akabash

Критика труда в текстах Маркса и Энгельса. Критика Готской программы, фрагмент о второй фазе.

akabash — Sun, 14 Dec 2025 13:24:37 GMT

Хрестоматийное:

На высшей фазе коммунистического общества, после того как исчезнет порабощающее человека подчинение его разделению труда; когда исчезнет вместе с этим противоположность умственного и физического труда; когда труд перестанет быть только средством для жизни, а станет сам первой потребностью жизни; когда вместе с всесторонним развитием индивидов вырастут и производительные силы и все источники общественного богатства польются полным потоком, лишь тогда можно будет совершенно преодолеть узкий горизонт буржуазного права, и общество сможет написать на своем знамени: Каждый по способностям, каждому по потребностям! ==

Конец цитаты.

Здесь факторы перечисляются просто через запятую, а мы выпишем столбиком:

1. исчезнет порабощающее человека подчинение его разделению труда,

2. исчезнет вместе с этим противоположность умственного и физического труда,

3. труд перестанет быть только средством для жизни, а станет сам первой потребностью жизни,

4. вместе с всесторонним развитием индивидов вырастут и производительные силы и все источники общественного богатства польются полным потоком

Не будет большой ошибкой сказать, что советский школьник, прочтя это место в учебнике обществоведения, пропускал первые три пункта и сосредотачивал внимание на последнем. Польются полным потоком! Всё будет бесплатно, бери сколько хочешь! Понятно, что это великая историческая цель.

Мы же остановимся на всех четырех пунктах.

Что здесь важно в связи с заявленной темой?

1. По первому пункту возникают вопросы: почему же подчинение человека разделению труда - именно порабощаюшее? Ведь естественно воспринимать разделение труда как нечто естественное, нормальное, неизбежное. Каждый занят своим делом, а как иначе? Ведь человек может любить свою профессию, гордиться ею, ценить своё место в системе разделения труда, а если не любит - сам виноват, не нашёл себя, разве не так? Но допустим, да, порабощающее. В чем же тогда заключается это порабощение? А не порабощающее - это как? Возможно ли такое?

И как понимать исчезновение этого порабощающего действия? Оно исчезнет благодаря исчезновению разделения труда или разделение труда останется, но утратит это самое порабощающее действие?

Или коммунизм означает уничтожение разделения труда?

Понятно, что расхожий агитпроп при всей его склонности к циитированию не акцентировал внимания читателей на этом выражении Маркса, отнюдь не случайном и имеющем длительную историю. Ведь народное хозяйство в СССР отождествлялось с первой фазой и было основано на ндустриальном разделении труда, которое, согласно этой фразе Маркса, имеет некое порабощающее действие. Это у нас-то, в передовой стране победившего социализма!

Истолковать это место можно лишь рассматривая имманентные свойства труда как такового. Непривлекательность труда (его отчужденность, враждебность человеку) - это главное, разделение труда это фактор, позволяющий проявиться общественным свойствам труда как такового (своего рода релизер, пользуясь языком другой науки). Если понимать "порабощающе действие разделения труда" как вовлечённость индивида в систему отношений капитализма с присущими ему ужасами (как следствие разделениея труда), то мы имеем тавтологию (коммунизм наступит, когда исчезнет капитализм), хотя указание на источник всё же есть. Если же это об имманентных свойствах разделения труда, существующих и до капитализма, то отсюда естественным образом следует декларация об изменении самого разделения труда как такового. На мой взгляд, это возможно только на пути "уничтожения труда", "освобождения от труда". То есть Маркс здесь не договорил, но намёк сделал, в духе своих ранних высказываний.

Следует, конечно, разъяснить, в чем заключается это порабощающее действие разделения труда, а точнее, самого труда. При таком понимании порабощающего действия разделения труда мы рассматриваем как нечто негативное прикованность человека к определенному занятию, профессии, не оставляющей места для всестороннего развития. Разумеется, советский агитпроп интерпретирвал наглядный факт принадлежности человека к профессии, определённому занятию (работе), дающему право на получение необходимых благ как именно это самое всесторонее свободное развитие. Но, как видим, это было не очень-то "по Марксу".

Перемена труда.

В качестве такого средства изменения характера труда, делающего его хорошим из плохого, некоторые современные авторы предлагают перемену труда. По этому пути пошёл и Энгельс в "Анти-Дюринге" (об этом позже).

У меня во френдленте есть авторы, толкующие о перемене труда как необходимом условии коммунизма, (другие, впрочем, говорят об уничтожении разделения труда при сохранении, одлнако, самого труда).

Слабость этого хода мысли очевидна: что изменится от того, что человек будет работать на десяти-двадцати работах по восемь часов пять дней в неделю? Он точно так же будет нуждаться в обычной заработной плате в соответствии с трудовым вкладом. То есть здесь принцип "по труду" сохранится и ни о какой высшей фазе речи идти не может.

То есть, повторяю, суть дела скорее в труде, а не в разделении труда. Робинзон на своем острове, будучи универсалом и имея возможность наслаждаться переменой труда, в полной мере испытывал это самое порабощающее действие, если требовалось выполнять рутинную, изнуряющую, долгую, монотонную, отупляющую работу.,

2. Второй пункт, о физическом и умственном труде, тоже вызывает вопросы. Сама формулировка не особо удачна - как можно уничтожить противоположность того, что противоположно? В школьном учебнике, помнится, приводился пример хирурга как пример гармоничного сочетания умственного и физического, что и есть-де то самое. Так ведь и сантехнику из жэка тоже приходится соображать, всякие ситуации бывают. Вот вам и сочетаное физического и умственного, не менее гармоничное. Этот пункт можно считать просто не очень удачной вариацией первого.

Если под умственным трудом понмать управление, то мы вступаем в мутную, бесплодную область. Здесь я пас, пусть враги бюрократии вас просвещают. От себя замечу, что если наша цель - преодоление ТДО, то разделение труда между токарем и слесарем - реальная проблема для поиска решения, ТДО порождаются именно этим Рт, а вот разделение труда между слесарем и кесарем - нет, это другое (С).

Ну и если речь об обычном рутинном труде, который выполняется не руками (девушка на ресепшене), то никакой противоположности, конечно нет. Такой "умственный труд" можно считать разновидностью "физического".

Если же речь о противоположности между рутиной и творчеством как "всеобщим научным трудом", то исчезновение противоположности возможно только как освобождение от зависимости между трудовым вкладом и получением благ от общества. "Пашню попашет, попишет стихи" или "сегодня архитектор, завтра тачечник" - это невозможно. Творчество (поэт или архитектор) привлекательно, рутинный труд нет. Заниматься творчеством не как профессией для заработка, а как самореализацией в порядке всестороннего развития личности будет возможно для каждого тогда, когда человек освободится от рутинного труда. Это и будет искомое (искомый?) упмуифт.

3. Третий пункт тоже скорее заготовка для более точной формулировки. Не "труд станет первой жизненной потребностью", а исчезнет деятельность, которая по своей природе не может быть первой жизненной потребностью - вот так правильно. То есть исчезнет труд (ну или "труд-работа", как сказано в одной книжке, вышедшей на излете советского времени).

Более того, это не просто не очень удачная формиулировка - она просто призывает фурий, выносящих мозг рабочему человеку, который, прочтя это место, отождествит труд из этого высказывания со своей проф-деятельностью, с тем, чем он занят на работе. Если труд ещё только "станет", значит, сейчас не является первой жизненной потребностью (ну ясен пень, это ж не рыбалка!). А почему не является? Потому что сознательности тебе, такому-сякому, не хватает! Вот когда поймёшь и т.д., тогда и наступит коммунизм. Я думаю, что с этим ходом мысли сталкивались многие, когда имели дело с устной или письменной пропагандой.

Разумеется работа на конвейере или чистка отхожих мест (сакраментальный вопрос в 19 веке) не могут стать первой жизненной потребностью. В отличие от творчества научного, художественного, социального. Не могут они и превратиться в эту деятельность второго рода. Они могут просто исчезнуть или сжаться до ничтожно малой величины относительно времени человеческой жизни. Тогда и основания для ТДО исчезнут.

4. Четвертый тезис, об изобилии как условии преодоления товарности, тоже требует обсуждения. Допустим, мы имеем стандартный восьмичасовой рабочий день, при этом всего производится столько много и степень культуры столь высока, что бери сколько хочешь, по потребности (люди не захотят невозможного). Но в таком обществе неизбежро встанет вопрос: а нельзя ли иметь такое же счастье, работая в два, в четыре раза меньше? Но, скорее всего, потребности будут обгонять возможности, однако при отсутствии труда распределение будет происходить действительно не по труду, а по другому принципу ("по уму" (начальства (демократически избранного и подконтрольного народу), разумеется, а не отдельного трудящегося)). Изобилие ведь можно трактовать как относительное: как объём благ на единицу труда. Если знаменатель стремится к нулю, значение дроби стремится к бесконечности.

Я не знаю в подробностях, какое влияние оказала КГП на целевую аудиторию сразу после рассылки ограниченному кругу лиц (1875 г.) и сразу после опубликования в журнале (1891 г.). Во всяком случае, ленинская работа "Государство и революция" написана с учётом КГП и стандартные срветские учебники и партийные программы ее взяли на вооружение. Читая же современных сетевых авторов, можно только радоваться, что Маркс хоть намёком сказал, что юридическое обобществление это ещё не всё, что он употребил сильное выражение "узкий горизонт буржуазного права". Впечатление таково, что люди (были бы) вполне удовлетворены тем положением вещей, которое описано как первая фаза и в общем-то не особо стремятся к продекларированной великой исторической цели. Ведь и так достигнуто общество без эксплуатации, дальше только континуум постепенных улучшений. Во всяком случае, нет ощущения резкой, роковой границы, которая еще не преодолена. Эта критика касается не всех, понимание неустойчивости "первой фазы", опасности отката встречается тоже, но такая точка зрения ещё не стала общепринятой.

Критика труда в текстах Маркса и Энгельса. Критика Готской программы, фрагмент о первой фазе.

akabash — Mon, 22 Sep 2025 21:12:23 GMT

Учение о двух фазах коммунистического общества излагалось в школьных учебниках и вошло в фольклор. Это нужно особо подчеркнуть, так как у меня создалось впечатление, что об этом многие нынешние не подозревают. Советские люди знали: при социализме, как у нас в СССР, распределение по труду, а при коммунизме, с достижением изобилия, будет по потребностям. Общественный строй в ссср, согласно учебникам, был тождествен первой фазе коммунистической формации из КГП, попросту называемой также социализмом, в отличие от собственно коммунизма или полного коммунизма.

Внутренние противоречия этого пассажа я разбираю в посте от 30 октября 2017 г. Повторю здесь кратко.

Если мы допускаем некую переходную стадию, то всё же проблемы классифкации это не снимает. Это ещё "до", но с намёком на "после" или уже "после", но с остатками "до"? И почему именно так? У Маркса всё же второй вариант: общество, в котором средства производства стали коллективной собственностью, собственностью всего общества - это уже коммунизм, но его низшая фаза, в которой распределение ещё подчиняется старому принципу. Можно, конечно, вопрос о правильной классификации отбросить: нечто промежуточное и баста, но, на мой взгляд, переоценка близости советского хозяйственного строя к коммунизму сыграла отрицательную роль, притупила бдительность тех сил, которые могли бы противостоять реставрации капитализма. Хотя, может, это и не так: всё видели, но фатальное развитие событий остановить не могли.

Вдумываясь в этот небольшой фрагмент КГП, мы видим некую иерархию, изложенную в тексте: сущность (главное, первичное) уже коммунистическая, а принцип (второстепенное) пока ещё старый, товарный ("буржуазное право", как называет его Маркс). Или так: производство уже коммунистическое, а распределение ещё по принципу товарности, буржуазное. Как же возможно такое несоответствие? Откуда берутся "долгие муки родов", ведь в других местах декларировалась зрелость предпосылок и лёгкость переворота? Ведь принцип распределения - вторичен по отношению к способу производства. Мы же знаем, что сперва созревает новый базис, а потом все вторичные сферы приходят в соответствие с ним. Если способ производства уже адекватный коммунизму, ("общественный характер производства"), то почему вдруг способ распределения должен оставаться старым, адекватным капитализму?

Все эти вопросы с лёгкостью получают ответ, если мы признаем индустриальную стадию развития производительных сил, с её необходимостью труда как такового и разделения труда, пока ещё неадекватной коммунизму, требующей товарных отношений. Это не значит, что от общественной собственности надо отказаться, но надо видеть её как инженерное решение, противостоящее естественному закону, как самолёт - силе тяжести, а не как некую уже достигнутую гармонию. Такая точка зрения уже высказывалась разными авторами с разной степенью внятности, ей осталось только стать общепринятой, исходным пунктом теории переходного общества. Чаще наблюдается, однако, скорее некая идеализация плановой индустриальной экономики, взгляд на неё как на нечто, лишённое внутренних напряжений, что есть шаг назад по сравнению с советским официозом: тот, по крайней мере, декларировал, что великая историческая цель ещё не достигнута.

Bonus track.

Ещё один нюанс. Мы можем поставить вопрос, можно ли вообще говорить о непосредственно общественном труде без обмена, т,е. коммунистическом, если разделение труда сохраняется и распределение осуществляется по труду, вознаграждение должно соответствовать трудовому вкладу? Если человек требует вознаграждения, соответствующего его трудовому вкладу, разве это обмен? Ведь работник работал по плану, не как самостоятельный товаропроизводитель.

Если мы помним модель Петра и Павла из "Нищеты философии", которые работают одинаковое время, чтобы не было кризисных явлений, чтобы балансы сошлись и помним, что Маркс называет это "уничтожением индивидуального обмена", то мы можем видеть, что Маркс отвечал на этот вопрос положительно: да, возможно "по труду", но без обмена. Хорошо, но тогда зачем сближать принцип эквивалентного обмена при товарном хозяйстве (буржуазный) с принципом "по труду" (социалистическим), как это делается в КГП? Зачем тогда употреблять термин "буржуазное право"? Ведь в том старом тексте 1846 года Маркс называет хорошую ситуацию просто "уничтожением индивидуального обмена", а не первой, ещё несовершенной фазой (а ведь мог бы, поскольку принцип "час Павла равен часу Петра" это то же самое, что "по труду"). То есть не различает двух фаз, а трактует эту ситуацию распределения "по труду" как уже достигнутый коммунизм. С более радикальной точки зрения (моей): если часы работы сравниваются, если нам важно, что рабочий час Петра равен рабочему часу Павла, то это обмен, даже если Пётр и Павел выполняют задание планового органа, а не производят на своё усмотрение как свободные товаропроизводители (собственно, в КГП именно так). Кто же прав? Мы можем вообразить общество, где действительно все работают в общий котел, весь продукт находит потребителя, но вклад неравен, одни получают продукта больше других. Допустим надо просто дежурить в местах производства, а за дежурство получать килограммы атомов водорода и джоули энергии (единственный продукт общественного труда), а наноассемблер у каждого свой. Кто на полставки, тот получает в два раза меньше. То есть обмена нет, ибо нет разнокачественных продуктов, но "по труду" есть. Но если номенклатура предметов конечного потребления и средств производства, которые невозможно произвести в домашнем хозяйстве - это тысячи пунктов, то, похоже, здесь уже без денег не обойтись. Со всеми вытекающими.

То есть здесь такая тонкость. Можно упрекать Маркса, что он в КГП преувеличил степень коммунистичности "первой фазы", а можно сказать, что Маркс не при чем, это идеологи советского сремени неправомерно отождествили наличный в СССР хозяйственный строй с первой фазой из КГП, а на деле-де она еще не была достигнута, был некий переходный период. Такая точка зрения мне встречалась в ЖЖ.

===

Критика труда в текстах Маркса и Энгельса. Критика Готской программы, фрагмент о труде как таковом.

akabash — Mon, 20 Jan 2025 09:14:08 GMT

С точки зрения заявленной темы - критика труда - уже самые первые слова Маркса помещают нас в центр проблемы.

Маркс:

Первая часть параграфа: “Труд есть источник всякого богатства и всякой культуры”.

Труд не есть источник всякого богатства. Природа в такой же мере источник потребительных стоимостей (а из них-то ведь и состоит вещественное богатство!), как и труд, который сам есть лишь проявление одной из сил природы, человеческой рабочей силы.

Конец цитаты.

Это высказывание может показаться тривиальным, само собой разумеющимся. Чего это автор так горячится? И так ведь понятно. Но это только в том случае, если мы признаём вечными эти два фактора. Если же мы примем то положение, что один из них может исчезнуть, то указание на второй будет весьма содержательным. Природа может стать единственным источником богатства, но, конечно, уже превращённая во "вторую природу", преобразованную трудом.

Вспоминал ли при этом Маркс свои собственные слова тридцатилетней давности об "уничтожении труда"? Трудно сказать, но мы видим, что это начало текста, написанного тридцать лет спустя, хорошо ложится на тему.

Конец этой фразы, правда, смазывает различия между противоположностями - природой и трудом. Труд сам объявляется частью природы. На мой взгляд, здесь Маркс дал слабину, сказал тривиальность: ведь что угодно есть "часть природы". Связано это, как не раз было сказано, с отсутствием перспектив быстрого избавления от труда. Хочется сохранить мысль "только природа!", но приходится как-то втиснуть сюда и труд. Делается это последством "труд - часть природы".

И в последующих фразах акцент переносится на средства производства, "природа" истолковывается как "первоисточник всех средств и предметов труда". Мы тем самым оказываемся в пределах привычного представления о труде как необходимом элементе человеческого бытия, (природа - лишь его условие, то есть логически подчинённый элемент).

Но не совсем. Вот вы, певцы трула, прочтите эти слова:

Маркс:

У буржуа есть очень серьезные основания приписывать труду сверхъестественную творческую силу, так как именно из естественной обусловленности труда вытекает, что человек, не обладающий никакой другой собственностью, кроме своей рабочей силы, во всяком общественном и культурном состоянии вынужден быть рабом других людей, завладевших материальными условиями труда. Только с их разрешения может он работать, стало быть, только с их разрешения — жить.

Конец цтаты.

Фраза эта, на мой взгляд, не совсем понятна при первом чтении. К чему эти слова о "сверхестественной творческой силе", точно ли буржуа так думает, что вообще это выражение значит? Всё было бы понятно, если бы Маркс сказал: буржуа считает естественным, что одни люди должны работать на других, ибо 1) труд есть естественное условие жизни, 2) средства труда естественным образом принадлежат не всем. Тогда мы, социалисты и коммунисты, могли бы возражать: с первым пунктом согласны, но собственность на средства труда может быть общественной, а значит и т.д.

Ситуация с этой фразой становится понятнее, если мы будем помнить о старом тезисе об "уничтожении труда", который Маркс вряд ли забыл, хотя перестал выдвигать его и даже, можно считать, что отказался от него. Не получится обобществление, пока труд сохраняется. Здесь, в этой фразе, Маркс не столько говорит о мнении буржуа, сколько выражает своё раздражение глубоко лежащим пластом реальности, препятствующим реальному освобождению. А что касается буржуа, то эти люди склонны приписывать труду не столько свехъестественную творческую силу, сколько морально-воспитательное значение. Леность мать всех пороков и всё такое. Это безусловное прославление труда без указания исторического контекста есть момент буржуазной идеологии.

Критика труда в текстах Маркса и Энгельса. Капитал. Часть 2.

akabash — Tue, 17 Sep 2024 11:13:28 GMT

Хотя идея "уничтожения труда" изгнана и заменена идеей труда как вечного естественного условия, она, тем не менее, находит путь, чтобы вернуться в более конкретном виде. Об этом уже было сказана в посте о Грундриссе, отметим некоторые места в томах Капитала.

В первом томе Капитала нет такого рода высказываний, из которых вывод: сокращение рабочего дня - предпосылка коммунизма, но еть глава о машинах, раздел об удлинении рабочего дня (то есть явлении противоположном). Говоря о этой тенденци, Маркс не жалеет сарказма.

В Хрестоматию "МЭЛ о комформации", к сожалению, не было включено одно прекрасное место из всё той же тринадцатой главы о машинах. Маркс делает выписку из поэмы древнегреческого поэта Антипатра, жившего в I в. до н.э. Поэма посвящена изобретению водяной мельницы для перетирания зёрен.

«Если бы», — мечтал Аристотель, величайший мыслитель древности, — «если бы каждое орудие по приказанию или по предугадыванию могло исполнять предназначенную ему работу подобно тому, как творения Дедала двигались сами собой или как треножники Гефеста по собственному побуждению приступали к священной работе, если бы таким же образом ткацкие челноки ткали сами, то не потребовалось бы ни мастеру помощников, ни господину рабов».

И Антипатр, греческий поэт времён Цицерона, приветствовал изобретение водяной мельницы для размалывания зерна, этой элементарной формы всех производительных машин, как появление освободительницы рабынь и восстановительницы золотого века! «Язычники! О, эти язычники!» Они, как открыл проницательный Бастиа, а до него ещё более премудрый Мак-Куллох, ничего не понимали в политической экономии и христианстве. Они, между прочим, не понимали, что машина — надёжнейшее средство для удлинения рабочего дня. И если они оправдывали рабство одних, то как средство для полного человеческого развития других. Но для того, чтобы проповедовать рабство масс для превращения немногих грубых и полуобразованных выскочек в «выдающихся прядильщиков», «крупных колбасников» и «влиятельных торговцев ваксой», — для этого им недоставало специфических христианских чувств.

Вот отрывок из Антипатра, процитированный Марком, выписываю с особым удовольствием:

«Дайте рукам отдохнуть, мукомолки; спокойно дремлите,

Хоть бы про близкий рассвет громко петух голосил:

Нимфам пучины речной ваш труд поручила Деметра;

Как зарезвились они, обод крутя колеса!

Видите? Ось завертелась, а оси кручёные спицы

С рокотом движут глухим тяжесть двух пар жерновов.

Снова нам век наступил золотой: без труда и усилий

Начали снова вкушать дар мы Деметры святой».

Мой опыт общения с "трудолюбивыми" единомышленниками подсказывает, что многим этот взгляд древнего поэта будет не по душе. Ведь без труда произойдёт оскотинивание! Важно, что работа "на дядю"-рабовладельца, а не то, что работа как таковая! И в книжке про Тома Сойера показана радость, которую даёт покраска забора, чем помол зёрен хуже?

Но этот спор уже за пределами темы. Мои намерения показать, что Маркс приветствует сокращение рабочего времени и увязать эту позицию (хотя бы простой декларацией) со старой идеей "уничтожения труда".

К сказанному добавим ещё одну цитату, из третьего тома "Капитала", которая у всех на устах, постоянно всплывает там и сям.

"Царство свободы начинается в действительности лишь там, где прекращается работа, диктуемая нуждой и внешней целесообразностью, следовательно, по природе вещей оно лежит по ту сторону сферы собственно материального производства. Как первобытный человек, чтобы удовлетворять свои потребности, чтобы сохранять и воспроизводить свою жизнь, должен бороться с природой, так должен бороться и цивилизованный человек, должен во всех общественных формах и при всех возможных способах производства. С развитием человека расширяется это царство естественной необходимости, потому что расширяются его потребности; но в то же время расширяются и производительные силы, которые служат для их удовлетворения. Свобода в этой области может заключаться лишь в том, что коллективный человек, ассоциированные производители рационально регулируют этот свой обмен веществ с природой, ставят его под свой общий контроль, вместо того чтобы он господствовал над ними как слепая сила; совершают его с наименьшей затратой сил и при условиях, наиболее достойных их человеческой природы и адекватных ей. Но тем не менее это все же остается царством необходимости. По ту сторону его начинается развитие человеческих сил, которое является самоцелью, истинное царство свободы, которое, однако, может расцвести лишь на этом царстве необходимости, как на своем базисе". т.25, ч. II, стр. 385 387

Трактовку этого высказывания как пересмотра старых, радикальных взглядов молодости, своего рода "ревизию марксизма" мы можем видеть в одной очень интересной книжке, в которой примечания интереснее основного текста, представляющего про-рыночную публицистику времён перестройки. Об этой книге, выпущенной в тамиздате в 70-х годах (К. Буржуадемов (Виктор Сокирко). Очерки растущей идеологии, см. подраздел "Обыкновенный коммунизм") как-нибудь потом; упоминаю, чтобы показать, что в этом пункте мои взгляды не оригинальны.

Действительно, мы в этом отрывке из Маркса не находим даже привычной по учебникам "общественной собственности", вместо неё какой-то расплывчатый "контроль". Это же социал-демократия XX века, официально отрёкшаяся от марксизма. Да, но акценты можно переставить! Даже и при этой ревизии внимание Маркса всё равно приковано к "прекращению работы". Трактовать это выражение можно плоско-тривиально, мол, кончил дело - гуляй смело, свободное время начинается после рабочего дня. Но современность требует возвращения к молодому Марксу с его радикальными формулами: не отдых после рабочего дня в оставшееся время суток, а эпоа "освобождения от труда".

Нам осталось, пожалуй, самое интересное: КГП, Анти-Дюринг и "Маркс и Родбертус".

Критика труда в текстах Маркса и Энгельса. Капитал.

akabash — Sat, 03 Aug 2024 10:14:54 GMT

Для нашей темы - критика труда - мы прежде всего отметим, что в тексте "Капитала" остается в силе сделанный еще в 1846 г. отказ от этой критики. "Уничтожение труда" больше не провозглашается как материальная предпосылка коммунизма, как это было в более ранних работах. Труд признается вечным условием жизни человечества, новое общество должно дать новую "организацию труда" (ср. с насмешками над этим термином в ранних работах). Более того, труд не просто признаётся неизбежным, но и прославляется. Производственный труд детей в сочетании с учёбой и гимнастикой провозглашается источником развития. Это уже очень в духе мэйнстримного агитпропа советских времён с его вечным "Слава труду!"

Приведём одну цитату.

Маркс:

"...всякий элемент вещественного богатства, который мы не находим в природе в готовом виде, всегда должен создаваться при посредстве специальной, целесообразной производительной деятельности, приспособляющей различные вещества природы к определённым человеческим потребностям. Следовательно, труд как созидатель потребительных стоимостей, как полезный труд, есть не зависимое от всяких общественных форм условие существования людей, вечная естественная необходимость: без него не был бы возможен обмен веществ между человеком и природой, т. е. не была бы возможна сама человеческая жизнь". (Капитал-1, т.23, стр. 51-52)

Эта цитата не единственная в своем роде.

Здесь, конечно, есть некоторая двусмысленность. Если работа человека здесь и сейчас заменяется работой природных сил или искусственных автоматов, то мы такую ситуацию уже не назовем трудом. Но в большом историческом масштабе эти автоматы или средства уловления сил природы являются результатами человеческой деятельности, которую тоже называют трудом. В этом смысле труд вечен, сопровождает человека все время его существования. Эти два значения надо как-то различать терминологически. В одной позднесоветской книжке встретился термин "труд-работа" (как то, что подлежит ликвидации, согласно раннему Марксу). Можно и так сказать, но и так понятно, без уточнений, о каком именно труде идёт речь.

Это признание хорошей, правильной организации труда вместо уничтожения труда как условия преодоления товарности, то есть коммунизма, порождает некие слабости и недостатки марксовых текстов, заметные внимательному читателю.

Ещё раз обратимся к тому месту из главы о товарном фетишизме, где говорится о "единой рабочей силе" (у меня пост об этом в 2019 г.).

Если, согласно Марксу, при капитализме мы имеем дело с частным трудом отдельных товаропроизводителей, то в обществе ассоциированных работников, которое есть "союз свободных людей", люди расходуют свои индивидуальные рабочие силы "как одну общественную рабочую силу".

Вот это выражение и нуждается в пояснении. Каковы критерии, что именно как одну, а не иначе? Вот взять СССР, там как было?

Поскольку у Маркса проводится аналогия с Робинзоном, чье производство было нетоварным, то поясним на этом примере. Робинзон имеет разные рабочие органы: руки, ноги, голову, но они используются как "единая рабочая сила". Это значит, что жизненные средства они получают как солдат свою пайку, независимо от трудового вклада. Сегодня Робинзрн совершил дальний утомительный поход, вчера весь день работал топором, но ноги или руки не требуют вознаграждения соответственно их трудовому вкладу, как это было бы, будь эти органы обособленными товаропроизводителями. Поскольку есть аналогия, то естественно в будущем обществе предположить одинаковую пайку, как в армии. "Одинаковую" не в смысле скудную, а "по потребностям". (пояснение для тех, кто встрепенулся на предмет грубой уравнительности). Но нет, не всё так просто, у Маркса начинаются оговорки, способ распределения будет изменяться...

Тут еще важно, что те советские люди, кто открывал К-1, прочли это место уже имея опыт чтения "Критики Готской программы", идея которой о двух фазах излагалась в школьных учебниках. Но КГП это 1875 год, а здесь-то, в 1867 году, Маркс ничего не говорит о двух фазах, хотя намёк уловить можно. И да, в КГП формулировки жёстче, первая фаза сильнее сближается с обычным товарным произвоодством (буржуазное право, родимые пятна...).

В тексте Маркса стоят рядом две фразы:

Первая:

Способ этого распределения будет изменяться соответственно характеру самого общественно-производственного организма и ступени исторического развития производителей.

Вторая:

Лишь для того, чтобы провести параллель с товарным производством, мы предположим, что доля каждого производителя в жизненных средствах определяется его рабочим временем.

Человек, уже знакомый с КГП по советским учебникам, встретив это место в Капитале, вот эту первую фразу, скажет: Ну да, способ распределения будет меняться, на первой, низшей фазе - по труду, на высшей - по потребностям. И ждёт уже знакомого разъяснения, каковы условия перехода к высшей фазе (изобилие, "польются полным потоком").

Но вторая фраза такова, что ясно: концепции двух фаз ещё нет. В первой фразе сказао "будет меняться", а вторая как будто излагает некий неизменный принцип коммунистического общества. И ещё эта вводная фраза... с иронической усмешкой, как будто извиняется перед читателем...

"Лишь для того, чтобы провести параллель с товарным производством, мы предположим..." - пишет Маркс, и эти слова, мне кажется, могут вызвать недоумение читателя: лишь для того, чтобы провести параллель между нашим санаторием и тюрьмой, мы публикуем распорядок дня - очень мило! Зачем же проводить такую параллель, если нам важна именно специфика нового общества, его отличие от старого? Более того, в предыдущей фразе Маркс говорит: будет изменяться - и читатель вправе ждать разъяснений, как именно изменяться и почему. Но вместо картины смены способов распределения дается формула одного единственного (да и то, буржуазного права первой стадии, о чем будет сказано почти через десять летв КГП).

То есть ещё раз: принцип соответствия затрат труда и вознаграждения от общества в Капитале трактуется как особенность коммунизма, общая с капитализмом, а в КГП уже трактуется как пережиток товарного хозяйства и капитализма, признак низшей стадии.

Объяснением может служить понимание "раннего социализма" как общества "всеобщей частной собственности", в котором производство по-прежнему товарное (не "единая рабочая сила") и для преодоления коего нужно уничтожение труда, освобождение от труда. КГП это шаг в верном направоении, но недостаточный (см. старые посты по тегу КГП). К этому добавим, что советское обществоведение всё же признало товарный характер производства в СССР (помню школьный учебник), хотя обоснование оного колхозно-кооперативной собственностью - это несерьёзно.

В общем, мы видим, что "как единая рабочая сила" сразу же заменяется на противоположный принцип.

Ну и наконец, стоит обратить внимание на финальную фразу этой тирады.

== Общественные отношения людей к их труду и продуктам их труда остаются здесь прозрачно ясными как в производстве, так и в распределении. ==

Так ли это? Каков критерий простоты и ясности? Что вообще значит "простота и ясность"? Если это ситуация Робинзона в отличие от товарного производства, непростого и неясного, то, как мы видим, здесь, в условиях индустриального производства и общественной собственности, этого нет, потому что есть труд и разделение труда и они порождают буржуазное право, товарные отношения. Именно для них характерна непростота и неясность: произведённый продукт ещё должен получить признание в качестве потребительной стоимости, заранее этот статус не гарантирован. Более того, он должен получить цену, назначенную продавцом, поскольку он имеет стоимость (содержит такое-то количество общественно необходимого труда) и эта цена не должна отклоняться от стоимости. А это соответствие достигается путем конкуренции на рынке, то есть это не "простота и яснолсть". Робинзоновского контроля индивида за соотношением свободного и рабочего времени тоже нет, работаем сколько требует некая внешняя сила (да хотя бы и закон в условиях демократии, над Робинзоном-то никакой "кратии" нет, как и у нас на собственнй кухне). Так что здесь Маркс явно поспешил, если, конечно, признавать имевшийся строй распределения "по труду" уже-коммунизмом, хотя и на ранней стадии.

Эти слабости марксова текста были воспроизведены в советской литературе, у бесчисленных авторов. Постоянно повторялась двухтактная схема: сперва фанфары о принципиальном отличии советского хозяйства от традиционного капитализма, на первый план выдвигаются специфические для коммунизма категории, затем начинаются оговорки, появляются категории товарного хозяйства, которые-де не противоречат социализму... суть дела тонет в этих оговорках.

Нынешние сетевые дискуссии продолжают старый спор о "товарных отношениях при социализме". Естественным образом те авторы, которые настаивают на принципиально нетоварном характере советской экономики, объясняют произошедшие события чей-то злой волей. Авторы, защищающие понимание советской экономики как товарной, говорят о естественности того, что произошло (хотя естественность не значит неизбежность, инженерные ухищрения позволяют противостоять законам природы). Споры эти, конечно, нуждаются в аргументации, способной переубеждать. Думаю, что логическая связка "отчуждённый труд (другой не заслуживает внимания) - товарные отношения" необходима для выстраивания такой аргументации.

Однако, как было сказано ранее, идея уничтожения труда всё же не уходит у Маркса полностью. Теперь она присутствует как практическое требование сокращения рабочего дня, более того, можно заметить, что отмечена именно логическая связь между исчезновением рабочего времени и коммунизмом. Но об этом в следующий раз.

Критика труда в текстах Маркса и Энгельса. "Грундриссе" ("Экономические рукописи 1856-1857 гг.")

akabash — Wed, 14 Feb 2024 09:01:56 GMT

Конец восьмидесятых - время особое. Уже вовсю гласность, но ещё не было официального антисоветизма, непрерывно транслирующегося СМИ. Вот в этот период и вышла антология "МЭЛ о коммунистической формации" (кажется, не полностью, последние выпуски опоздали протиснуться в эту щель).

Во всяком случае, в отношении Грундриссе составителями была проделана работа по выделению тех фрагметов иекста, что имеют непосредственное отношение к коммунизму. Работа тем более важная, что Грундриссе, то есть первоначальный набросок Капитала, он же "Экономические рукописи 1856-1857 гг." - это два полновесных тома (Сочинения, т. 46, ч. I и II), быстро не прочтёшь.. Я думаю выложить эти отрывки отдельным постом, а здесь ограничусь описанием ситуации.

Нас интересует прнжде всего вопрос о предпосылках, о материальных условиях возможности избавиться от товарных отношений. То, что они необходимы при отсутствии таких предпосылок, Маркс говорит не раз (ещё в Немецкой идеологии: "воскреснет старая мерзость"). Однако видно и то, что мысль Маркса буксует, когда он пытается описать пост-товарное, пост-стоимостное общество на основе труда.

Вот несколько фрагментов о предпосылках (том и страницы Соч. указаны).

т. 46-1

101-102

== (Эта последняя ассоциация не есть нечто произвольное: она предполагает определенное развитие материальных и духовных условий, о которых здесь не место распространяться дальше.) ==

т. 46-1

102-103

== С другой стороны, если бы в этом обществе, как оно есть, не имелись налицо в скрытом виде материальные условия производства и соответствующие им отношения общения, необходимые для бесклассового общества, то все попытки взрыва были бы донкихотством.) ==

т. 46-1

449

== Если, с одной стороны, добуржуазные фазы являются только лишь историческими, т. е. уже устраненными предпосылками, то современные условия производства выступают как устраняющие самих себя, а потому — как такие условия производства, которые полагают исторические предпосылки для нового общественного строя. ==

Как видим, эти предпосыцлки здесь только постулируются, но не указывается, в чём они заключаются. Конечно, и у классиков и в обычном советском агитпропе можно найти утверждение, что такой предпосылкой является крупная промышленность, а вот мелкокрестьянское хозяйство - это-де тормоз, свидетельство неготовности к социализму - но сейчас многим ясно, что и крупная промышленностьо это всё ещё не то.

Далее, для описания будущего общества используются общефилософские категории, которые хороши как вопросы, как указания цели, но не годятся как программные положения. Они неалгоритмичны, в них нет указаний для практических политиков. "Манифест" содержал такие указания, но сам Маркс признавал их промежуточный характер.

Примеры таких категорий:

Всеобщий труд, заранее данный всеобщий характер труда.

Экономически революционизировать буржуазное общество (74, 115-117).

Универсальное развитие индивидов (100-101)

Свободный обмен индивидов, ассоциированных на основе совместного владения средствами производства и совместного контроля над ними (100-101)

Продукт не есть меновая стоимость (115-117)

Можно добавить ещёиз более поздних советских учебников: непосредственно общественное производство, непосредственное соединение рабочей силы со средствами производства.

Всё это абстракции, относиттельно которых неясно, реализованы они или нет, если заводы и фабрики принадлежат государству, как это было в СССР.

Часто в этом тексте имеет место ситуация, которую можно назвать "логика без динамики". При капитализме, мол, так-то и так-то, а при коммунизме будет по-другому, наоборот. Но способ и условия перехода не указываются, как и причина невозможности оставаться в прежнем положении.

Этот пункт можно считать подпунктом предыдущего, поскольку описания старой и новой ситуаций даются на языке абстракций, а не юридических форм.

То есть пусть даже описание было бы абстрактным, хотелось бы обоснования перехода, демонстрации его неизбежности. Как правило, этого нет.

Или же таким обоснованием служит аргументация от внутренних противоречий и кризисов нынешнего состояния. Если они есть, то будет и переход к новому состоянию, ликвидирующему причину оных, не оставлять же дело в таком виде! Но это слабый агумент: система может пребывать в состоянии кризиса бесконечно долго. Автомобиль, например, как общественный институт в перманентном кризисе, однако конца ему не видно.

Да и сама жизнь как форма существования материи...

Однако мы о труде. Хотя в большинстве фрагментов, когда речь заходит о будущем обществе, Маркс говорит о труде, об особом характере труда (именно это порождает затруднения), мы можем отметить и частичное возвращение к идее "уничтожения труда", выраженной уже более конкретно, через понятный и алгоритмичный термин "свободное время". Именно эти места делают Грундриссе культовым произведением, подобным в этом отношении ЭФР-1844.

Хотя у Маркса нет ясной формулировки, что ликвидация рабочего времени и замена его временем свободным посредством полной автоматизации есть необходимая предпосылка упразднения товарных отношений, то есть установления коммунизма, он подходит к этому очень близко. Это, кнечно, возвращение к мысли об "уничтожении труда", но уже выраженной более ясным языком. У него видно пристальное внимание к категории свободного времени, каковое является главным богатством общества.

Вот некоторые фрагменты о свободном времени:

== Как для отдельного индивида, так и для общества всесторонность его развития, его потребления и его деятельности зависит от сбережения времени. Всякая экономия в конечном счете сводится к экономии времени. ==

== владение всеобщим богатством и сохранение его будут требовать от всего общества лишь сравнительно незначительного количества рабочего времени ==

== ...тогда, когда прекратится такой труд, при котором человек сам делает то, что он может заставить вещи делать для себя, для человека. ==

(Ну уж нет, возражают некоторые нынешние, только тяжёлый, монотонный, неэффективный труд будет автоматизирован, а нетяжёлый, разнообразный и эффективный - автоматизирован не будет. Подумаешь, пол помыть шваброй, что тут тяжёлого? Они, конечно, неправы).

== материальные элементы для развития богатой индивидуальности, которая одинаково всестороння и в своем производстве и в своем потреблении и труд которой выступает поэтому уже не как труд, а как полное развитие самой деятельности, ==

== Все развитие богатства покоится на созидании свободного времени. Отношение необходимого рабочего времени к избыточному (таковым в первую очередь представляется оно с точки зрения необходимого труда) изменяется на различных ступенях развития производительных сил. ==

== Овеществленная в системе машин стоимость выступает, далее, как такая предпосылка, по отношению к которой созидающая стоимость энергия единичной рабочей силы исчезает как бесконечно малая величина. ==

== Поэтому тенденция капитала заключается в том, чтобы придать производству научный характер, а непосредственный труд низвести до всего лишь момента процесса производства. ==

== Но по мере развития крупной промышленности созидание действительного богатства становится менее зависимым от рабочего времени и от количества затраченного труда, чем от мощи тех агентов, которые приводятся в движение в течение рабочего времени и которые сами, в свою очередь (их мощная эффективность), не находятся ни в каком соответствии с непосредственным рабочим временем, требующимся для их производства, а зависят, скорее, от общего уровня науки и от прогресса техники, или от применения этой науки к производству. ==

== Происходит свободное развитие индивидуальностей, и поэтому имеет место не сокращение необходимого рабочего времени ради полагания прибавочного труда, а вообще сведение необходимого труда общества к минимуму, чему в этих условиях соответствует художественное, научное и т. п. развитие индивидов благодаря высвободившемуся для всех времени и созданным для этого средствам. ==

В сети эта работа есть здесь:

http://uaio.ru/marx/46-1.htm

http://uaio.ru/marx/46-2.htm

Но это прозрения. Поскольку же речь идёт о сохраняющемся труде, то решение ищется в правильной организации оного (против чего Марас ранее резко вясказывапся в 1844 году).

Более того, как некий шаг назад следует рассматривать одно место, где Маркс рассматривает идею Адама Смита о труде как жертве (46, ч. 2, 109).

Об этом как-нибудь потом.

Критика труда в текстах Маркса и Энгельса. "Нищета философии" (1847).

akabash — Sun, 15 Oct 2023 16:16:39 GMT

В этой работе мы видим некоторый отход от старых (правильных) взглядов, изложенных в предылущих работах.

Раньше мы имели два логически связанных тезиса:

- труд - причина частной собственности,

- необходимо уничтожение труда.

Теперь мы видим, хотя и не с первых страниц, что место категории "труд" занимает категория "индивидуальный обмен" - как причина частной собственности, подлежащая уничтожению.

Хотя на первых страницах первой главы разделение труда упоминается в тесной связке с обменом, в самом важном для нашей темы месте, в котором излагается простая модель будущего общества (т.е. коммунизма) о труде ни слова, поскольку молча подразумевается, его, труда, существование (а не уничтожение). Речь о разборе взглядов англичанина Джона Брея, из числа так называемых социалистов-рикардианцев. Взгляды Прудона, разбору которых и посвящена книга, Маркс считает вариациями на темы социалистов-рикардианцев. "В произведениях этого писателя мы нашли, как нам кажется, ключ ко всем прошлым, настоящим и будущим сочинениям г-на Прудона".

Кто не читал "Нищету философии", можете для начала ограничиться этим отрывком, это важнейшее место, только здесь говорится о необходимых предпосылках коммунизма. (Но и наиболее слабое, вызывающее недоумение на каждом шагу).

Весь текст первой главы вращается вокруг того, что в советские времена будет называться "законом стоимости": стоимость товара определяется рабочим временем, временем труда. Разница между Марксом и Прудоном с его предшественниками такова. Прудон вслед за социалистами-рикардианцами выводит пороки, диспропорции современного общества, капитализма из нарушения принципа эквивалентного обмена, лежащего в основе простого товарного производства, обмена по стоимости, по труду. Маркс же утверждает, что именно из этого принципа, из индивидуального обмена, который на нём основан, и проистекает поляризация богатства и нищеты, описанная ещё классиками политэкономии.

Маркс делает длинные выписки из Джона Брея, у которого тесно спаяны две мысли: стоимость определяется трудом и стоимость труда равна стоимости продукта труда. Вторая мысль - о капитализме, первая шире, о товарном производстве вообще. В критическом разборе Брея Маркс отбрасывает

вторую, хотя раньше, говоря о Прудоне, опровергал и её.

Мы тоже оставим в стороне тезис социалистов-рикардианцев, разделяемый Прудоном, о том, что стоимость труда должна быть равна стоимости продукта труда, что весь продукт труда должен принадлежать рабочему, а следовательно, капиталисты, забирающие себе прибавочную стоимость - мошенники и грабители. У Лассаля это требование будет называться "неурезанный трудовой доход", Маркс подвергнет его критике в "Критике Готской программы" и ещё раньше. Энгельс скажет, что это неверно в смысле политико-экономическом, но верно во всемирно-историческом смысле. Ну и стандартный советский агитпроп о том, что у нас нет эксплуатации человека человеком - он по сути из того же источника. Мы сосредоточимся на принципе эквивалентного обмена, лежащего в основе товарного производства. Здесь нам даже и не потребуется принимать во внимание раскол на капиталистов и рабочих. Достаточно представить двух контрагентов товаровладельцев, Маркс так и делает в этом месте своей книги.

За исходный пункт рассуждения Маркс берёт тезис Джона Брея "рабочий час Петра равен рабочему часу Павла". Каждый из них волен работать столько времени, сколько пожелает и предлагать свой продукт контрагенту для обмена. Если один прорабоал шесть часов, а другой двенадцать, то последствия будут негативными. А вот если Пётр и Павел будут работать одинаковое количество времени, то таких последствий не будет. Но это уже будет уничтожением индивидуального обмена. То есть, другими словами, здесь мы уже в новом обществе, в коммунизме.

Итак, труд есть, а индивидуального обмена нет - это уже новая формула будущего общества относительно "Немецкой идеологии" и раньше. И здесь к Марксу 1847 года уже возникают вопросы двоякого рода:

- просто по ходу текста,

- из нашего прекрасного далёка, основанные на опыте "реального социализма".

Однако, ближе к тексту, будем делать выписки. Том 4 Сочинений, стр. 106-109.

Маркс:

"Предположим, что Петр проработал двенадцать часов, а Павел только шесть часов; в таком случае Петр может обмениваться с Павлом только шестью часами на шесть часов, остальные же шесть часов останутся у него в запасе. Что сделает он с этими шестью рабочими часами?

Или ровно ничего не сделает, и, таким образом, шесть рабочих часов пропали для него даром, или он просидит без работы другие шесть часов, чтобы восстановить равновесие, или, наконец, — и это для него последний исход — он отдаст эти ненужные ему шесть часов Павлу впридачу к остальным.

Итак, что же, в конце концов, выигрывает Петр по сравнению с Павлом? Рабочие часы? Нет. Он выигрывает только часы досуга, он будет вынужден бездельничать в продолжение шести часов. Чтобы это новое право на безделье не только признавалось, по и ценилось в новом обществе, это последнее должно находить в лености величайшее счастье и считать труд

тяжелым бременем, от которого следует избавиться во что бы то ни стало. И если бы еще, возвращаясь к нашему примеру, эти часы досуга, которые Петр выиграл у Павла, были для Петра действительным выигрышем! Но нет. Павел, который вначале работал только шесть часов, достигает посредством регулярного и умеренного труда того же результата, что и Петр, начавший работу чрезмерным трудом. Каждый захочет быть Павлом, и возникнет кон-

куренция, конкуренция лености, с целью достичь положения Павла".

Конец цитаты.

Комментарий.

Мы видим, что здесь Маркс уже говорит нечто иное, чем в рукописях 1844 года, где прямым текстом: когда работа закончена, от труда бегут как от чумы. Терерь уже знакомая нам "слава труду" и осуждение лености. Небесспорно и утверждение о преимуществах "регулярного и умеренного" перед вариантом сперва большого напряжения, потом длительного отдыха. Это хум хау, те любят одно, а другие другое.

Маркс:

"Итак, что же принес нам обмен равных количеств труда? Перепроизводство, обесценение, чрезмерный труд, сменяемый бездействием, словом, все существующие в современном обществе экономические отношения за вычетом конкуренции труда".

Конец цитаты.

Комментарий.

"Перепроизводства" может и не быть, если Пётр и Павел приступают к обмену, когда количество затраченного ими труда выровняется (когда кончится длительный отдых того, кто начал резким рывком). Но если попытка обмена будет предпринята раньше, то да, всё верно.

Можно спорить об убедительности этой очень простой модели "двух мужей" (сами же потом и потешались над Дюрингом), но несомненно, что Маркс усматривает логическую связь между принципом эквивалентного обмена (индивидуального) и пороками капитализма.

Маркс:

"Но нет, мы ошибаемся. Существует еще одно средство спасения для нового общества, общества Петров и Павлов. Петр сам потребит продукт тех шести часов труда, которые у него остаются. Но раз у него уже нет необходимости прибегать к обмену произведенного им продукта, то у него нет и необходимости производить для обмена, а это разрушает всю нашу

предпосылку об обществе, основанном на разделении труда и обмене. Равенство обмена было бы спасено только посредством прекращения всякого обмена: Павел и Петр превратились бы в Робинзонов".

Конец цитаты.

Комментарий.

Ну, это вряд ли возможно, если Петр и Павел производят разные продукты и нуждаются в обоих. Пётр не потребит остаток, который не смог обменять, а перейдёт к производству и того, и другого продукта из двух. Но, допустим, это мелкая придирка, проехали. Вариант перехода к робинзонаде принят, обмена нет. Но в чём тогда отличие робинзонады от будущего общества? Не должна ли робинзонада быть целью человечества?

Маркс:

Итак, если предположить, что все члены общества являются непосредственными работниками, то обмен равными количествами рабочих часов возможен лишь при условии предварительного соглашения насчет числа часов, которые следует употребить на материальное производство. Но такое соглашение есть отрицание индивидуального обмена.

Мы придем к тому же заключению, если вместо распределения произведенных продуктов возьмем за отправной пункт самый акт производства. В крупной промышленности Петр не может произвольно определять время своего труда, так как без содействия всех остальных

Петров и Павлов, из которых образуется предприятие, труд Петра — ничто. Этим как нельзя лучше объясняется упорное противодействие английских фабрикантов биллю о десятичасовом рабочем дне. Они слишком хорошо знали, что уменьшение на два часа рабочего времени женщин и подростков должно

повлечь за собой также сокращение рабочего времени мужчин. Сама природа крупной промышленности требует равного для всех рабочего времени. То, что сегодня является результатом действия капитала и конкуренции между рабочими, завтра, с устранением отношения труда к капиталу, будет достигаться посредством соглашения, основанного на отношении суммы производительных сил к сумме существующих потребностей.

Но такое соглашение является смертным приговором индивидуальному обмену; значит, мы снова приходим к нашему первому результату".

Конец цитаты.

Комментарий.

То есть получается, что это "равное для всех рабочее время" (которое есть условие коммунизма, согласно вышеизложенной модели) уже достигнуто при капитализме? Зачем же тогда предварительное соглашение?

Не всё ясно и с "предварительным соглашением". Маркс в предшествующем тексте критикует Прудона за его стремление выяснить стоимость продукта до его поступления на конкурентный рынок ("конституированная стоимость"), на основании учёта реального, физического рабочего времени (это было только начало критики "рабочих денег", она будет продолжена). Но само-то предложение Маркса по уничтожению индивидуального обмена - чем лучше? Прудона поучал, что только конкуренция выясняет, равен ли мой рабочий час вашему, а сам, говоря о Петре и Павле, постулирует такое равенство еще до начала производства. Так ли уж велико отличие прудоновской "констуированной стоимости" от марксова "уничтожения индивидуального обмена" при сохранении разнокачественного труда, который всё равно как-то надо сравнивать?

Далее, мы видим, что "индивидуального обмена" нет, но некий "не-индивидуальный обмен" всё же остаётся, не так ли? И осуществляется по старому принципу "рабочий час Петра равен рабочему часу Павла". Много позже, в "Критике Готской программы" Маркс назовёт его "буржуазным правом", всё ещё существующим на низшей стадии коммунистической формации. То есть описанная Марксом в "Нищете философии" модель на высшую фазу не тянет. И не удивительно, труд-то остался, как и разделение труда!

Маркс:

"В принципе, нет обмена продуктов, но есть обмен участвующих в производстве видов труда. От способа обмена производительных сил зависит и способ обмена продуктов. Вообще форма обмена продуктов соответствует форме производства. Измените эту последнюю, и следствием этого будет изменение формы обмена. Поэтому в истории общества мы видим, что способ обмена продуктов регулируется способом их производства. Индивидуальный обмен тоже соответствует определенному способу производства, который, в свою очередь, соответствует антагонизму классов. Поэтому без антагонизма классов не может быть и индивидуального обмена".

Конец цитаты.

Комментарий.

Первое или одно из первых изложений основ истмата, нам более известных из хрестоматийного отрывка 1859 года. Здесь, конечно, интересно было бы услышать, каков этот способ производства, которому соответствует индивидуальный обмен? И если законодательно будет установлено равное рабочее время - это будет изменение именно способа производства?

На мой взгляд, этот способ производства - разделение труда, а обмен не-индивидуальный - вещь скользкая, так и норовящая вернуться к дикому типу.

В начале книги, ещё до разбора Джона Грея, Маркс критикует предложение Прудона заранее "конституировать" стоимость, определять её измерением реального, астрономического времени. Эта критика будет продолжена и позже (см. "теория рабочих денег", "часовые боны"). Но ведь и Маркса можно спросить: если мы заранее устанавливаем равное рабочее время для Петра и Павла с целью уничтожения индивидуального обмена, то где гарантия, что рабочий час Петра равен рабочему часу Павла? Критикуя Прудона Маркс говорит о необходимости конкуренции для определения реальной стоимости ("рыночек порешает"), ну а с нашими Петром и Павлом как быть? Вся советская "политэкономия социализма" пыталась решить эту "квадратуру круга" (выражение похищено у vas_s_al, который употребил его в диалоге с evgeniy_kond).

Но идём дальше. Маркс:

"Но сознание добропорядочного буржуа отказывается признавать этот очевидный факт. Пока человек остается буржуа, он не может не видеть в этих антагонистических отношениях отношений, основанных на гармонии и вечной справедливости, никому не позволяющей удовлетворять свои интересы за счет другого. По мнению буржуа, индивидуальный обмен может существовать без антагонизма классов: для него эти два явления совершенно не связаны между собой. Индивидуальный обмен, каким себе представляет его буржуа, имеет очень мало сходства с индивидуальным обменом, как он существует на практике.

Г-н Брей из иллюзии добропорядочного буржуа делает идеал, который он хотел бы осуществить. Очищая индивидуальный обмен, устраняя из него все заключающиеся в нем антагонистические элементы, он воображает, что нашел «уравнительное» отношение, которое ему хотелось бы ввести в общество.

Г-н Брей не видит, что то уравнительное отношение, тот корректирующий идеал, который он хотел бы ввести в мир, сам является лишь отражением существующего мира и что поэтому абсолютно невозможно перестроить общество на основе, которая есть не более как собственная приукрашенная тень этого общества. По мере того как эта тень вновь становится чем-то телесным, оказывается, что вместо рисовавшегося в мечтах преображенного общества появляется лишь тело современного общества".

Конец цитаты, конец второго параграфа первой главы.

Комментарий.

Вот так-то, начал за здравие, кончил за упокой. В начале этого фрагмента Джон Брей именуется коммунистом, а в конце он оказывается добропорядочным буржуа, или, по крайней мере, медиумом оного. Но похоже, что и сам Маркс, каким он предстаёт в этом важнейшем фрагменте "Нищеты философии", не так уж неуязвим перед иронией истории. Реальные попытки строить общество не-капиталистическое на основе индустриального разделения трула посредством юридической надстройки, регулирующей труд, сталкиваются с объективной логикой товарных отношений и могут потерпеть поражение. Тут и про Маркса можно сказануть "добропорядочный буржуа", как он про Джона Брея в этих абзацах: очищая разделение труда и т.д.; просто на место "индивидуального обмена" подставляем "разделение труда" или, ещё лучше, просто "труд".

До сих пор я пытался не отклоняться от критических комментариев по ходу текста, не выходя за рамки этой простой модели двух контрагентов, Петра и Павла. Но с высоты нашего опыта "реального социализма" в СССР мы можем задать некоторые вопросы.

Вот эта ключевая, центральная категория "индивидуальный обмен", играла ли она какую-либо роль в теоретическом обосновании социалистического строительства? В более поздних текстах Маркса она, по-моему, не очень заметна, в советских учебниках уступила место "товарно-денежным отношениям". Применима ли она к реальным отношениям в плановой экономике? Похоже на то, что если в случае с Петром и Павлом ещё можно добиться этого свойства "не-индивидуальности", то в случае, когда число контрагентов становится намного больше двух, задача становится трудновыполнимой. Во всяком случае, дискуссионность здесь несомненна. То, что много копий сломано при обсуждении вопроса о ТДО при социализме - исторический факт. Объяснять его чьим-то недомыслием или предательством - это детский сад.

Несколько забегая вперёд. Пресловутый и проклятый закон стоимости конечно существует, так же как и закон тяжести. Тем не менее существуют и летающие объекты, и ходящие на двух ногах существа, покрытые и не покрытые перьями. Попытки выстроить некий баланс трудовых затрат без задействования механизма конкуренции могут быть благотворными в неких условиях, которые еще надо найти и описать. Или можно сказать, желателен некий адаптивный компромисс или чередование. В общем здесь надо разбираться в тонкостях, помнить о диалектике. Разговоры на эту тему требуют особого музыкального тона, не того, который характерен для базарной перебранки или травли зверя друзьями человека. Толпа спасителей собственной души путём побивания камнями еретиков - не субъект такого разговора.

Общие выводы о бреевском пассаже.

1) Маркс прав, что принцип эквивалентного обмена порождает капитализмм, тесно связан с антагонизмом классов, хотя его модель с Петром и Павлом не очень убедитеьна и не рассматривает классовую поляризацию. Мысль верна, обоснование слабовато.

2) Маркс неправ, что при сохранении труда (ну, пусть разделения труда) возможно уничтожение индивидуального обмена. Обмен иного рода, не-индивидуальный - сапоги всмятку.

Хотя возможны оговорки, что пытаться сгладить диспропорции всё равно надо, а для этого требуется общественная собственность. Учение о "первой фазе", сохраняющей "родимые пятна", "буржуазное право" - верное уточнение, сделанное почти через тридцать лет.

3) Маркс прав, что попытки непосредственного определения стоимости через измерение рабочего времени без механизма конкуренции - не годятся.

Хотя возможны оговорки, что пытаться что-то делать в этом направлении всё же стоит. Есть же задачи, где достаточно и приблизительного решения.

Мы приветствуем и Госкомцен, и тарифные сетки. Да и капиталист, выбрасывая товар на рынок, назначает ему цену ещё до начала действия механизма конкуренции. Не согрешишь - не покаешься.

4) Маркс неправ в том смысле, что его предложения по заранее установленному равному рабочему времени не особо-то отличаются от прудоновских предложений заранее определять стоимость непосредственным измерением затрат труда. И там и там измерение физического времени.

То есть повторю сказанное в посте-предисловии. Критикуя старых социалистов, не понимающих, что "справедливый" обмен есть источник "несправедливой" поляризации общества (богатство и нищета), Маркс верно отвергает их практические предложения, которые только портят нормальный капитализм ("рабочие деньги"), но предлагая свои решения он в общем-то повторяет (другими словами) то же самое. Отсюда и заявления, что мы-де не рисуем картин будущего общества. Выход - в признании переходного, внутренне противоречивого и мучительного периода между товарным и пост-товарным производством. Но для такого рода задач возможны практически достаточные приблизительные решения, относительно которых надо держать ухо востро: всегда могут сорваться в дикий капитализм.. Изживание труда - необходимое условие решения радикального. Разумеется, под трудом здесь имеется в виду "труд-работа", выполнение которой необходимо для нормальной жизни общества, а не "истинно свободный труд", "всеобщий научный труд".

Критика труда в текстах Маркса и Энгельса. "Немецкая идеология" (1845).

akabash — Wed, 09 Aug 2023 10:57:17 GMT

В "Немецкой идеологии" Маркс делает одновременно шаг вперёд и некоторый шаг назад. Во-первых, появляется выражение "уничтожение труда", которого читатель был вправе ожидать ещё в "Экономико-философских рукописях". Во-вторых, категория труда, труда как такового отходит в тень и уступает место категории разделения труда, что снижает остроту анализа. Категория "разделение труда" господсвует в первой главе НИ, содержащей набросок исторического пути человечества, именно как последовательности форм разделения труда.

Вот те места из "Немецкой идеологии", в которых говорится об уничтожении труда как необходимом условии общества, упразднившего частную собственность.

Цитаты по изданию:

Сочинения, 2 изд., т.3, М. 1955 (всем известные коричневые кирпичи).

стр. 50

Труд опять-таки здесь самое главное, он есть та сила, которая стоит над индивидами; и пока эта сила существует, до тех пор должна существовать и частная собственность.

стр. 54

С другой стороны, и класс в свою очередь становится самостоятельным по отношению к индивидам, так что последние находят уже заранее установленными условия своей жизни: класс определяет их жизненное положение, а вместе с тем и их личную судьбу, подчиняет их себе. Это — явление того же порядка, что и подчинение отдельных индивидов разделению труда, и оно может быть устранено лишь путём уничтожения частной собственности и самого труда.

стр. 70

3) при всех прошлых революциях характер деятельности всегда оставался нетронутым, — всегда дело шло только об ином распределении этой деятельности, о новом распределении труда между иными лицами, тогда как коммунистическая революция выступает против прежнего характера деятельности, устраняет труд** и уничтожает господство каких бы то ни было классов вместе с самими классами, потому что эта революция совершается тем классом, который в обществе уже не считается более классом, не признаётся в качестве класса и является уже выражением разложения всех классов, национальностей и т. д. в теперешнем обществе;

стр. 78

Таким образом, если беглые крепостные стремились только к тому, чтобы свободно развить и укрепить свои уже имевшиеся налицо условия существования, и поэтому в конечном счёте добились только свободного труда, то пролетарии, чтобы отстоять себя как личности, должны уничтожить имеющее место до настоящего времени условие своего собственного существования, которое является в то же время и условием существования всего предшествующего общества, т. е. должны уничтожить труд.

стр. 192

Свобода труда есть свободная конкуренция рабочих между собой. Святому Максу жестоко не везёт как во всех остальных областях, так и в политической экономии. Труд уже стал свободным во всех цивилизованных странах; дело .теперь не в том, чтобы освободить труд, а в том, чтобы этот свободный труд уничтожить.

===

В первой и второй из этих цитат присутствуют и "труд", и "разделение труда". Это важно, поскольку далее "разделение труда" вытеснит просто "труд". Но здесь мы видим некое правильное соотношение. Подчинение человека разделению труда равнозначно подчинению класовой дифференциации, уничтожение такого положения дел возможно только при уничтожении самого труда.

Высказывания этого типа (первого), в которых присутствуют и труд как таковой, и разделение труда, нам наиболее важны. Но есть и высказывания второго типа, в которых говорится только о разделении труда, об уничтожении оного, как условии коммунизма, но уже не о самом труде как таковом.

Вот, например:

стр. 30

... разделение труда делает возможным — более того: действительным, — что духовная и материальная деятельность, наслаждение и труд, производство и потребление выпадают на долю различных индивидов; добиться того, чтобы они не вступали друг с другом в противоречие, возможно только путём устранения разделения труда. ==

стр. 75

Превращение личных сил (отношений), благодаря разделению труда, в силы вещественные не может быть уничтожено тем, что индивиды выкинут из головы общее представление о нём, а только тем, что они снова подчинят себе эти вещественные силы и уничтожат разделение труда*

===

Наконец, есть в НИ и высказывания третьего рода, в которых в качестве предпосылок коммунизма не упоминаются ни труд ни разделение труда, вернее, упразднение оных. Вот например на стр. 38:

== ... и если нет налицо этих материальных элементов всеобщего переворота, — а именно: с одной стороны, определённых производительных сил, а с другой, формирования революционной массы, восстающей не только против отдельных сторон прежнего общества, но и против самого прежнего «производства жизни», против «совокупной деятельности», на которой оно базировалось, — если этих материальных элементов нет налицо, то, как это доказывает история коммунизма, для практического развития не имеет никакого значения то обстоятельство, что уже сотни раз высказывалась идея этого переворота. ==

Конец цитаты.

"Сформировавшаяся революционная масса" угнетенных это важно, но недостаточно, о чем классики прекрасно знали, понимали трагизм преждевременного революционного действия. Об этом широко известная переписка с Лассалем о его трагедии "Франц фон Зиккинген", об этом и известное, до сих пор часто цитируемое письмо Энгельса Вейдемейеру от 12 апреля 1853 г.

Что касается высокого развития производительных сил, то в чём оно, можно ли эту высоту охарактеризовать не прибегая к категории труда? Высота эта в том и заключается, что человек освобождается от труда. Так что пройдём мимо высказываний этого третьего рода, они недостаточно глубоки.

В советские времена выражение "уничтожение труда" не использовалось, не попало в учебники и популярные изложения, хотя от внимания обществоведов не ускользнуло (есть комментарии в самом третьем томе, припоминаю ещё у Лифшица в статье "Марксизм и эстетическое воспитание", где-то ещё может быть), а "уничтожение разделения труда" превратилось в "преодоление различий между физическим и умственным трудом".

В наше время, если посмотреть сетевые форумы, то мы увидим, что понимание необходимости изменений в самой сфере труда имеет место, многие авторы понимают, что формула "общественная собственность на средства производства" это недостаточно глубоко, это внешняя юридическая сфера. Однако больше шансов встретить требование преодоления разделения труда, чем труда как такового. Вот совсем недавний пример, где эти две позиции резко противопоставляются. "Освобождение труда... или от труда?" - так называется этот материал.

https://deminded.livejournal.com/228923.html

Ещё раньше, у других авторов, я встречал тезис о "перемене труда", каковая-де и является преодолением разделения труда. Это предложение мне не представляется серьёзным. Нет принципиальной разницы между одним и тем же видом труда каждый рабочий день в году по восемь часов и тремястами разных видов труда, по одному дню на каждый, но в прежнем режиме "восемь часов - пять дней". Принцип "по труду" (он же "буржуазное право") при таких условиях будет непоколебим (и даже нежно любим).

Конечно, и в "Немецкой идеологии" есть высказывание, напоминающее о нынешнем требовании "пернемены труда". Вот оно (стр. 32):

== ... в коммунистическом обществе, где никто не ограничен исключительным кругом деятельности, а каждый может совершенствоваться в любой отрасли, общество регулирует всё производство и именно поэтому создаёт для меня возможность делать сегодня одно, а завтра — другое, утром охотиться, после полудня ловить рыбу, вечером заниматься скотоводством, после ужина предаваться критике, — как моей душе угодно, — не делая меня, в силу этого, охотником, рыбаком, пастухом или критиком. Это закрепление социальной деятельности, это консолидирование нашего собственного продукта в какую-то вещественную силу, господствующую над нами, вышедшую из-под вашего контроля, идущую вразрез с нашими ожиданиями и сводящую на нет наши расчёты, является одним из главных моментов в предшествующем историческом развитии. ==

Конец цитаты.

По поводу этого места можно только повторить уже изложенную критику: такая "перемена труда" не препятствует труду быть "вещественной силой, господствующей над нами". Ну а если серьёзно относиться к словам "как моей душе угодно", то надо принимать во внимание и возможность делать сколь угодно долгие паузы в трудовой деятельности, проще говоря, свести труд к нулю. Ведь перечисленные в этом фрагменте условные виды труда могут быть предметом требования со стороны общества, но не самореализацией индивида.

То есть о преодолении разделения труда можно серьёзно говорить только как о побочном следствии уничтожения самого труда, труда как такового.

Но это уже несколько за пределами заявленной задачи: привести цитаты из тестов позапрошлого века. А к "перемене труда" мы ещё вернёмся, когда речь пойдёт об архитекторе и тачечнике.

Критика труда в текстах Маркса и Энгельса. "Святое семейство". "О книге Фридриха Листа..."

akabash — Sat, 15 Jul 2023 09:55:50 GMT

Как-то раз, тыкнув мышкой куда-то за пределы обычной френдленты, наткнулся на суровых ребят, которые объявили всем известное название известных рукописей Маркса - "Экономическо-философские рукописи" - актом ревизионизма и оппортунизма (или что-то в этом роде). Правильным-де названием является "Подготовительные работы к "Святому семейству"", как это было в первом издании Сочинений.

В том, первом издании Сочинений рукописи были опубликованы только частично (т. 3, 1929 год), полностью же на языке оригинала уже в 1932, в MEGA (то есть опять-таки "у нас"), под известным нам названием ЭФР.

На мой взгляд, в большом историческом масштабе и в конечном счёте критика классической политэкономии (на её же собственной основе) куда важнее для нас, чем критика гегелевского идеализма, каким он предстал в писаниях младогегельянцев. И в этой связи не ЭФР являются подготовительной работой к "Святому семейству", а "Святое семейство", скорее, представляет собой чрезмерно разросшуюся последнюю главу ЭФР, в которой политэкономии практически нет и которая написана будто бы и не Марксом, а Фейербахом.

(Для визуализации этого тезиса можно погуглить "горбатки насекомые" и посмотреть картинки. То, что сверху - это "Святое семейство" на корпусе ЭФР).

Политэкономию в этой работе мы встречаем только в одном разделе, где Маркс критикует высказывания Эдгара Бауэра о книге Прудона "Что такое собственность".

То, что говорит Маркс в этом разделе, является по сути повторением уже изложенного в ЭФР, но не в такой резкой форме.

Есть общий тезис о необходимости критики политэкономии и Маркс одобряет Прудона, находя у него такого рода критику, хотя и делает оговорку о непоследовательности Прудона, ссылаясь при этом на работу Энгельса "Наброски..." Эта непоследовательость выражается в томв том, что задавшись целью подвергнуть отрицанию частную сбственность как таковую, Прудон приходит к апологетике простого товарного хозяйства, в котором выполняется принцип обмена по эквиваленту.

Очевидно, искомая критика политэкономии , стоящая на более прочной основе, чем исходное положение самой политэкономии (частная собственность как неоспоримый факт), должна указывать на предпосылку самой частной собственности. Такой предпсосылкой является труд. В ЭФР это сказано ясно, по крайней мере, есть места, где эта ясность ощутима. В "Святом же семействе" положения о самоотчуждённом труде как сущности и причине частной собственности здесь нет, хотя термин "отчуждение" встречается не раз. Так что можно, пожалуй, утверждать, что для обсуждаемого вопроса эта работа ничего не даёт.

До нас дошёл конспект Святого семейства, сделанный Лениным. Можно только сожалеть, что ни ЭФР, ни "Немецкая идеология" ему не были известны.

Ну и в качестве бонуса - отрывок из работы малоизвестной, написанной между "Святым семейством" и "Немецкой идеологией", в марте 1845 года,

"О книге Фридриха Листа "Национальная система политической экономии"".

Впервые эта работа была опубликована на русском в журнале "Вопросы истории КПСС" 1971, то есть в тот самый том без номера второго собрания сочинений, который вышел под названием "Из ранних произведений" в 1956-м и который содержал первую полную публикцию ЭФР на русском эта работа не вошла. В Сочинениях (те коричневые кирпичи) опубликована в 1974 году в т. 42 (вместе с повторно изданными ЭФР).

Эта работа заслуживает внимания. По интересующему нас предмету Маркс высказывается даже ещё более радикально, чем в ЭФР. Просто жжот напалмом, говоря современным языком:

«Труд» есть живая основа частной собственности, частная собственность как творческий источник себя самой. Частная собственность есть не что иное, как овеществленный труд. Если частной собственности хотят нанести смертельный удар, то нужно повести наступление на частную собственность не только как на вещественное состояние, но и как на деятельность, как на труд. Одно из величайших недоразумений — говорить о свободном, человеческом, общественном труде, о труде без частной собственности.

«Труд» по своей сущности есть несвободная, нечеловеческая, необщественная, обусловленная частной собственностью и создающая частную собственность деятельность. Таким образом, упразднение частной собственности становится действительностью только тогда, когда оно понимается как упразднение «труда» (такое упразднение, которое, конечно, сделалось возможным только в результате самого труда, то есть в результате материальной деятельности общества, и которое никоим образом

нельзя понимать как замену одной категории другою). Поэтому некая «организация труда» есть противоречие. Той наилучшей организацией, которую может получить труд, является его теперешняя организация, свободная конкуренция, разложение всех его прежних мнимо «общественных» организаций.

Конец цитаты.

Здесь, конечно, возникают вопросы.

Что значат эти кавычки, в которые заключено слово "труд" (не везде)? Они, конечно, ослабляют это высказывание и свидетельствуют, возможно, о некотором замешательстве Маркса: как осуществить это необходимое упразднение труда? (Ну, это мы уже знаем: автоматизация, радикальное сокращение рабочего времени, вытеснение человека из сферы производства. Однако Маркс этого не говорит, остаётся на уровне абстракции).

Выпад против «организации труда» тоже интересен. В "Святом семействе" это выражение встречается один раз, в парграфе "«Рабочий Союз» Флоры Тристан" и Маркс в общем-то принимает его благосклонно. Ну а людям двадцатого века естественно спросить: это по СССР проехался?

(Я думаю, что да, "реальный социализм" не был стадией коммунистической формации, однако защищать его надо, от, скажем так, нео-меньшевистских теоретических построений).

Но серьёзное обсуждение этих вопросов с позиций нынешнего "трудолюберства", к сожалению, невозможно.

Мы же скажем, что здесь мы видим у раннего Маркса неизбежные для того времени колебания. Есть понимание того, что труд - причина всех зол общества, основанного на частной собственности, ибо он сам есть её причина, но нет пригодных для практического политического действия указаний, как осуществить упразднение труда.

В следующий раз - "Немецкая идеология".

Критика труда в текстах Маркса и Энгельса. Экономико-философские рукописи (1844).

akabash — Sun, 11 Jun 2023 10:32:08 GMT

Экономико-философские рукописи (1844).

1. Специфика и значение этой работы:

только здесь есть указание на труд как причину товарных отношений. Маркс использует термины "отчуждённый труд" и "частная собственность". Заменим слишком надстроечно-юридический термин "частная собственность" на "товарные отношения", а отчужденность труда будем толковать как его имманентную непривлекательность, не зависящую от общественного строя.

2. Несколько слов для устранения одного недоразумения. Популярное истолкование термина "отчуждение" как акта присвоения продукта труда другим человеком неверно, точнее поверхностно, говорит о чём-то вторичном и поверхностном. У Маркса в этой работе много мест, из которых ясно: отчуждение это не акт изъятия, а отношение чуждости и враждебности.

В одном месте у него Fremtheit вместо Entfremdung. Лучше бы всегда так.

3. Тогда вычитанную у Маркса мысль можно сформулировать так: труд есть причина товарных отношений. Или в оригинальной терминологии: отчуждённый труд есть причина частной собственности. Такую формулировку мы встречаем только в одном месте, но оно драгоценно, такой ясности больше нет нигде (хотя косвенным образом есть и в других местах). Параллельно и чаще по ходу текста мысль противоположная: частная собственность - причина отчуждённого труда, то есть враждебности человеку всей сферы производства. В этом виде это повторялось в советской академической литературе, повторяется и современными сетевыми авторами, когда им случается как-то отреагировать на слово "отчуждение". Но у Маркса сказано, что это скорее внешняя причинная связь, а первичная, внутренняя - наоборот.

(В скобках заметим: в таком соседстве мыслей взаимопротивоположных ничего удивительного. В четвёртой главе "Теорий прибавочной стоимости" (той самой, о производительном труде, хайли рекоммендед) Маркс говорит об Адаме Смите, что две его точки зрения, верная и неверная, у него переплетены и он сам этого не замечает. Что касается самого Маркса, то здесь, скорее, переплетение не верного и неверного, а более глубокого, первичного, и менее глубокого, вторичного, которое, впрочем оказывает обратное влияние).

Вот это место, из главы "Отчужденный труд", оно должно войти в учебники марксизма нового поколения.

"Правда, понятие самоотчуждённого труда (самоотчуждённой жизни) мы получили, исходя из политической экономии, как результат движения частной собственности. Но анализ этого понятия показывает, что, хотя частная собственность и выступает как основа и причина самоотчуждённого труда, в действительности она, наоборот, оказывается его следствием, подобно тому как боги первоначально являются не причиной, а следствием заблуждения человеческого рассудка. Позднее это отношение превращается в отношение взаимодействия".

То есть: в действительности - наоборот. Это следствие, а не причина. Аутос эфа.

И не удивительно. В начале рукописей Маркс констатирует, что экономисты берут факт частной собственности беспредпосылочно. Вот труд и есть такая предпосылка. Если бы Маркс ограничился высказываниями типа "в условиях частной собственности труд отчужден", то есть в качестве конечной предпосылки взял бы частную собственность, то этот упрёк повис бы в воздухе. (Впрочем, и сам Маркс в Капитале поступает так же: берёт отношение "товар" как "исходную клеточку").

4. Цитата эта взята из главы "Отчужденный труд". Кроме неё, нас, естественно, интересует глава "Коммунизм" (хотя заголовки этим главам дал не сам автор рукописей). Естественно ожидать, что здесь борец за общество, в котором упразднена частная собственность, скажет о необходимости что-то делать с причиной её существования - трудом. Чтобы уничтожить частную собственность, надо уничтожить труд, эту кощееву иглу - это совершенно естественный вывод. Но в главе о коммунизме, то есть об упразднении частной собственности - только философские формулировки, нет программных указаний для правящей партии, нет ответа на вопрос "что делать?".

Маркс начинает эту главу многообещающе: "Снятие самоотчуждения проходит тот же путь, что и самоотчуждение". Читатель, естественно, ждёт, что этапы этого снятия отчуждения будут расписаны как дорожная карта, но этого не происходит. Сперва Маркс долго говорит о первой несовершенной форме коммунизма (всеобщая частная собственность, грубый коммунизм), не разъясняя даже, это реальная фаза развития или идеологическая конструкция в головах теоретиков. Потом переходит к характеристике уже состоявшегося коммунистического общества посредством оценочных суждений на языке философских категорий, но не программных положений для политической партии.

Понять Маркса можно: вот придёт пролетариат к власти, всё равно надо будет работать на заводах, без труда никак. Получается, что причина частной собственности неустранима. Как Маркс пытался справиться с этим теоретическим затруднением, мы увидим дальше. Мы-то сейчас легко говорим о перспективах полной автоматизации, о радикальном сокращении рабочего времени, но в первой половине девятнадцатого века это, похоже, было не принято.

Выражение "уничтожить труд", было произнесено год спустя, уже в "Немецкой идеологии".

Критика труда в текстах Маркса и Энгельса

akabash — Sat, 11 Mar 2023 13:08:46 GMT

В кругах серьёзных людей не раз критиковался безответственный и волюнтаристский призыв: читайте классиков! Ага, щас вот школьники сядут и прочтут. Учебник нужен толковый, но его пока нет. С этим я совершенно согласен, но ведь и резко противопоставлять тексты классиков и ненаписанный ещё учебник нельзя. Будут и к классикам обращаться, но, разумеется, это чтение будет связано с трудностями.

Желателен некий если не дайджест, то краткое введение, в сжатом виде излагающее суть каждого текста, разъясняющего особое место данной работу во всей системе идей.

Я не раз уже высказывался о том, что "уничтожение труда", "освобождение от труда" является необходимой предпосылкой преодоления товарных отношений, то есть коммунизма, это главное. В этой связи желательно проследить историю этой мысли в произведениях Маркса и Энгельса на протяжении всего периода их творчества. Краткие формулировки по важнейшим произведениям или скорее даже по этапам развития этой мысли, составленные нынешним поколением, дадут будущим читателям путеводную нить. Конечно, этот краткий дайджест желательно дополнить более развёрнутыми комментариями, я попытаюсь это сделать в серии постов.

Нижеследующее - самый краткий конспект по теме.

1. Труд - причина частной собственности.

Труд бесчеловечен сам по себе, чужд и враждебен человеку, поэтому (отчуждённый, даже самоотчуждённый) труд - причина частной собственности.

В "Экономическо-философских рукописях" 1844 года и рядом мы находим и критику труда как такового, и указание на труд как причину частной собственности (лучше сказать: товарного производства). Естественен был бы вывод о том, что именно труд подлежит ликвидации, если нам не нравится частная собственность, но в ЭФР такой формулировки нет, хотя речь о путях к обществу, преодолевшему частную собственность, не раз заходит. Но Маркс при этом не выходит за пределы общих философских абстракций, не приближается к программным положениям, практическим указаниям для партии, взявшей власть.

2. Уничтожение труда - предпосылка уничтожения частной собственности.

В "Немецкой идеологии" появляется выражение "уничтожение труда" как естественный вывод из того, что было сказано в ЭФР.

Одновременно здесь появляются ослаблющие главную мысль оговорки о разделении труда (вместо просто труда) как источнике частной собственности.

3. Труд есть вечное условие человеческой жизни.

Начиная с "Нищеты философии" (1847) Маркс резко отказывается от выражения "уничтожение труда", это выражение больше не употребляет.

Значение слова "труд" расширяется, делается уступка обыденному словоупотреблению, которое всегда есть пучок значений. В пятой главе "Капитала" трудом уже именуется обмен веществ с природой, то есть нечто, присущее человечеству в целом. Соответственно, при таком понимании труд рассматривается как вечное условие человеческой жизни, какое уж там "уничтожение".

Понять его можно: фабрики и заводы никуда не денутся и после революции.

4. Труд есть, но производство нетоварное.

Теперь Маркс стремится дать самое общее описание нетоварного, пост-товарного производства, но основанного на труде.

В качестве негативной матрицы Маркс берёт писания современников-социалистов, Прудона в частности (далее Дюринг, Родбертус): производство товарное, обмен нетоварный, такова общая формула Маркса для характеристики этих авторов. Более конкретно: критика "рабочих денег". Критика эта имеет два мотива:

- капитализм всё равно пробьёт дорогу, сметёт ваши надстроечные ухищрения,

- вы только испортите нормально функционирующий капитализм.

Разумеется, Маркс и Энгельс пытаются дать свою альтернативу, изложить реальное преодоление товарных отношений, соответствие между нетоварным (пост-товарным) производством и нетоварным распределением, указать на предпосылки, условия преодоления товарности. Но при этом сталкиваются с трудностями, которые порождают некоторые особенности этих текстов.

Особенности эти таковы:

- неалгоритмичность, абстрактность, язык общефилософских категорий (каковы критерии нетоварности производства? каковы мероприятия правящей партии?),

- при попытках конкретизации - тенденция к повторению тех, кого критикуют (принцип эквивалентного обмена). Соответственно, модели, предлагаемые М и Э, уязвимы для критики по тем же лекалам, по которым они критикуют социалистов-рикардианцев, Прудона, Лассаля, Родбертуса.

"Уничтожение индивид обмена ("Нищета философии"), "уничтожение старого разделения труда" ("Анти-Дюринг") - эти формулировки неудовлетвопительны и уязвимы для критики (в отличие от "уничтожения труда").

И ещё одна особенность, порождённая ходом истории:

- неясность с описанием СССР (это уже для нас скорее, чем для Маркса, но и для него тоже). У нас производство товарное или нет? Непосредственно общественное или ещё нет? Рабочая сила в СССР товар или нет? Расхождение мнений по эти вопросам- исторический факт.

5. Конкретизация положения об уничтожении труда.

Несмотря на отказ от термина "уничтожение труда", мысль всё же сохранилась, там и сям у Маркса происходила конкретизация этого положения. Здесь два ключевых термина, уже более алгоритмичных, ставящих задачу перед партией: "автоматизация" и "свободное время". Термин "автоматизация", правда, Маркс не употребляет (хотя есть "автоматическая система"), но суть дела ему известна. Высказывания об автоматизации и ключевой роли свободного времени содержатся главным образом в "Капитале" и подготовительных рукописях.

6. Переходное общество.

В "Критике Готской программы" появляется положение о первой, низшей фазе коммунизма, сочетающей элементы старого и нового. В "Анти-Дюринге" вскользь упомянуто о формальном только обобществлении, не тождественном реальному. Это уже шаг вперёд от (неудовлетворительных) попыток описать пост-товарное общество, основанное на труде. Хотя квалификация общества с распределением "по труду" как уже-коммунистического тоже неудовлетворительна, направление мысли верно. Лучше было бы говорить не о низшей фазе, а о намеренном опережении в области юридической надстройки. То есть неверна мысль

- труд есть, но произв-вр нетоварное,

зато верна мысль

- труд есть, производство по этой причине товарное, но надстройка препятствует свободному разворачиванию рыночных сил в полном объёме - и правильно делает. Надстройка забегает вперёд и сознательно готовит почву для реального коммунизма.

7. Капитуляция перед товарными отношениями.

Если такого понимания переходного периода нет, то происходит постепенное скольжение к апологетике "рыночных реформ". Чуть заметно, как тенденция это наметилось у позднего Энгельса ("Маркс и Родбертус"), затем немецкая социал-демократия с её отказом от марксизма, затем наши послевоенные "товарники".

Тем не менее у позднего Энгельса есть, разумеется, и противоположная тенденция, см., например, его замечания о "праве на труд".

Дальше просто отмечу, что было потом.

1) Советский официоз имеет своим истоком ленинскую работу "Государство и революция", написанную по мотивам "Критики Готской программы". После сталинской экономической работы 1952 года утвердилось понимание экономического строя в СССР как отвечающего определению коммунизма (вернее, коммунистической формации) в своих глубоких основах, но всё же ещё товарного.

2) Полу- или откровенно диссидентствующие писатели на экономические темы требовали рыночных реформ, то есть возврата к обычному капитализму, но (за одним интересным исключением) без обосновывания этих требований ссылками на изложенную Марксом связку между трудом и частной собственностью.

3) Писания тех авторов, что брали за основу ЭФР-1844, большей частью представляли собой элегии об отчуждении, гуманизме, антибюрократизме и т.д. "Превратить Карла Маркса в Карла Грюна", по выражению Лифшица (которое тоже нуждается в комментарии). Выводов в плане экономической политики как правило, не делалось, эти авторы в основном комфортно пребывали в философском тумане. И всё же это не совсем так: предмет интереса заслуживает только одобрения, и цитаты правильные были продемонстрированы.

4) Традиция жива, слава богу; ныне существуют авторы, которые, опираясь на антропологию раннего Маркса, стремятся описать переход от предыстории к истории в терминах политэкономии Маркса зрелого. Но о них уже отдельный разговор (после комментирования марксовых текстов - или параллельно оному :-)

Группа «Кризис» - Манифест против труда (1991)

akabash — Sun, 05 Feb 2023 14:55:07 GMT

В порядке предварительного прицела.

Оставил полдюжины длиннющих комментов (с обстоятельными ответами топикстартера на половину из них) к этому посту.

https://blau-kraehe.livejournal.com/980220.html

Разговор этот - о самом важном, о конечной цели, об общественном идеале, так что времени на это дело не жалко. Высказаться по поводу этого текста, обращаясь к неопределённому читателю вообще, как-то до сих пор не получилось, увлёкся общением с реальным человеком. Но спешить некуда, впереди у нас вечность.

Пока просто дам ссылку на одну иностранную работу тридцатилетней уже давности, излагающую взгляд, критикуемый СВ. Название уж больно хорошее.

https://www.krisis.org/1999/manifest-protif-truda/

(Имя автора (предполагаемого, манифест формально коллективный) мне до недавнего времени не было известно, узнал отсюда:

https://www.socialcompas.com/2022/12/10/brazilizatsiya-mira/

спасибо Вольфу Кицесу, который тоже такого рода картиночки склонен выкладывать).

В этом манифесте (за авторством Роберта Курца?) не всё убедительно, но общее направление верно, эта работа вполне может служить опорой для более отточенной аргументации. В любом случае,заслуживает внимания как один из образцов "культурного марксизма".

Давний пост об "уничтожении труда" (не мой)

akabash — Sun, 11 Dec 2022 10:23:34 GMT

Наткнулся в нашей любимой соцсети на этот пост десятилетней давности и решил сохранить у себя в виде текста, а не только ссылочно, настолько понравился (хотя от комментов оставил только первую половину). Позиции изложены кратко и по делу, участников разговора немного, комментов тоже, важные нюансы обозначены и вызывают желание вставить свою реплику (а не махнуть рукой, как это случается, когда в комментах тролль-помойка). Во всяком случае, отрадно, что это выражение из "Немецкой идеологии" имеет хождение и адекватно понимается (не всеми, правда). К сожалению, большинства оставивших свои реплики давно не видно в ЖЖ, дай бог всем здоровья.

===

Итак, вот этот пост с комментами.

https://vwr.livejournal.com/145326.html

20:43 Октябрь, 6, 2010

Мимоходом: "программа" Маркса в отношениии труда.

Опять - в который раз - натыкаюсь на пресловутое "уничтожение труда".

Из того, что труд на протяжении большей части человеческой истории действует в "отчужденной" форме, как самооотчуждение непосредственного производителя, делается вывод, что необходимо уничтожить не труд как отчужденный труд, а труд вообще, труд, не имеющий общественной определенности. Приводятся цитаты из "раннего" Маркса (напр., из "Немецкой идеологии"), где употребляется выражение - "уничтожение труда".

Разумеется, ссылаться на отдельные высказывания, а не брать марксизм как итог развития (хотя бы к концу жизни Маркса, после смерти которого это развитие отнюдь не прекратилось) - дело столь же приятное, сколь и бесполезное.

Действительные воззрения Маркса на изменение самого труда при капитализме и после капитализма сформулированы, в частности, в его главном труде. Придется привести длинную выдержку, чтобы прекратить нелепую возню вокруг этого пункта воззрений Маркса и марксистов, возникшую буквально на пустом месте:

"Одна из цивилизаторских сторон капитала заключается в том, что он принуждает к этому прибавочному труду таким способом и при таких условиях, которые для развития производительных сил, общественных отношений и для создания элементов высшей новой формы... выгоднее, чем при прежних формах рабства, крепостничества и т. д. Он приводит таким образом, с одной стороны, к ступени, на которой отпадают принуждение и монополизация общественного развития (включая сюда его материальные и интеллектуальные выгоды) одной частью общества за счет другой; с другой стороны, эта ступень создает материальные средства и зародыш для отношений, которые при более высокой форме общества дадут возможность соединить этот прибавочный труд с более значительным ограничением времени, посвященного материальному труду вообще..." ( "Капитал", т. 3, глава XLVIII. - Триединая формула).

"Программа" Маркса выглядит очень скромной: не только труд в материальном производстве, но и прибавочный труд сохраняются, от "более высокой общественной формы" ожидается только то, что она даст возможность "более значительно" (по сравнению с капитализмом) ограничить рабочее время. Дальнейшее изложение, однако, покажет, что в этом - вся суть ожидаемого переворота, заключающегося в том, что "отпадают принуждение и монополизация общественного развития".

Принуждение отпадает потому, что прибавочный труд перестает находиться в антагонистическом отношении к труду необходимому, условием чего выступают не только "отпадение" эксплуатации одной части общества другою, но и достигнутый уровень производительности труда:

"Таким образом, от производительности труда зависит, сколько потребительной стоимости производится в течение определенного времени, а следовательно, также и в течение определенного прибавочного рабочего времени. Следовательно, действительное богатство общества и возможность постоянного расширения процесса его воспроизводства зависит не от продолжительности прибавочного труда, а от его производительности и от большей или меньшей обеспеченности тех условий производства, при которых он совершается".

В этих словах Маркса производительность труда и условия производства выступают как бы самостоятельными по отношению друг к другу "факторами", между тем как второе - аргумент первого. Впрочем, Маркс достаточно подробно разбирает этот вопрос раньше, чтобы не воспроизводить при каждом случае всю свою аргументацию.

Но на это следует все же обратить внимание: в производительности труда выражаются личное и материально-вещественное условия производства (человек со всеми его способностями, знаниями и навыками и средства производства, находящиеся в его распоряжении). Эти условия в их единстве и есть то, что принято называть производительными силами общества.

Метки: политэкономия

17 комментариев or Оставить комментарий

Comments

Comment by Alter ego

alt

Date: Октябрь, 7, 2010 15:21 (местное)

Спасибо, полезные разъяснения.

Thread started by markcist

markcist
Date: Октябрь, 8, 2010 21:11 (местное)

Разъяснение не просто полезное, а очень полезное. Но не полное. И потому не совсем точное.

Когда Маркс говорит об уничтожении труда, он не имеет ввиду, что это произойдет при социализме или даже вскоре после социализма. Речь идет о том, что это когда-то должно произойти. И этот его тезис предельно просто доказывается. Совершенно очевидно, что когда-нибудь процесс автоматизации полностью вытеснит человека из производства, т.е. уничтожит труд.

И столь же очевидно, что это будет очень нескоро. А что будет до той очень далекой поры? - Вот это Маркс и разъясняет в представленной вами цитате, фактически предостерегая от возможных попыток немедленно после капитализма (или после социализма) впрыгнуть в полный коммунизм. Труд как политэкономическая категория существует только пока имеется способ обмена. Когда "каждому - по потребности", обмен перестает существовать. Соответственно, и труд тоже.

vwr

Date: Октябрь, 9, 2010 00:53 (местное)

Боюсь, что Маркс, говоривший, что труд и при коммунизме останется дьявольски серьезным делом, не согласится с тем, что, по вашему, он имел в виду. Автоматизация же не уничтожает труда, но лишь видоизменяет его формы.

Труд как политикоэкономическая категория всегда является общественно определенным трудом - например, наемный труд. Труд же как первичный акт присвоения человеком данного природой источников материальных благ остается, по Марксу, вечным естественным условием жизни, и не стоит приписывать Марксу то, чего он не утверждает.

При капитализме господствующей формой труда является наемный труд. Уничтожение наемного труда - вот что имели в виду отцы-основатели, говоря в своих ранних трудах об "уничтожении труда" - и не надо мудрить. Это не мудро.

markcist

Date: Октябрь, 9, 2010 02:33 (местное)

<<При капитализме господствующей формой труда является наемный труд>>.

Но из чего вы взяли, что у Маркса речь идет только о наемном труде? Индивидуал, работающий сам на себя, в той части, что он занят производством для обмена, тоже занят трудом В ПОЛИТЭКОНОМИЧЕСКОМ СМЫСЛЕ.

Недомудривать тем более не мудро.

vwr

Date: Октябрь, 9, 2010 03:02 (местное)

Из того, что неуклюжая фраза об "уничтожении труда" никогда не повторяется Марксом в его зрелых трудах, напротив, как было показано, о труде говорится совсем по-другому. А то, что речь идет именно о наемном труде, вы могли бы, при желании, заметить и сами, поскольку Маркс говорит о капитале, сравнивая его с докапиталистическими формами. Естественно, нам нечего беспокоиться об уничтожении форм производства, уничтоженных и уничтожаемых самим капитализмом. Труд же, поскольку это всегда общественный труд, является всегда исполненным также и "политэкономического смысла", как бы ни усердствовали желающие "вывести человека за пределы экономических отношений".

markcist

Date: Октябрь, 9, 2010 13:29 (местное)

Надеюсь, вы не станете утверждать, что "Капитал" написан именно в зрелые годы. И, надеюсь, вам известно, что в третьем томе Маркс пишет, что подлинное освобождение находится за пределами производства, что именно за его пределами находится общество подлинного гуманизма.

Ну и не стоит противопоставлять "раннего" Маркса Марксу зрелому. Ранний Маркс занимался выяснением общего направления общественного развития. И пришел к выводу, что для подлинного освобождения человека необходимо уничтожить труд. "Зрелый" применял эти выводы к действительности, и пришел к выводу, что на капиталистическо-социалистическом этапе, как первая мера, должен быть уничтожен наемный труд. Дальше он вообще не заглядывал.

vwr

Date: Октябрь, 9, 2010 14:36 (местное)

Простите, но ваши построения высосаны из пальца.

Выяснением "общего направления общественного развития" Маркс занимался всегда, поэтому как раз очень даже "заглядывал" дальше капиталистического этапа.

Прошу вашу бессмыслицу насчет "уничтожения труда" оставить при себе.

Все нужное уже сказано, добавлять нечего.

karlsonmarxx

Date: Январь, 19, 2022 22:24

(ответ на реплику markcist)

Вы абсолютно правы. Если бы Маркс писал о наемном труде, он так бы и написал!

alt

Date: Октябрь, 12, 2010 20:00 (местное)

"Совершенно очевидно, что когда-нибудь процесс автоматизации полностью вытеснит человека из производства, т.е. уничтожит труд".

Чушь. Автоматизация освобождает человека только от монотонного труда, от повторения однообразных операций, т.е. по сути от низкопроизводительного труда, давая ему возможность реализовать себя в творческом, высокопроизводительном труде. Автоматические станки, роботы и т.п. - не более чем очередной инструмент, повышающий производительность труда.

КОНЕЦ

====

Дальше ещё другие комменты, но их можно будет коснуться как-нибудь потом, эта ветка имеет свою художественную законченность.

Мне важно следующее:

1. В исходном тексте vwr вообще не желает рассматривать и толковать высказывания об "уничтожении труда", просто игнорирует. В комментах уже даёт толкование: речь-де только о наёмном труде, а не о труде как таковом. Это маленькая победа партии уничтожителей. Относительно вырывания (плохих) цитат из (хорошего) контекста можно сказать, что ещё вопрос, что является контекстом. Может быть, те места из НИ и есть тот самый контекст, в свете которого и т. д.

2. Маркс говорил об уничтожении труда в НИ, потом это выражение исчезло, речь уже об относительно большем свободном времени (если не привлекать другие высказывания позднего Маркса). Ну что ж, скажем так: зрелый Маркс сделал шаг назад, притупил остроту анализа, но все же связь между старой и новой, менее радикальной мыслью очевидна. Наша задача продолжить линию раннего. И заодно привести полный комплект его высказываний по теме.

3. Виктор Тяпин (aka markcist) сперва говорит о труде в физическом смысле: вытеснит человека из производства, т.е. уничтожит труд. И в следующем абзаце вдруг внезапно о труде как политэкономической категории: "Труд как политэкономическая категория существует только пока имеется способ обмена. Когда "каждому - по потребности", обмен перестает существовать. Соответственно, и труд тоже". Вот это разворот! Напротив, когда труд в физическом смысле перестаёт существовать, тогда исчезает обмен и осуществляется "по потребности". Или имеется в виду логическое следование от результата к причине?

4. В комменте alt мне нравится непринужденная замена противоположности "наемный - ненаемный", на которой настаивает vwr, на противоположность "рутинный - творческий". Это ведь разные вещи: рутинный труд может быть и наёмным и ненаёмным. Согласно защищаемым мною взглядам, пока есть рутинный, будет и наёмный. А труд творческий, истинно свободный лучше сейчас вообще трудом не называть, от этого только путаница. Во всяком случае, лозунг уничтожения труда имеет практический смысл даже и при том, что творческая деятельность будет существовать, а точнее получит расцвет при коммунизме.

Непривлекательность труда

akabash — Mon, 10 Oct 2022 12:43:04 GMT

В качестве эпиграфа отсюда:

https://new-rabochy.livejournal.com/2081139.html

predatel_istiny

22 августа 2022, 09:12:17

Человек реализуется через творчество. Вот вы написали эту статью, денег вы за это не получаете, тем не менее это труд. И этот труд вы делаете сами, без принуждения, без вознаграждения, а потому что вам это доставляет удовольствие.

Повторю для затравки свою общую схему причинных связей. Самая глубокая причина вот этого всего - имманентная непривлекательность труда (синоним: отчуждённость, термин "отчуждённый труд" надо понимать именно в этом смысле). Следствием отчуждённого труда являются товарные отношенния, принцип эквивалентного обмена (в условиях разделения труда). Капитализм как производство прибавочной стоимости есть естественное следствие товарности.

Поскольку на индустриальной стадии развития (фабрики и заводы) производительных сил труд (отчуждённый труд) сохраняется, то естественное стихийное тяготение в сторону обычного капитализма будет проявляться даже тогда, когда юридическая надстройка будет представлять собой нашу любимую общественную собственность на средства производства. Поэтому задача правящей партии в этих условиях двояка: в локальном масштабе искать приемлемый адаптивный компромисс между товарностью и волевым нарушением товарной логики, а в глобальном - развиваить производительные силы до такого состояния, что товарные отношения утратят смысл. Это возможно на путях автоматизации и радикального сокращения рабочего времени.

Эта схема, как я не раз убеждался, наталкивается на возражения уже в самом первом пункте. Люди оспаривают мысль о непривлекательности труда. Вот на этом и остановимся подробнее.

Обычно тезис о непривлекательности труда встречает два возражения.

Одно из них - указание на единичные примеры того, что человек чем-то регулярно занимается (трудится) и ему это нравится. "Моей жене нравится работать на даче" - это я слышал год или два назад. Относительно недавно - тоже дача, но уже тёща. Самое последнее: А вот Маркс писал "Капитал" не ради денег, а по внутреннему побуждению.

Второе возражение основано на различении труда монотонного, утомительного и т.д. и труда творческого. Первый-де, конечно, непривлекателен (и пусть будет уничтожен, не жалко), а вот второй очень даже привлекателен.

Есть ещё одно возражение, в виде ударной цитаты ("Труд есть естественное условие..."), но об этом потом как-нибудь, это за пределами заявленной темы.

Начну свой ответ на эти два возражения с напоминания общеизвестного положения из "Критики Готской программы", что исторической целью является переход от принципа "по труду" к принципу "по потребностям". Формулировку "по потребностям" я считаю неудачной, но согласимся с тем, что на высшей стадии - иной принцип, отличный от "по труду". Человек получает блага независимо от его трудового вклада. Это нам пригодится. Естественно также будет утверждать, что есть прямая связь между непривлекательностью и принципом "по труду".

Первое возражение как будто вообще отрицает непривлекательность труда, ведь "людям нравится трудиться", как мне недавно объяснили. Совершенно не верить этому невозможно: приятные чувства, порождаемые каким либо занятием, выполнением какого-либо дела, знакомы всем. Можно их перечислить: физическая разминка, удовольствие от созерцания результата, удовлетворение от выполненного долга. Однако как легко представить довольную тёщу на своем дачном участке, так тяжело представить её равнодушной к оплате по труду, если садово-огородная работа будет для нее необходимой для выживания. Почему так? Потому что труд имеет и непривоекательные элемпенты: физическую усталость, утомительную и отупляющую однообразность и на больших масштабах они доминируют, задвигают элементы привлекательности. Это даже не нужно объяснять, достаточно самонаблюдения.

Далее, наслаждаясь выполнением какого-либо дела, выполняемого в порядке самореализации, мы наслаждаемся своей свободой. То же самое дело, выполняемое по внешнему принуждению (не обязательно от людей), невозможность бросить его вотпрямщас и заняться чем-то другим, порождает совсем иные чувства. Во всяком случае, в ситуации труда по принуждению, занимающего большую часть времени жизни, человек будет требовать вознаграждения именно "по труду", то есть о высшей фазе коммунистической формации речи быть не может. Другими словами, частично соглашаясь с утверждением о привлекательности труда (да, есть и такие аспекты), мы не можем согласиться, что этих моментов привлекательности достаточно для отказа от товарных отношений ("распределения по труду", "буржуазного права", это всё синонимы).

Второе возражение, учитывающее разницу между трудом рутинным и творческим, в общем-то справедливо. И сам Маркс писал об "истинно свободном труде". Нам остаётся только рассмотреть, как соотносятся эти два вида труда (рутинный и творческий) в реальной истории. Нетрудно будет заметить, что первый подчиняет второй, заставляет его действовать по своей логике. Научное или художественное творчество по мере развития капитализма становится производством товаров, коммодифицируется. И если мы намечаем пути преодоления товарных отношений, то эта разница между трудом рутинным, требующим вознаграждения "по труду" и трудом творческим, который сам является наградой и наслаждением - нам безразлична. Ночью все кошки серы. Поставив задачу освобождения человека от труда вообще, предоставления ему максимально возможного свободного времени, мы автоматически, в духе максвелловского демона, будет отделять труд первого типа от труда второго. Первый отправится в корзину, второй получит условия для расцвета. Свободное время есть "истинно свободный труд", но "истинно свободный труд" не есть свободное время, такая вот хитрость разума. (См. мой пост, посвящённый одному коллективному труду последователей проф. Попова).

(В сторону: имя божие есть бог, но бог не есть имя божие; чего только не случалось читать во времена перестроечного журнального бума!).

Поль Лафарг - Право на лень.

akabash — Thu, 25 Aug 2022 19:37:36 GMT

djvu

https://disk.yandex.ru/d/Wq00ffizjfVxVw

doc

https://disk.yandex.ru/i/Axp_QOGOukZZFA

== Странное безумие овладело рабочими классами тех стран, в которых царит капиталистическая цивилизация, и именно оно, это безумие, порождает все индивидуальные и общественные бедствия, которые вот уже два века мучат человечество. Безумие это — любовь к труду, бешеная страсть к которому истощает жизненные силы людей и их потомства. Вместо того чтобы противодействовать этому безумному заблуждению, попы, экономисты и моралисты объявили труд святым, превратили его в священнодействие. ==

Конец цитаты.

Лафарг говорит "безумие", сейчас можно сказать: позор, стыдобища. Разумеется, речь о теории, об умственной слепоте; в благих намерениях наших трудолюберов сомневаться нельзя.

PS: Оказывается, совсем недавно прошёл Всемирный день лени.

Преодоление товарности не нуждается в предпосылках?

akabash — Sun, 21 Aug 2022 08:09:51 GMT

Пообщался с нео- ... как бы их назвать это направление, по крайней мере топикстартера, путь будут нео-военные-коммунисты.
Сам sch_haifisch употребляет термин необольшевизм.

https://sch-haifisch.livejournal.com/103611.html?view=comments#comments

Там много всего, хватило на полдюжины реплик с каждой стороны, выделю две линии, по которым были разногласия.

1) В СССР, по мнению этих авторов, было нетоварное производство, деньги были только кажущиеся, суррогатные деньги, так как не выполнялись функции ленег, перечисленные ещё Марксом.

Более того, нетоварность не требует объективных предпосылок, возможна на любой стадии производительных сил, дело только в сознании людей.

Соответственно,

2) ложной, по мнению этих авторов, является идея об "уничтожении труда" (Маркс, Немецкая идеология), то есть автоматизации и роботизации, как необходимой предпосылке преодоления товарных отношений, сиречь коммунизма.

К первому пункту я был морально готов, это устойчивая, давно существующая и часто излагаемая точка зрения, а вот по второму пришлось удивляться и даже попереживать. Отвергается не только идея уничтожения труда как предпосылки коммунизма, но и восприятие труда как непривлекательного по самой своей природе. То есть отвергается очевидный факт, который и обсуждать-то нечего, и так всё должно быть ясно. Ан нет, труд есть наслаждение, потребность здорового организма и т.д.

В общем, на этом исходном пункте придётся ещё остановиться.

Логическая схема, не раз мной излагавшаяся, такова:

Труд является по самой своей природе, имманентным свойствам отчуждённым, то есть непривлекательным, враждебным человеческой природе, страданием, проклятьем, жертвой.

Отсюда следует, в условиях разделения труда, принцип эквивалентного обмена, лежащий в основе товарных отношений. Где товарные отношения, там деньги, где деньги, там капитал.

Поскольку в СССР труд имел место, то и общественный строй был видом того же рода, к которому принадлежит и обычный капитализм. Сказать, что это была разновидность капитализма, будет меньшей ошибкой (если вообще), чем объявить его фазой развития коммунистической формации.

Политика, направленная на сокращение рабочего времени, была самым важным элементом реального строительства коммунизма в СССР.

ЗЫ: Возражения типа "а мне нравится работать на даче" - это парадокс, не отменяющий исходного, противоположного ему утверждения, и в норме должен восприниматься именно таковым.

Доклад Г.С. Струмилина "От Октября к коммунизму" - о производительном труде.

akabash — Sat, 23 Jul 2022 16:04:18 GMT

К сожалению, не удалось быстро продолжить предыдущий, годичной давности, пост,

в том числе и по причине двойственности самого материала. Экономика советского типа пытается освободиться от логики ТДО, но это ей не слишком удается. Поэтому тексты, генерируемые её свидетелями и отражающие эту ситуацию, трудны для комментирования: приходится на каждом шагу распутывать какие-то узлы.

Однако совсем недавно френдлента принесла ссылку на одно выступление на известном ютуб-каналее, которое вдохновило на продолжения старого поста.

https://www.youtube.com/watch?v=O3n8DkqQ7qI&t=169s

Выступление Вадима Прохорова представляет собой пересказ с комментариями доклада Г. С. Струмилина "От Октября к коммунизму", сделанного, судя по всему, в 1967 году и опубликованного в его сборнике избранных работ. Об этом выступлении я ничего не знал, так как слабо представляю, что происходит за пределами ЖЖ. Глянул - число просмотров и лайков исчисляется тысячами. Академик Струмилин актуален как никогда!

В общем, пока зреет продолжение старого поста, в качестве интермедии пусть послужат небольшие замечания по этому докладу и комментариям к нему современного автора.

Текст этого доклада Струмилина, который обильно цитирует Вадим Прохоров, более кратко излагает идеи из книги "Проблемы социализма и коммунизма в СССР", но есть и отличия, и эти отличия заключаются в гораздо большем внимании, которое уделяется вопросу о производительном и непроизводительном труде. Почему-то в книге Струмилин только пару раз слегка касается этого вопроса.

Ну а для нас это уже старая добрая традиция, тот гераклитовский огонь, который мерою вспыхивает и мерою угасает. Последняя вспышка была в 2019 году, потом как-то не очень.

Ссылка на Избранное

https://disk.yandex.ru/i/PFA8UNrgnQyaGQ

Доклад на стр. 456-470 (в файле djvu стр. 458-472)

Высказывания Струмилина в этом докладе о производительном и непроизводительном труде поначалу произвели на меня впечатление некоторой двойственности: начинает вроде бы с призывов уравнять статус производственной и напроизводственной сфер, признать производительными работников обеих, что является ересью с точки зрения господствовавшей тогда УНТ-школы, но затем начинает излагать УНТ-взгляды в их чистом виде. То есть начал за здравие, кончил за упокой.

Замечает ли он это противоречие? Похоже, что с точки зрения автора доклада противоречия здесь нет и это достигается посредством употребления терминологии, отличающегося от того, что принято в нынешних сетевых дискуссиях.

В нынешних сетевых дискуссиях, слава богу, такого недоразумения нет, или по крайней мере, четко обозначена область где его нет: участники согласны насчет определения производительного труда, но не согласны о том, насколько далеко распространяется это свойство, имеют ли его услуги.

(Это верно по отношению к ветеранам, в комментах регулярно являются новые люди, не подозревающие, о чем идёт речь. Но и у Струмилина тот же недостаток!)

Согласно нынешним УНТ-шникам, парикмахер, даже работающий на капиталиста, не создают приб. стоимости и непроизводителен. Эти два выражения синонимичны.

По Струмилину не так: не создают прибавочной стоимости, но производительны.

Струмилин говорит о социализме, поэтому вместо выражения "не создают прибавочной стоимости" говорит "не образуют особых фондов накопления", но эти выражения эквивалентны. Материальное-де производство образует, а обслуживание не образует.

Так вот, первое утверждение неверно, но по крайней мере научно (как дважды два пять), второе же совершенно бессодержательно, какая-то слащавая беллетристика. То, что результатом труда является нечто полезное, известно и без всякой науки, это истина простого здравого смысла.

Вадим Прохоров, как восторженный неофит, повторяет эти места и расцвечивает их своими примерами. Соседство имен Петросяна и Рихтера как восстановителей (а вовсе не окислителей) рабочей силы особо доставляет!

В своём докладе Струмилин несколько раз цитирует ту самую четвертую главу "Теорий прибавочной стоимости" (которую nektosteen дезавуировала как источник, отравленный диверсантом Каутским, а san4es ещё не прочёл), но с этими цитатами надо разбираться отдельно, как, впрочем и со всей главой. Кратко: в этой главе у Маркса есть предельно ясные высказывания по вопросу УТ-УНТ, есть и такие, что могут дать повод к недоразумениям, но вполне доступны для разъяснения. Я начал было цикл постов по каждому из двадцати разделов этой главы, но, в сожалению, и этот проект завис. А было бы хорошо разъяснить некоторые места. Ну, будем надеяться на лучшее.

Пока такая работа не выполнена, просто сделаем самое краткое положительное изложение взглядов УТ- направления (для читателя среднего школьного возраста, опоздавшего на наш фестиваль).

Выражение ПТ это просто краткое именование труда, создающего приб. стоимость.

Производительным трудом, то есть создающим приб. стоимость, может быть как труд, создающий материальный продукт, так и труд, создающий нематериальный продукт. Критерий - факт присвоения прибыли капиталистом. Утверждение, что эта приб. стоимость создана в отраслях материального производства - абсурд.

Так же и непроизводительный труд может быть и в материальном и нематериальном производстве.

Если аналогии между капитализмом и социализмом допустимы, то точно так же нет разницы в положении материального и нематериального производства при социализме. Те свойства, что характерны для материального, верны и для нематериального. Если первое создает национальный доход, то и другое тоже. Критерий - продажа на рынке и получение прибыли социалистическим предприятием. Непроизводительным следует считать труд, результат которого не продается и не даёт прибыли.

Повторный счет - неотъемлемая черта ВВП как показателя, поскольку суммируются денежные суммы продаж продукта на всех стадиях переработки. Он имел бы место и в экономике, в которой не создается нематериальный продукт. То есть УНТ-шники называют повторным счетом что-то не то, что-то вообще не существующее.

К сожалению, мне не известны выступления тех времен, в 60-80-е годы, которые излагали бы именно такое понимание вопроса, да еще и с правильным разъяснением той четвертой главы. Хотя о расширительной концепции я что-то где-то читал.

Струмилин С.Г. - Проблемы социализма и коммунизма в СССР. 1961. Глава 3, часть 1.

akabash — Sat, 08 May 2021 16:28:46 GMT

Центральная, третья глава книги Струмилина, состоит из пятнадцати разделов, плюс к ней примыкают ещё три главы о социализме (почему-то не включённые в третью в качестве её разделов). Я попытался в прошлом посте предоставить общую логическую схему этой части книги, посвящённой социализму, в меньшем количестве пунктов (пять-шесть). Нижеследующее - заметки по тексту в соответствии с этими немногими пунктами, которые (заметки), однако, постоянно сползают к тому, чтобы следовать оригинальному авторскому членению материала. Справиться с этим сползанием особо не удалось, ну и ладно. Отмаргиналил ещё раз первую половину этой главы, как раз объём текста на новый пост.

1. Закон стоимости существует объективно, ему надо следовать и при социализме. Неправы его отрицатели. Хотя в известных пределах можно и отступить от него ради высших соображений.

Автор говорит об объективности ещё в первой главе, об особом понимании термина "закон", не таком строгом, как в физике. С этим легко согласиться.

Интереснее начало третьей главы, самый первый абзац, по своей риторике прямо-таки горбачёвско-перестроечный.

== Но, к сожалению, даже многие из них в наши дни радикальной перестройки общественных отношений, когда все старое трещит по швам и меняет свой облик не по дням, а по часам, не поспевают за темпами этой перестройки. Слишком долго цепляясь подчас за явно устаревшие уже представления, они недостаточно продвигают теорию вперед, а в таких условиях и наиболее передовая теория начинает отставать от опережающей ее революционной практики. ==

А именно:

== Я имею в виду, в частности, ошибочное представление о несовместимости закона стоимости с плановой системой хозяйства, которое очень долго поддерживалось у нас с прочностью предрассудка, задерживая к ущербу практики развитие всей теории политической экономии социализма в СССР. ==

Оппонируемая точка зрения в деталях не излагается, но её легко восстановить: стоимость - категория товарного хозяйства, для коего нужны независимые товаровладельцы, обменивающиеся на рынке, а в СССР таковых нет, есть единый собственник в лице всего общества, следовательно...

Неполнота картины, неясности

Раз уж автор заговорил об "ущербе для практики", то ему следовало бы сказать, в чём был этот ущерб в 20-е, 30-е, в первые послевоенные годы и далее. А также дать обобщённую картину вот этого дурного планирования без учёта ЗС. Но на протяжении всей книги об этом речи как-то не идёт. Возможно, автор не хочет повторять апологетов рынка, противников социализма. В перестроечные годы они высказались во весь голос, прокляли дефицит, неэффективность и т.д.

Для полноты картины - вот пара ссылок на публицистику рыночников: перестроечная статья (термин "сталинизм", кажется, впервые) и статья двадцатых годов.

Шмелев Н. - Авансы и долги

https://royallib.com/book/shmelyov_nikolay/avansi_i_dolgi.html

Бруцкус Б. - Социалистическое хозяйство. Теоретические мысли по поводу русского опыта

https://www.gumer.info/bibliotek_Buks/Econom/Article/br_soch.php

Не нашёл в сети статьи Анатолия Стреляного о "купцах" и "кавалеристах", которая была чуть ли не первой из этого потока (кажется, журнал Знамя за 1986 год).

И ещё один вопрос к автору: можно ли говорить, что ЗС до сих пор считался несовместимым, не учитывался? Ведь коробок спичек стоил в магазине меньше, чем швейная машинка. А тяжёлый труд шахтёра оплачивался выше, чем более лёгкий труд почтальона. Разве это не действие закона стоимости? Вообще, принцип оплаты по труду, лежащий в основе первой фазы, это не проявление ЗС? О чём же тогда беспокоиться, зачем ещё какие-то реформы?

Ответ на критику слева

Возражения автора отрицателям ЗС (гл.3, параграф 2, стр. 120): надо различать меновую стоимость (характерную для товарного производства) и стоимость как таковую, как общественно необходимые затраты труда (ОНЗТ далее), а это уже категория внеисторическая: даже и при робинзонаде и при полном коммунизме для производства того-то и того-то требуется такое-то количество труда. Меновая же стоимость есть форма проявления стоимости как ОНЗТ.

Меновая стоимость - свойство только товарного производства, автор цитирует классиков:

«С переходом средств производства в общественную собственность* устраняется товарное производство» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч.„ т. XIV, стр. 286).

Но просто стоимость, как мы уже видели - другое дело, она внеисторична.

То есть получается, что стоимость будет и после товарного производства? Но ведь есть, например, ясное высказывание в "Анти-Дюринге", что категория стоимости исчезнет. Автор не приводит эту цитату, но ссылается на другие, о важности категории "стоимости в ее трудовом выражении" для планового хозяйства. Оставим эту войну цитат без комментариев, некая шаткость терминологии неизбежна на стадии становления теории, ничего особенного.

Мы здесь имеем типичный споро словах (называть ли стоимостью ОНЗТ или это только субстанция стоимости, которая может существать без формирования оной, как глина без горшка), но дело не в словах. Есть ли разница в действиях людей, занимающих разные позиции в этом споре о словах? Если есть, то договором о терминах её не ликвидируешь. Судя по изложенному выше, да, есть, но ясно, в концентрированном виде не изложена.

Каковы планирующие действия тех, кто признаёт ЗС?

Каковы у тех, кто отвергает?

В чём разница? (Впрочем, эта претензия к автору уже изложена выше).

Оговорка, частичное согласие с критикой слева

В другом месте, стр 128, в разделе третьей главы "Закон стоимости в условиях социализма" автор несколько сдаёт назад.

== Таким образом, совершенно ясно, что и практика и теория допускают у нас не только случайные, в порядке просчетов, но и вполне сознательные отклонения от требований закона стоимости в планировании, поскольку такие отклонения могут быть разумно обоснованы. Такие случаи, однако, надо рассматривать лишь как исключения. Общим же правилом должно стать соблюдение требований закона стоимости и самое широкое использование его в нашей экономике, как одного из важнейших орудий планирования. ==

Думаю, что радикальные антирыночники могли бы за это место ухватиться, почувствовав слабину, ринуться в эту брешь с целью расширения. Исключение? А какова мера этого исключения? А почему некие высшие соображения допускают? А в подвляющем большинстве случаев почему не допускают? В чём такая разница между типичными и особенными ситуациями? Может быть, любую ситуацию можно рассматривать как исключительную?

(В перестроечные годы можно было прочесть в толстых журналах о послевоенной полемике "товарников" и "антитоварников", но гугл, похоже, не щедр на ссылки на те дискуссии. О товарниках мы хоть что-то знаем, а что говорили анти-товарники, неизвестно).

В порядке некоего резюме по первому пункту:

Я согласен с автором, что ЗС существует объекивно, если мы говорим о производительных силах по состоянию на 1961 год (индустриальная стадия), но тонкое различение меновой и просто стоимости сомнительно. ОНЗТ - субстанция стоимости, а не сама она, хотя традиция употребления слова "стоимость" в значении ОНЗТ - существует. При таком словоупотреблении мы рискуем забыть о "высшей стадии коммунистической формации".

Не показан механизм ущерба от пренебрежения ЗС.

2. Польза - экономия времени, избегание диспропорций.

Но отстаивать объективное существование ЗС - этого мало. Надо дать оценку его действию.

== На всем протяжении времени господства в общественном хозяйстве товарно-денежных связей, когда действие закона стоимости является бесспорным, он выполнял двоякую роль регулятора производственных и меновых пропорций в направлении к наиболее экономному использованию и сокращению затрат «созидающей стоимость субстанции», или, говоря проще, общественных затрат рабочего времени на единицу продукции. ==

Стремление указать на некий универсальный принцип, пронизывающий всю историю производства и дающий особые модификации на разных стадиях прогрессивного развития, можно только приветствовать. Верно, что это экономия труда, рабочего времени (и сведение до нуля в перспективе, добавим мы).

3. Диспропорции, согласно автору книги, бывают двух типов: производственные (несоответствие друг другу количеств разных видов продукции) и рыночные, меновые (отклонение цены от стоимости). Диспропорции порождают санкции со стороны закона стоимости, всякие негативные последствия, ощущаемые или постигаемые умом.

Ответ на критику справа

Мне кажется естественным предположить, что диспропорции производственные легко устраняются планом (такое-то количество угля для выплавки такого-то количества чёрного металла), а вот диспропорции меновые - тот пункт, на котором сосредотачивается критика социализма со стороны апологетов рынка и капитализма. Мол, без стихийного корректирующего механизма конкуренции не будет у вас соответствия стоимости и цены или индивидуальных затрат труда и общественно необходимых. Правда, такой воображаемый спор остаётся в рамках трудовой теории стоимости, а наши атланты её скорее отвергают её, чем нет. Но этим обстоятельством можно и пренебречь: апологетика рынка возможна и в рамках труовой теории стоимости.

Ответ автора на эту (не очень-то изложенную) критику справа можно найти на стр. 65-66, ещё в первой, вступительной главе: есть задачи, строго математически неразрешимые, но допускающие достаточное приблизительное решение "на глаз". Это, разумеется, не конец спора социалистов с певцами рынка, он может быть продолжен на более конкретном уровне.

Два вида диспропорций

Важно, что отношения между меновыми и производственными пропорциями, согласно автору, асимметричны: первые ведущие, вторые ведомые (master - slave).

== Регулирует производственные пропорции в товарно-капиталистическом обществе закон стоимости не непосредственно, косвенным путем, через меновые пропорции. ==

То есть относительные количества продукции разных видов зависят от того, что происходит в мире цен.

(Вот-вот, говорят атланты, мы же говорили: социализм проваливает меновые пропорции, неспособен установить нормальные цены, значит и с производственными пропорциями порядка не будет: дефицит и всё такое).

Моё мнение, ранее излагавшееся: ограничение свободы рыночных сил действительно может иметь некие негативные последствия. Но с ними можно примириться ради иных благ. Претерпевый до конца спасётся. Таков ответ в самом общем виде, для конкретизации уже нужны специальные знания.

4. При капитализме пропорциональность достигается стихийно, через исправление диспропорций в процессе рыночной конкуренции. При социализме напрямую, через план. Заранее соответствуют друг другу и разные виды продукции и цены стоимостям, то есть затратам труда.

Этой капиталистической диспропорциональности автор уделяет много места, говорит о ней на каждом шагу. В его изображении капитализм является каким-то надругательством над законом стоимости, над принципом эквивалентного обмена.

Тут есть один не вполне ясный для меня момент. Меновые диспропорции, то есть несоответствие рыночных цен стоимостям, могут быть просто следствием "обычной" анархии", а могут быть следствием более глубоких закономерностей: закона цен производства и закона равной прибыли (развитый каптализм), или же монопольных цен (империализм). Автор как-то не противопоставляет и не отождествляет эти сущности. Сделаем это за него: отклонения цен от стоимости, а затем выравнивание оных в процессе конкуренции возможны и на стадии простого товарного.

(Несколько в сторону. Струмилин изображает капитализм как нарушение закона стоимости, принципа обмена по эквиваленту. Но ведь таковы, насколько помнится, были и претензии к капитализму у Прудона во времена его контактов с Марксом. Маркс же в "Нищете философии" возражал, что такое нарушение принципа есть логическое следствие самого этого принципа. Решение вопроса, говоря словами самого Маркса - надо уничтожить индивидуальный обмен.

Тогда мы спросим у самого Маркса - ну а в СССР-то с его плановой экономикой произошло уже вот это самое "уничтожение индивидуального обмена" или нет?

Но Маркс по уважительным причинам (или имея хорошую отмазку) не отвечает: не дожил-де до ваших времён. У Струмилина же категория "обмен" не встречается, хотя признание ЗС можно трактовать как признание обмена.

В общем, непроработанность терминологии - это зло).

Важный момент - инверсия, производимая социализмом.

== ...если стихийный закон стоимости -при капитализме, воздействуя через рынок на производство, мог только косвенно регулировать рыночными ценами необходимые производственно-трудовые пропорции, то в плановом хозяйстве закон стоимости регулирует их в наших планах непосредственно путем увязки этих пропорций с балансом труда и материальными балансами производства -и потребления различных продуктов, так что здесь уже производственные пропорции -призваны определять меновые. ==

И в этом пункте не всё понятно.

1) Если "закон стоимости регулирует", но в данный момент, момент писания книги в начале 60-х, нужна некая перестройка и реформы, то значил ли это,

- что до сих пор не регулировал, не действовал, не учитывался, но теперь пора уже начать,

- или что он действовал, не мог не действовать, но это не признавалось, а теперь пора признать.

То есть спор ли это о словах или столкновение рзных программ действий?

2) Далее, всё же непонятно, каким боком ЗС к производственным пропорциям, если он вообще-то о меновых. Если при капитализме меновые детерминируют производственные (положение дел с ценами, колеблющимися вокруг ОНЗТ, является причиной такого-то объёма выпуска), то понятно, что действует именно ЗС. А вот как при социализме объём выпуска может детерминировать цены, если по закону стоимости цены детерминируются ОНЗТ? Что-то это непонятно.

Попробуем нарисовать картинку, в которой произв-труд. пропорции детерминируют меновые. Плановики определяют объём нужных благ в натуральном виде, на его основе рассчитывается количество нужных человеко-джоулей, которое потом выражается в рублях и раскидывается по группам населения с разной зарплатой. Объём же произведённыз благ тоже раскидывается по группам с разным содержанием труда (то есть устанавливаются цены и зарплата). И это есть учёт ЗС? И как это согласуется с хозрасчётом и прочей перестройкой, которых до сих пор не хватало и без которых имел место некий ущерб? Иногда кажется, что автор ведёт партизанскую борьбу против "косыгинской реформы", соблюдая при этом приличествующую оной фразеологию. Мол, закон стоимости и так всё время нормально действовал без всех этих хозрасчётов.

Проблемы плановой экономики.

В шестом разделе третьей главы изложены отличия действия ЗС при социализме (от во-первых до в-седьмых) от действия оного при капитализме, каковые отличия, разумеется, трактуются как преимущества. Сам же закон стоимости именуется "преобразованным" (именно так почему-то, в кавычках), поставленным на службу социализму в своей плановой форме. А как же особые трудности плановой экономики, изложенные критиками? В следующем разделе автор, по крайней мере, их обозначает. Вот некоторые выписки:

== Представим себе, например, что углекопы добывают гораздо больше угля, чем его потребляется в стране, ==

Судя по контексту, это именно о социализме, такое может случиться, если плановые органы допустят ошибку.

== В развивающемся народном хозяйстве эта пропорциональность весьма изменчива, и оптимальные пропорции, нащупанные для одного производственного цикла, могут оказаться уже явными и все более угрожающими диспропорциями для каждого из последующих циклов. ==

А где гарантия, что это "нащупывание" окажется успешным? А вот рыночек (атлант ухмыляется) порешал бы своими методами.

Одним словом, Струмилин отмечает специфические трудности плановой экономики, но трактует их как решаемые задачи, а не как источник неизбежных катастроф.

В этой обширной главе (половине книги, можно сказать) много всего, соответственно, и этот пост не последний (хотя хочется быстрее перейти ко второй, "коммунистической" части).

Уважаемым комментаторам, уже скреативившим длинную полемику в предыдущем посте, предлагается перенести её сюда, поскольку у меня эти ветки сильно ушли вправо и не видны даже при самом мелком шрифте. (На ноутбуке, по крайней мере, на планшете вроде бы просто один коммент под другим).

С. Г. Струмилин. Проблемы социализма и коммунизма в СССР. М. 1961. Главы о социализме, общая схема.

akabash — Sun, 25 Apr 2021 07:04:08 GMT

Книга Струмилина вышла в 1961 году, через два года после брошюры Глезермана, то есть практически одновременно, глядя с нашей дистанции. В отличие от Глезермана (см. мой предыдущий пост) это работа обстоятельная: одиннадцать глав, более четырёхсот страниц, спецтермины политэкономии, формулы и статистические таблицы. От читателя это требует известной мобилизации.

Но можно выделить нечто главное, тем более что это делает и сам автор. Более того, содержание довольно отчётливо распадается на две части: главы о социализме и главы о коммунизме. Этот пост - о первой из них, главы 1 - 6, и даже ещё уже: в основном о третьей главе, образующей смысловой центр всей книги.

Книга Струмилина вышла практически одновременно с принятием новой партийной программы, в которой построение коммунизма было продекларировано как цель ближайшего времени и является научным обоснованием программных установок. Нет сомнения, что она заслуживает внимательного, с карандашом, чтения современным читателем: и как исторический документ и как рассуждение на темы, по-прежнему актуальные.

Для лучшей ориентации читателя выпишем названия глав первой половины, вместе с параграфами:

I. Социалистический способ производства 5

1. Социализм и государственный капитализм 7

2. Социализм и анархизм 10

3. Принцип демократического централизма 13

4. Планирование социалистического народного хозяйства . . 16

5. «Планирование» в странах капитала 24

6. Социализм и экономические законы 31

7. Закон стоимости при социализме 39

8. Социалистический труд 46

II. Планирование в СССР 54

1. Предпосылки планирования 54

2. Задачи и рычаги планирования 62

3. Организация планирования 71

4. Методология планирования 81

а) Производственная программа 88

б) Строительная программа 93

в) Социально-экономическая программа 98

5. Послевоенные пятилетки 104

а) Четвертая пятилетка . 105

б) Пятая пятилетка 108

6. Итоги и перспективы 113

III. Закон стоимости и планирование 119

1. К постановке вопроса ИО

2. Категория стоимости . 120

3. Закон стоимости в классовом обществе 121

4. Закон стоимости в условиях социализма 124

5. Санкции закона стоимости 132

6. «Преобразованный» закон стоимости 135

7. Закон стоимости и трудовые пропорции 139

8. Закон стоимости и эквивалентный обмен 147

9. Стоимость и закон равной нормы прибыли 153

10. Стоимость и принцип распределения 157

11. Стоимость и начисления на заработную плату 163

12. Стоимость и принципы ценообразования 169

13. Стоимость и производительная сила труда . . . . . .176

14. Стоимость и накопление . 186

15. Нерешенные проблемы 196

IV. К определению стоимости и ее применений в условиях социа¬

лизма 201

V. Общественная и локальная производительность труда .... 220

1. Основные понятия . . 220

2. Показатели общественной производительности труда . . 227

3. Индексы локальной производительности труда 233

VI. О дифференциальной земельной ренте в условиях социализма . 240

Первые две главы можно пропустить, они не столь интересны для целей этой рецензии. Переходим сразу к третьей.

Закон стоимости при социализме - так сам автор формулирует проблематику, которая вызывала споры на протяжении всей истории СССР и сыграла свою роль в событиях конца 80-х - начала 90-х. Этот закон не формулируется так, как например законы Ньютона в школьном учебнике физики. Но мы без этого обойдёмся. Достаточно понимания, что слово "закон" употребляется не с той строгостью, как в естественных науках. Заменим "закон" на "понятие", сформулируем мысль автора так: понятие, категория стоимости играет важную роль, стоимость есть нечто объективно, независимо от человеческого сознания существующее и должна приниматься во внимание в наших расчётах, в планах социалистического хозяйства. Примерно так, этого достаточно.

В настоящее время, судя по всему, в среде авторов, защитников социализма, господствующим является мнение, что никакой объективной, онтологической проблематики здесь нет, есть только глупость, предательство и тому подобные вещи. Файл с книгой Струмилина я скачал отсюда

https://vas-s-al.livejournal.com/933847.html

и там в комментах сразу же появились авторы, излагающие вот именно этот взгляд: в 30-е годы было соответствие некой норме, затем пришёл троцкист Хрущёв и произвёл отклонение от нормы, проведя косыгинские реформы: прибыль, хозрасчёт, вот это вот всё. Ну а там и перестройка подошла и т.д.

С этой точки зрения автор рецензируемой книги anathemandam est, он защищает действие закона стоимости при социализме уже в первой главе, а затем посвящает этому закону всю обширную третью главу. К ней мы сразу и перейдём, а первые две пропустим: первая глава, подобно оперной увертюре, только намечает темы для разработки, а вторая, о планировании, не затрагивает проблематики стоимости, рисуя картину преимуществ социалистического планирования перед капиталистической анархией, картину, в которой не чувствуется внутреннего напряжения, противоречий и т.д.

Но критика слева, разумеется, не единственная, которую может вызвать излагаемая автором позиция. Есть и критика справа, критика планового социалистического хозяйства как такового, апологетика капитализма и рынка как универсального регулятора. Такая литература выплеснулась на страницы газет в перестроечные времена, но существовала и раньше, ещё с двадцатых годов.

Насколько могу судить, Струмилин учитывает критику с обеих сторон, но излагает взгляды возможных оппонентов не очень охотно, как-то вскользь, намёками (по крайней мере, не с самого начала).

В самом сжатом виде логическая схема такова.

2. Польза от соблюдения закона стоимости - экономия времени, избегание диспропорций.

3. Диспропорции бывают двух типов: производственные (несоответствие друг другу количеств разных видов продукции) и рыночные (отклонение цены от стоимости). Диспропорции порождают санкции со стороны закона стоимости, всякие негативные последствия, ощущаемые или постигаемые умом.

4. При капитализме пропорциональность достигается стихийно, через исправление диспропорций в процессе рыночной конкуренции. При социализме напрямую, через план.

5. При капитализме ценообразование происходит по принципу цен производства, равной прибыли на капитал, это нарушение принципа эквивалентного обмена. А при социализме цены соответствуют стоимости. То есть социализм восстанавливает простоту простого товарного производства.

6. Наша практика планирования, ценообразования и теоретическое осмысление социализма таковы, что они часто происходят именно по-капиталистически, в категориях капиталистичекого хозяйства:

- цены формируются накидкой процента на себестоимость, а это равная прибыль на капитал,

- обсуждается дифференциальная рента при социализме

И это нехорошо.

Эти пункты не совпадают с членением материала у самого автора, в оглавлении, но так, мне кажется, короче и яснее, без повторений.

Я уже и раньше высказывал мнение, что экономический строй СССР был видом того же рода, что и обычный капитализм, видом товарного производства (в отличие от будущего коммунизма как общества иного рода). Радикальные изменения в классовой структуре и юридической надстройке не могли затронуть более глубокие онтологические пласты. Индустриальные пр. силы требуют товарных отношений. Отсюда возможность переоценки степени уже-не-товарности, каковая есть "сладенькое комвраньё", по известному выражению. Но и капитулянтские, нео-меньшевистские выводы тоже неприемлемы. Требуется нечто третье. Такой постановки вопроса я как-то не вижу, хотя она была неким невидимым аттрактором, вокруг которого на протяжении истории СССР вращалось всё.

Следующий пост - те же пункты, но подробнее, с выписками и комментариями.

Глезерман Г.Е. - Две фазы коммунистического общества. 1959

akabash — Sat, 20 Mar 2021 16:58:54 GMT

Сейчас у меня под рукой три книги, объединённые общей темой.

Глезерман Г.Е. - Две фазы коммунистического общества. 1959

Струмилин С.Г. - Проблемы социализма и коммунизма в СССР. 1961

Любинина С.С. - Карл Маркс о коммунистическом производстве.

Издательство МГУ. 1985

Первые две выложены здесь:

https://vas-s-al.livejournal.com/933406.html

https://vas-s-al.livejournal.com/933847.html

Третья попалась мне случайно, при посещении ру-драккара в поисках другого. Дам вот эту ссылку.

https://books.google.ru/books/about/%D0%9A%D0%B0%D1%80%D0%BB_%D0%9C%D0%B0%D1%80%D0%BA%D1%81_%D0%BE_%D0%BA%D0%BE%D0%BC%D0%BC%D1%83%D0%BD%D0%B8%D1%81.html?id=wjHUAAAAMAAJ&redir_esc=y

Интересно сравнить эти книги между собой, а также на предмет соответствия их содержания нынешним представлениям о сём предмете, которые мне не раз случалось защищать. Нельзя сказать, что они общепризнаны, но они имеют место и обсуждаются.

Напомним.

Старая литература учебников и энциклопедий - акцент на категории "собственность". Современные дискуссии ставят в центр категорию "труд", это прогресс. Опора и источник вдохновения - "эзотерические" тексты классикоав, оставшиеся в черновиках. Отчуждённый труд как причина существования частной собственности (Парижские рукописи 1844 года), уничтожение труда как предпосылка (Немецкая идеология). Вытеснение человека из процесса производства, радикальный рост свободного времени, низводящий время труда до ничтожно малой части от времени жизни - условие преодоления товарных отношений. Соответственно, индустриальная стадия развития производительных сил (фабрики и заводы) неизбежно порождает товарные отношения, поэтому реставрация классического капитализма (для общества общественной собственности) - всегда за ближайшим углом. На этом остановимся, хотя здесь начинается самое интересное. Перейдём к книгам, этот пост о брошюре Глезермана.

Юзер vas_s_al, выложивший эту книгу, кратко комментирует:

== Брошюра общества "Знание".

Особых откровений нет, но рубеж 1960-х - последний раз, когда о построении коммунизма говорили и писали как о насущной задаче. ==

Пожалуй, это утверждение можно попробовать усилить: к концу существования СССР о построении коммунизма не писали вообще, а не то что как о насущной задаче; не рассуждали, а ограничивались сакраментальными лозунгами к праздникам. Или всё же кое-что было?

Брошюра Глезермана рассчитана на самого массового читателя. Элементы научного текста сведены к минимуму, нет естественных ссылок на классиков. Для массовой агитационной литературы, дающей готовые выводы, это нормально, претензий нет

Что может ждать массовый читатель от такой популярной брошюры?

Ответа на вопрос, чем запроектированное будущее отличается от настоящего, почему оно будет лучше и какие препятствия для его построения надо преодолеть. Отчасти это есть, автор от этих вопросов не уходит, хотя проработаны они не так основательно как в книге Струмилина, вышедшей примерно в то же время. В отличие от Струмилина, ничего или почти ничего о дискуссионных вопросах, о трудностях и противоречиях.

Поскольку в книге всего 32 страницы, можно просто пробежаться по ним, делая заметки в интересных местах. Те места, их достаточно, которые мне кажутся балластом, буду пропускать.

С первых страниц, естественно, идёт изложение идеи "Критики Готской программы" о двух фазах, о том, что сейчас "по труду", а будет "по потребностям". Это различие, а общим для двух является наличие общественной собственности на средства производства.

== Общей чертой социализма и коммунизма является прежде всего господство общественной собственности на средства производства... ==

Альтернативный взгляд - главная граница ещё не преодолена: то, что мы называем общественной - "всеобщая частная".

Положение о переходе к "по потребностям", конечно, должно привлечь массового читателя, естественен вопрос: а почему сразу нельзя? Ответ советского обществоведа таков:

== Распределение по труду неизбежно на первой фазе, так как производительные силы не настолько развиты, чтобы обеспечить полное изобилие всех предметов потребления, так как люди еще не привыкли работать на общество без учета и контроля, да и сам труд не превратился в первую жизненную потребность всех людей. ==

Разумеется, это пересказ известного места из КГП близко к тексту. Выпишем и его, чего уж там.

== На высшей фазе коммунистического общества, после того как исчезнет порабощающее человека подчинение его разделению труда; когда исчезнет вместе с этим противоположность умственного и физического труда; когда труд перестанет быть только средством для жизни, а станет сам первой потребностью жизни; когда вместе с всесторонним развитием индивидов вырастут и производительные силы и все источники общественного богатства польются полным потоком, лишь тогда можно будет совершенно преодолеть узкий горизонт буржуазного права, и общество сможет написать на своем знамени: Каждый по способностям, каждому по потребностям! ==

Обратите внимание, читатель, что у Маркса сразу говорится как об условии перехода - об исчезновении того-сего. Тема изобилия ("польются полным потоком") появляется не сразу. Однако в традиционном обществоведении середины века именно это "изобилие" было объяснительным пунктом. До изобилия - по труду, по достижении оного (ну естественно!) по потребностям. Не забыта была и фраза Маркса о труде как первой потребности, это был объяснительный пункт номер два. Думаю, не ошибусь, если скажу, что высказывание о "порабощающем подчинении разделению труда" просто игнорировалось, а ведь оно вызывает вопросы и нуждается в толковании.

Это место Маркса я бы прокомментировал так (если уже раньше не касался, см. мои старые посты по тэгу КГП). Марксу следовало бы вспомнить выражение "уничтожение труда" из "Немецкой идеологии", а также некоторые места из Грундриссе ("свободное время - главное условие") и сказать, что тот уровень развития производительных сил, на котором они приобретают автономию и не нуждаются в человеческом труде, приводит к разрыву логической связи между трудовым вкладом индивида (он исчезающе мал) и объёмом получаемых им благ. Слово "изобилие" вообще следовало бы удалить или оставить как описание некоего побочного последствия, а не как объяснение условия перехода.

Далее, выражение "труд станет первой потребностью" весьма неудачно. Следовало бы сказать: исчезнут те виды деятельности, которые не могут быть потребностью сами по себе, по своей природе. Это было бы точнее, чем о порабощении разделением труда.

Если же мы на "изобилии" делаем акцент, а о радикальном росте свободного времени (= уничтожение труда) забываем, то получаем то, что у Глезермана: сползание к пункту два, к труду как жизненной потребности. Традиционного толка авторы устанавливают логическую связь между формой распределения и определённым (доминантным, конечно) аллелем отношения к труду. "Люди ещё не..." - но как только, так сразу.

В известных комментариях Лотмана к "Евгению Онегину" даётся альтернативный перевод известного французского эпиграфа. Не "нравственность в природе вещей", а "мораль (как акт чтения оной другому) - естественная склонность человека". Не помню уж, то ли чья-то шутка, то ли сознательно заложенная самим Пушкиным двусмысленность. Во всяком случае, читая свою френдленту, соглашаюсь со вторым вариантом. И идёт это ещё с тех времён. Вот и автор разбираемой брошюры, см. стр. 9 и дальше. Правда, здесь скорее прославление трудового героизма, чем пристыжение и обещание кузькиной матери тем, кто не соответствует, но ведь одно от другого отстоит не далеко.

Для примера:

== Буржуазные критики коммунизма нередко говорят: «Если человек сможет получать продукты вне зависимости от того, сколько он заработал, то он и работать не станет, а значит, коммунизм неосуществим». Мы можем сказать этим господам: не меряйте людей коммунистического общества на свой аршин. Это вы привыкли не работать и жить за чужой счет, и вам поэтому кажется самым желанным образ жизни паразита, захребетника. А у человека коммунистического общества совершенно иные взгляды и привычки, он не будет мыслить себе жизнь без труда, труд станет для него первой потребностью жизни.

Посмотрите на наших передовиков промышленности, транспорта, сельского хозяйства: разве они трудятся только ради заработка? ==

Конец цитаты, но не текста, далее о субботникам и бригадах коммунистического труда как зримых ростках коммунизма.

А, вот ещё пропустил! Страница 8, вопрос о применимости выражения "буржуазное право" к принципу распределения по труду. Нет, неприменимо, пишет автор брошюры, опираясь на доклад Хрущёва на XXI съезде. Как на мой взгляд, в явном противоречии с тем, что сказано у Маркса в КГП и у Ленина в ГИР. Прямо удивительная какая-то беспардонность. Нюансы толкования тоже важны: категория собственности, о которой сказано в начале этого поста, используется как ударный аргумент.

ИМХО, Струмилин, о котором речь в следующий раз, с этим бы не согласился.

На странице 10 нас ожидает приятный сюрприз:

== Высокомеханизированное и автоматизированное производство невозможно без определенного ритма работы, без соответствующего распорядка работы людей. Люди должны будут выполнять в установленном порядке свои трудовые функции, но короткий рабочий день оставит им много свободного времени, которое может быть использовано для всестороннего развития своих способностей. Каждый, не будучи обременен материальными заботами, сможет наиболее полно развить и применить все свои способности. ==

Автоматизация, сокращение рабочего дня - вот это самое то, верный ход марксистской мысли (хотя не без ехидства можно поинтересоваться, зачем сокращать то, что является первой жизненной потребностью). Здесь официальное

советское обществоведение (да и руководство, если верить некоторым источникам) проявило чуткость к голосу будущего, смогло противостоять травмирующему влиянию наличной исторической ситуации, требовавшей субботников, ударного труда и т.д. Старым советским обществоведам простительно, а нынешним авторам, генерирующим #славатруду - нет.

Страница 12 - берёт быка за рога (хотя, кажется, этот вопрос выше уже ставился).

== Иногда в связи с этим ставят вопрос: нельзя ли побыстрее отказаться от этих исторически преходящих черт социализма, чтобы ускорить переход к коммунизму ? Не пора ли, например, ввиду роста сознательности советских людей отказаться от принципа личной материальной заинтересованности работников в результатах своего труда? Не следует ли уже теперь осуществить' распределение по потребностям? и т. д. и т. п. ==

Казалось бы, ответ в свете изложенного ранее очевиден: изобилия ещё нет, поэтому сохраняем принцип первой фазы. Но автор почему-то для аргументации взял категорию более абстрактно-философскую: постепенность. Её нельзя нарушать, для перехода к будущему принципу надо всячески укреплять нынешний. Это, конечно, заготовка для будущей схоластики о "развитом социализме", а может быть даже и для будущей агитации за рыночные реформы. Постепенность ведь, нельзя прыгать через этапы.

Страница 17

== Ростками коммунизма в сфере потребления является бесплатное общественное обслуживание граждан. Основная масса фонда народного потребления у нас распределяется, как известно, по принципу социализма, в соответствии с количеством и качеством труда каждого работника. Однако уже сейчас около четверти фонда народного потребления идет на общественное обслуживание ==

Это всё верно, следовало бы ещё сказать о конфликте двух принципов. Не знаю, обсуждалось ли это где-либо ещё.

Страница 25

Воду пропускаю, как обещал, но вот мимо этого спец-пункта пройти не мог.

== ... наряду с созданием материально-технической базы коммунизма огромное значение будет иметь реорганизация системы народного образования — соединение обучения с производительным трудом, введение политехнического образования. ==

Это не просто так, а в связи с решениями XXI съезда. Не знаток вопроса, но, кажется, о политехническом образовании говорилось уже в первые послереволюционные годы. То есть, получается, за все эти десятилетия так и не ввели? А что мешало? Тема эта, похоже, вечнозелёная, вот и в нынешнем ЖЖ...

На этом, пожалуй, можно и закончить, хотя, конечно, вопрос о том, почему пропущенные места были восприняты как балласт, тоже интересен. Но как-нибудь потом, хочется уже перейти к следующим двум книгам из списка.

Подводя итог в двух словах: эта книжка интересна, скорее, не тем, что в ней есть, а отсутствием того, что должно быть. Эта отсутствующая здесь проблематика обычно обозначалась так: закон стоимости и социализм. У Глезермана вообще нет политэкономической терминологии: товар, стоимость. Вот у Струмилина этому уделено много внимания, вся книга вращается вокруг этого дела.

О трудовой мотивации

akabash — Sat, 09 Jan 2021 14:50:30 GMT

Когда в апреле прошлого года начался карантин, сел писать длинный отклик на недавний (относительно того момента) пост Синей Вороны, хотя собирался отреагировать на другой пост, Вольфа Кицеса. Но взяла верх привычка реагировать на последний по времени раздражитель. Написал довольно длинный текст, но этот отклик так и остался в виде черновика. С одной стороны, хочется кратко и de more geometrico изложить некую систему мыслей, с другой стороны, драгоценен живой контакт с текстом, вдохновившим на полемику, а это сильно увеличивает объём. Поиски оптимального баланса и адаптивного компромисса очень оттягивают момент расставания с готовым текстом. Ну и открытие возможности спать днём сколько угодно сыграло свою роль. И вот вчера новый пост СВ, в главных пунктах повторяющий тот, полугодовой давности. В общем, решил выложить слегка приглаженный черновой вариант. На флоберовскую работу сил нет, а суть дела и так изложена достаточно ясно. Десятилетний ЖЖ-шный опыт показывает, что о литературной завершённости можно особо и не заботиться. Нам не дано предугадать... но чаще так дано, что мало не кажется.

Писано в апреле-мае 2020 года, на карантине.

Хотел было написать по поводу антиБОДовского поста Вольфа Кицеса,

https://social-compas.livejournal.com/208876.html

http://www.socialcompas.com/2019/10/05/chem-ploh-bezuslovnyj-bazovyj-dohod/

Источник

https://www.pf.team/articles/chem-plokh-bezuslovnyi-bazovyi-dokhod__balAIqZD

да руки не дошли, а тут как раз подошёл сходного содержания пост:

https://blau-kraehe.livejournal.com/720635.html

Содержание этого поста - не нечто уникальное, присущее одному автору. Это волнует многих, возможно даже давит как кошмар (сама СВ возвращается к этой теме снова и снова) - и с этим надо разбираться.

Ниже - комментарии по ходу пристального, "с карандашиком", чтения и защита несколько иной точки зрения.

== Постоянно возникает один и тот же вопрос - некоторые утверждают, что коммунизм невозможен, поскольку невозможен труд без принуждения. ==

Я бы ответил этим некоторым так: при коммунизме вообще нет труда, поэтому и вопрос о мотивации не стоит. Допустим, это заострение...

Не могу сказать, что у СВ нет движения мысли именно в таком направлении. Есть, в одном из предыдущих постов, на который она же и даёт ссылку:

https://blau-kraehe.livejournal.com/622378.html

Смотри там различение между "работой" и "службой" (работой именуется то, что вообще-то обычно называют свободным временем), но в здесь разбираемом посте на переднем плане другое, противоположное. А именно: вопрос о мотивации важен и есть иная мотивация, кроме принуждения.

Я намерен доказывать (или хотя бы изложить) следующее:

Морально-психологическая риторика, сохранившаяся со времён советского агитпропа, только вредит нынешним делам. Да, труд - это проклятие и выполняется только по принуждению, будь то принуждение от внешнего мира, принуждение голодом или принуждение силой, от людей. Но разве в этом есть что-то плохое?

Сама постановка вопроса об энтузиазме, мотивации, отличной от естественных интересов, представляет или может представлять собой непрошенное и неуместное вторжение в интимную сферу, вторжение людей, обладающих властью или претендующих на власть. Во всяком случае так обстоит дело на нынешнем, индустриальном уровне развития производительных сил, когда люди должны бОльшую часть жизни проводить на рабочем месте.

Уже в самом тексте я вижу противоречия, которых можно было бы избежать, если убрать этот морально-психологический компонент. Без этого мы видим некую смесь двух противоположных взглядов, соседствующих чуть ли не в одной и той же фразе.

== уход за квартирой и воспитание детей – это труд. Но труд чаще всего неотчужденный, вот что важно, и поэтому он и не воспринимается именно как «труд» ==

За что боролись? Эта фраза отражает колебания автора: "чаще всего" (то есть не всегда? а тогда как часто?), "воспринимается" (а чем на деле является?), "как "труд"" (что значат эти кавычки?). Уж лучше было бы сказать: домашний труд тоже есть труд отчуждённый (другого и не бывает), это проклятье, жертва, каторга - поэтому и требует компенсации.

(Сделаю оговорку: элементы неотчуждённости могут быть, но роли не играют и не должны упоминаться в программных документах, в тексте обращения партии к народным массам. Призывы к "сознательности" хороши только ad hoc).

Читаем дальше:

== Вопрос в другом – возможен ли без принуждения труд общественный, вне собственного дома и семьи. ==

То есть общественный труд - это труд вне дома. Запомним. Дочитываем абзац до конца - и оказывается, что общественный труд - это субботники, волонтерство и т.д. То есть обычный труд у станка или в офисе уже исключён из рассмотрения на предмет "возможности без принуждения", хотя он тоже вне дома. Это не удивительно, если признать этот обычный труд отчуждённым. Да и субботники с волонтёрством: обязательно ли это чувство удовольствия?

Ощущение своей полезности, чувство выполненного долга - это не удовольствие, это нечто другое, или по крайней мере удовольствие иного типа, в отличие от того, которое даёт интерес к познанию или творчеству.

Далее читаем про бОльший энтузиазм во время эпидемии. Очень хорошо, но ведь из этих слов следует, что до эпидемии энтузиазм был несколько меньшим, не так ли? Смысловой компонент работы усилился, это очень хорошо, но что должен сказать человек, озабоченный моральным состоянием работающих: похвалить медперсонал за бОльший энтузиазм во время эпидемии или осудить за меньший энтузиазм в условиях отсутствия оной? (В скобках будь замечено: помню, конечно, слова из "Великого почина", что теперь, мол, рабочим стыдно работать в обычные дни хуже, чем во время субботника. Лучше бы автор статьи их не писал).

Мой ответ таков: мы не моралисты, а политические деятели, обращающиеся к народу с некой программой. И к этой программе (изложенной, пардон за каламбур, в "Критике Готской программы"), этот месседж (сознательность возрасла в экстремальной ситуации) не имеет отношения. Вот к этому различению между стадией "буржуазного права", "оплаты по труду" и стадией "по потребностям". Впрочем, и Маркса можно упрекнуть, что элемент морально-психологической риторики и здесь промелькнул: труд станет первой жизненной потребностью. Из этих слов легко можно сделать вывод в духе знакомого нам морализаторства: недостаточно, мол, у нас ещё люди сознательны и т.д. Но тогда к чему "польются полным потоком" как необходимое условие перехода к высшей фазе? Повысим сознательность - и дело с концом. Единственным верным толкованием этих слов Маркса может быть: исчезнут те виды деятельности, которые не могут быть потребностью сами по себе.

Но движемся далее по тексту СВ. Далее говорится о неких дурных людях, которые "убеждены, что основная человеческая масса настолько омерзительна, ленива и инертна, что без кнута вообще и задницу от дивана не оторвет".

То есть человек, не желающий рыть канаву лопатой по иным соображениям, кроме как заработать себе на жизнь - омерзителен. И автор поста в этом пункте с ними согласна? А разногласия в том, что основная масса всё же не такова, что у неё, массы, есть и другая, высокая мотивация для рытья канавы лопатой. Мне кажется, что многие реально работающие люди с этим не согласятся. Скажут: да, я такой и оставьте меня в покое. Обязанности по работе выполняю, а в душу не лезьте, не стыдите меня, не указывайте, что я должен любить и чего не должен.

== Но найдется ли достаточное количество энтузиастов, готовых стать, например, хирургами или кибертехниками – зачем, если достаточно отработать свои общественные часы на каком-то простом месте, тупо нажимая на пару кнопок? ==

Значит, для тупого нажимания на пару кнопок особой мотивации не требуется! Мне, комментатору и врагу труда, уже стало легче. Но здесь я вижу некоторое забегание вперёд, ведь это проблематика второго и третьего этапа, см. ниже. Мотивация к образованию - это да, это проблема для общества, в котором уже нет отчуждённого труда.

(И для хирурга не надо особой небывалой мотивации: армейский принцип, выполнение долга перед обществом, как солдаты осваивают военные специальности не в качестве кормящей профессии).

== Но здесь мы уже переходим к вопросу образования, общего и профессионального, а также воспитания. Который тоже является для коммунизма ключевым. ==

Всё верно, прошу читателя только заметить, что говорится о переходе к некоему другому вопросу, вопросу образования и воспитания. А до сих пор речь шла не об этом, а о труде рутинном, который и без образования возможен.

Далее говорится об этапах перехода к коммунизму.

== Этап первый. Строительство социализма и социализм. Большое количество монотонного неавтоматизированного труда ==

Значит, дальше ожидается автоматизация, т.е. уничтожение труда, а нет труда - нет и проблемы мотивации, энтузиазма. Но это реплика в сторону, посмотрим, что пишет автор.

== Люди будут экономически мотивированы ==

Верно - и этого достаточно, никакого особого энтузиазма не нужно. Более того, это "обнуляет" то, что сказано автором ранее о некой иной, высокой и неэкономической мотивации, связанной с интересом или чувством собственной полезности.

Но оказывается нет, кому-то недостаточно.

== Некоторые утверждают, что это «гибель социализма», как же так, люди мотивируются трудиться на себя, а не на общество. ==

Мой ответ дан строкой выше, что же скажет автор поста? Или нет, постойте, она уже ясно сказала: Люди будут экономически мотивированы - пусть и стоит на этом пункте, как Мартин Лютер.

Увы! Начинает делать уступки этим "некоторым".

== Вовсе нет. При этом растет число людей, которые трудятся ради общества, ради интереса, энтузиастов. Но все еще сохраняется и значительное количество тех, кто по своей психологии не вышел за рамки старой формации и трудится только ради себя и своей семьи. Такая ситуация у нас была в СССР. ==

Здесь я вижу некий логический сбой. Если оппоненты говорят: экономическая мотивация - гибель социализма, то надо возражать: нет, экономическая мотивация - НЕ ЕСТЬ гибель социализма. Вместо этого сам предмет обсуждения подменяется, речь заходит о мотивации иного типа.

И эта речь, к сожалению, воспроизводит худшие черты старого советского агитпропа. Кассирша в гастрономе, значит, "не вышла за рамки старой формации и трудится только ради себя и своей семьи". Автор не даёт оценку этому факту, но нет сомнений, что оценка эта отрицательна. (А уж если наша кассирша ушла со своей работы, потому что нашла другую, полегче, но с той же оплатой...) Как на мой взгляд, так вместо того, чтобы бомбардировать её сознание высокими словами, лучше сказать: правящая коммунистическая партия уважает твой эгоизм, твоё отсутствие энтузиазма, благодарит за простую добросовестность, за простое выполнение обязанностей от сих до сих - и стремится к сокращению времени твоей рабочей каторги, согласно партийной программе.

Более того, возвышенные мечты о прекрасных людях имеют свою изнанку. это риторика не только агитпропа, но и мастера на производстве (фигуры, как сказал кто-то из старых авторов, особо ненавидимой рабочими). Босс не читает мораль, ежели что - "вы нам не подходите". Начальник же производства, мастер в цеху, как правило, беспрестанно генерирует моральную риторику: ты ленивый, ты недобросовестный, невнимательный, ну разве можно так относиться к работе, опять накосячил, почему опоздал, мужики хорош курить, будем штрафовать и т.д.

== Этап второй. Значительный уровень автоматизации производства, высокие требования к образованности работников, достижение частичного изобилия. ==

== Этап третий. Максимально достижимый уровень автоматизации, практически полное изобилие. ==

Я поставил рядом формулировки, чтобы было видно, что резкого различия между вторым и третьим нет. И фрагменты, разъясняющие эти краткие формулировки, поставлю тоже рядом.

(Чем больше автоматизация, тем меньше требования к квалификации - вроде бы естественный ход мысли, но никто почему-то с этим не согласен. Вот дерево в лесу - автомат по производству целлюлозы, оно же не требует чьей-то квалификации. Автоматизация - это отсутствие вообще каких-либо работников).

Второй

== Постепенный переход от денежной оплаты труда к полному материальному (бесплатному) обеспечению – при условии участия в общественно-полезной деятельности. ==

Третий

== Обеспечение всем «по потребности» станет безусловным, никто не будет контролировать и спрашивать, работаешь ли ты вообще, и где именно. ==

(Судя по описанию, это уже не "по труду", а "по потребностям". Ну а сколько времени человек будет работать? Как сочетаются участие в полезной деятельности и бесплатность? Если те же 8 часов в день, то он ведь захочет соответствия, если его квалификация выше среднего. То есть "значительный уровень автоматизации" надо понимать как рост свободного времени. И здесь действительно может возникнуть проблема: спец-ништяки человеку не нужны, ему достаточно нормального пайка, и он не захочет париться над образованием).

Итак, мы видим некий переход от первого этапа к третьему (второй этап и есть этот переход). Параметры этого перехода, которые мы видим в тексте СВ:

автоматизация (раньше её не было)

изобилие благ (раньше была нехватка)

сокращение рабочего времени (раньше было 40 час в неделю)

распределение благ по потребности (раньше было по труду)

возвышенная мотивация к труду (раньше было "для себя")

Я думаю, что здесь надо указать, что первично, что вторично - что является относительно независимой от законодательной воли, самодвижущейся переменной, а что должно согласовываться с ней как с условием. У Маркса в КГП и у автора разбираемого поста таким условием является изобилие, оно позволяет перейти к распределению по потребностям и, по крайней мере, сопровождается изменением отношения к труду ("труд станет первой потребностью"). Однако обратим внимание, что из пяти перечисленных современным автором параметров Маркс в КГП ничего не говорит об автоматизации и о сокращении рабочего времени.

Здесь-то как раз задача для нас, буквоедов-начётчиков, досказать за Маркса то, что он упустил в этом частном письме. Тем более, что не говорит здесь, но в других местах говорит.

Вот мой вариант:

Автоматизация и сокращение рабочего времени - это одно и то же, тождественные по содержанию выражения. Ещё лучше, для ясности, выражение "уничтожение труда", употреблённое однажды в "Немецкой идеологии". Именно это, вытеснение человека из процесса производства материальных благ, позволяет перейти от принципа "по труду" к принципу "по потребности", то есть к коммунизму.

Изобилие - понятие не очень удачное и порождающее вопросы. Во-первых, есть основания думать, что оно недостижимо. И дело не в жалких океанских яхтах, которые можно будет клепать как нынешние флэшки. Если жители светлого будущего будут заниматься экспериментальной наукой, то каждый из них захочет получить в своё личное распоряжение очень много материи и очень много энергии... Во-вторых, даже если объём материальных благ ограничен, никакое "по труду" невозможно, если труда-то и нет, всё растёт само, как деревья в лесу. Так что термин "изобилие" будем считать не вполне удачным выражением для "автоматизации", для "радикального сокращения рабочего времени".

И даже если мы представим ситуацию, когда у всех всё есть и больше ничего не нужно, но для этого надо работать 40 часов в неделю - всё равно вопрос о том, нельзя ли ради этого всего работать поменьше будет стоять на повестке дня.

Переход от частичной к полной автоматизации будет постепенным, соответственно и переход от по труду к по потребностям. Здесь, на мой взгляд, возможны коллизии, которые надо будет как-то решать. СВ пишет о возможном нежелании приобретать образование, но вполне возможно и просто нежелание работать, если бесплатного пайка будет достаточно для жизни а без деликатесов и антиквариата человек решит обойтись. Здесь у СВ - при условии участия в труде.

Но для такого участия не потребуется рост "сознательности" выше обычного уровня, который надо будет повышать какими-то спец-усилиями армии пропагандистов. Работа будет подобна службе в армии. Неохота, но надо, таков гражданский долг - и этого достаточно.

То есть наш список из пяти пунктов преобразуем так:
1-3 - объединяем в один, это просто разные выражения для одного и того же.
4 - следствие предыдущего
5 - выбрасываем за ненадобностью

Этап третий. Максимально достижимый уровень автоматизации, практически полное изобилие.

== На этом этапе уже совершенно не останется людей, видящих преимущество в «работе на себя лично» ==

Не лучше ли сказать, что на этом этапе совершенно не останется работы и каждый будет заниматься чем хочет, не задумываясь о том, "для себя" это или "для общества", поскольку сама эта противоположность объективно исчезнет. Вот современная чистка зубов по утрам - это "для себя" или "на благо общества"? То же самое наука или художественное творчество. Если поток материальных благ не зависит от усилий отдельного человека, осуществляется сам по себе за счёт внешних природных источников энергии, то останутся лишь высшие виды деятельности, для которых нет разницы между личным эгоизмом и службой обществу.

== общественно полезный труд будет приоритетом и радостью для каждого. ==

Что ж тогда есть автоматизация? Разве она не означает, что нет больше (за ненадобностью) никакого общественно-полезного труда?

Ну а если человек плохой художник, общество не признало его труд общественно-полезным, но он кроме живописи ничем заниматься не хочет? Однако в условиях полной автоматизации и полного изобилия общество может предоставить ему материальное обеспечение, чтобы он душу отводил любимым занятием, и больше ничего с него требовать не будет - разве не так? То есть лучше сказать не "труд станет радостью", а сказать "исчезнут все виды деятельности, что радостью быть не могут сами по себе". Ясно, что к морали и психологии, к вопросу о мотивации это не имеет отношения.

И представим, что вот эта гипотетическая кассирша читает наши споры, что там коммунисты народу предлагают. "Оказывается, в этом ихнем светлом будущем вот этот мой труд станет радостью! А не станет, так будут меня стыдить: несознательная, скажут, почему у тебя глаза не горят энтузиазмом, когда чеки пробиваешь!" В общем, мне эта риторика кажется исторической бестактностью.

Верно, я ж об этом и талдычу! - и опять срыв в моралистику:

== Общественная сознательность станет настолько высокой, что поддержание жизненно важных систем будет даваться без всякого напряжения – всегда найдется достаточное количество желающих поработать на общее благо, в той области, которая наиболее интересна именно данной личности и отвечает ее запросам и способностям. ==

Сознательность и интересно - вещи противоположные (вот и старина Иммануил то же самое говорил). Сознательность заключается в том, что человек жертвует тем, что ему интересно и занимается тем, что неинтересно ради общего блага.

Прочел по ссылке - там лучше, но почему свободное время именуется работой?

Если изложенное выше нуждается в оговорках, то вот они:

1. Ситуации, когда морально-психологическая риторика уместна - бывают. Призывы к сознатенльности, ожидание энтузиазма уместны в рамках отдельных задач, когда надо быстро решить вопросы жизни и смерти и когда эквивалентное вознаграждение невозможно. Таковы война или ударная стройка.

2. Отчужденный труд при коммунизме может быть востребован на границах ноосферы, там, где вторая природа, созданная человечеством, соприкасается с бесконечностью. Но общее время этого труда относительно времени жизни должно быть ничтожным - здесь аналогия с нынешней армейской службой. Иначе снова "оплата по труду".

3. Мечта о прекрасном человеке будущего. Но тут фишка в том,

(И здесь мой черновик обрывается, теперь уж ума не приложу, в чём там была фишка, вылетела ласточка в окно. Но фишка была, это точно!)

Последний пост СВ, вдохновивший на расконсервацию:

https://blau-kraehe.livejournal.com/772426.html?view=comments#comments

Ласт, нот лист: бывает, что несогласен с автором по всем почти пунктам, но предложенный текст задаёт негативную матрицу для содержательного разговора. Всегда при этом испытываю чувство благодарности.

Что такое отчуждённый труд (продолжение одного разговора)

akabash — Mon, 25 May 2020 12:13:53 GMT

Перенесу разговор к себе.

https://blau-kraehe.livejournal.com/728166.html?thread=41305190#t41305190

Я не уверен, что есть какое-то классическое понимание "отчужденного труда". У Маркса термин употребляется в рукописях 1844 года, в более поздних работах его нет. Нет и в литературе времён Второго Интернационала и в советских учебниках. Мода на "отчуждение" началась после публикации ЭФР-1844, диссертации пишутся до сих пор, гугл их показывает.

Но можно согласиться, что есть некое наиболее распространённое понимание. Имеется в виду, что процесс производства (то есть труда) при капитализме имеет такие-то негативные свойства, которые ощущаются отдельным человеком. Это-де и есть отчуждение труда. Такова примерно трактовка термина "отчуждение" в БСЭ (1975 г.)

Пусть будет так, но у Маркса в тех рукописях есть целый пучок значений термина. Есть и то, что только что приведено, но есть и другое, там, где говорится об отношении рабочего к самому процессу труда. Современный читатель вправе судить, какое из этих значений относится к более фундаментальному слою реальности. Современные авторы, как правило, пишут, что, мол, отчуждение - следствие частной собственности, а ведь у Маркса ясно поставлен и подчёркнут вопрос, в чём причина существования частной собственности и даётся ответ: отчуждённый труд. То есть такой, каков он сам по себе, ещё до вступления в систему общественных отношений, он эти отношения сам формирует. (У меня об этом несколько постов).

То есть я называю отчуждённым такой труд, который по своим качествам воспринимается как проклятье, жертва и т.д. Правильнее даже было бы говорить не "отчуждение", а "чуждость". (Встречал мнение, что это не "труд", а "работа", это, мол, разные вещи, но это уже спор о словах: пусть будет работа. Хотя варианты словоупотребления тоже могут быть не равноценны).

== Почему у вас товарные отношения вытекают из отчуждения? - не совсем понятно. Скорее, и отчуждение, и товарно-денежные отношения вытекают из общей причины - разделения труда. И соответственно, убирать нужно именно разделение труда. ==

Году этак в 1989-м я, впервые задавшись вопросом, в чём причина товарных отношений, помнится, отвечал сам себе: в качественно-своеобразном труде и разделении труда. Постепенно этот ответ трансформировался в "отчуждённый труд", сейчас я бы сказал просто "труд", поскольку самый творческий-растворческий может быть столь же ненавистным. Формула "нужно убирать раделение труда" - почти то, что надо, но есть некоторые моменты, делающие её не вполне удачной. Во-первых, есть разделение труда (поло-возрастное) в малых сплочённых общинах, но оно к товарным отношениям не приводит (хотя зачатки оных имеются и там). Во-вторых, есть современные авторы, которые (явно опираясь на Маркса: разделение труда есть то же самое, что частная собственность) трактуют ликвидацию разделения труда как "перемену труда". Это ещё от классиков идёт: "политехническое образование". Получается, что если люди работают по восемь часов в день, но каждый день - в другой профессиональной сфере, то коммунизм достигнут. Понятно, что это не так, ведь и при таком раскладе платить им нужно будет "по труду", а не давать "по потребностям". Если же мы воьмём за объяснительный принцип "отчуждённый труд", то есть ощущаемый человеком как жертва, страдание, проклятие, то в качестве логического следствия получаем принцип эквивалентного обмена, ведь страдание должно быть компенсировано. Нет страдания, нет и эквивалентности. Шутники в компании "обмениваются" шутками, но это не товарообмен. Ну а получив принцип эквивалентного обмена, модусом коего является оплата по труду, мы получаем все прелести капитализма как логическое следствие.

That Guy

akabash — Wed, 22 Apr 2020 17:54:27 GMT

Lenin! Who’s That Guy? (Pioneer Song) (1933)
Music by Charles Seeger
Words by H. T. Tsiang and C. S.

Несколько лет назад безуспешно пытался найти в сети эту пионерскую песню 1933 года (вычитал о ней, кажется, в книге Алекса Росса), но теперь она есть, вот как раз сегодня и нашёл:

https://www.youtube.com/watch?v=3QdxQiXGXnI

23.00 и до конца

Оффлайн 77 Мб

https://yadi.sk/i/tXMPteMffAzVcQ

Берёшь в руки - маешь вещь! (Производительный труд 035)

akabash — Wed, 01 Apr 2020 16:57:11 GMT

1. В средней школе мы проходили разные предметы. Проход осущестлялся так: в просторной школьной

рекреации дети вынимали из своих портфелей учебники, тетради, пеналы, линейки, авторучки, выкладывали их в ряд на полу, учителя добавляли глобусы и портреты писателей, пионервожатые приносили горны и барабаны. Затем школьники выстраивались в одну шеренгу и с серьёзными лицами двигались вдоль этого ряда, вперёд и назад, несколько раз. После прохода предметы возвращались на место.

2. В одной битловской песне поётся: Every little thing she does she does for me. Имеется в виду, что

девушка регулярно изготавливает для парня всякие фенечки, сувениры типа мягких игрушек. Надо было,

конечно, употребить глагол to make вместо to do, но у поп-музыки свой сленг.

3. Товар есть прежде всего внешний предмет, вещь... (C)

Услуги (то есть результат оных) как элемент постоянного капитала (Производительный труд 034)

akabash — Sat, 28 Mar 2020 18:37:06 GMT

https://blau-kraehe.livejournal.com/713018.html#comments

https://blau-kraehe.livejournal.com/714343.html#comments

В комментах к двум последним постам Синей Вороны намёки на эту тему уже были, но, к сожалению, общая совокупность комментов у популярных авторов - это как правило, помойка, здравые мысли теряются среди шлака, лучше выделить отдельным постом.

Читая старые высказывания наших услугонетоварников (к сожалению, не в виде корректной полемики), я вижу один пункт, который, кажется, в полемике с оппонентами ощущается ими как некий козырь. А именно: услуги не накапливаются и не могут выступать в качестве вещественной формы капитала в следующем цикле производства. Читайте, мол, второй том, там схемы воспроизводства расписаны.

Если я правильно понял этот аргумент (излагаемый обычно не так чтобы в явном виде), то на него возможны два возражения, второе сильнее первого.

1. Допустим, что услуги не накапливаются и не могут служить в качестве наличной, натуральной формы постоянного капитала - но это ничего не значит, прибавочная стоимость в сфере услуг прекрасно создаётся и без этого.

2. Услуги, а точнее результат(ы) оказания услуг могут накапливаться и выступать в качестве постоянного капитала в следующем цикле производства.

Рассмотрим подробнее первый вариант, уже известную нам капиталистически организованную сеть парикмахерских. Постоянный капитал, используемый в цикле производства - это сырьё (шампуни, напр.) и оборудование (помещения, кресла, ножницы). Конечная продукция (причёски) эфемерна, быстро исчезает, не накапливается и т.д., поэтому не может служить в качестве вещественной формы постоянного капитала для нового цикла производства. Ну так и что с того! Ведь то же самое можно сказать и о продукции материальной, которая поступает в сферу потребления и точно так же не выступает в качестве капитала. Одежда, например или домашняя посуда. Это нисколько не мешает капиталисту получать прибыль и превращать её в постоянный капитал для нового цикла, то есть покупать сырьё и оборудование за деньги, полученные от продажи некапитализируемой продукции.

Однако и со вторым вариантом не так просто. Допустим, покупателю услуги нужен такой конечный продукт, как "проверенность помещений на предмет пожарной безопасности". Этот продукт предоставляет фирма (капиталистическая), специализирующаяся именно в этой области. Или, скажем, клиенту для космического запуска необходим такой продукт как "окропленность святой водой сопла ракеты". Этот продукт тоже производит коммерческая, работающая на получение прибыли, фирма, рабочие которой имеют духовный сан. Мне кажется, такого рода услуги вполне могут быть накапливаемы и представлять собой часть постоянного капитала - как в потенциальной, так и в актуальной форме, то есть в виде оплаченных билетов на оказание услуги или же в виде сохраняющегося результата оказанной услуги.