ТГ 2026-05-05 «Опьянение показывает душу, как зеркало отражает тело.»
ТГ 2026-05-05 «Опьянение показывает душу, как зеркало отражает тело.»
Мелькает что-то за окном, смотреть на это можно днём. Вот день прошёл, маячат огоньки, свет притягателен и хочется дали.
Томимы ожиданием в мельтешенье где ожидаем суеты, но грезим тишиной, спускает ночь спокойствие от Света, но суета внутри свербит и гонит прочь покой.
На пейзаж за окном можно смотреть долго. Горение огня и течение воды заражают внимание своим действием. Шелест и шум леса - притягивают, вызывая неопределённую, но ощутимую тягу.
Движение снаружи завораживает, особенно непривычное людям. Движение людей на улице имеет свой ритм, но привычно и не вызывает интереса.
Дрожь огня, переливы воды, игра ветра - совсем иное, ускользающее знакомо, но зыбко и не определено, завораживает ощущением причастности, но пугает трепетом неопределённости.
Чем притягательны игры и мелькающие картинки? Их череда готова вобрать внимание без конца. Взгляд требует ещё, ожидая за суетой движения результат.
Даже понимая, что картинка на экране рисованная, продолжаем следить, плывя волнами сего сюжета, погружаясь в суеты всплесков, осознавая тот мир своей реальностью, в кою хочется погрузиться, но лишь прикоснёмся - мешает твёрдость экрана.
Мысленно сюжет захватывает, а короткие ролики не дают оторваться, теребя влечением к следующему сюжету, где, вдруг, раскроется нечто новое, зовущее и необычное.
Попав в музыку, следуем ея волнам, ритмом охватываясь - тянет и не отпускает, забрав в несущие волны звука - хочется ещё.
Лишь звук, но СоЗнание, влекомое волнами, следуя ритмам, плывёт в сём насыщении, утягиваемое на глубину действия.
Звуки снаружи, но прислушиваясь, ощущаем их ритм внутрь, проникшие в естество, заполнившие сосуд водой дотоле пустой в пучине глубин волнений музыки, дотоле неощутимой, но вязкой и неумолимой.
Воздух вокруг кажется лёгким и пустым, несмотря что организмы тел погружены в него и пронизаны им. Давление внутри тел организмов уравновешивает внешнее и сила его снаружи неощутима и привычно мягка.
Покуда не потревожите сию субстанцию, двигаясь и будоража. Тогда ощущается ея присутствие, сила коего увеличивается против желания двигаться.
Малые скорости избегают влияния, но стоит подойти к порогу, как мощь сопротивления воздушной среды движению многократно вырастает, а порывы начинают рвать и терзать материю.
Воду, милую и спокойную, внутри и снаружи организмов ощущаем податливой, ласковой и доступной, пока соблюдаем условие соразмерности сил движения, дающее погружаться мягко, но стоит проявить волю - вода станет упорной, а потоки жёсткими.
Вырваться из цепких объятий потоков не так и просто - несут настойчиво и без компромиссов, таща к себе в глубины от берега отливом течения.
Воздух жесток не менее воды, потоки коего крушат и ломают, рвут и терзают, разнося, и хотя воздух сжимаем и пружинит, наносит больше увечий, терзая.
Звуки слышатся милыми, но их ласка обманчива, колебаниями звука движим воздух, а проходя сквозь воду, вырывает н пузырьки ея суть.
Звуки кажутся милыми, приятными и ласкающими, но их колебания движут суть содержимого, меняя и взбалтывая структуру.
Безвредные звуки трясут основы материи, руша компоненты, постепенно плотное делая рыхлым. Тряска незаметна, но ощутима результатами.
СоЗнание любопытно и увлекаемо: видя свет - гонится за ним. Шум звуков отвлекает, блеск соблазняет и мыслей хоровод затягивает.
Как отрешиться, бросив суету, прогнать сомнения жару тревоги, горящий уголёк томлений жжёт нутро, но исподволь и не даёт дороги?
Где силы взять? Куда податься нам? Мир полон суеты, что вихрем носится и прятаться нет воли. Внутри бушует кутерьма и нету там покоя.
Рутины дел скучны, но успокоят суть, коль посвятим себя плетенью вереницы их, а с суетных мыслительных устоев, надёргав ниточки, разгладив, их вплетая в долгий шнур, где нить нитью поладя мыслью мысль в суть полотна пути, и будет крепко - выдержит ветра, что носятся кругом, круша и шебурша.
Способны ли в пучине суеты, рутину дел уладить в плотный плен?
Мелькает что-то за окном, смотреть на это можно днём. Вот день прошёл, маячат огоньки, свет притягателен и хочется дали.
Томимы ожиданием в мельтешенье где ожидаем суеты, но грезим тишиной, спускает ночь спокойствие от Света, но суета внутри свербит и гонит прочь покой.
На пейзаж за окном можно смотреть долго. Горение огня и течение воды заражают внимание своим действием. Шелест и шум леса - притягивают, вызывая неопределённую, но ощутимую тягу.
Движение снаружи завораживает, особенно непривычное людям. Движение людей на улице имеет свой ритм, но привычно и не вызывает интереса.
Дрожь огня, переливы воды, игра ветра - совсем иное, ускользающее знакомо, но зыбко и не определено, завораживает ощущением причастности, но пугает трепетом неопределённости.
Чем притягательны игры и мелькающие картинки? Их череда готова вобрать внимание без конца. Взгляд требует ещё, ожидая за суетой движения результат.
Даже понимая, что картинка на экране рисованная, продолжаем следить, плывя волнами сего сюжета, погружаясь в суеты всплесков, осознавая тот мир своей реальностью, в кою хочется погрузиться, но лишь прикоснёмся - мешает твёрдость экрана.
Мысленно сюжет захватывает, а короткие ролики не дают оторваться, теребя влечением к следующему сюжету, где, вдруг, раскроется нечто новое, зовущее и необычное.
Попав в музыку, следуем ея волнам, ритмом охватываясь - тянет и не отпускает, забрав в несущие волны звука - хочется ещё.
Лишь звук, но СоЗнание, влекомое волнами, следуя ритмам, плывёт в сём насыщении, утягиваемое на глубину действия.
Звуки снаружи, но прислушиваясь, ощущаем их ритм внутрь, проникшие в естество, заполнившие сосуд водой дотоле пустой в пучине глубин волнений музыки, дотоле неощутимой, но вязкой и неумолимой.
Воздух вокруг кажется лёгким и пустым, несмотря что организмы тел погружены в него и пронизаны им. Давление внутри тел организмов уравновешивает внешнее и сила его снаружи неощутима и привычно мягка.
Покуда не потревожите сию субстанцию, двигаясь и будоража. Тогда ощущается ея присутствие, сила коего увеличивается против желания двигаться.
Малые скорости избегают влияния, но стоит подойти к порогу, как мощь сопротивления воздушной среды движению многократно вырастает, а порывы начинают рвать и терзать материю.
Воду, милую и спокойную, внутри и снаружи организмов ощущаем податливой, ласковой и доступной, пока соблюдаем условие соразмерности сил движения, дающее погружаться мягко, но стоит проявить волю - вода станет упорной, а потоки жёсткими.
Вырваться из цепких объятий потоков не так и просто - несут настойчиво и без компромиссов, таща к себе в глубины от берега отливом течения.
Воздух жесток не менее воды, потоки коего крушат и ломают, рвут и терзают, разнося, и хотя воздух сжимаем и пружинит, наносит больше увечий, терзая.
Звуки слышатся милыми, но их ласка обманчива, колебаниями звука движим воздух, а проходя сквозь воду, вырывает н пузырьки ея суть.
Звуки кажутся милыми, приятными и ласкающими, но их колебания движут суть содержимого, меняя и взбалтывая структуру.
Безвредные звуки трясут основы материи, руша компоненты, постепенно плотное делая рыхлым. Тряска незаметна, но ощутима результатами.
СоЗнание любопытно и увлекаемо: видя свет - гонится за ним. Шум звуков отвлекает, блеск соблазняет и мыслей хоровод затягивает.
Как отрешиться, бросив суету, прогнать сомнения жару тревоги, горящий уголёк томлений жжёт нутро, но исподволь и не даёт дороги?
Где силы взять? Куда податься нам? Мир полон суеты, что вихрем носится и прятаться нет воли. Внутри бушует кутерьма и нету там покоя.
Рутины дел скучны, но успокоят суть, коль посвятим себя плетенью вереницы их, а с суетных мыслительных устоев, надёргав ниточки, разгладив, их вплетая в долгий шнур, где нить нитью поладя мыслью мысль в суть полотна пути, и будет крепко - выдержит ветра, что носятся кругом, круша и шебурша.
Способны ли в пучине суеты, рутину дел уладить в плотный плен?