Сложности формализации и закон про маркировку 18+
Для контекста: сейчас в литературном мире грандиозная боль из-за требования маркировки 18+ для книг, в которых упоминаются наркотики. Причём реализовано крайне криво - в частности робот лепит эту маркировку на книгу за факт наличия в ней слова "трава" или словосочетания "дурь несусветная"
Мне к этой теме попался в ленте потрясающий комментарий. Не могу его не процитировать:)
"Нет-нет, ни в коем случае нельзя, чтобы дети узнали о наркотиках из книг!
Не надо портить им сюрприз."
(с) Павел Иевлев.
И оно вроде как да.
Но нет.
Всё сложно.
Дело ведь в том, что проще всего сказать, что депутаты дураки. Что творят они чушь. Что получается дичь.
Очень просто, приятно, так говорить, отлично себя чувствуешь, от общества одобрение получаешь. Общество такие речи любит.
Но.
А вот если серьёзно.
Есть вообще что-то, что в информационном поле надо запрещать?
Или должно быть разрешено вообще всё?
Есть ведь вещи действительно неприятные. Действительно опасные. По-настоящему.
Ну, та же пропаганда нацизма.
Да и тех же наркотиков.
Разжигание ненависти.
Это ж не выдумка депутатов. Это технически возможные вещи.
Вот такого уровня вещи - должны быть запрещены?
Попробуйте представить себе их прямо по-настоящему, в цвете и красках.
Ок. Допустим вы последовательны. И ради свободы слова, как принципа, согласны на свободу и такого вот слова. Даже представив его себе в цвете и красках (надеюсь, у вас хорошее воображение).
Но мне кажется довольно очевидным, что это позиция не единственно возможная.
Что позиция иная не абсурдна, не смешна. Что у человека, считающего, что запреты нужны, есть основания так считать.
И людей так считающих много. Я бы сказал, что значимое большинство.
Итак, сама по себе идея ограничений не абсурдна.
Но вот доходит дело до её реализации и оказывается, что очень сложно чисто технически сделать это так, чтобы и запрет был эффективным, и ничего лишнего под него не попадало.
Вот, к примеру.
Хотим мы запретить "Майн Кампф".
(На этом этапе уже не обсуждаем, нужно ли запрещать именно "Майн Кампф", тут это просто для яркого примера.)
И пусть есть человек - а точнее даже не один человек, а большая тусовка (тем более, что так оно и есть), который хочет Майн Кампф опубликовать.
Но мы запретили.
Тогда они публикуют Майн Кампф в виде цитаты. Цитировать же можно.
Запрет не эффективен.
Ограничиваем размер цитаты.
Публикуют в виде набора цитат разрешённого размера, разделенных вставками вида: "Как это глубоко неверно!" и "Какой негодяй мог такое написать!"
Запрет не эффективен.
А над нами начинает посмеиваться почтеннейшая публика - что за недотёпы, и запретить не могут.
Ограничиваем количество цитат одного источника.
Публикуют набор статей.
Ограничиваем количество статьей одного автора в сборнике.
Публикуют в виде сборника статей разных авторов.
Запрет не эффективен.
А публика смеётся над нами уже в голос - публика же любит лихих хулиганов, а скучных законодателей любит считать остолопами.
Хорошо.
Мы говорим, наконец, что это просто издевательство над здравым смыслом.
Тогда нам нужно дать кому-то полномочия, определять, что является издевательством над здравым смыслом.
Мы полномочия даём. Ну, и добро пожаловать.
Этими полномочиями немедленно начинают пользоваться криво, злоупотреблять ими и начинаются проблемы с фильмами, в которых есть нацисты в форме (демонстрация символики), реальными цитатами в нормальных целях. Например, лекцию моего хорошего знакомого забанил Ютуб. Не Госдума! А Ютуб - поскольку он читал цикл лекций о политических идеологиях, дошёл до 20 века, до нацизма... Ну, и как рассказывать про нацизм не цитируя Гитлера? Муссолини?
Я эту лекцию слушал. Нет, она не была пропагандой нацизма. Она была контрпропагандой нацизма. Но Ютуб её забанил. Трудности с формализацией + полномочия, добро пожаловать.
Чтобы запретить, надо формализовать.
Формализовать трудно.
Попробуйте. Нет, реально, попробуйте строго определить, что такое нацизм и что такое пропаганда.
Так что это не депутаты тупые.
Это задача объективно сложная.
Есть, конечно, радикальный выход. Действительно ничего не запрещать вообще.
Но... тот же нацизм. Тоталитарные секты. Пропаганда наркотиков.
Вот если перед нами действительно пропаганда этого, самая настоящая. И мы видим, что она действует. И да, в самом деле в первую очередь на детей.
Ну, что её реально никак не надо запрещать? Уважать свободу выбора?
Уважать свободу выбора максимально - и кто выбрал неправильно - ну, пусть умрёт, другим будет наука?
Естественный отбор, м-м?
Ну, что сказать.
В этой позиции есть логика.
Есть последовательность.
Она не абсурдна.
Но вот ведь какое дело.
Легко максимально уважать свободу выбора только того, кто тебе по большому счёту безразличен.
А если нет?
Я колебался, стоит ли это рассказывать. Но лет... Лет, получается около десяти назад один из моих выпускников от наркотиков умер. Причём буквально только закончив школу, летом того же года, когда ему аттестат вручили. Я об этом узнал на следующий год, осенью, от его классного руководителя.
Обычный парень был. Сидел в классе на ряду у окна, за второй партой. Звали Коля.
Точно ничего запрещать не надо, прям вообще?
Кстати, я сам сторонник скорее именно этого подхода. Но именно что "скорее". Неуверенно. И мне это тяжёло даётся. И я не уверен, что если бы от моей позиции зависела практика, то я бы её не пересмотрел - а то ж это легко мне теоретизировать. И я не считаю сторонников подхода противоположного подхода смешными и глупыми - даже если у них реализовать его получается криво.
Реализовать его не криво трудно. Очень трудно.
Мне к этой теме попался в ленте потрясающий комментарий. Не могу его не процитировать:)
"Нет-нет, ни в коем случае нельзя, чтобы дети узнали о наркотиках из книг!
Не надо портить им сюрприз."
(с) Павел Иевлев.
И оно вроде как да.
Но нет.
Всё сложно.
Дело ведь в том, что проще всего сказать, что депутаты дураки. Что творят они чушь. Что получается дичь.
Очень просто, приятно, так говорить, отлично себя чувствуешь, от общества одобрение получаешь. Общество такие речи любит.
Но.
А вот если серьёзно.
Есть вообще что-то, что в информационном поле надо запрещать?
Или должно быть разрешено вообще всё?
Есть ведь вещи действительно неприятные. Действительно опасные. По-настоящему.
Ну, та же пропаганда нацизма.
Да и тех же наркотиков.
Разжигание ненависти.
Это ж не выдумка депутатов. Это технически возможные вещи.
Вот такого уровня вещи - должны быть запрещены?
Попробуйте представить себе их прямо по-настоящему, в цвете и красках.
Ок. Допустим вы последовательны. И ради свободы слова, как принципа, согласны на свободу и такого вот слова. Даже представив его себе в цвете и красках (надеюсь, у вас хорошее воображение).
Но мне кажется довольно очевидным, что это позиция не единственно возможная.
Что позиция иная не абсурдна, не смешна. Что у человека, считающего, что запреты нужны, есть основания так считать.
И людей так считающих много. Я бы сказал, что значимое большинство.
Итак, сама по себе идея ограничений не абсурдна.
Но вот доходит дело до её реализации и оказывается, что очень сложно чисто технически сделать это так, чтобы и запрет был эффективным, и ничего лишнего под него не попадало.
Вот, к примеру.
Хотим мы запретить "Майн Кампф".
(На этом этапе уже не обсуждаем, нужно ли запрещать именно "Майн Кампф", тут это просто для яркого примера.)
И пусть есть человек - а точнее даже не один человек, а большая тусовка (тем более, что так оно и есть), который хочет Майн Кампф опубликовать.
Но мы запретили.
Тогда они публикуют Майн Кампф в виде цитаты. Цитировать же можно.
Запрет не эффективен.
Ограничиваем размер цитаты.
Публикуют в виде набора цитат разрешённого размера, разделенных вставками вида: "Как это глубоко неверно!" и "Какой негодяй мог такое написать!"
Запрет не эффективен.
А над нами начинает посмеиваться почтеннейшая публика - что за недотёпы, и запретить не могут.
Ограничиваем количество цитат одного источника.
Публикуют набор статей.
Ограничиваем количество статьей одного автора в сборнике.
Публикуют в виде сборника статей разных авторов.
Запрет не эффективен.
А публика смеётся над нами уже в голос - публика же любит лихих хулиганов, а скучных законодателей любит считать остолопами.
Хорошо.
Мы говорим, наконец, что это просто издевательство над здравым смыслом.
Тогда нам нужно дать кому-то полномочия, определять, что является издевательством над здравым смыслом.
Мы полномочия даём. Ну, и добро пожаловать.
Этими полномочиями немедленно начинают пользоваться криво, злоупотреблять ими и начинаются проблемы с фильмами, в которых есть нацисты в форме (демонстрация символики), реальными цитатами в нормальных целях. Например, лекцию моего хорошего знакомого забанил Ютуб. Не Госдума! А Ютуб - поскольку он читал цикл лекций о политических идеологиях, дошёл до 20 века, до нацизма... Ну, и как рассказывать про нацизм не цитируя Гитлера? Муссолини?
Я эту лекцию слушал. Нет, она не была пропагандой нацизма. Она была контрпропагандой нацизма. Но Ютуб её забанил. Трудности с формализацией + полномочия, добро пожаловать.
Чтобы запретить, надо формализовать.
Формализовать трудно.
Попробуйте. Нет, реально, попробуйте строго определить, что такое нацизм и что такое пропаганда.
Так что это не депутаты тупые.
Это задача объективно сложная.
Есть, конечно, радикальный выход. Действительно ничего не запрещать вообще.
Но... тот же нацизм. Тоталитарные секты. Пропаганда наркотиков.
Вот если перед нами действительно пропаганда этого, самая настоящая. И мы видим, что она действует. И да, в самом деле в первую очередь на детей.
Ну, что её реально никак не надо запрещать? Уважать свободу выбора?
Уважать свободу выбора максимально - и кто выбрал неправильно - ну, пусть умрёт, другим будет наука?
Естественный отбор, м-м?
Ну, что сказать.
В этой позиции есть логика.
Есть последовательность.
Она не абсурдна.
Но вот ведь какое дело.
Легко максимально уважать свободу выбора только того, кто тебе по большому счёту безразличен.
А если нет?
Я колебался, стоит ли это рассказывать. Но лет... Лет, получается около десяти назад один из моих выпускников от наркотиков умер. Причём буквально только закончив школу, летом того же года, когда ему аттестат вручили. Я об этом узнал на следующий год, осенью, от его классного руководителя.
Обычный парень был. Сидел в классе на ряду у окна, за второй партой. Звали Коля.
Точно ничего запрещать не надо, прям вообще?
Кстати, я сам сторонник скорее именно этого подхода. Но именно что "скорее". Неуверенно. И мне это тяжёло даётся. И я не уверен, что если бы от моей позиции зависела практика, то я бы её не пересмотрел - а то ж это легко мне теоретизировать. И я не считаю сторонников подхода противоположного подхода смешными и глупыми - даже если у них реализовать его получается криво.
Реализовать его не криво трудно. Очень трудно.