Проблема развода в работе семейного психолога

Различные аспекты проблемы развода и способы решения в разных психотерапевтических подходах. Что общего и в чем различия в работе семейного психолога методом психодрамы и эриксоновского гипноза? Об этом и не только рассказали наши психологи Ирина Якович (психолог-консультант, психодраматист) и Павел Лебедько (психолог, врач, гипнотерапевт)

Павел: Один из частых в последнее время запросов, когда приходит пара, находящаяся на стадии распада – разойтись «по-человечески». Особенно если в этом процессе участвуют дети, плюс часто возникают ещё серьёзные имущественные вопросы.

Ирина: Это правда. Как семейный психолог могу сказать, что когда приходит пара – это, как правило, семейная проблема. А семья на последние годы претерпела существенные изменения. Я в профессии 15 лет, а раньше запросы в большей степени были связаны с тем как научиться делить быт, как научиться говорить о проблемах, проблемы диалога, проблемы денег, как их озвучивать, как распределить в семье обязанности – это было лет 7-8 назад. Дальше было много запрос о проблеме бесплодия: как принять эту проблему, как найти способы решения, как начать говорить об этом, не обвиняя друг друга. А сейчас очень много разводов. И запросы связаны именно с тем, как развестись безболезненно, у женщин частый запрос – как сделать так, чтобы детей не отобрали, чтобы деньги остались, мужчины часто хотят сохранить контроль над ситуацией, чтобы другой мужчина не пришел на эту территорию. Это вопрос границ. И когда мы анализируем, что привело пару к разводу, то часто это как раз отсутствие границ: не осознание территории другого, не понимание того, что у твоего партнёра может быть своя жизнь, у него должны быть свои выходы в свободу. А когда этих выходов нет - этим единственных выходом в свободу кажется развод. И когда мы начинаем психодраматическим методом проигрывать эти границы - что такое твой уход или твоя охрана этих границ – то через игру клиент начинает многие вещи понимать. Он понимает, что если он уйдёт из этой пары и вступит в другие отношения – эти дуальные отношения всегда будут подразумевать осознание границ другого, осознание своих границ. И подчас приходит такое откровение, что может и не имеет смысла разводиться, может стоит просто «дать подышать» друг другу, расцепиться, перестать претендовать на что-либо, а просто быть. Эта «претензия» на границы другого очень замечательно проигрывается, осознается и реализуется через психодраматический метод. На мой взгляд, сохранение отношений в семье и их переформатирование может быть прекрасно реализовано методом психодрамы.

Павел: Конечно, вопросы границ стоят очень остро и вопросы тех способностей, которые каждому из партнёров целесообразно развивать. Вчера у меня на приеме была пара. Очень образованные и талантливые люди. И очень эгоистичные. Оба. Они пришли делать выбор: быть им дальше парой или нет. Современный культурологический сдвиг в сторону индивидуализма зачастую мешает людям быть в паре. А когда в фокусе внимания пары возникает желание что-то сделать, чтобы разрешить ситуацию, сразу возникает проблема – без третьего лица, без модератора сделать это очень сложно – один начинает что-то пробовать делать, а другой не делает. Обидно же! Человеку хочется, чтобы он делал свою часть работы, а его партнёр – свою. И именно для этого часто им нужен семейный терапевт.

Ирина: Да. Ведь роль модератора – это роль «взрослого», наверное, в большей степени. А наши клиенты, они как дети, заигравшиеся в песочнице и делящие куличики или машинки. Тот же самый эгоизм. И в данном случае психолог дает зону ближайшего развития их отношений. В актуальном развитии они такие, они умеют только так – завоёвывать границы. А «зоной ближайшего развития» может быть для них отойти и посмотреть, что они сделали. И здесь метод психодрамы как раз хорошо помогает выйти из ситуации и посмотреть на нее со стороны. Но побуждать к этому, действительно, должен психолог, потому что это новый навык. И тогда люди лучше видят, что они имеют и насколько жалко это разрушать. Я часто прошу простроить «социальный атом семьи» посредством игрушек, тканей. Они ссорятся, но делают. И дальше мы вместе смотрим: «Вот ваша семья. Давайте теперь будем её разрушать. Кто начнёт?» И они понимают – трудно. Я говорю: «Ну, вы же хотите убрать это из своей жизни? Давайте. Ты свои игрушки забирай, ты - свои». Трудно. И в этом недоумении рождается очень большая правда про то, что это трудно, что это «по живому». Люди сразу чувствуют, ловят трагизм этой ситуации.

Павел: В эриксоновской терапии фокус часто смещён в сторону поиска какой-то интервенции и такой подачи этой интервенции, которая сделала бы вмешательство драматичным. В этом смысле есть некоторое сходство с тем, что Вы говорили о том, как люди строят «социальный атом семьи». Там есть некий элемент драматизма, который вы вносите - Вы говорите: «А сейчас – разрушайте!» И вот чем качественнее это сделано, тем больше эффект. В эриксоновском гипнозе это называется «структурированное ожидание». Важно сделать так, чтобы это действительно повлияло. В моем подходе одна их ключевых стратегий – внести в семью как систему некоторое изменение, которое запустит дальнейший процесс. Это такой «эффект домино». И делается это каждый раз по-разному, это некий творческий поиск – найти что-то, что выведет эту систему за рамки её обычных процессов. Эриксоновская терапевтическая стратегия базируется на концепции круговой причинности, когда причина порождает следствие, но те следствия, которые возникают – укрепляют причину, эта причина становится уже другой и заново укрепляет следствие. В итоге всё это «бетонируется» и становится незыблемым. И тогда нам важно внести какое-то изменение, которое сдвинет ситуацию с мёртвой точки.

Ирина: А есть ли какие-то поведенческие маркеры у Ваших клиентов, когда Вы чётко видите эту «зацикленность»?

Павел: На самом деле мы все находимся в этих циркулярных процессах. Это рассматривает и системная семейная терапия. А если говорить о каком-то конкретном моменте, то вот, например, паре, о которой я говорил, я дал задание: один день один из них должен был делать для другого что-то хорошее. По взаимной договорённости. И в первый раз, когда они это попробовали, они вообще всё перепутали. И таким образом всплыл тот факт, что когда они договариваются, они очень плохо понимают друг друга. Несмотря на то, что они умные. Во второй раз, когда договорённости были ясны, и жена взяла на себя это обязательство, ей стало очень плохо. И добро никак не шло. И пара получила огромное количество страданий в этот момент. Ну, они весёлые ребята, они говорили: «пытка счастьем оказалась невыносимой». Но это очень многое прояснило в их отношениях: что для их пары – это непомерная ноша. Поэтому в следующий раз они должны были делать это 5 минут. Но важно было создать прецедент, потому что в эриксоновской терапии изменение, которое потом развивается – это создании нового опыта, который усваивается гипнотическим образом. Новый опыт, который выходит за пределы этого бесконечного хождения по кругу, которые качественно новый и построен по другим законам и открывает дверь к дальнейшим изменениям. Но опять же, всё будет зависеть от того, насколько драматично это будет сделано.

Ирина: Что очень важно – что клиент осознает, что всё в нём. Что нет вовне никакой волшебной палочки. Происходит осознание человеком своих ресурсов.

Павел: В эриксоновской терапии терапевт рассматривает ряд моментов, где он не стремится к осознанию. Во многих терапевтических конфессиях осознанность – это очень важный рычаг. Но в эриксоновской терапии терапевт смотрит и оставляет большое количество элементов, которые от стремиться изменить неосознанными, чтобы человек сделал пару шагов в сторону выздоровления неосознанно и только потом спохватился. А уже стало лучше. И это нужно чётко разделять. Потому что есть изменения, которые должны осуществляться на таком осознанно-волевом усилии: решение, намерение, сдвиг. А есть изменения, которые могут осуществляться абсолютно неосознанно, где сознательный ум даже является помехой осуществлению изменений, потому что ум не верит, что это может случиться.

По теме:
Семинар Павла Лебедько "Эриксоновский гипноз в семейной психотерапии" 27-28 декабря.