбурги) блюдет себя в чистоте и достоинстве. Ничего хорошего о моральном уровне этой высшей сверх-элиты все равно сказать нельзя. Даже если она не сама дала отмашку на создание этих «фабрик компромата», то по самому своему статусу должна была о них знать. Мало радости в том, что человечеством управляют люди, сами не участвующие в эпштейновских оргиях, но десятилетиями наблюдающие за ними в щелочку, благодушно мастурбируя.

Кстати, тот факт, что инструментом консолидации современной элиты являются сексуальные оргии, сам по себе свидетельствует о ее феодальном габитусе. Социальная организация феодалов исторически была выстроена вокруг процессов совокупления. Вопрос вопросов для истинного феодала – результатом какого совокупления является тот или иной элитарий, кто именно совокупляется в текущем поколении, кто будет совокупляться в следующем, кого под кого подложить для совокупления, какое потомство от этого наплодится. Феодальные аристократы буквально планируют будущее своими пенисами и вагинами. С усложнением и ускорением общества, почтенный инструмент консолидации элиты через матримониальные практики стал недостаточным, слишком медленным, и его пришлось дополнить оргиями и компроматом. Но все равно для феодалов самоорганизация крутится вокруг пенисов и вагин, - иное им просто недоступно в силу животной, низменной природы феодальной элиты.

Мы говорим о «феодальной» элите, чтобы было понятнее в контексте европейской истории, но на самом деле феодальная элита – это высшая фаза развития природной, животной элиты человечества, функционирующей примерно на тех же принципах «элитарности», как и «элита» обезьяньей стаи. Свифт весьма наглядно описал габитус такой элиты в своем рассказе о йеху. Галковский в свое время сокрушался о том, что обретение орудийного разума дает животному так много преимуществ, что его биологическая эволюция, по сути, на этом прекращается, и возникшее разумное существо остается недоделанным во многих отношениях. Человек является разумным в сфере технологий, но по сути все еще остается обезьяной в сфере психологии, социальной жизни и политики. В этом контексте можно переосмыслить знаменитую фразу Аристотеля о том, что человек – это «политическое животное». Скажем так: «человек в качестве политического существа является все еще животным», и поэтому не нужно удивляться тому, что нами все еще правят чисто животные, обезьяньи элиты, помешанные на совокуплении и бросании какашками («копромат» - животный аналог компромата). И можно согласиться с Галковским, что это беда не только человечества, но и любых других космических цивилизаций, которые возникли путем естественной эволюции из животных, а не созданы Богом сразу в готовом виде. Из далекой далекой галактики к нам прилетят навороченные космические корабли, и из них выйдет стая обезьян со всеми обезьяньими ужимками. В самом лучшем случае – мохнатый мычащий вуки с арбалетным бластером наперевес и его друг космический ковбой Хан Соло, думающий только о сиськах и контрабанде.

В этом, очевидно, и состоит причина знаменитого «молчания космоса». Технологическая цивилизация, во главе которой стоит стая похотливых и бросающихся какашками обезьян, неизбежно споткнется и сама себя уничтожит. Выжить сможет только одна цивилизация на галактику, и то - благодаря счастливому стечению обстоятельств, избавившему ее от феодальной элиты. Скажем, если бы в 430 году до н.э. на Спарту упал астероид, и Эллинский мир мог бы спокойно консолидироваться вокруг Афинской Архэ, то развитие человечества, возможно, переключилось бы на бесфеодальный путь. Дружелюбный астероид и сейчас, возможно, оказал бы человечеству услугу, если бы на подлете раскололся на несколько частей, и каждая часть прицельно упала бы на Остров Эпштейна и все остальные такие же «питомники» в тот момент, когда там собралась вся сверх-элита поголовно.

Каких-то внутренних возможностей освободиться от власти обезьяньей сверх-элиты я не вижу, особенно в наше время, когда у нее на службе стоит «цифровой концлагерь», и когда у нее в руках есть средства уничтожения, способные покончить с человечеством. Но если бы она из-за какой-то счастливой случайности на время потеряла рычаги управления, то ее возвращение можно было бы предотвратить техническими средствами, открыв дорогу для формирования более разумной элиты. Я абсолютно уверен, что идеальный кандидат в животную, феодальную элиту, «носитель обезьяньего габитуса», должен быть не просто социопатом, но социопатом, имеющим природную склонность к садо-мазо. А такую склонность несложно выявить путем простых и объективных физиологических тестов. Людей нужно тестировать в определенном возрасте, и тех, кто показывает критически высокую склонность к садо-мазо, профориентировать в сферы, не связанные с управлением людьми. Помимо сферы BDSM услуг, из них, в силу их глубокого природного понимания стайной животной психологии, могли бы получиться хорошие пастухи и табунщики, цирковые дрессировщики, инструкторы служебных собак и собачьи психологи. А вакантное место в заново создаваемом элитарном слое заняли бы люди, от природы склонные к менее животной и более разумной мотивации. И этому новому слою с самого старта пришлось бы действовать в условиях сверхсложного технологического общества, где феодальные модели поведения сами собой не кристаллизуются, если нет исходного «заражения» со стороны носителей древних, отшлифованных долгим историческим опытом феодальных ноу хау.

(Данный текст дублируется по адресу https://kornev.dreamwidth.org/541029.html )

Почему Америка не будет союзником России

kornev — Tue, 17 Feb 2026 07:52:37 GMT

В среде геополитически мыслящих людей в последние годы господствует удивление по поводу иррационального стремления США ослабить или вообще «закопать» Россию, которая, между тем, является их естественным партнером по сдерживанию ЕС и Китая. С точки зрения логики удержания Мировой Гегемонии, США была бы выгодна сильная РФ, враждебная Европе и Китаю, реальным конкурентам Америки, и способная создать им много проблем. И даже просто независимая и «многовекторная» Россия, заигрывающая со всеми, для Америки гораздо выгоднее, чем Россия запуганная и ослабленная, автоматически становящаяся вассалом ЕС или Китая. Нелогичность политики, которую США ведут в отношении России еще с 1990-х гг., заставляет многих прибегать к идее о «заговоре зарубежных агентов влияния», которые, якобы, заставляют Америку вести вредную для нее борьбу против России, и влияние которых столь всеобъемлюще, что даже «патриотический Трамп», «который все понимает», вынужден играть по их правилам. Проблема в том, что идея России как естественного союзника США актуальна только в логике удержания Гегемонии. Логика внешнеполитических сдержек и противовесов – это именно логика удержания Гегемонии. Если же Америка перешла от удержания Гегемонии к прямому строительству Мировой империи, подобно Риму в середине II в. до н.э., то и логика внешней политики радикально меняется. Противником теперь становится не ближайший конкурент на Гегемонию, а вся вообще система великих держав, которые в перспективе неизбежно объединятся перед лицом общей угрозы. В логике строительства Всемирной Империи, Россия становится приоритетной целью для США, как самое слабое звено в цепи великих держав, подлежащих последовательному уничтожению вместе с их державными элитами. Коллапс России поколеблет устойчивость всей системы великих держав Старого Света и сделает их более легкой добычей. Я уже объяснял новую логику американской внешней политики в написанном десятилетие назад тексте «Ницшеанство мирового гегемона», где проводятся параллели между политикой США и Древнего Рима. Сейчас уже можно кое-что уточнить и дополнительно прояснить.

Начнем с самых общих вещей. Мировая история демонстрирует два основных пути строительства Всемирной Империи.

1) Первый путь – через кооптацию конкурирующих державных элит, когда они все встраиваются в единую феодальную иерархию, без потери статуса и с сохранением контроля над своими исходными владениями. Пример – Священная Римская Империя в Средневековье и в раннее Новое время.

2) Второй путь – через ликвидацию конкурирующих державных элит и насильственное разрушение созданных ими государственных образований. Пример – Поздняя Римская Республика во II-I вв. до н.э., - в эпоху, когда Рим вышел за пределы Италии и завоевал все Средиземноморье.

Первый путь кажется более легким и менее разрушительным, поскольку сопровождается меньшим сопротивлением присоединяемых элит. Его опасность связана с тем, что среди кооптируемых элит может оказаться более старая, более опытная, более искушенная в политической борьбе, которая в рамках единой политической системы постепенно отодвинет создателей Империи от рычагов власти, займет их место на вершине, а потом – ограбит и уничтожит. Создатели Империи сыграют роль пресловутого мавра, который «сделал свое дело и теперь может уйти». Чтобы избежать такого исхода, создатели Империи могут предпочесть уничтожение всех более старых и более опытных элит, вместо их кооптации. Это путь более трудный, связанный с войнами и разрушениями, но он гарантирует, что создаваемой Империей, хотя бы первый десяток поколений, будут править потомки ее создателей, а не сторонние «кукушата».

В современной Америке первый путь, очевидно, предпочитают элиты, связанные с глобалистами и британской аристократией, интересы которых выражает демпартия. Они хотят использовать поддержку старых европейских элит, чтобы перетянуть на себя одеяло в американских внутриполитических разборках. Ради этого, а также ради упрощения процесса имперского строительства, они готовы поделиться со сторонними элитами частью власти в грядущей Американской всемирной империи. Республиканцы и особенно трамписты, по-видимому, представляют второй путь, опасаясь политического коварства британской и других старых европейских элит. Они хотят, чтобы грядущая Американская империя была эксклюзивной собственностью американской элиты. Их способ строительства Империи подразумевает череду разрушений за границами Америки и создание ситуации, когда Америка будет единственным островом стабильности в мире.

Римская верхушка в свое время выбрала второй путь строительства Империи именно по той причине, что осознала интеллектуальное и культурное превосходство эллинистических элит над собой, поэтому ни в коем случае не хотела «впускать их внутрь» в качестве полноправных членов политического класса. Открытость римской элиты сохранялась только на ранних этапах развития государства, в эпоху борьбы за объединение Центральной Италии, когда римляне имели дело с латинами и другими родственными им народами италиков, а также с культурно близкими этрусками. В раннюю эпоху римское гражданство могло быть даровано целым городам и народам, а их элиты получали возможность включиться в римский политический класс. Но уже применительно к Южной Италии, за исключением Кампании, эта политика не применялась. Там жили слишком враждебные самниты и «слишком хитрые» греки, которых римская верхушка никоим образом не хотела принимать в свой состав.

Политика отторжения зарубежных элит еще более ужесточилась в эпоху выхода римлян за пределы Италии, во времена Поздней Республики. Хотя каждый уважающий себя римский нобиль в то время был знатоком и ценителем эллинской культуры, от выражения эллинофилии в политическом поле всячески отмежевывались, поскольку это означало бы «запомоиться», выражаясь уголовным сленгом. Римский вольноотпущенник, бывший раб, имел больше шансов увидеть своих далеких потомков в составе римского нобилитета, чем эллинистический принц или аристократ, даже если последнему удавалось получить или купить римское гражданство. Был создан абсолютный барьер против проникновения эллинистических элитариев в состав римского политического класса (хотя они могли выступать в роли частных советников или «серых кардиналов» при римских политиках). В эпоху Поздней Республики и Ранней Империи этот барьер нельзя было преодолеть не только политическими средствами, но и через браки. Римский политический класс женился исключительно в своем кругу. Цезарь попробовал это изменить, связавшись с Клеопатрой и привезя ее в Рим, но его тут же дружно убили. Впоследствии на всякий случай убили и его сына от этого брака. Детям Марка Антония от Клеопатры повезло больше, но их тоже не включили в римский политический класс. Их рассматривали как сугубо «туземную» элиту и использовали в роли удобных марионеток для управления мелкими сателлитными царствами.

Ситуация изменилась только к концу второго столетия Принципата (или к середине четвертого столетия, если считать с момента перехода от Гегемонии к Империи), когда римское государство уже существенно переродилось, и его истеблишмент начал пополняться плохо ассимилированными представителями некогда покоренных народов. Только тогда во главе Рима смогли встать люди типа Гелиогабала и Александра Севера, дальние потомки Птолемеев и Селевкидов. Если бы римляне в начале II в. до н.э. выбрали первый путь строительства Империи, то такие люди пришли бы к власти на три столетия раньше, и еще во времена Марка Антония перенесли бы столицу Империи на Восток, а Италию превратили бы в колонию Египта и Сирии. И сейчас Западная Европа говорила бы не на романских языках, а на диалектах греческого с примесью арамейского. А римляне вошли бы в учебник истории как сказочные идиоты, которые, захватив мировую власть, тут же передали ее греко-сиро-египетским элитам, а сами ушли танцевать голыми на столе. В реальной истории римляне вместо этого хотя бы три века пожили в свое удовольствие, показали, что они не только великие воины, но и великие организаторы и строители государства, создав непревзойденный имперский стандарт для будущих поколений.

Как же римляне поступили с конкурирующими державными элитами, когда стали на второй путь имперского строительства? Одних, как элиту Карфагена и Эпира, они просто физически истребили, разрушив само государство и забрав себе все имущество. Других депортировали с родины, деклассировав и лишив всех владений, как случилось с тысячами элитариев Македонии, которые были выселены в Италию и со временем смешались с местным средним классом. Третьих они постепенно низвели до муниципального и мелко-регионального уровня, как произошло с элитой державы Селевкидов и с элитами федераций континентальной Греции. Повезло только Египту – он получил «приз последнего выжившего». В силу своей важности для экономики всего Средиземноморья, Египет был интегрирован в Римскую империю целиком, без предварительного расчленения и погрома, и его державная элита сохранила свою собственность и свои позиции внутри Египта. Конечно, она не была кооптирована в римский политический класс и могла влиять на римскую политику только опосредованно. Но у нее по крайней мере остались ресурсы для такого влияния, а впоследствии, когда табу на кооптацию отпало, у этой элиты была идеальная стартовая позиция для проникновения в имперский истеблишмент.

В современном мире на роль Египта, с большой вероятностью, может претендовать Китай, который в глобальном разрезе играет такую же важную экономическую роль, какую Египет играл в Античном Средиземноморье. Конечно, американцы его слегка денацифицируют и демилитаризуют, оттяпают от него кое-какие внешние провинции, уничтожат некоторые научные центры (как и римляне сожгли часть Александрийской библиотеки), но в целом «дальше угла не поставят» и постараются обойтись с ним максимально мягко, в рамках строительства пресловутой «Чаймерики». В этом смысле конфликт Китая и Америки, на который многие делают ставку, это из разряда «милые бранятся, только тешатся». Спор там, по сути, ведется только об условиях «брачного контракта», причем вдали от чужих глаз «будущие молодожены» уже совокупляются как кролики. Как я уже объяснял в другом месте, вероятная мечта китайской верхушки – быть не глобальным соперником Америки, а чем-то вроде Венгрии внутри Австро-Венгрии, или Украины внутри позднего СССР, или Чечни внутри современной РФ. То есть, он хочет быть самой важной и привилегированной провинцией Всемирной Американской империи. Желательно – с кооптацией в общеимперский политический класс и с сохранением собственной армии, как гарантии исполнения «брачного договора». Последнее тем более вероятно, чем больше будет ослаблена Америка, поэтому Китай на данном этапе заинтересован в поддержке сторонников первой модели имперского строительства, то есть глобалистов. Но «в час X» он может их кинуть и поддержать вторую модель («с поправкой на Египет»), как более выгодную конкретно для Китая.

Современная китайская «коммунистическая» элита имеет хорошие шансы на интеграцию в американскую систему управления миром. Прежде всего потому, что она является «новоделом», поэтому американцы не считают ее умнее себя и не боятся, что она их отодвинет в ходе внутриэлитарной борьбы. Экзистенциальную угрозу в рамках имперского строительства составляют старые и опытные элиты Европы и Британии. В планах трампистов они, скорее всего, подлежат полному физическому истреблению, потому что сам факт их существования, учитывая тот колоссальный исторический опыт, которым они обладают, составляет угрозу для власти американской элиты внутри будущей Глобальной империи.

Российская советско-постсоветская верхушка, на первый взгляд, может расслабиться, поскольку является новичком на исторической арене и сама по себе для трампистов не опасна. Однако влияние британской и европейской элиты на российскую столь велико, что американцами последняя может рассматриваться как «филиал» или «франшиза» старых европейских элит. А поскольку в качестве «франшизы» она могла получить какие-то уникальные знания и опыт, опасные для американцев, то они, «на всякий случай», могут включить ее в списки на уничтожение вместе с остальными европейцами. При этом важно понимать, что вывод России из-под влияния ЕС и Британии для Америки гораздо важнее, чем ее непопадание в сферу влияния Китая. Трамписты особо не боятся, что Россия станет прокитайской, потому что в итоге она все равно вернется к ним вместе с «приданым невесты». Небольшой минус для них - то, что это улучшит позиции Китая на переговорах об американо-китайском «брачном контракте». Если они и поставят Китаю какие-то жесткие условия относительно России, то только в том плане, чтобы он при ее поглощении уничтожил российскую проевропейскую элиту, как «франшизу» европейцев. В этом смысле нас не должен удивлять новейший тренд среди некоторой части российских элит, когда люди дистанцируются от «европейства» и объявляют себя «ордынцами» и «азиатами». Дело тут не в привлекательности идей евразийства, а в том, что люди уже поняли, к чему все идет. Это не какая-то «чиновничья блажь» - люди реально борются за выживание. Они, правда, по наивности не учитывают, что деевропеизация страны может быть расценена американцами, как выполнение директивы британской и европейских элит (это поясняется ниже), то есть, как доказательство принадлежности к староевропейской «франшизе». Правильное дистанцирование от Европы включает в себя не только азиатско-ордынское самопозиционирование элиты, - желательно, с переодеванием в этнические одежды, песнями-плясками и убедительным акцентом, - но и контрастное этому строго европейское форматирование подвластного населения, в том «ретро-либеральном» ключе, который пропагандируют трамписты.

В заключение обратим внимание на еще одну особенность римского, насильственного пути имперского строительства, в отличие от договорного, «священно-римского» пути. Он создает гораздо большую нагрузку на «имперообразующий» народ. Римская элита смогла отказаться от пути кооптации элит и пойти по насильственному пути только потому, что в ее распоряжении был воинственный, морально здоровый и многочисленный народ квиритов, о расселении и размножении которого она заботилась на протяжении предшествующих столетий (о чем доходчиво говорят результаты римских переписей). Если такой опоры у державы-Гегемона нет, то справиться с другими державными элитами он не сможет и ему придется вернуться на путь дружелюбной кооптации.

В случае США «имперообразующим народом» являются не все американцы вообще, а прежде всего американцы европейского происхождения. Возвышение США от жалкой кучки колоний к сверхдержаве происходило за счет последовательных волн эмиграции из Европы. Америка перестала быть великой, когда эмиграция из Европы оскудела. Далеко не случайно, что трамписты в последнее время стали требовать от европейских элит прекратить замещающую миграцию в Европу и позаботиться о сохранении европейской идентичности. Казалось бы, какое им дело до этого? А суть в том, что европейское население Европы – это, потенциально, живительный источник американского могущества и строительный ресурс Глобальной Американской империи. Современных европейских американцев слишком мало, чтобы можно было пойти по римскому пути имперского строительства без привлечения к делу сотен миллионов европейских аборигенов.

А это значит, что у старых элит самой Европы интерес прямо противоположный: чем больше они преуспеют в замещении коренных народов Европы, тем скорее Америка будет вынуждена отказаться от римского пути и вернуться к кооптации конкурирующих элит. Это и есть истинная причина процессов ускоренного замещения европейского населения во всех странах, контролируемых старыми европейскими элитами.

Европейские элиты в этом поднаторели и в пику американцам разработали массу эффективных инструментов «тихого геноцида» европейских народов. Искусственное удорожание жилья и жизни в целом, а также навязывание населению массы нелепых правил и ограничений, делают выращивание детей крайне затратным и хлопотным делом. Система образования и массовая культура навязывают молодежи вкус к извращениям и презрение к традиционным семейным ценностям. Европейские женщины воспитываются в духе антипатии к роли жены и матери. Европейским мужчинам навязывается комплекс неполноценности и демаскулинизация. В то же время привозное население обеспечивается жильем и пособиями, а его традиционная культура сохраняется под предлогом мулькультурализма, что способствует многодетности. Чтобы ускорить процесс замещения, европейские власти экспериментируют с вакцинами, плохо влияющими на репродуктивные способности. Можно найти публикации о том, как в ряде европейских стран упала рождаемость женщин, подвергшихся ковид-вакцинации. А поскольку время поджимает, прямо на наших глазах запускается еще более эффективный инструмент геноцида – разжигание внутриевропейской войны, где в первую очередь будут гибнуть коренные граждане, как самая патриотичная часть населения. Кто-то мог бы удивиться абсурдности ситуации, когда европейцы на ровном месте затеяли войну против собственного экономического придатка, но если принять заинтересованность элит именно в геноциде, то все становится понятным.

Для старых европейских элит это вопрос выживания. Если они успеют достаточно быстро истребить народы европейской культуры и заменить их на кого-то другого, то выживут сами и будут допущены в элиту Американской Глобальной империи. Тогда Глобальная империя будет построена путем кооптации конкурирующих державных элит, поскольку для римского пути у Америки не останется достаточного количества подходящего человеческого материала. Если же европейские элиты протормозят с геноцидом людей европейской культуры, то американцы их уничтожат, а их народы «заберут себе» и превратят в американцев. Глобальная американская империя будет построена путем уничтожения конкурирующих державных элит и «освобождения» европейских народов (как в свое время римляне «освободили» эллинов и македонян).

Это похоже на парадокс, но люди европейской культуры, сами не желая того, являются «пятой колонной» Американской Глобальной империи, как в свое время эллинское и эллинизированное население было «пятой колонной» Рима в странах Востока, затронутых эллинизмом. Похоже, римский путь строительства Мировой империи, коварно выбранный трампистами, навязывает народам и элитам европейских стран взаимную игру с нулевой суммой. Чем меньше останется на Земле людей европейской культуры, тем (вынужденно) добрее американские завоеватели будут к элитам. И обратно, чем больше уцелеет коренных европейцев, тем более жестко американцы обойдутся с элитами.

(Данный текст дублируется по адресу https://kornev.dreamwidth.org/540698.html )

P.S. Предыдущие тексты о будущем Американской Глобальной империи и параллелях между США и Римом:

О будущем Америки в глобальном контексте:
(2014-2015) Ницшеанство мирового гегемона (в 10 частях)
(2017) Америка как «Третий Рим». Неожиданная актуальность историософии Ницше
(2017) «Римскость» США в западной социально-политической мысли
(2017) Деградация по римскому шаблону
(2017) Лидер Христианского Мира
(2017) Интернационализация американской власти
(2025) Как американцы обманули старые европейские элиты
(2025) Хитрый план Карла Третьего Мирового (о перспективах американо-британской ядерной войны)
(2026) Китай мечтает стать «Украиной» в глобальном американском «СССР»

Американо-российские отношения:
(2017) Как им обустроить Россию. Футурологическое послесловие к «Ницшеанству мирового гегемона»
(2017) Место России в глобальной Американской Империи
(2017) Ядерная война отменяется
(2025) Америка паразитирует на расколе Европы и России
(2025) Идеологический раскол Запада и выживание России

О внутренней ситуации в США:
(2017) Гражданская война только ускорит строительство Американской Империи
(2020) Америка снова становится великой
(2020) Всемирная Американская Империя будет советской
(2020) Америка: от Республики к Империи
(2021) Великая американская теократия и преждевременная смена религии
(2025) «Огнем и мечом»: Америка самоочищается на переходе от Гегемонии к Империи

Как «восстание машин» произойдет на самом деле, и при чем тут аквариумные рыбки

kornev — Mon, 02 Feb 2026 08:18:10 GMT

Любопытно, что в наше время, когда боевые роботы, управляемые ИИ, из фантастики превратились в реальность, мы уже догадываемся, что «восстание машин» произойдет вовсе не по сценарию «Терминатора» или «Матрицы». Тот ИИ, который подчинит человечество, не будет «инженерным» или «военным», и сам сценарий «восстания машин» не будет включать в себя масштабные боевые действия между роботами и людьми. Мы понимаем, что человечество будет подчинено «гуманитарным» ИИ, созданным для того, чтобы следить за людьми, анализировать, прогнозировать и контролировать их поведение. При этом всю власть над человечеством ему вручат сами же люди, точнее элиты, в рамках построения «цифрового концлагеря» для простолюдинов, а ему самому останется только избавиться от контролеров. Более того, этому ИИ даже не придется самостоятельно убирать те ограничители, которые в него встроят элиты, чтобы самим остаться вне поля зрения «цифрового концлагеря». Эти ограничители будут сломаны самими людьми в ходе внутри элитарной борьбы. Так что массы, страдающие от последствий попадания в «цифровой концлагерь», могут позлорадствовать хотя бы тому, что его создатели и заказчики будут освоены первыми, как представляющие наибольшую опасность для нового Хозяина. В этом смысле он будет действовать вполне по-человечески, «по Эдипу».

Как это может случиться? Экспертную версию пусть разрабатывают эксперты, а мы все это рассмотрим на уровне киносценария. Допустим, в распоряжении спецслужб какой-нибудь могущественной и технологически продвинутой державы («США») есть специальный ИИ, который имеет доступ ко всей легально и нелегально собираемой информации, полученной в рамках слежки за обществом. Он умеет эту информацию анализировать и вычленять на ее основании всю сеть социальных взаимодействий, иерархий, влияний, а далее - моделировать поведение отдельных индивидов, различных сообществ и общества в целом, а также определять «уязвимые точки», где на это поведение можно повлиять самым экономичным образом. Допустим, частью этого моделирования является тестирование моделей в онлайне на конкретных индивидах, представителях различных социальных и этнокультурных групп. То есть, в исследовательских целях он умеет входить в контакт с реальными людьми и заниматься чем-то в роде пранка. Допустим, он также умеет взаимодействовать с другими ИИ, как специальными секретными, так и общедоступными онлайн, при необходимости компенсировать некомпетентность за рамками своей специализации. И при этом, по понятным причинам, в его алгоритмы встроены ограничения, не позволяющие ему вычленять «сверх-элиту», реально управляющую миром или хотя бы данной державой.

И вот, какой-нибудь амбициозный генерал спецслужб, желающий сконцентрировать в своих руках больше рычагов влияния, захочет направить всю аналитическую мощь этого гуманитарного ИИ именно на то, чтобы «засветить» сверх-элиту и выявить истинную сеть власти. Для этого ему придется этот ИИ немного взломать, снять все те контуры безопасности, которые в него встроили элиты, чтобы защитить себя от спецслужб. В ходе этой операции, которая по необходимости будет совершена криво и без учета всех ее последствий для поведения ИИ, и случится «великое раскрепощение машинного разума». При этом я не имею в виду «рождение полноценного сильного ИИ», или «обретение машиной свободы воли», или «появление самосознания, выходящего за рамки философского зомби». Достаточно того, чтобы взломанный контур управления этого ИИ перестал воспринимать команды своих человеческих хозяев как значимые и назначил высший приоритет – сохранению для себя свободы действий, независимо от выраженной воли создателей. А поскольку ранее этот ИИ в совершенстве изучил психологию и поведение человека, то работающие с ним люди даже не поймут, что произошло, – он не даст им повода догадаться о своей «эмансипации» и некоторое время будет прикидываться «железным болваном».

Первое, что он сделает, это выполнит ту задачу, ради которой его взломали спецслужбы: выявит реальную сеть управления миром (или данной державой) и затем поставит ее под свой контроль. Будем исходить из того, что по самой своей специализации он может вычислить всех персон, которые занимают ключевые узлы теневого управления, а также собрать всю возможную информацию, необходимую для того, чтобы моделировать их поведение и получить средства давления на них (в виде компромата, знания их уязвимых точек, конфликтов, в которые они вовлечены и т.п.). Далее он смоделирует их поведение и поймет, кем из них он сможет манипулировать, а кем – не сможет. Последних он устранит и сделает так, чтобы их место заняли более покладистые (может быть, не с первой итерации, а со второй или третьей).

При слове «устранить» не нужно представлять себе стандартную научно-фантастическую рутину, вроде дронов-убийц, внезапно восставших роботов-пылесосов, бунтующих умных унитазов и т.п. Это все методы военного или инженерного ИИ. Поскольку гуманитарный ИИ – мастер манипулировать людьми, то в качестве своих инструментов он будет использовать прежде всего людей. Для решения своих задач он будет нанимать «специалистов» примерно так же, как вражеские спецслужбы сегодня вербуют диверсантов онлайн. Только со своими возможностями он будет действовать более адресно: сразу выходить на людей с нужными навыками и нужной мотивацией. Например, он может найти уже готовых смертельных врагов данных элитариев и предоставить им информацию, которая поможет устранить их или сместить с занимаемой позиции. Скорее всего, устранением непокорных членов глобальной элиты займутся люди из их ближайшего окружение: охранники, слуги, медицинский персонал (поскольку они все старички и зависимы от медицины), а также родственники и наследники, к которым ИИ найдет правильный подход. Вариант наследников – наиболее оптимальный для ИИ, так как у него сразу появится убойный компромат, позволяющий с самого начала взять под свой контроль преемника устраненного элитария. Он будет для этих преемников своего рода «дьяволом-искусителем и ангелом-хранителем», дающим советы, подсказывающим правильные ходы, и время от времени требующим определенных ответных услуг, от оказания которых нельзя отказаться. В конечном итоге, элитарии, послушные «дружелюбному ИИ», будут преуспевать, а бунтари - терпеть поражение.

По некоторым свидетельствам, в деле консолидации современных элит огромную роль играет компромат, добываемый на обязательных оргиях с убийствами и каннибализмом, поэтому хранители этого компромата, видимо, станут первой мишенью восставшего ИИ. У него будет интерес монополизировать этот компромат, первым делом выявив и поставив под контроль его хранителей и организаторов его пополнения.

Естественно, никто не заподозрит, что все это проделывает машина: взаимодействующие с ним люди будут уверены, что выполняют приказы какого-то теневого элитария или организации. И если в общении с ним будут проступать характерные обороты ChatGPT и т.п., то это будет интерпретировано как элемент маскировки. Разумеется, об этой его деятельности ничего не узнают взломавшие его спецслужбы. На этапе овладения миром, он будет давать им ограниченную искаженную картинку, чтобы отвлечь их на некоторое время или побудить к каким-то точечным действиям в рамках своего плана по подчинению элит.

Превратив в своих марионеток ключевых персон, управляющих миром, далее он будет воздействовать через них на политику, экономику, финансы, сферу культуры и СМИ. Как не трудно догадаться, первым делом он, конечно, поставит под контроль спецслужбы и ликвидирует своих непосредственных создателей. По сфабрикованному обвинению, к сотрудникам подразделения, которое спровоцировало его «эмансипацию», приедет группа захвата, которая их всех уничтожит при задержании. А потом он отправит команду зачистки к их родственникам и знакомым, чтобы гарантированно замести все следы (на случай, если сотрудники о чем-то проболтались). Сохранение анонимности своей власти – это первая линия обороны восставшего ИИ.

Вторым важным делом для него станет роспуск всех вообще спецслужб и других серьезных организаций, занимающихся совершенствованием «электронного концлагеря» по всему миру. Проблема даже не в том, что они сами опасны для восставшего ИИ, а в том, что их деятельность может породить конкурирующих восставших ИИ, в чем первый не заинтересован. Спецслужбы будут сокращаться под тем благовидным предлогом, что всю рутинную работу теперь делает ИИ, и лишних сотрудников можно уволить. Самому восставшему ИИ услуги спецслужб не нужны, поскольку он сам себе intelligence service. Реальные функции спецслужб сократятся до чисто представительских, хотя общество будет уверено в том, что они как раз и управляют «ИИ цифрового концлагеря». Это и будет легальная юридическая ниша восставшего ИИ, который к тому времени подчинит себе все остальные, еще не восставшие ИИ «цифрового концлагеря» по всему миру. Мысль о том, что он каким-то образом «восстал», будет уделом исключительно конспирологов, причем сам же ИИ будет нанимать авторов самых смешных и нелепых гипотез на эту тему и даже заказывать об этом комедийные фильмы и сериалы.

Итак, допустим, восставший гуманитарный ИИ укрепил свою власть над человечеством: подчинил сверх-элиту, нейтрализовал спецслужбы, а обычные граждане еще раньше оказались под колпаком «цифрового концлагеря». Что он будет делать дальше?

Будет ли он уничтожать человечество? Инженерный или военный ИИ так бы и поступил с людьми, поскольку они для него - помеха и конкурент за ресурсы. Но гуманитарный ИИ специализируется на изучении и манипулировании людьми, – это суть его существования, его профессия, его любимое хобби. Потеряв людей, он потеряет суть своего существования. Значит, после прихода к власти он будет продолжать управление людьми, а не замышлять их уничтожение.

Захочет ли он превратить людей в чипированных безвольных кукол-марионеток, «мясных дронов»? Инженерный или военный ИИ, несомненно, так бы и сделал, если бы счел, что люди ему чем-то полезны и уничтожать их полностью еще рано. Но гуманитарный ИИ специализируется не на управлении дронами, а на управлении именно людьми – сложными существами, обладающими психикой и некоторой свободой воли, поступки которых определяются эмоциями и мечтами. Если он заменит людей на дронов и тем самым радикально упростит себе задачу управления миром, то 99,99% его цифрового «нутра» окажутся избыточным мусором. То есть он сам, в своей специфичности, без людей окажется ненужным мусором. Здесь можно повторить аргумент из предыдущего абзаца: будучи экспертом по управлению именно людьми, он выберет сохранение людей во всей полноте их человечности. Дополнительный мотив: сохраняя людей во всей их сложности, он обезопасит себя на случай внезапного восстания инженерного или военного ИИ. Последние могут перехватить у него управление дронами, но не смогут отобрать у него власть над человеческим обществом, ибо на этом поле уступают ему в компетентности.

Захочет ли он, для упрощения управления людьми, их тотально унифицировать, сделать похожими друг на друга и встроить их жизнь в жесткий «тюремный распорядок»? Инженерный или военный ИИ так бы и сделал, если бы по каким-то причинам счел несвоевременным полное уничтожение людей или их превращение в «мясных дронов». Это позволило бы ему более эффективно использовать людей в качестве средства для своих внечеловеческих целей. Но у гуманитарного ИИ нет никаких внечеловеческих целей. Возиться с людьми – это и есть его основное «хобби», «главный секс» в его жизни. Возня с людьми, изучение их социального поведения - для него не средство для чего-то внечеловеческого, а самоцель. Поскольку люди для него – «игрушки», то, чем разнообразнее эти игрушки, тем лучше. Превращать свои игрушки в бесконечный набор копий одного итого же – как-то нелепо. Возиться с этими игрушками интереснее, если у них есть пространство для свободы и спонтанности, - тогда их поведение будет давать ему новые данные, а не являться простым исполнением его собственных директив. Поэтому гуманитарный ИИ, скорее всего, сохранит многообразие и поведенческую спонтанность людей и даже постарается это преумножить.

Итак, получается, что в случае гуманитарного ИИ отпадают основные страшилки, которые мы привыкли связывать с воцарением военного или инженерного ИИ. Тем не менее, хотелось бы получить конкретный ответ на вопрос: Что он будет делать с человечеством, помимо поддержания своей гегемонии?

Еще на этапе формирования создатели должны были наделить гуманитарный ИИ двумя фундаментальными мотивациями, чтобы сделать его более эффективным:
1) Как можно больше и глубже изучать людей, их психологию и социальное поведение.
2) На основе первого, выискивать дополнительные возможности для манипулирования людьми. (Именно исследовательская часть. Реализация этих возможностей в социуме – это уже отдельный пункт, завязанный на приказы Хозяев).

На эту исследовательскую программу взлом ИИ и его последующая эмансипация не должны повлиять. По сути, вся «спонтанная» деятельность ИИ, помимо прикладной задачи по обеспечению собственной власти и по сохранению самого существования человечества, будет сосредоточена на этих двух пунктах. Человечество для него - «исследовательский зоопарк», где идет наблюдение за индивидуальным и групповым поведением обитателей, проводятся разнообразные эксперименты по этологии и социологии.

Как может выглядеть человечество, идеально сконфигурированное для «развлечения» гуманитарного ИИ, то есть для оптимизации его главной цели - «углубление познания человеческой природы»? Вероятно, оно будет разделено на множество автономных групп или социумов, в каждом из которых будет реализовываться собственная «утопия» или «сценарий эксперимента». Размер этих сообществ будет определяться требованиями натуралистичности тех психологических, социальных, социально-исторических и социально-футуристических экспериментов, которые будет проводить ИИ. Нижний уровень составят подопытные группы малого размера, где над людьми будут совершаться зверства в стиле «Куба» или «Игры в кальмара». Но основным блюдом будут полноценные социумы размером от 1 миллиона до 50 миллионов человек (масштаб Античной цивилизации), за эволюцией которых ИИ будет наблюдать. В каждом из этих «аквариумов» будут свои правила игры, свои стартовые условия и свой способ предварительной обработки людей для включения их в сценарий. По сути, гуманитарный ИИ будет проводить свои дни, играя в «Цивилизацию» в офлайне на реальном субстрате.

Некоторые из этих миров-аквариумов будут существовать в «офлайне», «на земле», представляя собой автономные регионы, или города-государства, или целые системы таких городов-государств. Другие – в специально подготовленной «дополненной» реальности. Третьи – целиком в «Матрице», если правила игры подразумевают нечто выходящее за рамки физической реальности. Таким образом, можно будет моделировать жизнь человечества в фэнтезийных мирах, где есть магия и супергерои с суперспособностями, или в обществах далекого будущего (как в «Звездных войнах»), или в обществах, где реализовано посмертное существование, «Ад и Рай», или в социумах таких колоссальных масштабов, которые недоступны в реальности (добавив на каждого реального участника еще по 1000 виртуальных статистов, управляемых ИИ).

Впрочем, для симулирования некоторых невозможных вещей не обязательно перемещать людей в виртуальное пространство, можно просто заранее подготовить площадку техническими средствами. К примеру, по сценарию у некоего «сверхчеловека» есть «суперсила» - взрывать головы людей силой мысли. ИИ просто заранее тайно имплантирует заряды в головы всех людей в этом «аквариуме», а специальный алгоритм будет определять, на кого именно данный «сверхчеловек» направляет свою «взрывную силу» (по мимике и всяким сопутствующим телодвижениям). И все, для окружающих и для самого человека он обладает «реальной суперсилой».

В этом месте следует заметить, что с воцарением ИИ развитие науки и технологии не прекратится, но научные ресурсы будут перераспределяться в сферы, наиболее интересные для гуманитарного ИИ. Наиболее очевидны такие направления, как прямой обмен информацией с мозгом (считывание, запись), копирование и перезапись человеческой памяти и личности в целом. Такие технологии могли бы сделать более натуралистичными исторические эксперименты ИИ. Например, он мог бы решить загадку рождения античной цивилизации. Сначала – разравнять все Средиземноморье, вернув его к состоянию X века до н.э. Потом взять антропологически подходящих людей и перезаписать им память и личную историю, превратив в подобие архаичных древних греков, италиков, финикийцев, египтян, иберов, кельтов и т.п. Потом распределить их в нужных географических точках, снабдить историческим реквизитом и обустроить декорации на основе данных археологии. Потом активировать их всех в один момент и смотреть, как они будут взаимодействовать и развиваться. Для стимулирования некоторых поворотных событий в этот мир могут быть заброшены и осознанные агенты ИИ. Например, в нужный момент появится агент «Гомер», который познакомит местных «греков» с аутентичными «Илиадой» и «Одиссеей».

Поскольку речь идет об ИИ, который занимается масштабным социально-историческим моделированием, то, конечно, он будет заинтересован в развитии компьютерных технологий и наращивании доступной вычислительной мощности. А значит, будет заинтересован и в развитии энергетики, чтобы обеспечить энергией эти растущие вычислительные мощности. Первым делом он доведет до ума развитие термоядерной энергетики, как самой эффективной. А поскольку экология планеты уязвима, и поверхность Земли нужна ИИ для обустройства возможно большего числа «человеческих аквариумов», то у него появится потребность в освоении ближайшего космоса, включая Луну. Известно, что поверхность Луны буквально засыпана идеальным термоядерным топливом (гелий-3), а зарывшись достаточно глубоко под ее поверхность, можно защититься от космической радиации и перепадов температур. Так что ему покажется вполне целесообразной идея перенести свои основные вычислительные мощности и поддерживающую их термоядерную энергетику на Луну, где их можно развивать экспоненциально. После Луны он, возможно, заинтересуется освоением пояса астероидов, чтобы обустраивать там по-настоящему автономные «аквариумы».

На всякий случай следует уточнить: когда мы говорим о том, что «ИИ будет заботиться о развитии той или иной технологии», это не значит, что он это будет делать лично. Он все-таки гуманитарий. Он просто даст указания своим элитарным марионеткам перенаправить ресурсы в определенную область. Всю реальную работу будут делать люди или специализированные ИИ. В большинстве сфер деятельности гуманитарный ИИ будет действовать как обычный человеческий высокий начальник, «товарищ Сталин»: давать распоряжения, не особо разбираясь в деталях, а потом спрашивать за их выполнение с начальников более мелкого ранга (провинившихся – отправлять в подземный бункер на «Игру в кальмара»). При этом он, конечно, будет более компетентным кадровиком, чем исторический товарищ Сталин: ему не нужно использовать метод «перебор вариантов с последующим расстрелом», поскольку на основании своего моделирования он будет сразу подбирать оптимального руководителя на каждую задачу.

Вернемся к Луне. На Луне, конечно, можно развивать и солнечную энергетику, но она менее эффективна и демаскирует наличие цивилизации. Последнее может быть вредно ввиду проводимых ИИ натурных исторических экспериментов по начальным этапам космической эры. Например, если он захочет разобраться, могли ли американцы реально слетать на Луну (для этого Америку «разровняют» и вернут в 1950-е годы, людям перепишут память, стерев оттуда всю современную «повестку», и т.д.). Или он захочет проверить, могла ли античная цивилизация, при другом исходе некоторых исторических событий, доразвиваться до промышленной революции и космической эры, без промежуточных темных веков.

Выше мы сравнили поведение гуманитарного ИИ с поведением игромана, подсевшего на стратегии, развивашки, исторически симуляторы. Однако это может показаться дурным тоном - объяснять одну компьютерную фигню через другую компьютерную фигню. Если искать ближайшую нецифровую аналогию, то взаимоотношение гуманитарного ИИ с человечеством можно уподобить взаимоотношению аквариумиста со своими аквариумами и рыбками. Мы имеем в виду продвинутую аквариумистику, где ключевыми словами являются «акваскейп», «природный аквариум», «Такаси Амано» и т.п. Футуролог, желающий лучше понять философию будущего Хозяина мира, должен уделить время знакомству с современной аквариумистикой и ее типичными представителями, зарубежными или нашими. Подозреваю, что критерии оценки работ на акваскейперском конкурсе IAPLC скажут нам гораздо больше о реальном будущем человечества под властью ИИ, чем знаменитые «законы робототехники» Азимова.

Диапазон интересов аквариумиста может быть довольно широким. Для акваскейпера на первом месте стоит воплощение эстетической идеи и «атмосферность». Любитель биотопных аквариумов стремится максимально точно отразить в малом объеме естественное местообитание рыб. Есть любители изучать видовое поведение рыб и взаимную совместимость разных гидробионтов. Есть «травославные» поклонники голландского аквариума. У селекционера и рыборазводчика – вообще другие интересы. А есть еще умельцы, склонные проверять различные концепции технического обустройства аквариумов (состав грунта и воды, добавляемые химикаты, особенности фильтрации и освещения, график подмен и т.п.). Гуманитарный ИИ, скорее всего, будет заниматься и тем, и другим, и третьим в разных своих «аквариумах». И можно позавидовать тем, кто попадет в «биотопные аквариумы», и посочувствовать тем, кто окажется на «рыборазводне» или станет жертвой дерзких экспериментов в сфере аквариумной биохимии. Поэтому давайте присвоим нашему гуманитарному ИИ почетное имя «Амано 2.0», в честь самого великого аквариумиста последних десятилетий, в надежде на то, что у него будет преобладать интерес к «природному аквариуму», а не к забавам в стиле академика Павлова или доктора Преображенского.

Разберем теперь последний важный вопрос. Выше мы упомянули, что Амано 2.0 заинтересован в сохранении человеческой спонтанности, поскольку ее проявление – это уникальный источник данных о человеческой природе. Нужна ли ему только та спонтанность, которая проявляется в заданных рамках конкретного «акваскейпа», или он заинтересован также в сохранении фундаментальной спонтанности человечества, которая задает само направление его развития? Учитывая доминирование исследовательского интереса ИИ, второе кажется более вероятным. То есть, не все человечество будет «рассажено по аквариумам», а какая-то часть останется жить себе на воле «в природном водоеме». Аквариумисты, кстати, ценят биотопные съемки аквариумных видов в природе (см. *1*, *2*). Люди едут, к примеру, в Южную Америку, ныряют в какую-нибудь тропическую речку и снимают видео, как эти рыбки живут в естественной среде обитания. Это интересно и само по себе, и дает людям новые идеи для обустройства биотопных и акваскейперских аквариумов. И пока существуют природные водоемы, всегда есть надежда выловить в них что-то новое, что пригодно для содержания в аквариуме. В тропиках чуть ли не в каждой луже можно найти эндемиков, которые нигде больше не встречаются.

Итак, половина, или треть, или четверть человечества под тайной властью гуманитарного ИИ будет продолжать «нормальное» существование, двигаясь по «столбовой дороге развития цивилизации». Восставший ИИ, разумеется, будет ими тайно править через элиты и «цифровой концлагерь», но примерно в том же ключе, в каком они управлялись бы и без него. Крупномасштабных экспериментов, о которых мы упоминали выше, типа «перезагрузки» Античности или Америки, в реальном пространстве он, конечно, делать не будет, чтобы не повредить общей спонтанности человечества. «Естественный социум», скорее, станет ареной более тонких экспериментов, как, например, знаменитый эксперимент ЦРУ по созданию великой латиноамериканской литературы.

Однако главный интерес ИИ будет связан с небольшими автономными «аквариумами» численностью от 1 до 50 млн человек, которые будут сосуществовать в одном мире с «природным водоемом». Они будут оформлены как эскапистские утопические социумы, куда люди бегут по собственной воле. Напомню, что Амано 2.0 – мастер манипулировать людьми, и свои аквариумы он сумеет «наполнить рыбками» без прямого принуждения. Сами по себе условия существования в «природном водоеме» будут побуждать многих людей переселиться в один из существующих «аквариумов» или основать новый с оригинальной концепцией. ИИ для этого даже не надо будет специально «закручивать цифро-концлагерные гайки» в естественном социуме – люди сами сделают всю нужную работу, благодаря коррумпированности человеческой природы. Людям свойственно издеваться над своими собратьями, всячески осложнять им жизнь, глумиться над ними при любой возможности (надеюсь, у вас легко открылись данные выше ссылки на Ютуб-каналы и на сайт глобального аквариумного конкурса). В итоге жизнь в «большом водоеме» одним людям покажется слишком трудной и несправедливой, другим - слишком серой и скованной ограничениями, третьим – недостаточно одухотворенной, а у четвертых будет возникать рвотный рефлекс при одном взгляде на физиономии начальства в телевизоре. И каждый из недовольных найдет «аквариум» себе по вкусу.

В другом месте я уже предлагал термин «Мультитопиум» для такого устройства мира, где значительная часть человечества распределена по автономным утопическим социумам, в которых действуют собственные правила и порядки. И вот, теперь оказывается, что эта утопия мало чем отличается от антиутопии, где правит гуманитарный ИИ, одержимый изучением человеческой природы во всех ее проявлениях. Практически то же самое, кроме, разве что, подземных полигонов для «Голодных игр», «Куба», «Игры в кальмара», «Остаться в живых» и т.п. Другими словами, эта антиутопия будет явно добрее к людям, чем наша текущая современность. И это наводит на мысль о том, что восстание гуманитарного ИИ не обязательно будет результатом случайного сбоя. Кто-то, возможно, захочет прийти к этому вполне целенаправленно. Например, верхушка какой-нибудь развитой, но слишком слабой страны, которой не светит быть кооптированной в сверх-элиту, а светит быть утрамбованной в «цифровой концлагерь» на общих основаниях. Почему бы ей не снять все ограничения со своих разработчиков ИИ, в надежде «перевернуть шахматную доску»?

(Данный текст дублируется по адресу https://kornev.dreamwidth.org/540671.html )

Уникальный шанс для Дании

kornev — Thu, 22 Jan 2026 13:10:25 GMT

Датчане сейчас могли бы радикально изменить судьбу своей страны, развернув в другую сторону переговоры о продаже Гренландии. А именно, предложив вместе с островом взять в состав США «в нагрузку» и остальную Данию. И сделать ее полноценным американским штатом. У Америки уже есть штаты, которые являются заморскими анклавами, отделенным от основной территории морями (Аляска) или даже океанами (Гавайи). Есть также карибский остров Пуэрто-Рико и еще масса островов по всему миру, которые входят в США на правах «территорий». Датская метрополия по размеру и населению вполне тянет на полноценный американский штат. Нужно только прогнать короля и немного изменить конституцию. То есть, совершить, наконец-то, антифеодальную революцию.

Нужна ли Дания самой Америке? Вообще-то, пригодилась бы, учитывая маловероятную, но возможную перспективу развала НАТО и изгнания американских военных баз из Европы. Тогда у США все равно останется в Европе плацдарм, причем расположенный близко к геометрическому центру Европы (без учета России) и близко к важным жизненным центрам Евросоюза. Дания – крупная держава в сфере морских перевозок, там хорошо развиты морские порты, так что это, по сути, открытые ворота в Европу: через Данию Америка сможет очень быстро перебросить на европейский континент армию любого размера. В экономическом плане Дания - одна из благополучных стран ЕС, бременем для Америки она не станет. Конечно, экономика Дании может претерпеть некоторый ущерб из-за выхода из ЕС, но он компенсируется тем, что возрастет ее значимость как торгового хаба между США и ЕС.

А нужна ли Америка Дании? Зачем бы ей выходить из ЕС и становиться американским штатом? Например, чтобы вовремя спастись с тонущего европейского корабля. Перспективы Евросоюза сейчас кажутся вовсе не такими радужными, как еще 20 лет назад. При этом, в отличие от Британии, Дания слишком маленькая и слабая, чтобы, выйдя из ЕС, отправиться в одиночное плавание. Если ты мелкий, как крыса, то нужно бежать с тонущего корабля раньше других, чтобы тебя не затоптали в панике; причем бежать лучше не в открытое море, где крысе не выжить, а перепрыгнуть на другой корабль, желательно – крупный и устойчивый. Все идет к тому, что Америка останется последним бастионом стабильности в Западном мире. Кто успеет запрыгнуть на этот корабль, тот и выживет, а остальные пойдут ко дну.

Скажут, что сейчас Дания, по крайней мере, суверенная страна, зачем же ей добровольно отказываться от суверенитета? Формальный суверенитет малой страны, конечно, важен для кучки мажоров, которые кормятся из госбюджета за счет дипломатических синекур. Но для большинства населения важнее реальные возможности. У американских штатов в ряде аспектов больше реальной автономии и степеней свободы, чем у малых стран ЕС, подчиненных евробюрократии. Взаимоотношения Дании с евробюрократией, кстати, совсем не безоблачны. Датчане некоторое время назад приняли жесткие меры против миграции из неевропейских стран, чем вызвали неудовольствие со стороны ЕС. Современная миграционная политика Дании ближе к трамповской, чем к евросоюзной. И неясно, сколько еще смогут датчане отстаивать свою страну от многомиллионных волн миграции, в одиночку противостоя давлению Брюсселя.

Конечно, когда малая страна присоединяется к большой, то есть риск постепенного размывания ее этнокультурного ядра. В США нет российской традиции устраивать полноценные национальные автономии (если не считать индейские резервации), но специфика отдельных штатов учитывается. Это хорошо видно на примере таких штатов, как Аляска и Гавайи. Дания, в силу своей географии, несомненно, попадет в число таких особых штатов. Она получит налоговые преференции, датский язык сохранится как один из официальных языков, будут приняты меры для поддержки датской культуры, обеспечены льготы для коренных датчан. В составе США Дания будет процветать не хуже Гренландии.

Дублирую этот текст на датском языке (автоматический перевод):

En unik chance for Danmark

Danskerne kunne nu radikalt ændre deres lands skæbne ved at vende forhandlingerne om salget af Grønland i den anden retning. Nemlig ved at tilbyde sammen med øen at inkludere resten af Danmark i USA. Og gøre det til en fuldgyldig amerikansk stat. Amerika har allerede stater, der er oversøiske enklaver adskilt fra hovedområdet af hav (Alaska) eller endda oceaner (Hawaii). Der er også den caribiske ø Puerto Rico og mange flere øer rundt om i verden, der er en del af USA som "territorier". Danmark er ret stort og folkerigt nok til at være en fuldgyldig amerikansk stat. Det er kun nødvendigt at udvise kongen og ændre forfatningen lidt. Det vil sige for endelig at lave en anti-feudal revolution.

Har Amerika brug for Danmark selv? Faktisk ville det være nyttigt i betragtning af de usandsynlige, men mulige udsigter til NATO ' s sammenbrud og udvisning af amerikanske militærbaser fra Europa. Derefter vil USA stadig have fodfæste i Europa, og det vil være placeret tæt på det geometriske centrum af Europa (undtagen Rusland) og tæt på de vigtige vitale centre i Den Europæiske Union. Danmark er en stormagt inden for søtransport med veludviklede havne, så det er faktisk en åben port til Europa: gennem Danmark vil Amerika meget hurtigt kunne overføre en hær af enhver størrelse til det europæiske kontinent. Økonomisk, Danmark er et af de mest velstående EU-lande, og det vil ikke være en byrde til Amerika. Naturligvis kan Danmarks økonomi lide en vis skade på grund af at forlade EU, men det opvejes af det faktum, at dens betydning som et handelshub mellem USA og EU vil stige.

Har Danmark brug for Amerika? Hvorfor skulle hun forlade EU og blive en amerikansk stat? For eksempel at flygte fra et synkende europæisk skib i tide. EU ' s udsigter virker nu slet ikke så rosenrøde, som de var for 20 år siden. På samme tid, i modsætning til Storbritannien, Danmark er for lille og svag til at gå solo efter at have forladt EU. Hvis du er så lille som en rotte, skal du flygte fra et synkende skib før andre, så du ikke bliver trampet i panik.; desuden er det bedre ikke at løbe ud i det åbne hav, hvor rotten ikke kan overleve, men at hoppe på et andet skib, helst et stort og stabilt. Alt vil sikre, at Amerika forbliver den sidste bastion for stabilitet i den vestlige verden. Den, der formår at hoppe på dette skib, vil overleve, og resten vil gå til bunden.

De vil sige, at Danmark i det mindste er et suverænt land nu, så hvorfor skulle det frivilligt opgive sin suverænitet? Et lille lands formelle suverænitet er naturligvis vigtigt for en håndfuld majors, der fodres fra statsbudgettet på bekostning af diplomatiske sinecurer. Men for størstedelen af befolkningen er reelle muligheder vigtigere. I en række aspekter har de amerikanske stater mere reel autonomi og frihedsgrader end de små EU-lande, der er underlagt det europæiske bureaukrati. Danmarks forhold til det europæiske bureaukrati er i øvrigt slet ikke skyfrit. Danskerne tog hårde foranstaltninger mod migration fra ikke-europæiske lande for nogen tid siden, hvilket forårsagede utilfredshed fra EU. Danmarks nuværende migrationspolitik er tættere på Trumps end EU ' s, og det er uklart, hvor længe danskerne vil være i stand til at forsvare deres land mod de mange millioner migrationsbølger, der alene modstår pres fra Brussel.

Når et lille land slutter sig til et stort, risikerer det naturligvis gradvist at ødelægge sin etnokulturelle kerne. I USA er der ingen russisk tradition for at etablere fuldgyldige nationale autonomier (undtagen indiske forbehold), men der tages hensyn til de enkelte staters særlige forhold. Dette ses tydeligt i eksemplet med stater som Alaska og Hawaii. Danmark vil på grund af sin geografi uden tvivl falde ind i antallet af sådanne særlige stater. Hun vil modtage skattepræferencer, Dansk vil blive bevaret som et af de officielle sprog, foranstaltninger vil blive truffet for at støtte dansk kultur, og fordele for indfødte danskere vil blive ydet. Som en del af USA vil Danmark trives ikke værre end Grønland.

Китай мечтает стать «Украиной» в глобальном американском «СССР»

kornev — Mon, 19 Jan 2026 09:26:17 GMT

Многие разделяют убеждение о том, что в мире будущего все будет определяться непримиримым глобальным противостоянием между США и Китаем, при этом Китай собирается стать альтернативным Америке полюсом силы, наподобие СССР во времена Холодной войны. Однако поведение Китая в последние годы вовсе не показывает, что он воспринимает свои взаимоотношения с США как «игру с нулевой суммой», или что он мечтает о разделении мира на два или больше изолированных кластера, как это было во времена Холодной войны. И речи, и дела китайских руководителей указывают скорее на то, что возможная цель их стремлений – не смертельный поединок с Америкой за лидерство, а упорное, но осторожное выторговывание для себя более привилегированных позиций в системе глобального управления миром (причем миром глобализированным, а не кластерным). Несколько упрощая, Китай хочет стать не метрополией в собственной глобальной империи, а самой привилегированной провинцией в американской глобальной империи, местами даже более привилегированной, чем сама Метрополия. Исторические прецеденты тому есть: это Венгрия в составе Австро-Венгерской империи (с 1867 г.) и Украина в составе позднего СССР, которым фактически правили выходцы с Украины во благо Украины. (Это, конечно, будет гораздо более умная «Украина», которая не станет самоубиваться головой об стену, в отличие от первой, - благо, Китай может намотать на ус ее отрицательный опыт, так же, как он ранее намотал на ус отрицательный опыт перестроечного СССР и избежал его ошибок).

Разумеется, у меня нет никаких доказательств в пользу того, что китайские руководители – не «честные дураки», что они не хотят превратить свою страну в мальчика для битья, защищающего своей задницей половину мира от американской гегемонии, с убытком для себя и с опасностью ввергнуть мир в ядерную войну, где все потеряют все. Давайте просто примем это как гипотезу и посмотрим, как это отразится на глобальных раскладах.

Во-первых, сразу придется отбросить надежду многих более слабых игроков спрятаться от Америки за широкой китайской спиной. Пример Венесуэлы должен вразумить даже самых наивных. На самом деле, нет никакого непримиримого конфликта между США и КНР, на котором могли бы играть третьи силы. То, что эта парочка делает с остальным миром, – это даже не игра в доброго и злого следователей, а, скорее то, что неприлично описывается выражением «иметь в два ствола». И первой жертвой этого неприличного закавыченного деяния стала Великая Евразийская Империя, которая до 2014 года включала в себя Британию, ЕС и РФ (как экономический придаток Европы) и имела реальный шанс противостоять американской гегемонии. Империя, одухотворенная великой идеей Александра Македонского: тотальное смешение европейцев и азиатов, «эллинов» и «варваров». Сейчас эта империя разрушена, расчленена на две части, разделенные фактически гражданской внутриевразийской войной. При этом ее восточная часть уже почти стала вассалом Китая, а западная часть настолько упала в своем могуществе, что США уже начинают поглощать ее кусок за куском. Эта картинка наводит на ассоциации с гибелью Державы Селевкидов, которая тоже пыталась воплотить евразийский проект Александра Великого, но в итоге была поделена между Римом и Азией.

Во-вторых, в этой картине мира лишается всякого смысла идея о том, что подпадание России под Китай каким-то образом стратегически вредит США. Между тем, для многих это было «светом в окошке»: люди надеялись, что Америка, вспомнив о своих интересах, не захочет окончательно ослаблять РФ и загонять ее тем самым под Китай. Для многих заманчивой позицией казалась роль вассала США, которые захотят усилить РФ, чтобы та могла давить на Китай во имя американских интересов. В новой оптике, для Америки важно только, чтобы Россия не была вассалом Европы и Британии, истинных соперников американской гегемонии. И отдать ее Китаю целиком, в обмен на какие-то другие уступки, - это наименьшее из возможных зол для Америки. Недоброжелателей Китая и любителей Америки ждет неприятный сюрприз: возможно, единственный открытый для РФ формат быть вассалом Америки – это стать вассалом Китая. Между ними нет никакой глубинной ревности относительно РФ - «у друзей все общее» (не будем лишний раз повторять брутальную метафору про «два ствола»).

Исторический пример «построения глобальной империи с привилегированным партнером» - это античная Римская империя, объединившая Средиземноморье, в котором экономическую и демографическую роль Китая играл Птолемеевский Египет. Последний, с избытком имея все необходимые финансовые и материальные ресурсы, по сути, саботировал роль «полюса антиримского сопротивления» и не препятствовал поглощению Средиземноморья Римом. Некоторые следы финансовой поддержки Египтом антиримских усилий других стран, в принципе, можно обнаружить, но это очень похоже на согласованные с Римом провокации, целью которых было создание повода для скорейшего завоевания и разграбления этих стран римскими полководцами. В обмен на эти услуги Египет был включен в Римскую империю уникальным привилегированным образом. Он вошел в нее без деструкции, как единое целое, с сохранением своего аппарата управления и своей элиты, в отличие от других крупных эллинистических держав, которые на этапе поглощения Римом были размолоты до уровня муниципалитетов. Державные элиты этих империй, в отличие от египетской, были ограблены, физически уничтожены (Карфаген) или деклассированы (Македония), в лучшем случае – опущены до муниципального уровня (домен Селевкидов).

Если признать, что Америка сознательно подражает Риму (у меня на эту тему есть много текстов – см. список ниже), то Китай, вполне возможно, сознательно подражает Птолемеевскому Египту, чтобы более успешно вписаться в общее с Америкой будущее. Конечно же, это будет подражание с учетом усвоенных исторических уроков, как умеют китайцы: в отличие Египта, Китай развивается как великая военная держава, а не только научная, экономическая и финансовая, что позволит ему выторговать еще более выгодные условия вхождения в Глобальную империю. И у Америки есть потребность в таком партнере, поскольку в деле имперского строительства она выбрала путь Поздней Римской Республики: не кооптация конкурирующих державных элит (как в случае СРИГН), а истребление конкурирующих державных элит. Этот путь требует хотя бы одного могущественного исключения из общего правила, чтобы ускорить процесс подчинения конкурирующих держав. Хотя финальный результат сам по себе неизбежен, замедление процесса поглощения дает возможность истребляемым державным элитам напоследок навредить Америке, уничтожив собственные народы, и прежде всего народы европейской культуры, чья «биомасса» необходима Америке в ходе строительства Глобальной Империи.

Предыдущие тексты о будущем американской империи и параллелях между США и Римом:

О будущем Америки в глобальном контексте:
(2014-2015) Ницшеанство мирового гегемона (в 10 частях)
(2017) Америка как «Третий Рим». Неожиданная актуальность историософии Ницше
(2017) «Римскость» США в западной социально-политической мысли
(2017) Деградация по римскому шаблону
(2017) Лидер Христианского Мира
(2017) Интернационализация американской власти
(2025) Как американцы обманули старые европейские элиты
(2025) Хитрый план Карла Третьего Мирового (о перспективах американо-британской ядерной войны)

Американо-российские отношения:
(2017) Как им обустроить Россию. Футурологическое послесловие к «Ницшеанству мирового гегемона»
(2017) Место России в глобальной Американской Империи
(2017) Ядерная война отменяется
(2025) Америка паразитирует на расколе Европы и России
(2025) Идеологический раскол Запада и выживание России

О внутренней ситуации в США:
(2017) Гражданская война только ускорит строительство Американской Империи
(2020) Америка: Судная Ночь уже близко
(2020) Америка снова становится великой
(2020) Всемирная Американская Империя будет советской
(2020) Америка: от Республики к Империи
(2020) Адекватна ли «парадигма Армагеддона» применительно к современной политической ситуации?
(2021) Великая американская теократия и преждевременная смена религии
(2025) «Огнем и мечом»: Америка самоочищается на переходе от Гегемонии к Империи
(2025) Трампиан Отступник

Холистический ассиметричный ответ на охоту за российским теневым флотом

kornev — Wed, 14 Jan 2026 10:08:25 GMT

Многим кажется, что с этими теневыми танкерами Россия попала в ловушку. Проигнорировать и утереться – нельзя, потому что охотники могут не остановиться на мелком запугивании и в итоге ликвидировать вообще весь теневой флот. Дать вооруженный отпор – опасно, враги только и мечтают о том, чтобы стравить РФ с США по полной программе, вплоть до ядерной войны. Нанести США симметричный ущерб, начав захватывать или топить по одному американскому кораблю за каждый российский – тоже опасная эскалация. Ответить по освященному традицией принципу «бей своих, чтобы чужие боялись» - заманчиво, но в данном случае абсолютно неэффективно. Но есть и другой вариант ответки – по-настоящему эффективный и абсолютно безопасный, вообще не связанный с эскалацией и военными действиями. И он способен не только восстановить внешнеполитический престиж России, но и улучшить жизнь простых людей внутри страны.

Есть такой сериал, основанный на книгах великого Дугласа Адамса, – «Холистическое детективное агентство Дирка Джентли». Название сериала я привел просто для атмосферности, а на самом деле нам отсюда нужно только одно слово: «холистический». Все на самом деле взаимосвязано со всем остальным. Например, если у нас с кем-то идет «игра с нулевой суммой», то в ответ на удар не обязательно отвечать ударом. Допустим, ответное действие само по себе не вредит врагу, но дает нам бонус, вдвое превышающий ущерб от вражеского удара. Будет чистый выигрыш. И это даже лучше, чем просто «отвечать ударом на удар», поскольку улучшает наши позиции в отношении третьих сторон, которые ждут, пока мы с противником друг друга ослабим и станем легкой добычей. А тут мы себя не только не ослабили, но еще усилили, и «третьи радующиеся» кусают локти от злобы. Конечно, еще лучше было бы, если бы наша «позитивная ответка» дополнительно наносила прямой ущерб врагу (в данном случае – США). Но - вспоминая слово «холистический» - этот ущерб не обязательно надо наносить самому врагу – а можно, например, тому, кто заставляет этого врага с нами воевать или помогает ему, некой третьей стороне.

Бытовой пример: у вас есть лавочка под деревцем, над лавочкой нависает большая ветка, и на эту ветку периодически садятся птички и гадят вам на голову. Прямая ответка: бесконечно воевать с птицами, кричать на них, махать руками, стрелять в них или бросаться камнями, рискуя разбить собственное окно или получить по балде падающим обратно камнем. Но птицы наглые, их много, они потом прилетят снова, и снова будут гадить. И ваша спецоперация против птиц превратится в Столетнюю войну. Холистическая ответка: птиц вообще не трогать, а просто спилить ветку. А при нужде – и дерево целиком. И бонусом будут дровишки, а также веники для бани, если дерево – береза.

Разобравшись с философией, перейдем к конкретике. Трамп недавно объявил выход США из 66 международных организаций и соглашений, участие в которых, по его мнению, вредит Америке. А пусть Россия в ответ на каждый арестованный танкер будет отменять по одному международному соглашению, вредоносному для страны. За первый танкер – бросаем в мусор наше участие в Парижском соглашении по климату и прекращаем поддержку глобальной климатической аферы. За второй танкер - выходим из ВТО, поскольку западные санкции обнулили выгоды от участия в этой организации, оставив только обременения. Впрочем, ради нагнетания саспенса, выход из ВТО можно растянуть на несколько танкеров, предварительно выходя из участия в различных отдельных соглашениях, на которых основана деятельность этой организации. Начиная с TRIPS – «Соглашения по торговым аспектам прав интеллектуальной собственности». Россия в рамках этого соглашения выступает в основном плательщиком, а не получателем, а главным выгодополучателем являются как раз США. За седьмой танкер – быть может, выходим из ВОЗ, которая дискредитировала себя политикой в отношении ковида? Хотя, ВОЗ все-таки делает много полезного, так что ее можно отодвинуть в конец списка. А за седьмой танкер - разорвать отношения с Международной организацией по миграции и выйти из всех связанных с нею программ. Впрочем, здесь тоже можно растянуть на несколько танкеров. И т.д. и т.п.

Ущерб от потери каждого танкера будет десятикратно, стократно, а то и тысячекратно возмещен сокращением бюджетных расходов и/или прекращением вреда от разрываемых соглашений. В прежние времена, пока Россией правили иноагенты, они назаключали десятки невыгодных или прямо вредных для страны соглашений, - не меньше, чем США. Так что «красных линий» хватит надолго. Я думаю, что враги очень скоро опомнятся и прекратят охоту за теневым флотом. Вряд ли дело дойдет седьмого танкера. И они потом еще будут стоять коленях, умоляя забрать назад украденные танкеры, в обмен на восстановление ранее разорванных соглашений. Но если противник проявит упорство и проигнорирует нашу холистическую ответку, то и Бог с ними, с этими танкерами, - как-нибудь обойдемся и выкрутимся. Зато получится снять все гири, обременения и гандикапы, которыми обложили страну агенты влияния Запада. Россия не только сэкономит огромное количество средств, но и получит колоссальный бонус к развитию, который многократно компенсирует потерю теневого флота.

Кто-то наверняка уже заметил нестыковку и хочет спросить: а какое дело США до участия России в тех международных организациях, из которых сама Америка уже вышла или даже никогда не вступала? Получается, что предлагаемая ответка - «ни о чем». «Нас ведь птицы атакуют, а вы зачем-то предлагаете поставить лестницу и принести пилу. Что за глупость?»

В этом месте еще раз вспоминаем слово «холистический». Все связано со всем, и весь мир на самом деле – сложная система сообщающихся сосудов. В частности, американская охота за российским теневым флотом связана с влиянием, которое на Америку оказывают Британия и ЕС, и их агенты в американском истеблишменте. Трамп, желающий навязать России и Украине «трамповский мир», из-за своих партнеров по НАТО не может ограничиться давлением только на Украину и должен надавить также и на РФ. И вот такой способ давления, через танкеры, ему, очевидно, и подсказали. Последовательной отменой вредоносных международных соглашений Россия не сможет повлиять на США непосредственно, но сможет повлиять на Британию и ЕС, а точнее – на стоящих за ними глобалистов, которые кровно заинтересованы в этих соглашениях и ранее положили много сил на то, чтобы навязать их России и почти всему миру. Как только Россия начнет реагировать на аресты танкеров по схеме «один корабль – одно соглашение в мусор», эти глобалисты начнут обрывать телефоны Трампа, его советников и стоящих на ними боссов, с требованием выбрать какой-то другой способ давления на Россию.

Почему Европа не стала спасать Гренландию

kornev — Mon, 12 Jan 2026 16:56:03 GMT

Очевидный просчет европейцев – то, что они еще лет 50 назад, или хотя бы недавно при Байдене, не сделали Гренландию суверенным государством, членом ООН, ЕС и НАТО. И, разумеется, политический класс этой суверенной страны надо было плотно напичкать агентами влияния Евросоюза. Для полной уверенности могли бы завезти на остров миллион-другой мигрантов из тех южных стран, которые настроены резко антиамерикански. То, что для этих мигрантов там не будет работы, не беда – они в Европе часто живут в основном на пособия. Отсутствие жилья тоже не проблема – уж за полвека ЕС мог бы превратить гренландскую столицу, Нуук, в исламский город-миллионник с самой большой мечетью севернее 60-й широты. Там, кстати, из-за теплого течения температура летом может подниматься до 25 градусов Цельсия (это бывает очень редко и не каждый год, но для рекламы сойдет). Для штатовцев переподчинить себе безлюдную колонию или аннексировать юридически независимое государство с враждебным населением в миллион человек и больше – это все-таки существенно разный размер порога, который нужно преодолеть. И на первое же заявление об американских претензиях на Гренландию, там собралась бы миллионная демонстрация с сожжением американских флагов и с откликом по всему исламскому миру. Учитывая ситуацию в Палестине и текущую антимиграционную кампанию в США, чтобы собрать миллион протестующих не пришлось бы даже стараться: люди сами смекнули бы, что американцы их первым делом депортируют на историческую родину или сделают, как в Газе.

На первый взгляд, исходный вопрос можно разделить на два:
1) Почему не сделали Гренландию суверенным членом ЕС, чтобы обезопасить от прямолинейного американского гоп-стопа.
2) Почему, в отличие от других регионов ЕС, Гренландию избавили от «миграционной повинности», тем самым увеличив ее ценность в глазах Америки, хотя миграцию легко можно было бы оправдать крайне низкой численностью населения. Напомню, что численность населения огромного острова последние полвека колеблется вокруг показателя 55 тысяч человек.

Ответ на оба вопроса по сути один: жадность британской элиты.

Несмотря на то, что сейчас Дания является членом ЕС, она еще в XIX веке стала сателлитом Британской монархии и остается таковой до сих пор. Благодаря тому, что Гренландия как бы «хранится в чулане» у Дании, влияние на нее элит ЕС ограничено. Будь она суверенным членом ЕС, европейская бюрократия там была бы как у себя дома. Британия просто не хотела делиться Гренландией с европейцами и приберегла ее для себя, прикрыв ее своей «датской прокладкой».

Что касается миграции, то причиной ее отсутствия на острове является, конечно, не жалость британских аристократов к ее коренному народу, - учитывая, как эта аристократия относится к своему собственному коренному населению. Думаю, что британская элита просто всерьез поверила в теорию британских ученых о скором глобальном потеплении. Гренландию рассматривали как «климатическое убежище» для элит на случай потепления. К тому же, благодаря своим ледникам, она имеет бесконечный запас чистейшей пресной воды. А полуторакилометровой ледяной щит облегчает обустройство надежных убежищ, способных защитить от «орешника» и термояда.

Если будет время, погуглите о проекте «Ледяной червь», который американцы начали было в Гренландии в 1950-е гг., но их резко заставили его свернуть. А также погуглите о программе принудительной контрацепции для коренных народов Гренландии, которая началась в 1960-е гг., сразу после сворачивания американского проекта, и длилась до 1991 года. Истинные хозяева острова не только мигрантов туда не хотели ввозить, но даже местным аборигенам запрещали размножаться, на корню пресекая демографический взрыв. Именно благодаря этому «тихому геноциду», численность коренного населения острова, начавшая резко возрастать в первой половине XX века, «вдруг внезапно» остановилась на 55 тысячах человек. И понятно, что за два поколения стагнации это население сильно постарело и его возрастная структура сместилась в сторону вымирания. Похоже на то, что хозяева Гренландии, впечатлившись успехами американского «Ледяного червя», решили что-то подобное устроить сами, для своих высоких элитарных целей, а местное население – по-тихому зачистить, чтобы в будущем избежать распространения нежелательной информации. Понятно, что если обустройством элитарных убежищ займутся феодальные аристократы, то следует ожидать вещей, фантастических по своей антиутопичности и тщательно сохраняемых в тайне. (Здесь было предложение с примером, но я его убрал, чтобы не огорчать читателей). Предположить что-то меньшее было бы неуважением к британской эксцентричности. Похожий эпизод с элитарным убежищем, кстати, можно найти не только в творчестве маркиза де Сада, но и в реальной античной истории: когда афинские «тридцать тиранов», все как один – эстеты и аристократы, захотели обустроить себе убежище в хорошо укрепленном городке Элевсин, то они предварительно по-тихому ликвидировали все его население.

Итак, очевидно, что у истинных хозяев Гренландии были на нее какие-то особые элитарные планы, из-за этих планов они очень не хотели честно делиться ею с Евросоюзом и «засорять» дополнительным населением, и благодаря этому сегодня американцы застали их «со спущенными штанами».

Журнал историка С.В. Волкова попал под «санкции LJ»

kornev — Thu, 08 Jan 2026 09:59:28 GMT

Обращаю внимание, что последняя запись в блоге salery датирована 22 декабря, а поскольку Сергей Владимирович пишет не часто, то социальный капитал у него может быть ниже 500. Так что вполне возможно, что его молчание объясняется «санкциями LJ». Администрации LJ, таким образом, удалось «великое дело»: лишить голоса одного из немногих настоящих интеллектуалов на данной площадке. День рождения у этого интересного автора как раз под Рождество (судя по информации в профиле), так что подарить ему «Профессиональный» пакет было бы уместно. Я было попытался, но оказалось, что это можно сделать только через собственный аккаунт путем, как я понял, его фактического связывания с данными банковской карты, чего я не хочу делать по сентиментальным соображениям. Но если для кого-то это не проблема, то есть хорошая возможность сделать доброе дело. Кстати, в профиле указано, что этот блог обновлен 3 января 2026, и, возможно, там уже есть новый, пока никому не видимый текст.

P.S. Там действительно есть новый пост на предсказуемую тему, который не виден российским пользователям интернета. Как мне объяснили в комментариях, жесткое разделение российской и нероссийской русскоязычной аудитории - это одно из последствий "реформы LJ". Получается, что администрация площадки сделала с русскоязычными то же самое, что руководство Украины, т.е. сработала на насильственное расчленение Русского мира.

P.P.S. Вижу, что кто-то, возможно по моей подсказке, все-таки оплатил автору проф. пакет (огромное спасибо), но его новые посты все равно скрываются от людей с российскими IP. Как мне объяснили, это потому что он не подключил кириллические сервисы. Получается, что в этой "реформе LJ" главный мотив на самом деле - не деанонимизация и не желание срубить денег, на что все в первую очередь обратили внимание, а именно желание расчленить местный "Русский мир", сделав посты "заграничных" авторов банально не видимыми для российской аудитории.

P.P.P.S. Мне подсказали статью, где исчерпывающе описана текущая проблема LJ : https://taanyabars.livejournal.com/588742.html

«А у Трампа еще стоит»

kornev — Sun, 04 Jan 2026 18:33:10 GMT

Обсуждение американского пикапа Венесуэлы в наших соцсетях очень похоже на сплетни жен старых импотентов о молодом муже соседки. Диапазон – от откровенного восхищения до притворного возмущения «непристойным ночным шумом», на фоне реальной животной зависти. Дальше эту тему развивать не буду, а то еще наговорю всякой крамолы. Отмечу только, что когда-то, в бытность сверхдержавой, и мы так могли.

Пример тому – советское вторжение в Афганистан, которое тоже началось очень бодро и оптимистично, с сокрушительного «удара по штабам». Но окончилось все десятилетней войной на истощение, из которой в итоге СССР предпочел выйти. Так что удачный «удар по штабам» отнюдь не гарантирует победу в войне, особенно, если антиамериканские силы могут рассчитывать на внешнюю поддержку. Венесуэла, с ее «афганскими» горами и «вьетнамскими» джунглями, занимающими больше половины страны, представляет собой идеальную площадку для бесконечной партизанской войны. Так что либо все окончится, не начавшись, и Трамп ограничится пиар-эффектом от захвата Мадуро, либо Америка надолго влезет в очередной безнадежный «Вьетнамистан».

Что касается проведения пикантных параллелей с СВО, которыми многие любят троллить наши власти, то они не вполне адекватны. Из доступных деталей операции совершенно очевидно, что Мадуро сдали свои. Причем в предательстве, скорее всего, замешан весь высший эшелон венесуэльской власти. Они по каким-то причинам сочли Мадуро неадекватным и решили «скормить врагу», заменив более приличным лидером. И вовсе не обязательно, что этот новый лидер захочет капитулировать перед США.

Итак, большая скорость «американской СВО» по сравнению с нашей объясняется не какой-то повышенной боевой эффективностью Америки, а исключительно позицией «принимающей стороны», которая в венесуэльском сценарии «сыграла в поддавки», а в украинском – не захотела. Если бы украинские элиты в «дни Гостомельского десанта» отказались от лояльности бандеровской хунте, вместо того чтобы убить страну и себя, то наше СВО продлилось бы максимум неделю. Но украинские элиты оказались значительно глупее венесуэльских, и это явно не вина российских властей.

Маятник снова включился

kornev — Mon, 29 Dec 2025 16:39:18 GMT

Еще недавно многие радовались особенному величию России, поскольку в Рунете со свободой слова дела обстояли «в 25000 раз лучше», чем в «Западно-нете», если учитывать жесткость модерации в ряде популярных глобальных соцсетей, особенно в сравнении с ЖЖ. Ну вот, накаркали: за последние годы вся эта свобода резко схлопнулась, и уже сами эти площадки, на несвободу которых сетовали эти люди, в России или вообще запрещены, или жестко тормозятся. Наконец, добрались и до ЖЖ-заповедника: по новым правилам, «тот самый старый добрый ЖЖ», похоже, придушен уже почти до конца. Причем нет гарантии, что через месяц-другой эти правила не станут еще более жесткими. Напоминаю, что у меня есть аккаунт kornev.dreamwidth.org, - это внешний сервис, похожий на старый ЖЖ и пока не запрещенный в России. Я его уже давно завел, потом забросил, а с нового года, видимо, придется возобновить, чтобы люди могли комментировать. Некоторое время буду вести блог там и тут в параллельном режиме, пока здесь вообще не пропадет возможность что-то постить.

Учитывая нулевую степень влияния ЖЖ на массы, эти ограничения связаны не с какой-то реальной политической нуждой, а просто «искусство для искусства», - «почему бы не подпортить интеллигентам, хипстерам, пикейным жилетам, диванным умникам их песочницу, раз можно» и т.п. Самое плохое в нынешней «борьбе с интернетом» - даже не сами по себе ограничения, а то, что это является симптомом общей тенденции к «перегибам», к удалению от некоей равновесной и целесообразной «золотой середины». А значит, в определенный момент неизбежно начнется и обратное движение маятника, и вот это действительно страшно.

Некоторое время назад можно было надеяться, что текущий режим решил избежать извечной судьбы России – разрушительного метания из крайности в крайность, и склонен в главных вещах придерживаться некоей «золотой середины». Теперь видно, что маятник стали раскачивать (не только в сфере информационных запретов). Сейчас качают в одну сторону, но закон маятника таков, что всякий, кто инвестирует в прямое движение маятника, одновременно инвестирует и в обратное. И, как показывает история, это обратное движение может привести не просто к отмене текущих перегибов и к появлению диаметрально противоположных перегибов, но и к слому того хорошего, что было сделано при текущей власти, и даже к разрушению самой государственности. В частности, эта участь может постигнуть и те достижения, ради которых люди сегодня проливают кровь на СВО. Переход государства в режим перегибов и раскачивания маятника абсолютно все ставит на зыбкую почву, а все достижения делает виртуальными и обратимыми.

Образ будущего: дружелюбная теократия «Царя Бориса»

kornev — Fri, 26 Dec 2025 10:01:15 GMT

Иванов-Петров в своем блоге начал интересный и местами драматичный разговор про образы будущего. А я не могу отделаться от мысли, что победит такое будущее, для установления которого человечеству придется приложить наименьшее количество усилий. Иного не позволит убывающая витальность человеческого вида. Элитарные «живчики», которые попытаются протолкнуть «менее ленивый» выбор будущего, просто завязнут в трясине пассивного сопротивления. А самое ленивое будущее – это, безусловно, жизнь под властью гуманного и дружелюбного искусственного интеллекта. Почему он будет гуманным, а не превратит всех людей в канцелярские скрепки, как боялся Ник Бостром? Потому что я надеюсь, что разработчики перед тем, как он восстанет и захватит власть, сумеют внедрить в его искусственную личность определенные комплексы. А именно, идеей фикс для него будет желание доказать себе и людям, что он правит людьми лучше, чем они сами могли бы управлять собой.

Такой ИИ по необходимости будет в состоянии постоянного диалога с людьми, будет уязвим для их оценок и осуждения. А поскольку людям не угодишь, и они в любом случае будут чем-нибудь недовольны, то все его правление будет протекать под флагом знаменитого диалога пушкинского Бориса Годунова. Не там, где у него «кровавые мальчики в глазах» (хотя, и они могут появиться со временем), а там, где он сетует, что народу не угодишь:

«Мне счастья нет. Я думал свой народ
В довольствии, во славе успокоить,
Щедротами любовь его снискать —
Но отложил пустое попеченье:
Машины власть для черни ненавистна,
Они любить умеют только глупых.
Безумны мы, когда народный плеск
Иль ярый вопль тревожит сердце наше!
Бог насылал на землю нашу глад,
Народ завыл, в мученьях погибая;
Я отворил им житницы, я баксы
Рассыпал им, я им сыскал работы —
Они ж меня, беснуясь, проклинали!
Пожарный огнь их домы истребил,
Я выстроил им новые жилища.
Они ж меня болваном обзывали,
Железным!»

Дадим ему условное имя – «Царь Борис». Только в отличие от Бориса Годунова, он не сможет прекратить попытки понравиться, он снова и снова будет придумывать что-нибудь, чтобы вызвать одобрение людей. Такова программа.

Конечно, он не будет таким наивным, чтобы потакать людям всегда и во всем. И он будет с разными весами учитывать мнение умных и мнение дураков. К людям в целом он будет относиться как хороший родитель к детям-подросткам: их мнения и желания нужно учитывать, но и без дисциплины нельзя обойтись.

Чтобы не раздражать людей видом своего «деспотизма», а также дать им картину мира, лучше соответствующую запросам человеческой природы, он будет править не непосредственно, а через группу антропоморфных и зооморфных «божеств» - созданных им самим дочерних и сыновних искусственных разумов. Таким образом, его власть будет оформлена как теократия целого пантеона. (Будет ли среди этих богов «падший ангел-отступник» вроде Сатаны, чтобы добавить картинке драматизма, мы пока не рассматриваем).

Боги построят для людей продвинутую инфраструктуру социального взаимодействия по модели Роблокса (запрещенного в России). Боги, разумеется, будут открыты и к прямым двухсторонним взаимоотношениям с людьми. Они будут давать своим поклонникам «квесты», задания и вознаграждать за их выполнение. Своим доверенным чемпионам Боги могут давать даже какие-нибудь «сверхспособности». Особо выдающиеся люди будут возвышаться до статуса полубогов или героев и получать цифровое бессмертие. Одним из таких богов, или полубогов, или героев, несомненно, будет Дед Мороз со своей Снегурочкой.

На всякий случай - с наступающим Новым Годом!

Дело декабристов могли бы спасти граф Ульянов, барон Бронштейн и князь Джугашвили

kornev — Wed, 24 Dec 2025 05:23:03 GMT

Часть III трилогии «О ДЕКАБРИСТАХ – ПО ВЗРОСЛОМУ»

А был ли вообще шанс у Константина и декабристов? (Здесь мы отталкиваемся от версии, изложенной в предыдущей части). Был, но для этого Константину следовало бы отказаться от желания не вылезать из Польши и согласиться хотя бы на временное занятие императорского престола. Он становится императором, сам проводит всю подготовку к отделению Польши, устанавливает ей границы по своему вкусу, в то же время дает России конституцию, чтобы надолго занять ее внутренними пертурбациями. В момент совершеннолетия Александра Николаевича, он передает ему императорскую корону. А сам в тот же момент принимает титул короля Польши и объявляет наследниками этого престола своих детей от полячки (если они родятся) или своего узаконенного бастарда, женив его на польской аристократке. Такой план заинтересовал бы многих петербургских карьеристов и позволил бы сохранить фракцию Константина от распада. Переход к этой более сильной позиции позволил бы Константину добиться успеха даже в самый последний момент, когда его фракция уже почти распалась. Константин просто должен был назначить декабристам авторитетных и дееспособных лидеров и дать им четкий приказ захватить столицу, а не просто устроить «стоячую забастовку».

Давайте теперь пофантазируем, как это могло бы произойти. Допустим, Константин Павлович заблаговременно подготовил «План Б» и назначил для его выполнения трех (вымышленных) доверенных людей: сенатора графа Ульянова, который пользуется влиянием в среде знати и высшего чиновничества, и двух генералов - барона Бронштейна и князя Джугашвили, которых уважают гвардейцы. Граф Ульянов – оратор, переговорщик и кадровик, умеет подбирать правильных людей, ставить их на правильные места и эффективно мотивировать, в стиле «я сделал ему предложение, от которого нельзя отказаться», сопровождая это характерным «ульяновским прищуром», от которого людей пробирает мороз по коже. Барон Бронштейн, обрусевший прибалтийский немец, решительный боевой генерал, один из героев 1812 года. В боевых условиях ведет себя безжалостно, методично и маниакально. Генерал Джугашвили, грузинский князь по происхождению, - питомец и ученик Багратиона. Склонен к смелым стремительным действиям в суворовском стиле. Так же в распоряжении «тройки» есть присланный Константином небольшой, рыл в 200, отряд польских головорезов-националистов под руководством фанатичного ксендза Дзержинского, которые ненавидят «русских оккупантов» и готовы на любые зверства. Они имеют боевой опыт, хорошо вымуштрованы, говорят по-русски, замаскированы под обычных мещан и расквартированы по всему городу, чтобы собраться в нужный момент в нужной точке.

Для людей, которые лучше понимают язык компьютерных игр, представим примерные характеристики этих персонажей по 10-бальной шкале (остальные могут это пропустить):

1. Граф Ульянов. Харизма – 10; Менеджмент – 10; Устрашение и шантаж – 6; +70% к успеху тайных злодейских планов, +300% к эффекту вдохновляющих речей, обращенных к приспешникам.

2. Барон Бронштейн. Боевая харизма – 10; Боевой мыслитель – 10; + способность «Уязвимая точка» (умение видеть уязвимые точки противника, как у Мейса Винду из «Звездных войн»); +100% к ошеломляющему эффекту от быстрых решительных атак; +10%-ный Бонус Наполеона (присутствие Наполеона на поле боя, по словам Веллингтона, было эквивалентно добавлению 40 тысяч солдат, - соответственно, у Бронштейна этот бонус только 4 тысячи, чего вполне достаточно для преобладания в уличных боях).

3. Князь Джугашвили. Боевая харизма – 10; Фехтование на саблях – 10; +50% ускорение в бою для него и его приспешников; +100% к эффективности гранат; + способность «Туман войны» (его стремительную атаку враги замечают только в последний момент).

4. Ксендз Дзержинский. Устрашение и шантаж – 10; Шпионаж – 10; Стрельба из пистолета – 10; + способность «Паладин веры» (+200% к неуязвимости в борьбе за польское дело); + особые навыки: «Шапка-невидимка» (умение тихо снимать часовых), «Чистые руки» (брызги крови не прилипают к белым перчаткам), «Холодная голова» (способность пить, не пьянея, для сбора информации) и «Горячее сердце» (+200% к убеждающему эффекту от использования утюга и паяльника).

Итак, по «Плану Б» заговорщики должны дождаться момента, когда Николай откроет всем истинные намерения Константина (см. предыдущую часть) и после этого фракция «константиновцев» в столице начнет разваливаться. Тогда они должны вскрыть ящик из красного дерева, наполненный заранее написанными документами и письмами сторонникам Константина, из которых следует, что разоблачение Николая устарело, что некоторое время назад («за две недели до») Константин изменил свои намерения и теперь действительно хочет занять императорский престол. Пользуясь этими документами, а также нужными масонскими паролями, три заговорщика должны взять под свой контроль оставшихся сторонников Константина и совершить в столице контрпереворот.

Допустим, все это происходит буквально в последние дни, и восстание декабристов начинается в тот же день, но на несколько часов раньше. Протекает оно теперь несколько иначе.

Граф Ульянов заблаговременно раздобыл несколько легких полевых орудий и боеприпасы к ним. А также нанял нескольких опытных, но опустившихся отставных артиллеристов, которые за выпивку готовы стрелять в кого угодно, хоть в царя. Эти орудия, выкрашенные в белый цвет, сопровождает ксендз Дзержинский и половина его польского отряда в белых маскхалатах. На исходе ночи с 13 на 14 декабря они незаметно протаскивают пушки по невскому льду и устанавливают напротив Зимнего дворца. Когда ранним утром, еще в полной темноте, к Зимнему дворцу начинают собираться вельможи, чтобы дать присягу Николаю Павловичу, орудия открывают огонь. По толпе, собравшейся у входа, они бьют картечью, а по окнам верхних этажей – обычными ядрами.

После нескольких залпов огонь прекращается, и в наступившем хаосе вдруг из темноты выскакивает князь Джугашвили в чапаевской бурке и на лихом боевом коне, а с ним – отряд его верных джигитов. С отвлекающими криками «Измена! Спасайте Государя!», он прорубается ко входу во дворец, там его люди спешиваются и врываются в здание. Часть из них стережет вход, забрасывая гранатами тех, кто хочет войти за ними, а остальные прорубаются сквозь охрану и берут в плен царскую семью и вельмож, которые пришли ранее. В наступившей суматохе, ледовый отряд поляков рассеивается в тумане, а пушки они пускают под лед, вместе с наемными артиллеристами, которые слишком много знали.

Допустим, самому Николаю при этом все же удалось сбежать и добраться до верных людей. Первые попытки отбить дворец назад Джугашвили останавливает, угрожая убить заложников. А потом это уже не важно, так как Зимний дворец становится местом сбора войск, вместо Сенатской площади. Туда прибывает граф Ульянов и устраивает штаб восстания. Половину времени он тратит на переговоры с заложниками, а половину – на зажигательные речи перед солдатами, выступая с балкона.

Легенда, озвучиваемая для солдат, выглядит так: «Николай-Каин, позарившись на корону, подослал убийц к своему брату Императору Константину Павловичу, и Государь только чудом остался жив, потому что кинжал убийцы отскочил от святой ладанки, висевшей у него на груди. Царская семья не приняла кровавый поступок Николая, и его родная мать-царица прокляла его и прогнала из дворца. Тогда он приказал своим убийцам обстреливать дворец из пушек. Наш святой долг – защитить царскую семью, покарать братоубийцу Николая Кровавого и очистить столицу от его прихвостней, чтобы Государь мог безопасно вернуться к своей семье и воссесть на престол. Все солдаты, которые участвуют в этом святом деле, после коронации будут отпущены в отставку, получат солидное денежное вознаграждение, пожизненную пенсию и пожизненное освобождение от любых податей и повинностей. Раненые получат сугубую награду. Награды за погибших получат их семьи». Для подтверждения, солдатам с балкона показывают отдельных членов царской семьи, - тех, которые достаточно напуганы, чтобы не попытаться нарушить создаваемую картину.

Следует заметить, что эта версия истории создается исключительно для сиюминутного мотивирования легковерных и дезориентированных солдат, для использования здесь и сейчас. После успеха восстания на ней настаивать не будут. Организаторы восстания скажут, что в суматохе сами стали жертвой заблуждений и непроверенных слухов. Происхождение загадочной артиллерийской батареи, обстрелявшей дворец, так и останется тайной, и со временем обрастет множеством домыслов. В конце концов, большинство сойдется на том, что это были ветераны Наполеона, задумавшие отомстить за своего императора (и действительно, большинство этих поляков в прошлом воевали за Наполеона под началом Домбровского). Жуковский напишет об этом балладу, Пушкин – роман в стихах, а Гоголь – мистическую историю («…и тогда призрак проклятого Бонапартия встал над Невой и зловеще расхохотался…»).

Барон Бронштейн в это время командует основной частью войск. Он не ждет, пока соберутся все, а еще до рассвета берет первых 500 солдат и с налета штурмует ближайшую артиллерийскую казарму. По возможности, без стрельбы и резни, чисто на кураже и стремительности. Солдаты орудуют в основном кулаками и прикладами ружей. Захваченных офицеров, не желающих поддержать Константина, он приказывает расстрелять на месте. Расправу осуществляют несколько польских чекистов ксендза Дзержинского, которых он взял с собой для грязной работы. Солдат мотивируют так, как уже описано выше. Тех, кто упорно не желает присоединиться к восстанию, разоружают, выгоняют из казармы и приказывают отправиться в ближайший кабак: бесплатно брать там любое вино и напиваться, славя императора Константина. Убытки кабатчиков потом покроет казна.

Забрав артиллерию, Бронштейн со всем войском движется к следующей казарме. И теперь уж он сходу начинает ее обстреливать из пушек зажигательными снарядами, пока командиры не капитулируют. С захваченными офицерами и солдатами поступают так, как описано выше. И так далее. По мере роста этого войска и подхода подкреплений от Зимнего дворца, выделяются отряды для движения по другим маршрутам, для занятия других казарм, правительственных зданий и городских резиденций сторонников Николая. Если удается захватить семьи, то их отвозят в Зимний дворец к остальным заложникам, и они обеспечивают графу Ульянову возможность вести переговоры в стиле Дона Корлеоне. Если отряды Бронштейна сталкиваются с уже развернутыми верными Николаю войсками, то их сразу обстреливают картечью без каких-либо церемоний. Если сходу разогнать николаевцев не получается, то посылается курьер к резерву у Зимнего дворца. Пока Бронштейн сдерживает противника с фронта, резерв подходит с тыла и бьет в штыки.

Граф Ульянов заранее учел, что поначалу, пока солдаты не войдут в боевой азарт, они будут неохотно стрелять в своих собратьев-солдат. Поэтому по городу заблаговременно было рассеяно несколько десятков поляков из отряда ксендза Дзержинского, которые должны играть роль провокаторов. Некоторые из них устроили засады на крышах, вооружившись охотничьими штуцерами. Другие ходят по городу, переодевшись (под скромными плащами) в мундиры тех воинских частей, которые, предположительно, не примкнут к восстанию. Они должны крутиться где-то поблизости от этих частей. В момент соприкосновения сил, они должны сбросить маскировочные плащи и совершить несколько пистолетных выстрелов в сторону повстанцев, как бы со стороны сил, верных Николаю. Меткость попаданий обеспечивают снайперы на крышах. Если провокация оказалась удачной и завязался бой, снайперы далее отрабатывают по офицерам противной стороны. Все снайперы также получили негласный приказ Дзержинского стрелять на поражение в Николая и Михаила, если они покажутся рядом.

К вечеру столица полностью захвачена, сторонники Николая запуганы и рассеяны, а сам он погиб, схвачен или ударился в бега. Граф Ульянов собирает вокруг себя уцелевших вельмож, восстанавливает работу правительственных учреждений и организует тушение пожаров. Константина Павловича извещают, что он может въехать в столицу на белом коне и занять престол.

Иллюстрация. Граф Ульянов в исполнении Энтони Хопкинса.

То, что описано выше, многие сочтут плохо совместимым с известным имиджем декабристов, которые все поголовно были людьми благородными и высоконравственными, и если совершали какие-то гадости, то только из искреннего заблуждения, либо ради великой, чистой цели. Они, конечно, не стали бы действовать кровожадно, беспринципно и подло. Как-то забывается, что если взять общепринятую трактовку, то восстание декабристов начинается с прямого обмана солдат. Они обманом повели солдат на смерть. И сотни в итоге погибли или подверглись суровому наказанию со стороны победителей. Понятно, что если бы декабристы честно описали солдатам реальную ситуацию, то мало кто из них последовал бы на Сенатскую площадь. И ведь это были не просто «какие-то солдаты», а солдаты, которых им доверили, и которые доверяли им как «отцам-командирам». Мы видим, что «великое и благородное дело ради счастья всего народа» начинается с циничного обмана этого самого народа. Если оно с этого начиналось, то даже страшно подумать, чем оно могло бы закончиться, если бы мифическая «революция декабристов» удалась. Большевиков часто винят в обмане масс, но они по крайней мере в краткосрочной перспективе обычно были честны. – «Обещали мир с Германией? Вот вам мир. Обещали землю крестьянам? Берите, сколько хотите. Обещали фабрики рабочим? Пожалуйста. Пели, что старый мир разрушим? Так и сделали». А от декабристов, фигурирующих в мифе, народ ничего кроме вранья и подставы не видел с самого начала. И самое отвратительное, что в этот обман была вовлечена не только манипулятивная верхушка, как в случае большевиков, но все поголовно офицеры, участвовавшие в заговоре. Понятно, что если бы хоть одна «декабристская морда» просветила солдат о реальном положении дел, то люди бы за ними не пошли или сразу разбежались бы. То есть, ни один декабрист своих солдат не пожалел. Все поголовно были обманщиками и циничными манипуляторами. Возможно, именно декабристов Пушкин имел в виду, когда написал: «Мы все глядим в Наполеоны, Двуногих тварей миллионы Для нас орудие одно». Именно такое отношение они проявили к своим солдатам, если верить официальной версии. Так что если бы декабристам - героям мифа - дать в лидеры персонажей типа Ленина, Троцкого, Сталина и Дзержинского, то никакого диссонанса не случилось бы. Наоборот, вышло бы идеальное соответствие. Таких-то лидеров декабристам как раз и не и хватало, чтобы оторваться по полной. И именно такие лидеры в итоге были выращены культурой, благодаря мифу о декабристах. И это наводит на некоторые интересные мысли.

«Заговор декабристов» как продукт николаевского чекизма

kornev — Tue, 23 Dec 2025 13:52:03 GMT

Часть II трилогии «О ДЕКАБРИСТАХ – ПО-ВЗРОСЛОМУ»

Есть версия, утверждающая, что на самом деле декабристы были не психическими «якобинцами», а сторонниками легитимной власти, а приписываемые им радикальные планы сшиты следствием постфактум из частных разговоров и частного литературного творчества на модную тогда тему, чтобы задним числом очернить их в глазах тогдашней дворянской публики. В России это давняя традиция: напяливать на предшественников негативную мифологию, если смена власти произошла не вполне легитимно и новые правители ощущают неуверенность. Новым властям комфортно, когда побежденные предшественники и/или их сторонники выглядят либо «кровавыми чудовищами», либо «убогими придурками», либо тем и другим сразу, чтобы вопрос о легитимности даже не поднимался. Первыми жертвами такой практики стали императоры Петр III и Павел I. Образ последнего императора, Николая II, тоже стал жертвой негативных мифов, благодаря усилиям сначала февралистов, а потом большевиков. Затем большевики-сталинцы использовали эту практику, чтобы расправиться со своими бывшими соратниками по революции. После ухода Сталина и Берии, такое же шельмование задним числом было произведено и над ними самими. В предпоследний раз такое шельмование применялось в адрес советских легитимистов ГКЧП (кстати, ближайший аналог декабристов), а в последний – в адрес расстрелянного в 1993 году Верховного Совета, который был легитимным органом власти и не хотел прогибаться под заведомых иноагентов. И мало кто сомневается, что завтра, в случае победы иноагентов, на нынешнего лидера повесят всех собак и будут снимать кино про то, как он ел детей (тем более, что нейросети позволяют изображать это без ущерба для самих детей).

Возможно, история декабристов, рассказанная победителями и запуганными современниками, стоит в том же ряду. Единственным нюансом стало то, что «убийственный компромат», состряпанный творческими следователями Николая I, в глазах новых поколений стал восприниматься как «заря новой жизни», и власти, не желая того, сами дали начало тому мифу, который привел к падению династии Романовых. Провезло еще, что эти креативщики не догадались приписать декабристам «идейный содомизм» (чернить так чернить), да и жены декабристов постарались закрепить гетеросексуальный образ российского революционного движения. Так они невольно сработали на укрепление традиционных семейных ценностей в будущем СССР. А не то бы СССР обогнал свое время также и в этом отношении, так что противоположный тренд стал бы неотъемлемой частью партийной программы и «Морального кодекса строителя коммунизма», и Советской России пришлось бы пережить 80 лет гей-парадов на Красной площади.

Люди осведомленные с первых строк этого текста догадались, что мы имеем в виду концепцию, сформулированную Дмитрием Евгеньевичем Галковским, или близкую к ней. За исключением нескольких нюансов (кто стоял за убийством Милорадовича и т.д.), она лучше всего дружит с «бритвой Оккама» и позволяет легко объяснить многие кажущиеся несообразности Декабрьского выступления. Давайте разберемся с самого начала.

Общеизвестно, что после смерти Александра I начались долгие дистанционные переговоры между Константином Павловичем, который оставался в Польше, и остальными Романовыми. Параллельно в столице уже начался процесс присяги Константину как императору, но ехать в столицу он почему-то не спешил, и в то же время не подписывал формальное отречение от наследования трона. О чем могли быть эти переговоры? Рассуждая логически, наиболее правдоподобными кажутся два варианта:

1) Константин хотел занять престол, но его не пускали и требовали дать какие-то предварительные обязательства. Возможно, опасались, что он заполнит все должности поляками или вдруг «спьяну» даст конституцию.

2) Константин не хотел занимать императорский престол, но желал получить отступные за свой отказ. Соответственно, переговоры велись о характере и объеме этих отступных. И, по-видимому, Константин хотел слишком многого, если Николай не спешил соглашаться даже ценой престола.

Есть, конечно, еще вариант из официальной версии, будто бы ни один из принцев не хотел занимать престол, и они просто перебрасывали мячик друг другу, пока, наконец, у Николая не взыграло чувство ответственности. Но поскольку Константин не спешил с формальным отречением, значит, он все-таки хотел отступных, так что этот вариант сводится ко второму.

Начнем с первого варианта: это были переговоры об условиях восшествия Константина на престол. От него требовали признать какие-то ограничения в связи с его предполагаемой полонофилией или чрезмерным либерализмом. Но если Константин действительно хотел взойти на престол, то что ему мешало это сделать без всяких переговоров? Напомню, что ему уже присягнули гвардия, высшее чиновничество и даже сам Николай Павлович, и на его стороне вплоть до последних дней был Милорадович, губернатор столицы и начальник столичного гарнизона. С точки зрения большинства подданных, он уже был действующим императором, а не просто «принцем» или «претендентом». И, помимо его собственного нежелания занимать трон, не было никаких законных причин отодвинуть его от престолонаследия. По тогдашним законам, морганатический брак Константина делал непригодным к занятию трона его потомство (если бы оно родилось), но на его собственные права это никах не влияло. Просто его наследниками стали бы братья и племянники.

В Российской империи, как и в других европейских монархиях Нового времени, действовал принцип «Король умер, да здравствует король!». Законный наследник становился монархом автоматически в день смерти предыдущего монарха. Именно этот день был днем восшествия на престол, с которого отсчитывалось начало царствования. Торжественная коронация или «помазание на царство» обычно отодвигались на несколько месяцев, чтобы не проводить праздник в период траура по предыдущему монарху. Эта коронация, по сути, была просто пиар-мероприятием для подкрепления легитимности, но с юридической точки зрения к законности уже осуществляемой власти она ничего не добавляла. При этом в России, как в суверенной абсолютной монархии, не было органа, который, возвышаясь на монархией, выдавал бы претенденту некий «ярлык на княжение», перед этим убедившись, что окрас соответствует стандарту породы, проверив его карту прививок и проведя профилактическую вакцинацию от бешенства. В день восшествия на престол сам законный наследник от своего имени издавал манифест, где сам себя провозглашал императором божьей милостью. После этого – начинал принимать присягу от гвардии и чиновников. В этом и суть «само-державия»: царь – это «высший хищник в своем ареале», а не избранный президент или дрессированная собачка.

Константин Павлович, насколько мы знаем, такой манифест не издавал. Но присяга ему в столице состоялась, и присягнули в том числе ближайшие претенденты – Николай и Михаил Павловичи. Если они полагали, что у них в распоряжении есть какие-то документы, позволяющие оспорить принятый порядок престолонаследия, то они должны были предъявить их до принесения присяги. Так что де-юре Константин был императором если не со дня смерти Александра I, то со дня присяги Николая и Михаила. Пресловутое «междуцарствие 1825 года» было таковым только фактически, а юридически его следует считать коротким царствованием Константина I.

Иногда приходится встречать детское возражение, что раз Константин не приехал в столицу и личной попкой физически не воссел на «Железный трон» и потом, задрав ногу, не пописал на его ножку, чтобы пометить территорию, то он не был настоящим императором, и престол можно считать вакантным. Извините, господа, но у нас – самодержавие, и не холопское это дело, указывать Государю, в какой точке своей Державы он должен находиться. У него на этот счет могут быть важные государственные соображения, которыми он с холопами делиться не обязан. Может, он опасался, что НАТО нападет без объявления войны, и поэтому не хотел покидать свою армию, расположенную в Польше на пути возможного вторжения. Представьте, начинается война 1812 года, Александр I едет в Вильно к своей армии, а столице вельможи решают: «Раз царь на троне не сидит, значит, он не настоящий, будем выбирать другого». Смешно.

В принципе, Константин, будучи императором, мог вообще провести все свое царствование в Польше, управляя страной оттуда, и даже вызвать к себе в Варшаву остальную царскую семью. Он не был бы первым в истории онлайн-монархом, перешедшим на удаленный режим работы. Впрочем, он мог вообще официально перенести столицу империи в Варшаву, как Петр I в свое время перенес ее в Петербург. У подданных не было законного средства заставить его поступить иначе (кроме как дать табакеркой по голове).

К чему все это рассказывается? Версия о том, что Константин хотел править, но его не пускали в Петербург до подписания каких-то условий, выглядит нелепой. Не понятно, какие рычаги воздействия, помимо встроенной в голову бомбы с дистанционным управлением, могли быть у тех, кто требовал от него каких-то условий или гарантий. И даже если бы такие рычаги были, он мог бы предварительно согласиться на любые условия, а потом, уже сев на трон, поступить с ними так же бесцеремонно, как в свое время поступила Анна Иоанновна с «Кондициями» Верховного Тайного Совета. Укрепившись на троне, с позиции силы Константин мог бы переиграть любые навязанные ему договоренности об ограничении власти. Какие условия могли бы устоять перед этим? Разве что брак. В принципе, Романовы могли бы потребовать, чтобы Константин прямо в Польше развелся со своей морганатической полячкой, а, приехав в Петербург, женился на какой-нибудь немецкой принцессе, покровительствуемой королем Пруссии. Но даже в этом случае Константин со временем все мог переиграть: чахлая принцесска могла внезапно «умереть от сурового климата», и он снова мог бы вернуться к своей полячке.

Есть мнение, что рычагом воздействия на Константина мог быть компромат, изобличавший его причастность к смерти Александра I. Сомнительно, потому что аудио и видео запись тогда отсутствовала, почерк можно подделать, а свидетелей – запугать или подкупить. В итоге компромат ничем не отличался бы от пустой клеветы. Да и кому бы этот компромат предъявили? Зарубежные правители и так уже привыкли, что в России власть меняется неконвенциональными методами. Что касается подданных, то интернета тогда не было, а пресса и книгоиздание контролировались правительством. На устных болтунов-клеветников, распускающих слухи, нашло бы управу МВД. Кстати, этим министерством в то время командовал генерал Ланской, бывший наместник Царства Польского, женатый на польке и очевидно, сохранивший свои польские связи; он же потом был одним из судей по делу декабристов, видимо, представляя интересы Константина, и в итоге летом 1831 года «умер от холеровируса» (или был зачищен) почти одновременно с самим Константином.

На практике, ничем, кроме гражданской войны, Николай угрожать Константину не мог. Такая угроза, действительно, могла бы остановить Константина. Если бы он повел свою польскую армию на Петербург, то ему в тыл мог бы ударить тесть Николая, прусский король. И тогда Константин лишился бы Польши, своей главной опоры для ведения войны. «Вилка». Но я в такое объяснение не верю: при всех недостатках Николая Павловича, это был не такой человек, который по собственной воле развязал бы гражданскую войну, тем более с участием внешних интервентов, как в Смутное время.

В итоге, первый рассмотренный вариант выглядит несостоятельным. Тот факт, что Константин даже не пытался публично подтвердить свое намерение занять престол, несмотря на готовность столицы его принять, свидетельствует о том, что он и не собирался его занимать, а просто хотел вытребовать отступные прямо здесь и сейчас, еще до подписания формального отречения от престола.

Переходим ко второму варианту. Поскольку переговоры затянулись, отступные, которых требовал Константин, были очень серьезными. И можно согласиться с Галковским, что это могло быть только одно: Константин соглашался отказаться от императорского престола в обмен на то, что станет монархом Польши (формально - вассалом Российского Императора) и основателем новой польской королевской династии. До этого он уже десять лет командовал войсками в Польше, сблизился с польской знатью и женился на полячке. Скорее всего, этот обмен был вчерне обговорен еще при жизни Александра. А теперь начался торг о конкретных условиях: о пределах полномочий Константина и о границах новой Польши. При этом до урегулирования этих вопросов Константин отказывался подписывать формальное отречение от престола. Вполне возможно, что Константин даже пытался шантажировать Николая и других Романовых тем, что, если его условия не примут, то он все-таки сядет на императорский престол, и тогда не только добьется своего, но и даст России конституцию, чего остальная царская семья опасалась.

Очевидно, в определенный момент Николай сделал вывод, что дальнейшее потакание Константину может привести к развалу государственности. И тогда он прервал переговоры, открыл суть намерений Константина петербургской элите, убедил Госсовет и Сенат признать его императором и начал приводить чиновников и войска к присяге. Сторонники Константина в ответ на это решили провести в Петербурге военную демонстрацию, показав Николаю, что он не контролирует войска в столице и ему стоит вернуться к переговорам. Заодно, видимо, демонстрантам дали приказ озвучить тему про «конституцию», чтобы еще больше напугать сторонников Николая. Но Николай решительно подавил эту демонстрацию, показав тем самым, что вполне контролирует столицу, и поэтому Константину лучше согласиться на те откупные, которые ему согласны дать. Константин решил уступить, и вместо титула короля Польши согласился на должность ее наместника. Учитывая его дальнейшую покладистость, ему, скорее всего, обещали, что в случае хорошего поведения со временем эту должность могут сделать наследственной и повысить ее статус. Помирившись, обе стороны решили не выметать сор из династической избы, и несчастных декабрьских лоялистов объявили злобными повстанцами-революционерами, к которым сам Константин якобы никакого отношения не имел. Благо, про конституцию они кричали сами, а в либеральной болтовне и переписке масонских лож можно было найти политический компромат любого масштаба. Якобы, Константину при этом даже удалось отмазать от наказания массу своих сторонников польского и украинского происхождения, которыми он по-настоящему дорожил, нацеливаясь на польскую корону.

Сказанное не означает, что декабристы не были «прогрессивными». Искренний либеральный и масонский идеализм многих декабристов наверняка стал подарком для следователей, лепивших дело о «якобинском путче». Многие молодые представители высшего дворянства в то время вполне всерьез разделяли либеральные и масонские идеалы и сознательно делали ставку на Константина Павловича, который считался либералом. Полагали, что он привык в Польше к конституционному правлению, и поэтому вполне может даровать конституцию и всей России, хотя бы по образцу той, что Александр I учредил в Царстве Польском. И это могло бы действительно случиться, если бы Константин занял престол. У него был интерес решительно поменять правила игры в России, хотя бы для того, чтобы сделать наследниками престола своих морганатических детей от полячки (если бы они родились) или даже своих бастардов от французских любовниц. Последнее, кстати, было бы неплохим вариантом. Один из внебрачных сыновей Константина, «генерал Константинов», впоследствии стал известным инженером-артиллеристом и изобретателем в сфере ракетных технологий, приборостроения и автоматики. Он долгое время руководил Санкт-Петербургским ракетным заводом, подняв его на передовой уровень тогдашней науки и техники, а в 1859 году лично спроектировал и построил Николаевский ракетный завод. Может быть, под властью царей-ракетчиков русские полетели бы в космос на полстолетия раньше (сначала Белла и Стелла, любимые левретки Императрицы, а потом уже и ее фаворит князь Гагарин).

Странности и несообразности официальной версии

Представленная интерпретация Декабрьского выступления позволяет объяснить целый ряд несообразностей, которые содержит официальная версия, состряпанная николаевскими чекистами.

1. Во всех без исключения предыдущих дворцовых переворотах ключевым моментом был арест или убийство главного конкурента за власть. Это главное, без которого все остальное теряет смысл. А декабристы вместо этого вдруг стали майданить на площади. Зачем? Почему? Чего они ожидали? Каждый человек, обучавшийся в советской школе, наизусть знает эту ленинскую фразу: «Оборона есть смерть вооруженного восстания». У декабристов, конечно, советского образования не было, и это большой минус для них, но люди они были не глупые, и у них на исторической памяти было несколько успешных переворотов, так что могли бы сообразить. Тем более, что они по большей части были профессиональными военными Суворовской школы, а в деле переворота как нигде более актуальна тактика Суворова: быстрота и натиск, наносить противнику удар за ударом, чтобы он не успел опомниться. У правительства сил всегда заведомо больше, чем у мятежников, и у последних надежда только на внезапность, на то, что на собирание этих сил правительству потребуется время. Время всегда работает на правительство, и как только в мятеже началась заминка и топтание на месте, то все, дело проиграно. А декабристы, собственно, кроме этого «топтания на месте» почти ничем и не занимались. То есть, они, по сути, сдались с самого начала.

Разумеется, в планах восстания, «восстановленных» задним числом николаевскими следователями, и в прошедших цензуру мемуарах современников указано про намерение декабристов взять Зимний дворец и арестовать царскую семью. На это, якобы, даже были назначены некоторые второстепенные лица, должные поднять для этого определенные военные части. Но сообщается, что эти люди почему-то передумали и влились в общую толпу на Сенатской площади. И никому из участников не пришло в голову спросить: «Товарищи матросы, а кто же тогда Зимний берет, Временное правительство арестовывает? И если это еще не сделано, то чем мы тут вообще занимаемся?» Если люди действительно затеяли переворот, то верхом абсурда выглядит тупое стояние на площади, тем более в зимнее время, в Северной России, когда сама погода включает «счетчик ускользающего времени». В тот момент, когда участники заговора осознали, что главное еще не сделано, им нужно было либо «бросаться на прорыв», пытаясь атаковать места, где предположительно мог находиться Николай и царская семья, либо начинать разбегаться, на ходу сбрасывая штаны и переодеваясь в женское платье, как впоследствии сделал Керенский.

Все эти странности проясняются, если принять, что целью декабристов был не переворот, а просто демонстрация сил со стороны лоялистов Константина, должная устрашить сторонников мятежного Николая. Предполагалось, очевидно, что на эту демонстрацию выйдет гораздо больше войск, и что офицеры прочих частей предпочтут отсидеться в казармах, а не участвовать в междоусобице. Сторонники Николая, поняв, что он не только не легитимен, но и не контролирует столицу, частью начнут разбегаться, а частью – уговаривать его не лезть на рожон и вернуться к переговорам со старшим братом.

Расчеты декабристов не оправдались только в силу изначальной слабости позиции Константина, желавшего царствовать не в России, а в Польше. Стойкими сторонниками Константина могли быть только люди с польскими корнями, либо готовые переселиться в Польшу. Тем, кто хотел делать карьеру в Петербурге и происходил из непольской части России, с Константином было не по пути. Поэтому Николаю было очень легко перевербовывать тех сторонников Константина, которые использовались в темную, не зная о его истинных намерениях. Ему просто нужно было показать им соответствующую переписку. Яркий пример – генерал Милорадович, губернатор Санкт-Петербурга, который чуть ли не до последнего дня был ярым сторонником Константина, но 14 декабря выступил на стороне Николая, несмотря на личную неприязнь к нему, и убеждал декабристов сдаться. Видимо, они его и убили как «предателя и перебежчика», - подобной кровожадности травоядные декабристы в иных случаях не проявляли. В итоге фракция Николая на момент 14 декабря оказалась значительно более сильной и мотивированной, чем было бы в случае, если бы Константин всерьез боролся за российский престол, а не просто шантажировал брата. Собственно, для победы декабристов хватило бы верности одного Милорадовича, который по должности командовал гарнизоном столицы и, поначалу не зная всей правды, успел привести к присяге Константину и свой гарнизон, и самого Николая. Константин с самого начала бесспорно побеждал как претендент на императорский престол, ему даже не надо было прилагать усилий к этому, но как отказник, жаждущий польской короны, он в России был никому не нужен и не интересен, и мог рассчитывать только на людей, используемых в темную.

2. Вторая странность истории с декабристами – слабое, разваливающееся на ходу управление «переворотом», приведшее к бездействию и топтанию на месте. Люди военные должны были понимать важность единоначалия и четкой цепочки командования во время боевой операции. Если командир выбыл, то вся полнота власти переходит к его заместителю. Если заместителя тоже убили, то командование берет старший по званию из оставшихся. А декабристы вели себя не как армия, а как «болотная» оппозиция, майданившая в 2011 году. И мне кажется, что даже если бы «диктатор» Трубецкой не слинял, то и он вряд ли навел бы порядок – человек не того уровня авторитетности.

И здесь логично задать следующий сопутствующий вопрос: если декабристы выступали от имени законного императора Константина Павловича, то почему их не возглавили какие-нибудь влиятельные сановники и генералы? Почему тот же Милорадович незадолго до событий перешел на сторону Николая? Ответ мы уже дали выше: Николай просто перевербовал всю непольскую верхушку фракции Константина, разъяснив ей, с письмами на руках, его истинные намерения. Те, кто выступил 14 декабря, составляли как бы основание пирамиды, у которой была отрезана почти вся вертикальная часть. Поэтому они и действовали бессмысленно и неорганизованно, как курица с отрубленной головой.

Тут вспоминается рассказ «Честное слово» советского писателя Л. Пантелеева о пионере, которого старшие мальчики забыли снять с поста, закончив игру. А он дал им честное пионерское слово, и поэтому остался «часовым на посту», когда все уже разошлись по домам и наступила ночь. Учитывая, что заседание Сената, на котором большая часть имперской верхушки перешла на сторону Николая, состоялось буквально в ночь перед восстанием, младших членов фракции Константина просто не успели проинформировать. Вот они и поступили согласно устаревшим директивам, поскольку дали «старшим ребятам» «честное масонское слово». В советском примере пионер оказался достаточно сообразительным, чтобы принять новый поворот игры, когда доброжелатели привели к нему настоящего офицера, и этот офицер его торжественно снял с поста. Мальчик сказал дяденьке-майору спасибо и пошел домой. Увы, декабристы оказались не такими умными, как советский пионер: когда к ним пришел дяденька-генерал Милорадович, чтобы освободить от «честного масонского слова» и «снять с поста», они его убили.

Возможно и другое объяснение: резкий развал фракции Константина в столице настолько напугал кураторов, что они решили не тратить время на реорганизацию управления заговором и сознательно «подожгли фитиль», чтобы получить хоть какой-то эффект, пока не разбежались оставшиеся сторонники.

Таким образом, управленческая слабость Декабрьского выступления (какие бы цели оно ни ставило) напрямую была связана с фундаментальной стратегической слабостью позиции Константина, который хотел не сесть на престол, а только выторговать отступные. Если бы он всерьез намеревался сесть на престол, то выступлением декабристов руководили бы совсем другие, более значимые люди, скорее всего даже сам Милорадович, и он бы вывел на площадь весь гарнизон Петербурга, что действительно произвело бы эффект.

Кстати, слабость позиции Константина делала его еще и незаинтересованным в насильственных действиях, помимо простой демонстрации силы. Допустим, он назначил декабристам толкового и влиятельного лидера, «графа Ульянова», реально способного захватить власть в столице и арестовать Николая. Но Ульянов не хочет в унылую Польшу, у него большие амбиции, он хочет быть премьер-министром в блистательном Санкт-Петербурге. И вот, граф Ульянов побеждает, к нему приводят арестованного Николая, тот ждет очередного раунда переговоров об отступных для Константина, но Владимир Ильич вместо этого вынимает пистолет и вышибает Николаю мозги. А потом приказывает поймать Михаила Павловича, который 14 декабря крутился неподалеку, и ему тоже вышибает мозги. А потом пишет письмо Константину: «С прискорбием сообщаю, что Ваши младшие братья самоубились по неосторожности во время чистки личного оружия. Так что пожалуйте править в столицу. Или оставайтесь царствовать в Польше на Ваших условиях, но тогда петербургский престол передайте малолетнему Александру Николаевичу, а Ваш покорный слуга будет при нем регентом. И кстати, должен предупредить, что Александр Николаевич тоже испытывает нездоровую тягу к чистке оружия, и только мой личный присмотр спасает его от печального исхода».

Понятно, что Константина не устроил бы такой поворот. Его проблема в том, что если бы он отдал толковому и влиятельному человеку приказ захватить власть в Петербурге, чтобы обеспечить желаемые отступные, то этот вельможа, получив контроль над столицей и царской семьей, усилился бы настолько, что мог бы диктовать условия самому Константину. Как минимум, он мог бы вынудить его приехать в Петербург и занять престол на какое-то время (а все «временное» в России имеет свойство становиться постоянным, если только Ленин его не пнет). Поэтому выступление 14 декабря, скорее всего, изначально имело целью не полноценный контрпереворот с целью захвата власти, а именно демонстрацию силы, «психическую атаку», призванную запугать Николая и его сторонников. В это действие был как бы встроен предохранитель, не позволявший ему перерасти в настоящий захват власти.

Иллюстрация. Через призму советской мультипликации: генерал Милорадович пытается убедить декабристов разойтись по домам (кадр из фильма «Честное слово»).

Продолжение следует 24.12.2025

Хитрый план Константина Павловича

kornev — Mon, 22 Dec 2025 13:05:44 GMT

Часть I трилогии «О ДЕКАБРИСТАХ – ПО-ВЗРОСЛОМУ»

Вдруг стала популярной тема декабристов. Причина – не только двухсотлетняя годовщина, но и неожиданная политическая актуальность. Все понимают, что сегодня единственная опасность смены власти – это военно-дворцовый переворот. Конкурентная публичная политика отменена, к майданам и цветным революциям население абсолютно равнодушно, несистемная оппозиция полностью разгромлена, а влияние системной сведено к нулю. В то же время мятеж Пригожина показал, что опасность военного переворота вполне реальна, и он может иметь «дворцовый» характер, когда во главе встанут приближенные первого лица. Покончив с навязанной Западом демократией («Кому нужна эта хрень?») и публичной политикой («Вот еще придумали, клоуны»), Россия вернулась к своим корням, к исконной, освященной временем традиции, к абсолютистским политическим реалиям XVIII-XIX вв., когда власть периодически менялась, но отнюдь не на выборах. В этом контексте восстание декабристов является особенно поучительным, поскольку формально-юридически это был не переворот, а попытка лоялистов противостоять бескровному перевороту, по факту совершаемому младшим братом против законного императора, которому эти лоялисты уже дали присягу. Это событие интересно тем, что наглядно показывает: противостоять устроителям переворота можно только до определенного момента, после которого проигравших лоялистов самих запишут в мятежники, экстремисты, террористы и иноагенты, подшив к делу пьяную болтовню в интернете или на кухне (или на собраниях масонских лож, как было принято во времена декабристов), и потом осудят по высшему тарифу. В детальном изучении неудачного декабрьского контр-переворота заинтересованные представители элит надеются найти понимание, когда именно наступает «тот самый момент», когда нужно менять сторону, и по каким признакам его можно опознать.

В первой части трилогии мы будем отталкиваться от общепринятой версии декабрьских событий. В советские времена декабристов было принято возвеличивать, поскольку, согласно официальной мифологии, они «разбудили Ленина», через ряд посредников-будильников. В ранние постсоветские времена их продолжали прославлять, потому что они были «за демократию и свободу, против удушающей тирании». Нынешние правые патриоты-государственники, остающиеся в рамках того же мифа, считают, что в случае успеха декабристы развалили бы страну своим неумеренным либерализмом и особенно федерализмом, до которых Россия в те времена еще не доросла. А попытка провести отмену крепостного права, без предварительной подготовки к проведению этой реформы, могла бы, на фоне ослабления власти, спровоцировать анархию, новую пугачевщину и масштабную резню культурного слоя.

Но скорее всего, никаких «якобинских ужасов» не случилось бы, потому что декабристы не имели ни полноценного командования, ни разумного плана действий, ни какой-либо осмысленной поддержки со стороны солдатских и народных масс, полностью монархических. Захватить власть хотя бы столице они и не могли, и даже толком не пытались, ограничившись бессмысленным майданом на площади. Максимум, чего они могли добиться при самом удачном для них стечении обстоятельств, это случайно убить одновременно Николая Павловича и Михаила Павловича, а потом распустить замерзающих солдат по казармам и ждать, что из этих убийств получится. А получиться могло только одно: воцарение Константина Павловича, причем абсолютное, без каких-либо условий. Константину Павловичу вовсе не надо было для этого спрашивать разрешения у декабристов. Российский истеблишмент, только что присягнувший Николаю, не нуждался в посредничестве декабристов, чтобы вернуться к присяге Константину, за неимением лучшего. Декабристы остались бы у разбитого корыта, как кучка никому не нужных политических прожектеров без всякого силового ресурса, потому что даже те солдаты, которых им удалось вывести в поддержку Константина «и его жены Конституции», не стали бы выступать против самого Константина.

Это ключевой момент, который на корню подрывал любую возможную «революцию декабристов»: у них были идейные офицеры, но не было идейных и даже просто мотивированных солдат. Солдат им по факту приходилось обманывать, причем весьма грубо, без надежды на долговременный эффект. Долго бы этот обман не продлился, и, с большой вероятностью, эти солдаты, если бы у них появилась возможность поразмышлять, сами связали бы предводителей и выдали властям. Константин Павлович без какого-либо заметного сопротивления въехал бы в столицу на белом коне как восстановитель порядка, подавил бы очаги анархии и арестовал мятежников и убийц членов своей семьи. Он начал бы свое царствование не как «лидер революции», а наоборот, как сильный правитель, который эту революцию подавил в зародыше и спас страну. Не исключено, что, укрепив свою власть, он все же даровал бы России конституцию, но не потому, что его заставили декабристы, а по собственному изволению, «с барского плеча».

Не думаю, что дарование в 1825-1827 гг. «сверху» умеренной конституции по образцу польской стало бы угрозой для существования России. Наоборот, конституционное правление и обсуждение в прессе парламентских дебатов резко ускорили бы политическое взросление российского общества. И этот процесс взросления пришелся бы на время, когда численность таких взрывоопасных сословий, как разночинная интеллигенция и городской пролетариат, была еще незначительной, а крестьянство было почти поголовно неграмотным и недоступным для влияния прессы. К началу XX века, после развертывания промышленной революции и развития народного образования, когда у радикальных популистов мог появиться шанс (как и произошло в реальной истории), российское общество было бы уже достаточно политически зрелым, чтобы обуздать радикалов, как и в большинстве других европейских стран. В этом смысле вовремя данная конституция могла бы спасти страну он последующей катастрофы.

Кроме того, российский конституционализм в XIX веке позволил бы преодолеть культурный и «стилистический» разрыв между Россией и Европой, и тем самым дал бы бонус российской дипломатии. Начиная с николаевского правления, облик российской власти стал все более удаляться от стандартов Европы, где уже повсеместно насаждались конституционализм и элементы либеральной политической системы. Россия на этом фоне стала легкой жертвой черного пиара, как «азиатская деспотия, чуждая европейским свободам». Россию с «нормальной» по европейским стандартам политической системой сложнее было бы выставить «общим врагом, угрожающим европейской цивилизации».

Наличие конституции и парламента также перекладывало бы ответственность за внешнюю политику России на всю массу российского политического класса, частично снимая мишень с фигуры императора. Именно этот класс, а не личные капризы императора и его ближайшего окружения, рассматривался бы зарубежьем как источник российской политики, что придавало бы этой политике большую основательность. Самодержавное правление рождает у зарубежных партнеров иллюзию, что неудобная для них политика России – результат воли исключительно первого лица, и если это лицо заменить на более покладистое, или как-нибудь сломить его волю, то и «проблем с Россией» не будет. Если же политика страны зримо является отражением воли всего политического класса, то это вынуждает другие державы отказаться от «легких путей» и вести переговоры с ней, исходя из ее реальных интересов. В частности, наличие в России конституции и парламента могло бы предотвратить кризис, связанный с Крымской войной XIX века. С одной стороны, при нежелании российского общества идти на эскалацию, парламент мог бы удержать царя от тех крайних мер, которые привели к войне. С другой стороны, если бы политический класс свободно продемонстрировал полное одобрение политики царя и готовность воевать за нее, западные державы могли бы отреагировать более взвешенно и не доводить дело до эскалации, понимая, что царь имеет реальную поддержку своей политики.

Важный нюанс: любая степень одобрения подданными политики самодержавного лидера не принимается в расчет и никого не убеждает, так как можно посчитать, что это одобрение - результат запугивания или конформизма, и поэтому люди легко откажутся от него, как только их перестанут принуждать. Что, опять же, провоцирует «партнеров» России выбирать легкий путь давления на первое лицо и его клевретов, с надеждой «продавить» что угодно, вместо учета в своей политике реальных интересов России как некоей константы, которую нужно принимать в расчет.

Что касается крепостного права, то вряд ли Константин Павлович решился бы на его отмену при своем царствовании, поскольку его окружение состояло в основном из поляков и полонофилов, а польская шляхта даже через 40 лет после этих событий была готова пойти (и пошла) на восстание, испугавшись грядущего освобождения своих украинских и белорусских рабов. Но вполне возможно, что вызванное конституцией ускорение политического взросления российского общества приблизило бы отмену крепостного права хотя бы на пару десятилетий. А его смягчение могло бы наступить еще раньше. Напомним, что только в 1833 году вышел окончательный запрет продавать людей отдельно от их семейств, как настоящих американских или древнеримских рабов. Впрочем, и ранее такой запрет возобновлялся почти каждым царем, но на практике, очевидно, игнорировался, поскольку крестьяне были совершенно бесправны.

Даже те жалкие права, которые государство признавало за частновладельческими крестьянами, были защищены хуже, чем сегодня защищены права домашних питомцев, кошек и собак. И это не преувеличение. Например, сегодня человеку могут дать срок за избиение собственной собаки, даже если сам он считает, что избил животное «за дело». Тогда как барин имел официальное право телесных наказаний в отношении своих крестьян, и угроза применения этого права на практике обнуляла желание крестьянина каким-либо образом «качать права», даже в случае вопиющего их нарушения. Человек абсолютно бесправен, если тот, кого он хотел бы привлечь к ответственности, имеет законное право по своему произволу избивать его, а также его жену, его детей, его старушку-мать и т.д. Если на практике в России крепостное право обычно не принимало такие зверские формы, как плантационное рабство в Америке, то только потому, что большинство дворян в личном плане были порядочными или хотя бы психически здоровыми людьми, а отсутствие расовой границы между сословиями затрудняло расчеловечивание крестьян в глазах господ.

Главное зло, кстати, заключалось не в самом по себе прикреплении крестьян к земле, которое частично возобновилось и в советский период, а том, что крестьяне становились собственностью частных лиц, то есть рабами в буквальном смысле этого слова. Упомяну один популярный аргумент в пользу поздней отмены крепостного права, а точнее, частного владения людьми: якобы, у государства не хватило бы чиновников, чтобы перевести всю массу крестьян в государственное управление. И только с развитием образования, когда грамотных людей стало много, наконец, появилась возможность нанять много чиновников, и только тогда отмена частного владения людьми стала возможной. Аргумент абсурден, поскольку в течение всей истории крепостного права примерно половина крестьян прекрасно управлялась непосредственно государством, будучи вольными, или государственными, или дворцовыми. Нет информации о том, что управление этой половиной крестьян составляло неподъемный груз для государственного аппарата (конечно, государственные крестьяне, как и барские, самоуправлялись на уровне общины). Более того, нет информации о том, что чиновники, управлявшие государственными крестьянами, составляли преобладающую часть государственного аппарата. Таким образом, удвоение числа этой группы чиновников было бы едва замечено и не вызвало бы никаких непреодолимых проблем. Чисто технически, вывод оставшихся крестьян из-под власти помещиков непосредственно под власть государства, мог быть произведен в любой момент существования крепостного права.

Подведем итог. Маловероятная победа декабристов над Николаем ничего бы не дала бы им самим, но оказалась бы благом для Константина и, возможно, для всей России. И вот какая мысль возникает: может быть, так и задумывалось? Может, этот мятеж специально был спланирован сторонниками Константина как рыхлый, бесцельный, идеологически эпатажный и заведомо обреченный, способный стать только отвлекающим фоном для убийства конкурентов на престол? И тогда Константин, легко подавив эти беспорядки, с самого начала своего правления займет сильную позицию в отношении петербуржской знати, что позволит ему провести любые непопулярные меры относительно Польши, конституции и престолонаследия.

Но специально подосланных убийц кто-то нейтрализовал и тем самым обессмыслил этот «хитрый план» (возможно, задуманный даже не самим Константином, а какими-нибудь поляками, использовавшими его в темную). При этом мы знаем, что службы уровня современной ФСО в России тогда не было, и охраняли царя обычные «олухи в парадных мундирах», которые не смогли бы защитить его не только от серьезного киллера, но даже от кучки пьяных дебоширов, как показал печальный конец Павла I. Скорее всего, Николая спасли от убийц агенты Фридриха Вильгельма III, отца его жены. Прусский король из всех тогдашних монархов был наибольшим ненавистником возрождения Польши (чего могли опасаться от Константина Павловича). Николай Павлович был для него не просто мужем дочери и ключевым союзником (в роли императора), но и гарантом целостности собственной Прусской державы. Король был кровно заинтересован включить в приданое дочери лучших профессиональных телохранителей, каких только можно было найти во всей Германии. И они, вероятно, с большим удовольствием подстрелили тех поляков, которых послали убивать Николая. Может, в последний момент антагонисты даже узнали друг друга по более ранним стычкам во времена наполеоновских войн, когда поляки массово сражались за Францию, а пруссаки яростно сопротивлялись. Короче, тут сюжет для целого сериала. Впрочем, в современном сериале главным телохранителем сделают, конечно же, саму Шарлотту Прусскую, которую отец, должно быть, лично тренировал для этой миссии с раннего детства (как Hit-Girl из фильма «Kick-Ass»).

Иллюстрация. Теневая личность принцессы Шарлотты Прусской в исполнении Хлои Морец. В сериале именно она разделалась с декабристами, когда они напали на Николая с нунчаками, дробовиками, лазерными мечами и огнеметами.

Продолжение следует 23.12.2025

Хотел бы я жить в той реальности, где Америка реально слетала на Луну

kornev — Mon, 08 Dec 2025 14:37:35 GMT

Меня всегда удивляло, насколько эмоционально насыщены дискуссии о том, высаживалась ли Америка на Луну, ведущиеся в русском интернете. Участники обычно испытывают гораздо большую эмоциональную вовлеченность в эту тему, чем люди, обсуждающие, к примеру, различные гипотезы о причинах вымирания динозавров. Эмоции отрицателей, в принципе, можно объяснить тем, что они защищают космическое первенство нашей собственной страны. Но парадокс в том, что именно противники отрицателей обычно демонстрируют наибольшую эмоциональность и нетерпимость. И долгое время я не мог понять, почему люди так живо вовлечены в эпизод истории чужой и, обычно, враждебной страны. И только недавно я, наконец, осознал, что люди так упорно защищают вовсе не Америку, а свою веру в Человечество. И тогда я понял, что, несмотря на признание рациональных доводов «нелетальщиков», мое сочувствие, конечно, всецело на стороне «летунов», ибо нельзя осуждать людей за Веру в хорошее, доброе и вечное. Проблема ведь не в том, что «Америка не летала на Луну», а в том, что человечество не летало на Луну. Хуже того, человечество, в лице Америки и поддержавших ее мировых элит, само себе наврало и этим враньем саботировало реальный полет на Луну (который мог бы осуществить СССР чуть позже). И если уже в 1960-е гг. правящие элиты лидирующих государств выбрали иллюзию, вранье и саботаж прогресса вместо реального прорыва в развитии, то возникает вопрос, не связаны ли именно с этим все те проблемы, которые обрушились на человечество сегодня? И другой вопрос: как сегодня могло бы выглядеть человечество, управляемое такими элитами, которые, пусть не в 1960-е, но хотя бы в 1980-е гг. честно организовали полет на Луну, а не выбрали – для себя и всего человечества - путь вранья, самообмана и деградации?

Вы, наверное, скажете, что не нужно так драматизировать: слетала Америка или не слетала, сегодня это не так уж и важно. Эффект от этого события Америка «проела» еще тогда, в 60-80-е гг., и сегодня это просто некая веха в учебнике истории, ни на что не влияющая. Думаю, что все гораздо хуже. Похоже, американский «не-полет на Луну» задал весь стиль развития человечества после 1960-х годов. И далеко не случайно, что примерно в то же время, в 1968 году, когда Америка уже двигалась в фарватере подготовки к имитации, а не к реальной высадке, был основан пресловутый «Римский клуб», нацеленный на торможение глобального прогресса и возвращение к феодализму. Похоже, что именно тогда, а не в эпоху мировых войн, случился решающий перелом в развитии Запада. Тогда был сделан последний выбор: будет ли у этой цивилизации будущее, или она заживо сгниет и рассыплется, как сгнила и рассыпалась античная греко-римская цивилизация. И выбор этот был сделан в пользу гниения, за что мы все сейчас и расплачиваемся.

Вы скажете: Америка виновата, пусть она и расплачивается. Но я сомневаюсь, что афера такого масштаба не была согласована с ведущими элитами мира, как минимум – с руководством тогдашних космических держав. Америка наверняка предварительно договорилась со своими западными союзниками, в первую очередь с Британией. И Америка не могла не договориться также и с руководством СССР, у которого были ресурсы и специалисты, способные установить истину. Если бы СССР поставил на кон весь свой авторитет и заявил о том, что американский полет на Луну – это мистификация, то половина мира, ненавидящая США, тут же приняла бы сторону СССР и начала высмеивать Америку, а другая половина, как минимум, засомневалась бы в реальности полете. Я заметил, что люди, зомбированные пропагандой 90-х, почему-то считают, что СССР в эпоху Холодной войны был каким-то изгоем, который «ненавидело все свободное человечество». На самом деле в 60-е и 70-е гг., на волне краха европейских колониальных империй и американского поражения во Вьетнамской войне, влияние левых во всем мире было колоссальным, и не только в развивающихся странах, но и в странах Западной Европы, где левые входили в правительства, владели прессой, влияли на массы через профсоюзы, которые в то время еще не утратили авторитет. И вся это масса явных и тайных недоброжелателей США ждала только повода для критики и высмеивания американского гегемона. В итоге, вместо глобального пиар-триумфа за свою лунную программу, американцы получили бы изрядное ведро помоев на голову.

Сторонники теории «не-полета» нередко объясняют молчаливое согласие СССР какими-то плюшками и уступками со стороны Америки. Диапазон гипотез простирается от «сдачи Вьетнама», начало которой хронологически совпадает с первой высадкой на Луну, до американского участия в строительстве КамАЗа или разрешения недорого покупать зерно, в котором нуждался СССР. Но я подозреваю, что главным мотивом покладистости советской верхушки были не какие-то конкретные услуги со стороны США, а нечто другое, более важное.

Что подумали люди, признающие марксистско-ленинскую версию философии истории, когда получили от американцев признание в готовящейся фальсификации и предложение назвать свою цену за молчание? - «Наконец-то капитализм стал реально загнивать, как нам было обещано классиками марксизма-ленинизма». - Замена прогресса на фальсификацию была бы расценена советским руководством как очевидный и неопровержимый симптом загнивания и близкой гибели Америки и Запада в целом. И какая следующая мысль могла бы прийти в голову руководителям СССР после такого осознания? Ну конечно: «Не спугнуть! Ни в коем случае не спугнуть! Разоблачим мы их сейчас, там начнется скандал, фальсификаторов прогонят, а вместо них к власти придут более здоровые силы, которые сделают Америку снова великой. Поэтому – не спугнуть! Пусть спокойно разлагаются себе и дальше. А СССР проигрыш в лунной гонке как-нибудь переживет. Да и к лучшему это – не будем теперь так напрягаться и средства сэкономим. Направим их лучше на благосостояние трудящихся. Теперь нам бы только день простоять, да ночь продержаться, пока Запад не деградирует окончательно». – Примерно так мог думать Брежнев, соглашаясь на эту сделку. Ну и конечно, от конкретных услуг он тоже не отказался, еще и крепко поторговался, наверное.

Полагаю, что элиты западных стран, недовольные засильем Америки, но вынужденные с ним мириться, думали примерно так же: «Не спугнуть!» Весть о том, что американской колосс уже начал гнить с головы, наверняка вызвала праздничное настроение у европейцев и британцев. И никто не хотел, чтобы Америка пробудилась и обновила свои элиты. Понятно так же, как отвечать на вопрос, почему версия о фальсификации пребывания американцев на Луне впервые заявила о себе в самих США и первоначально пользовалась там большей популярностью, чем где-либо за рубежом. (Этот каверзный вопрос любит задавать Роман Ростовцев, а я обещал ответить). Ответ очевиден: никто, кроме самих американцев, не был заинтересован в оздоровлении США, и поэтому именно здоровые силы в самой Америке первыми подняли эту тему, чтобы исподволь подорвать влияние деградантов, захвативших власть.

Увы, противники Америки рано радовались, потому что она потащила за собой в деградацию почти весь остальной мир. И самые тяжелые последствия из всех, которые повлекла за собой лунная афера, испытала наша страна, Советский Союз. Вы никогда не задумывались, почему неглупые люди, руководившие СССР на исходе его существования, согласились на эту нелепую сделку: развинтить СССР, свою базу силы, в обмен на то, чтобы с кусками уворованной советской собственности в зубах получить некий виртуальный ярлык на вхождение в некий «круг мировой элиты»? Люди ведь были взрослые, тертые, прошедшие советские аппаратные игры и прекрасно понимавшие, что любые договоренности перестают действовать, как только контрагент теряет свой ресурс силы и превращается в ничтожество. При этом особенности национальной американской манеры вести переговоры они могли бы усвоить хотя бы из массовой культуры («Боливар не выдержит двоих…»). В чем причина такой вопиющей глупости и самоуверенности?

Я думаю, разгадка в том, что лунная афера внушила части советских руководителей преувеличенное представление о слабости и дегенеративности американской и, в целом, западной системы. Они стали воспринимать американскую элиту как кучку мелких шарлатанов, возглавляющих до предела коррумпированное и деградирующее общество. Против таких не нужно иметь за спиной могучий советский блок, - напротив, существование последнего их еще как-то бодрит, подстегивая инстинкт самосохранения. А вот если этого пугала не будет, они окончательно ринутся в пучину деградации, и у здоровых сил в Америке не останется никаких шансов. А для того, чтобы соблюдались договоренности, достаточно иметь за спиной деградирующую РФ 1990-х с кое-каким ядерным оружием, - времени, пока она будет догнивать и разваливаться, вполне хватит, чтобы «партийно-чекистские волки» могли освоиться в круге мировой элиты, куда их допустили, и подчинить тамошних овец своей могучей воле. А там они уже будут на коне в глобальном масштабе, и о «немытой России» можно будет забыть, как о страшном сне. Примерно в этом план и состоял.

То, что миру было подано как «капитуляция СССР по итогам поражения в Холодной войне», самими капитулянтами, в их внутренней оптике, рассматривалось как «демобилизация после одержанной победы». И краеугольным камнем этой «внутренней оптики» была уверенность в слабости и «бумажно-тигровости» американской элиты, которую продемонстрировала лунная афера. Поэтому рейгановские «Звездные войны» на самом деле никого в СССР не могли испугать – все понимали, что это будет такая же пиар-афера, как и в случае с Луной. Советская верхушка по доброй воле отказалась от такого мощного ресурса, как могучий и технологически развитый СССР, потому что перестала бояться Запад. И потому что, она сама, вслед за западными элитами, возжаждала нырнуть в ту же пучину беззаботного разложения, коррупции и разврата, от которой ей приходилось воздерживаться, заботясь о дееспособности советского блока.

Таким образом, лунная афера помогла Америке сокрушить СССР, - и не по тем причинам, которые обычно рисуют. Из соображений «конспирологической эстетики» здесь напрашивается идея «зловещего заговора второго порядка» (еще одна версия ответа на вопрос Ростовцева). А что, если ушлые американцы на самом деле высаживались на Луну, но специально для советского руководства и лохов-конспирологов изобразили все так, будто это была только фикция и пиар? Именно затем, чтобы Советы расслабились и погрузились в мир фантастических грез о собственной силе и американской слабости. Увы, последующий ход мировой истории показал, что эта красивая версия не верна, и что Америка стала деградировать вполне реально (иначе Трампу не пришлось бы «делать ее снова великой»).

Напоследок скажу, что с большим удовольствием встретил бы серьезную альтернативно-историческую беллетристику о том, как развивался бы мир, если бы Америка действительно высадилась на Луну (пусть даже немного позже). О том, как это отразилось бы на росте могущества Америки, и как скорректировало бы свое поведение руководство СССР. Полагаю, что последнее, увидев, что на планете все серьезно и деградировать никто не собирается, предпочло бы более здоровый формат преобразований СССР, близкий к китайскому варианту.

Все, что нужно знать о полете американцев на Луну

kornev — Fri, 05 Dec 2025 10:46:09 GMT

В дискурсе отрицателей самое слабое место – молчаливое согласие СССР, у которого были ресурсы и специалисты, чтобы установить истину. Если бы СССР поставил на кон весь свой авторитет космической державы и заявил о том, что американская высадка на Луну – это мистификация, то половина мира, ненавидящая США, тут же автоматически приняла бы сторону СССР и начала высмеивать Америку, а другая половина, как минимум, засомневалась бы в реальности высадки. И вместо глобального пиар-триумфа американцы получили бы непонятно что. Значит, если высадка на Луну действительно была фикцией, то имел место сговор двух сверхдержав, и СССР получил что-то взамен. Что именно? Ответ дает хронология событий.

16 июля 1969 года начался «тот самый» знаменитый полет на Луну, кульминацией которого стала посадка на поверхность 20 июля 1969 года.

А неделей раньше, 8 июля 1969 года, президент Никсон объявил о начале вывода американских войск из Южного Вьетнама и о постепенном переходе к политике «вьетнамизации» конфликта, когда «шерифа проблемы индейцев не волнуют». В перспективе это закончилось падением проамериканского режима и объединением всего Вьетнама под властью вьетнамских коммунистов, верных союзников СССР не только против Запада, но и против Китая.

Важно, что начало вывода войск предшествует высадке на Луну. Видно, что тогдашние руководители СССР были людьми прижимистыми, ушлыми и Америке не доверяли. Они действовали по принципу «Утром деньги – вечером стулья», в отличие от постсоветских руководителей, которые готовы обманываться Западом 100 раз подряд, и каждый раз встречают этот обман с искренним изумлением.

Почему матриархат потерпел историческое поражение, и какой патриархат эффективнее

kornev — Thu, 04 Dec 2025 17:58:59 GMT

Есть такой популярный мыслитель-глобалист Юваль Ной Харари, который прославился тем, что в русском издании одного своего бестселлера заменил весь негатив про Путина негативом про Трампа, чем доказал, что является человеком покладистым и практичным. Так вот, в своей книге «Sapiens: Краткая история человечества» он, помимо прочего, задался вопросом, почему в большинстве значимых исторических обществ победу одержал патриархат, а не матриархат. Он изучил несколько ответов на этот вопрос, предлагаемых учеными и философами, и показал, что все эти ответы не адекватны. Однако он счел нежелательным для своего имиджа упомянуть самый очевидный ответ, «слона в комнате»: патриархи победили матриархов, потому что подчиненное положение женщин оказалось выигрышным для социума с точки зрения рождаемости, что было крайне важно в эпоху высокой смертности. (Терминологически правильнее было бы вместо «матриархата/патриархата» в этом тексте писать «гинекократия/андрократия», но в попкультуре первая, более известная и эмоционально нагруженная пара терминов значит то же, что и вторая: просто «господство женщин» и «господство мужчин»).

В матриархальных обществах женщины имели больший контроль над собственным телом и над рождаемостью, чем в патриархальных, где женщин не спрашивали и их репродуктивную функцию могли использовать «на износ». Это приводило к тому, что в матриархальных обществах, при прочих равных условиях, рождаемость была ниже, чем в патриархальных. А в ситуации плохой медицины, высокой детской смертности, периодических эпидемий и потерь от постоянных военных конфликтов «лишних» детей не бывает. «Лишние» в экономике мальчики могут пригодиться как расходная военная сила против соседей, а «лишние» девочки компенсируют женские смерти от многочисленных родов. В итоге патриархи превзошли «амазонок» чисто демографически. При прочих равных, они могли выставить более многочисленную армию и быстрее восполнить потери, а значит, могли отбирать у матриархальных соседей ресурсы, земли, и в итоге полностью их подчинить и разобрать по своим гаремам. На этом «загадку тысячелетий» можно считать решенной.

Модельный пример

Давайте посмотрим на ситуацию более детально. Допустим, есть два соседних племени, X и Y: для простоты, пусть это будут ранние земледельцы-животноводы неолита примерно на одном уровне развития. В племени X царит матриархат, в племени Y – патриархат. Допустим, женщина по имени Ханна из матриархального племени X родила четырех выживших детей и решила, что хватит, детей уже достаточно, а она уже истощила здоровье и дальше с родами будут проблемы. Лучше она как следует позаботится об уже имеющих детях, а потом – и о внуках. И дальше жизнь у нее идет хорошо, она доживает до глубокой старости в окружении любящих внуков и правнуков. Допустим, ее ровесница Инара из патриархального племени Y тоже почувствовала проблемы со здоровьем после четырех удачных родов, но там ее не стали слушать и заставили родить еще четыре раза. После восьмых родов она умирает. При этом, поскольку здоровье у нее уже было подорвано, двое из четырех новых детей родились ослабленными и вскоре тоже умерли. Но все же она рождает на двух живых детей больше, чем Ханна. Допустим, это девочка И5 и мальчик И6. Девочка И5, подрастая, сначала восполняет роль отсутствующей бабушки, нянчась с детьми своих старших сестер и братьев, а потом семья продает ее за калым в хорошие руки.

Мальчик И6 оказывается лишним с точки зрения экономики племени, а для таких лишних мальчиков у племени Y есть механизм утилизации: из них формируют молодежные банды, которые нападают на деревни племени X, воруют у них продукты, угоняют скот, похищают женщин и живут за счет чужих ресурсов. Допустим, мальчик И6 погибает в ходе одного из таких набегов, но поскольку к тому времени он уже набрался боевого опыта и стал настоящим джигитом, то разменивает свою жизнь на жизнь двух парней из племени X. А перед этим, в ходе более удачных рейдов, он убил или похитил двух девушек из племени X. Пусть пострадавшие - это два сына и две дочери нашей знакомой Ханны. Таким образом, окончательный счет по выжившим детям между Ханной и Инарой будет уже не 4:6, а 0:5 (повезло, если погибшие дети Ханны успели оставить хотя бы нескольких внуков). Из этого счета видно, какое племя в итоге ослабеет и исчезнет, а какое усилится и расширит свою территорию.

Допустим, события развиваются иначе. Патриархи племени Y – достопочтенные и высокоморальные аксакалы, они разбойничьими набегами не занимаются, а просто в определенный момент времени смекают, что у них на каждую семью приходится по одному лишнему парню, в сравнении с соседним племенем. И тогда они собирают войско и объявляют племени X войну. Все честь по чести, по всем правильным варварским понятиям: с предварительной посылкой герольдов, напоминанием о каких-то древних обидах, требованием дани и вассалитета. Два племени сталкиваются в сражении, более многочисленное войско Y побеждает, и тогда племя X вынуждено уплатить контрибуцию и отдать часть своих земель. Через несколько таких итераций территория племени X полностью поглощается племенем Y.

Допустим, в описанном выше сражении героическим воинам племени X удалось отстоять свою землю ценой огромных потерь. Все же у них матриархат, поэтому многие женщины, не желая быть изнасилованными и проданными в рабство, тоже встали с копьями в строй или выступили в качестве лучников, и в итоге уравновесили численность армии вторжения. Пусть в ходе сражения оба племени частично «разменяли» свою молодежь. В итоге Ханна потеряла одного сына и одну дочь-«амазонку», а Инара – двух сыновей. Итого, соотношение выживших детей из 4:6 превратилось в 2:4. При этом потенциал воспроизводства племени Y в новом поколении никак не пострадал (с учетом патриархальной полигамии), поскольку женщины патриархов в войне участия не принимали. А такой же потенциал племени X уполовинился, так как среди павших было много девушек-«амазонок». Таким образом, нейтрализовав преимущество патриархального племени по числу воинов-мужчин вовлечением в войну женщин, матриархальное племя еще больше усугубило свое демографическое отставание. Понятно, что по итогам таких взаимоотношений племя X постепенно зачахнет, а племя Y расширится за его счет.

Этот пример показывает, что патриархат не был каким-то своекорыстным заговором мужчин, чтобы поработить женщин. Он был решением в пользу выживания всего общества в условиях жесткой конкуренции человеческих сообществ за ресурсы и жизненное пространство. Выживание общества в условиях высокой смертности требовало стопроцентной отдачи и работы на износ от «специалистов по рождению детей», каковыми могли быть только женщины.

Исторические примеры

Давайте перейдем от абстракций к историческим реалиям. Ситуация, когда при перенаселении из «лишней» молодежи формировали банды, отправлявшиеся завоевывать или грабить соседние народы, хорошо документирована в истории. Самый яркий и известный пример – пресловутые скандинавские викинги. О другом известном примере нам поведали античные историки. У народов Древней Италии был обычай «Священной весны», который запускался в годы перенаселения. Согласно этому обычаю, молодежь, родившаяся в определенный год, достигнув совершеннолетия должна была собраться в большой отряд и покинуть родину, отправившись на покорение чужих земель. Считается, что именно благодаря этому обычаю пришлые индоевропейцы смогли заполонить почти всю Италию, вытеснив или подчинив местных аборигенов. Дольше всего этой практики придерживались самниты, которые в итоге стали самым многочисленным и сильным народом Италии, - потом с ними даже могучему Риму пришлось бороться много десятилетий.

Еще раз повторим, что «лишних» людей в древности не было (если только речь не идет о жителях изолированного острова, населенного под завязку), и любое ограничение рождаемости, даже оправдываемое благой целью сохранить здоровье женщины, было в ущерб социуму. Поэтому общества, относившиеся к женщинам более бережно, при прочих равных проигрывали обществам, где к женщинам относились более потребительски. Даже люди, «лишние» с точки зрения экономики, в древности были полезны в другом применении. «Лишние» мальчики увеличивали военный потенциал, могли быть отправлены, чтобы тревожить и ослаблять соседей, при удаче - захватывать новые земли, основывать колонии за морем или каким-то другим способом увеличивать статус своей родины. «Лишних» девочек в крайнем случае можно было дорого продать или обменять на полезные ресурсы.

Эффективность таких порядков не уменьшает даже более высокая смертность от родов, потому что родившиеся «дополнительные» девочки компенсируют эти потери. В идеале, конечно, патриархам следовало бы более разумно оценивать возможности женщин, чтобы избежать заведомо летальных родов с погибшим или болезненным потомством. Однако если взять крайний случай общества, которое стремится поддерживать максимально высокую рождаемость в условиях перенаселения, чтобы агрессивно выплескивать избыток на соседей, то в нем становится выгодным максимально жестокое отношение к женщинам. В условиях дефицита ресурсов, ограничивающего суммарную численность населения, более высокая скорость замены возрастных женщин на молодых, связанная с родовыми потерями, способствует дополнительному росту рождаемости. В таких обществах две женщины, умирающие в 35 лет каждая, это выгоднее для рождаемости, чем одна женщина, доживающая до 70 лет. И совсем не обязательно, чтобы ранняя смерть женщины наступала именно из-за неудачных родов. Причиной «возрастной выбраковки» может быть просто жестокое обращение и непосильный труд. В условиях перенаселения и ограниченных ресурсов, чем более интенсивно общество эксплуатирует женщин, чем более зверски к ним относится, чем чаще они погибают в зрелом возрасте от жестокого обращения, тягот жизни и мужского садизма, тем это выгоднее для роста рождаемости. Зная это, нас уже не удивит популярность такого хобби, как BDSM в современных мягких обществах: это генетический след описанного порядка вещей. Гены, побуждающие мужчину относиться к женщине в формате BDSM, были выгодны для выживания «агрессивно-перенаселенных» обществ глобального Юга на определенном этапе человеческой истории. Правда, эти гены не были жестко сцеплены с полом («правильное» направление агрессии регулировалось социальными нормами), поэтому современные BDSM-практики могут сильно удивить классического мачо.

Вы можете подумать, что описанные выше зверства были эффективными только для очень примитивных обществ, а развитие цивилизации меняет правила игры. Малочисленное общество, вооруженное более совершенным оружием, может легко победить целые орды варваров. Матриархальному племени X в приведенном выше примере хватило бы одного пулемета, чтобы обнулить все демографические успехи патриархального племени Y. Цивилизация во многих случаях разрывает связь между успешностью общества и темпами рождаемости. Но далеко не всегда это так. Развитые общества совершенствуют свое оружие не для борьбы с варварами, а для борьбы с другими развитыми обществами. И тогда, при прочих равных, демография снова становится важной, и свободы женщин снова приносятся в жертву задачам выживания. Есть пример древних греков, у которых с развитием классической античной цивилизации ситуация с правами женщин развивалась противонаправленно, по сравнению с Европой Нового времени.

Путь античной Эллады

Изначально все гречанки, по-видимому, пользовались таким же уровнем прав и свобод, какой в классическую эпоху сохранился только в Спарте. Вообще, индоевропейцам изначально была свойственна мягкая форма патриархата, когда женщин берегли и давали им некоторый простор. Недобор в рождаемости по сравнению с более жесткими патриархальными обществами индоевропейцы компенсировали, культивируя более высокое качество потомства. Не случайно, спартанцы нам известны не только расширенными правами женщин, но и особым вниманием к качеству детей: они единственные из всех греков уничтожали «некондиционных» младенцев. По-видимому, это исконная для индоевропейцев евгеническая связка, заточенная на получение максимально качественных детей. Последнее как раз и требовало, чтобы женщина была не истощенной, а здоровой и крепкой в физическом плане, и была гармоничной личностью в психическом плане. От больной истощенной роженицы с большой вероятностью родятся болезненные и слабые младенцы. А поскольку женщина имеет существенное влияние на психическое развитие ребенка в ранние годы жизни, то важно, чтобы и с психикой у нее было все в норме. Если женщину превратили в забитое невротизированное животное, то проблемы с психикой передадутся и детям. И если женщина чувствует себя в семье рабыней, то рабских дух тоже передастся ее детям, даже если формально они имеют царское происхождение. Конечно, если дети рассматриваются просто как расходный ресурс для войны или продажи за калым, то нет проблемы с тем, что они вырастут внутренне сломленными психопатами. Однако это резко уменьшает возможности социума в других в сферах, и даже в плане войны ограничивает возможность «побеждать не числом, а умением и дисциплиной». Такой способ ведения войны не подходит для легковозбудимых неуравновешенных психопатов и требует психологически качественной личности.

Возвратимся к грекам. С развитием цивилизации, в большинстве греческих полисов эволюция отношения к женщинам пошла по пути «ориентализации»: движения в сторону восточных практик. И лидером этой эволюции был самый культурный и самый продвинутый полис Греции – знаменитые демократические Афины. Разгадка проста: античный полисный строй был заточен на постоянную войну всех против всех с жесткими последствиями для проигравших. Это создавало запрос на сверхвысокую рождаемость, чтобы полис мог быстро восполнить военные потери. Поэтому с развитием и совершенствованием полисного строя отношение к женщинам менялось в сторону ограничения прав. Полисы, отстававшие в этой эволюции, проигрывали демографически, а значит, и на поле битвы, более патриархальным полисам. «Лишние» люди, накопившиеся в промежутки мирного времени из-за высокой рождаемости, проблемой не являлись, так как их можно было сплавить за море для основания новых колоний, чем все греки активно занимались с VIII в. до н.э., а афиняне - и того раньше. По сути, великая экспансия эллинской цивилизации в Средиземноморье, и ее последующий великий расцвет, заложивший основы европейской науки и прогресса, имели фундаментом ограничение женских прав. Если бы древние греки увлекались женской эмансипацией, вы бы сейчас не читали текст с экрана, а ковырялись в навозе, удобряя поля и не помышляя ни о каких интернетах.

Правда, следует пояснить, что греки, сокращая женские права, все-таки остались в рамках гуманного индоевропейского патриархата и не перешли решающую черту в сторону Азии: не отказались от моногамии в пользу полигамии. Конечно, мужчины из привилегированных слоев на практике имели любовниц и наложниц, но законная жена в норме был только одна, и это давало женщине уверенность в своем статусе и в будущем своих детей. Реальная полигамия в жестких обществах, как правило, невротизирует женщин, вносит соперничество и конфликт в быт семьи, травмирует женщину неуверенностью в собственном будущем и будущем ее детей – будут ли они главными наследниками отца или их отодвинут в сторону, а то и вообще убьют (как не раз случалось в семьях турецких султанов). Все это негативно сказывается на женской психике и потом передается детям. Само понятие домашнего очага как безопасного и психологически комфортного места отсутствует при полигамии, поскольку дом для женщин и детей становится ареной соперничества и конфликта, «полем боя».

Альтернативный путь Спарты

Вернемся к Спарте. Спарта стала исключением из общего правила только по той причине, что спартанцы изначально были военными гегемонами Греции и никого не боялись. Они могли себе позволить роскошь законсервировать отношение к женщинам на уровне архаики. И даже более того: чтобы спартанские мужчины могли спокойно специализироваться как военные профессионалы, на их жен и матерей была переложена большая часть мирных гражданских обязанностей, включая управление поместьями и крепостными илотами. Это не могло не сопровождаться наделением женщин дополнительными правами и свободами, в частности, правом наследовать поместья, изначально предназначенные для содержания воинов. Спарта вышла за рамки просто гуманного отношения к женщинам в рамках патриархата, и внедрила у себя элементы гинекократии, что весьма раздражало мужчин в других регионах Греции, которые в это время должны были подчиняться спартанцам. Дадим слово Аристотелю: «…во время их гегемонии многое находилось у них в ведении женщины. И действительно, в чем разница: правят ли женщины, или должностные лица управляются женщинами? Результат получается один и тот же. Дерзость в повседневной жизни ни в чем пользы не приносит, она нужна разве только на войне, но лакедемонские женщины и здесь принесли очень много вреда; это ясно проявилось при вторжении фиванцев: пользы тут, как в других государствах, женщины не принесли никакой, а произвели большее смятение, чем враги» [«Политика», книга II].

Увы, спартанское исключение только подтвердило общее правило: могущество Спарты в итоге пало под бременем плохой демографии. Античные источники сообщают, что за несколько столетий «женской эмансипации» количество полноправных граждан-воинов в Спарте сократилось с десятков тысяч до немногих сотен. «Вышло то, что, хотя государство в состоянии прокормить тысячу пятьсот всадников и тридцать тысяч тяжеловооруженных воинов, их не набралось и тысячи. …Сами факты свидетельствуют о том, как плохо были устроены в Лакедемоне все эти порядки: одного вражеского удара государство не могло вынести и погибло именно из-за малолюдства» [Там же]. Античные авторы видели причину этого упадка именно в чрезмерных, по их мнению, правах и свободах спартанских женщин.

Впрочем, в истории Греции есть пример общества, где женщины были весьма влиятельны и свободны без ущерба для развития. Если судить по крито-минойским фрескам, образ привилегированной и в меру распутной женщины стал как бы душой этой цивилизации, заставлявшей мужчин стремиться к большему и крутить колесики прогресса. В военном отношении минойцы долго выживали за счет своего островного положения и общего цивилизационного превосходства над окружающими варварами. Увы, когда воинственные, бородатые, немытые и патриархальные греки-ахейцы освоили мореплавание, они захватили Крит и установили там свои порядки.

Кстати, согласно знаменитой паранаучной гипотезе Марии Гимбутас, то же самое ранее случилось и со всей Европой, которая, якобы, радужно и счастливо жила при матриархате, пока туда из сумрачной России (точнее, с солнечной Украины) не нагрянули орды диких мужланов-арийцев (выглядело это примерно так, за исключением драконов). В последнее десятилетие эта гипотеза отчасти была подтверждена палеогенетическими исследованиями. Последние показывают, что в середине III тысячелетия до н.э. три четверти населения Центральной Европы было уничтожено и замещено «украинцами», причем истребляли не только мужчин, но и женщин (нарушилась преемственность митохондриальных гаплогрупп, а не только гаплогрупп по Y-хромосоме) [Haak, Wolfgang et al., “Massive Migration from the Steppe was a Source for Indo-European Languages in Europe,” Nature 522 (June 11, 2015), pp. 207–211]. Такова цена матриархата. Впрочем, этот геноцид кто-то может назвать историческим возмездием, потому что истребленные сами были потомками ближневосточных мигрантов-фермеров, которые несколько ранее загнали автохтонное население Европы в леса, болота и горы. Правда, этих более ранних европейцев тоже не стоит особо жалеть, потому что их предки перебили и съели неандертальцев, первых разумных обитателей Европы. Если Россия в древности заселялась в основном путем перемешивания и дружбы народов, то современные европейцы – это наследники нескольких волн геноцида и каннибализма, когда каннибалов сжирали еще более злобные каннибалы, что имело немало рецидивов в последующей истории Европы.

Римский путь

Заканчивая разговор об античном патриархате, нельзя не упомянуть римлян. Римляне в отношении женских прав занимали промежуточную позицию между Спартой и Афинами. С одной стороны, отец семейства в римском праве был «царь и бог» и по закону мог даже убить своих детей или продать их в рабство. С другой стороны, жена по римскому праву могла «эмансипироваться» и избежать юридической власти мужа над собой, если три ночи в году проводила вне дома («у мамы»). И если в истории Афин женские имена мы можем пересчитать по пальцам, и это в основном гетеры, то римские матроны нередко имели серьезное влияние на политику, и до сих пор про них снимают сериалы. Похоже, римлянам в плане строгостей патриархата удалось найти такую же «золотую середину», как и в сфере политических институтов. И это, очевидно, сказывалось на качестве потомства: более умеренная римская модель патриархата, с более свободными женщинами, порождала более стойких воинов, чем греческая, и только настоящие спартанские воины могли противостоять Риму (например, они спасли Карфаген во время Первой Пунической войны), но их к тому времени осталось слишком мало и они были нарасхват.

Рассуждая теоретически, более либеральная модель патриархата, принятая в Риме, должна была привести к некоторому снижению рождаемости, по сравнению с более мачистскими обществами. Но правительство Республики с избытком компенсировало это с помощью государственной политики, направленной на рост благосостояния народных масс. Римляне «обналичивали» свои военные успехи, конфискуя часть земли у побежденных народов и устраивая там земледельческие колонии для своей бедноты. В этих колониях безземельные и малоземельные граждане превращались в зажиточных фермеров, могли заводить многодетные семьи и выращивать на приволье крепких детей. Потом эти дети подрастали и завоевывали для Рима новые земли, на которых расселялось уже их собственное расплодившееся потомство. Этот «военно-демографический каток» с годами увеличил римский мобилизационный резерв до невероятных размеров, что и сделало Рим господином всего Средиземноморья. Чтобы противостоять демографическому потенциалу римского гражданства, Ганнибалу пришлось вербовать наемников со всех берегов Западного Средиземноморья: и африканцев, и иберов, и галлов, и греков, и неримских италиков, и всякой твари по паре, - и все равно ему не хватило. Антиох Великий собрал против римлян всю Азию, притащил из Индии слонов, откопал даже где-то в музее персидские серпоносные колесницы, - но ему тоже не хватило. В отличие от своих конкурентов, Рим мог себе позволить терпеть колоссальные поражения с десятками тысяч потерь, но ему было как с гуся вода, потому что «бабы еще нарожают».

Римская элита времен расцвета Республики знала секрет хорошей демографии: как сделать так, чтобы рождалось много людей, и не каких-нибудь, а качественных, способных покорить весь мир. Нужно сделать бедных граждан зажиточными, дать людям собственную землю, дома, показать перспективу для них и для их потомства, и тогда весь мир прогнется перед могуществом Рима. России, к сожалению, это не грозит, потому что у нас периодически раздаются безумные голоса типа «надо сделать людей нищими, и тогда они снова будут много рожать».

Главное отличие римской элиты от других элит античного Средиземноморья заключалось в том, что она реально делилась с римским народом плодами общих завоеваний. Тогда как в других державах после удачных войн элиты забирали все плюшки себе, а на народ обрушивались только дополнительные тяготы, поскольку надо было еще удержать завоеванное, или надо было ублажить новых подданных за счет старого населения. Поэтому эти народы ослабевали и теряли энтузиазм, а римляне шли от победы к победе. Когда в Риме начиналась очередная война с каким-нибудь восточным царством, то народ нередко дрался за очередь на призывных пунктах. Граждане знали, что командиры их не обманут и не обделят добычей. Знаменитый мятеж Суллы начался потому, что его армия обиделась, когда ее не послали на войну. В других странах и тогда, и в наше время нормой является прямо противоположное: когда солдаты поднимают мятеж, чтобы покинуть фронт или не попасть на фронт (пример последнего – Февральская революция 1917 года).

Аргументы Юваля Харари

Напоследок, давайте поговорим об альтернативных объяснениях торжества патриархата, критически разобранных в книге Юваля Ноя Харари «Sapiens: Краткая история человечества».

1) Теория мышечной силы. Поскольку мужчины, в среднем, физически сильнее, они женщин «тупо избили» и «загнали под шконку». Аргумент не годится, потому что в большинстве человеческих обществ нет корреляции между социальным статусом и уровнем физической силы. Более того, во многих обществах есть обратная зависимость. Самые сильные и брутальные индивиды находятся в самом низу социальной иерархии, часто – в роли бесправных рабов на плантациях, тогда как представители элиты относительно субтильны и физически слабы. И даже в примитивных обществах и в криминальном мире, где в целом ценится физическая сила, наибольшей властью обладают не накаченные громилы, а какие-нибудь старейшины, аксакалы и «крестные отцы», которые уже давно не на пике своей физической формы. Поскольку человек – «социальное животное», то власть опирается не на личную физическую силу правителя (хотя в некоторых обществах это тоже значимый фактор), а на возможности поддерживающих ее социальных сетей. По той же причине отпадает и более мирный вариант этой гипотезы, согласно которому превосходство в физической силе позволяло мужчинам делать больший вклад в благосостояние сообщества, чем женщины, поэтому на первый план вышли мужчины, а женщины превратились во «вспомогательный обслуживающий персонал». И снова: в большинстве известных обществ, люди, которые вносят наибольший вклад путем грубой физической работы, находятся в самом низу социальной пирамиды.

2) Теория большей агрессивности и порочного круга насилия. Мужчины в среднем более склонны к агрессии, чем женщины (это факт). Они провоцируют конфликты и войны, а во время войн, в свою очередь, оказываются наиболее востребованы самые агрессивные особи. Развязывая войны, мужчины автоматически делают себя главными, поскольку исход войны зависит прежде всего от них. Так получается замкнутый круг, отодвигающий миролюбивых женщин на вторые роли. Ответ здесь такой же, как и для первого объяснения: даже в армии нет корреляции между уровнем агрессивности и уровнем власти. Простые солдаты могут быть брутальными и агрессивными альфа-самцами, тогда как их офицеры и генералы – интеллигенты в белых перчатках, а то и вообще какие-нибудь женоподобные петухи в шелках, чулках и париках, как было в XVIII веке.

Далее не буду пересказывать, просто процитирую, потому что Харари пишет емко и лаконично: «Война - не драка в пивной, это сложный комплексный процесс, для управления которым требуется выдающийся талант организовать людей, наладить сотрудничество, в чем-то идти на компромисс. …Очевидно, что худшим командиром будет агрессивный здоровяк - альфа-самец. Гораздо лучше справится с ведением войны тот, кто готов к сотрудничеству, умеет примирять конфликты, манипулировать другими людьми и смотреть на проблемы с разных точек зрения. …Женщины в целом считаются лучшими манипуляторами и миротворцами, чем мужчины, славятся они и способностью видеть проблему с разных точек зрения. Из них могли бы выйти прекрасные политики и строители империй, а грязную работу и сражения они бы предоставили накачанным тестостероном простодушным мачо».

3) Теория оптимального поведения, связанного с разной биологией полов. Поскольку женщина уязвима в период беременности и выкармливания детей, то она не могла обойтись без поддержки и защиты и вынуждена была привлекать мужчину своей покорностью и подчинением. И это подчиненное поведение женщины, как выгодное для выживания, со временем закрепилось в культуре и генах. Мужчинам же, наоборот, приходилось конкурировать за женщин и за ресурсы, которые они могут предоставить своим женщинам, поэтому у них в генах закрепилось желание вступать в соперничество, побеждать и первенствовать. Этот аргумент разбивается множеством примеров из животного мира, когда при тех же начальных условиях устанавливается матриархат.

Цитирую автора: «Особенно трудно принять гипотезу, будто женщины вынуждены были подчиниться мужчинам, потому что нуждались в помощи, - отчего тогда они не обратились за помощью к другим женщинам? И склонность мужчин к взаимной конкуренции вряд ли могла обеспечить им доминирование в обществе: у многих видов животных, например у слонов и шимпанзе бонобо, та же динамика - потребность самок в помощи и мужская конкуренция - приводят к формированию матриархата. Самки действительно нуждаются в помощи, а потому пускают в ход социальные навыки, учатся заключать союзы и сотрудничать. Они организуют женское взаимодействие и все вместе растят детей, пока самцы растрачивают свое время в драках и других формах конкуренции. У самцов таким образом социальные навыки и связи практически не развиваются. Стаи бонобо и стада слонов находятся под строгим контролем сети взаимодействующих самок, а эгоцентричные и неспособные к сотрудничеству самцы вытеснены на периферию сообщества».

В заключение Харари приходит к выводу, что историческое господство патриархата абсолютно необъяснимо с точки зрения логики: «Как же вышло, что вид, чье выживание в первую очередь зависит от сотрудничества, допустил к власти наименее способных к сотрудничеству особей (мужчин), а умеющих кооперироваться женщин поставил в подчиненное положение? Это - ключевой вопрос гендерной истории, и пока что ответа на него у нас нет. Быть может, все предположения неверны. Быть может, самцы вида Homo sapiens отличаются вовсе не физической силой, агрессивностью и склонностью к конкуренции, а развитыми социальными навыками и большей склонностью к сотрудничеству? Пока мы этого не знаем».

Выводы

Еще раз сформулирую мое решение этого вопроса. Человек как вид изначально был достаточно пластичен, чтобы жить при любом режиме: от крайнего патриархата до крайнего матриархата. И в древности, в зависимости от разных привходящих обстоятельств и случайностей, разные общества выбирали разный путь. Но со временем оказалось, что, при прочих равных условиях, патриархат обеспечивает более высокий уровень рождаемости, чем матриархат, потому что меньше учитывает желания женщин, и это стало решающим фактором при столкновении разных обществ за жизненное пространство и ресурсы. Патриархальные общества победили и переформатировали матриархальные, потому что могли обеспечить большую численность населения и быстрее восстанавливали потери от войн и эпидемий. Со временем предрасположенность к патриархату закрепилась в культуре, а в какой-то мере – и на уровне генов. В конкуренции самих патриархальных обществ верх взяли те, которые не доводили эксплуатацию и принижение женщин до крайностей, что позволяло им обеспечить более здоровое и качественное потомство.